God;Unreality (R)

      Ветер жутко гудел в ушах. На земле, на траве, на одежде темнели мокрые пятна. Некоторые постепенно испарялись, как и тела Существ, пронзённых остриём копья. Но другие, самые тёмные, оставались, и Асбиус, не двинувшаяся с места за всё это время, тоже никуда не исчезла.       Когда стало тихо, и ни одного врага не осталось в поле зрения, ДиКей смог дышать. До того момента лёгкие ему сдавливала ярость. Он никак не мог заставить себя посмотреть вниз, но ноги подогнулись сами собой, и парень рухнул на землю рядом с телом подруги. Он всё ещё никак не мог прийти в себя — сердце билось не в ритм, а руки ослабли настолько, что выпустили оружие. Во время сражения ДиКей действовал в состоянии аффекта и сам не осознал, как раскидал Существ, но теперь на него навалилась необъяснимая тяжесть. И непонимание.       — Эй, — тихо окликнул он девушку, называя её по нику. — ЭйВи. Э-эй…       Конечно, ему никто не ответил.       ДиКей протянул руку в попытке дотронуться пальцами до щеки девушки. Он осторожно убрал прядь спутанных волос. Пустой взгляд Асбиус напугал его до дрожи, пробежавшихся по спине мурашек.       — Ты шутишь… — взмолился он, неосознанно повторяя слова. — Шутишь ведь…       Шутки кончились ещё давно.       Не слыша ничего вокруг, ДиКей продолжал что-то бессвязно шептать. Ветер, гуляющий в травах, давно стих. Но она вновь колыхнулась от чьих-то торопливых шагов. Лавион подбежала сзади — почти бесшумно.       — ДиКей! Наконец-то мы хоть кого-то нашли!       Но заметив странную картину, девочка осеклась. ДиКей медленно обернулся к ней.       — Ты… — он попытался что-то сказать, но Лавион поняла сразу же.       Девочка тут же бросилась к Асбиус и, не зная, с чего начать, интуитивно приложила ладони к ней, посылая через них целебную энергию. Браслеты на её запястьях, украшенные причудливыми узорами, засветились. Погасли они так же быстро.       — Д-да сделай что-нибудь! — воскликнул ДиКей.       — Я пытаюсь!       Лавион пыталась снова и снова. Она утирала вспотевший лоб тыльной стороной ладони, но сколько бы ни старалась, поддерживая лечение, ничего не выходило. Браслеты медленно погасли.       — Прости, — Лавион покачала головой. — Не выходит… ничего не выходит.       К ним уже давно подошёл и Темпет. Он, как обычно молча, тоже присел к друзьям и положил тем руки на плечи — в знак поддержки. Дипсер покачал головой.       Он уже не понимал, происходило ли это на самом деле или совсем скоро Асбиус пройдёт грань рестарта. А может быть, Богу Виртуальности под силам её вернуть в команду? Точно — он же Бог, а не просто игрок, капитан или мастермайнд!       — Вы здесь, — словно прочитав его мысли, констатировал факт знакомый голос.       Найт приблизился к остальным совершенно спокойно — лицо его выражало сосредоточенность. Он был облачен в ту же одежду, в которой его видели ДиКей и Асбиус на вылазке ещё совсем недавно. Меховой воротник на широкой куртке с подолом искрился красными вспышками, и выглядело это действительно вызывающе, но той самой маски, что напугала ДиКея, на юноше не было — за ненадобностью он скрыл её.       Появлению Найта ребята обрадовались. Надежда запылала в их сердцах с новой силой.       — У нас небольшая… проблема, — ДиКей на эмоциях вскочил на ноги, ощутив прилив энергии вместе с мыслями о хорошем. — Это же можно исправить?       Они все поднялись и расступились. Взгляд Найта остановился на Асбиус.       Но последующих слов не ожидал никто.       — Я думал, что это будет Лавион.       — Я не смогла, — потупила взгляд девочка, не сразу разобравшись.       Найт коротко, но глубоко вздохнул, сложив руки на груди.       — Нет. Уйдёшь первой.       — … Эй-эй-эй, — снова попытался сформулировать крутящуюся в голове мысль ДиКей. — Ты что такое говоришь. Возвращай всё давай.       — Невозможно.       — В смысле нам придётся эту, — ДиКей нервно хмыкнул, — катку без Асбиус играть? Не, вы как хотите, но я отказываюсь. Мы только начали — и уже потеряли стрелка?       — Она вообще не сможет вернуться, — ровным тоном продолжил Найт.       — Ну у нас же есть вы с Темпетом, может, какой-то чит подобрать…       — Нет, ты не понял… Она вообще не вернётся. Асбиус больше нет.       Молчание длилось долго. ДиКей смотрел на собеседника в упор. Он продолжал гнать от себя мысли о том, как реалистично выглядела на земле кровь, почему она не испарялась и по какой причине в груди всё так стыло. Только попытки оказались тщетными, и осознание пришло само по себе.       Никто не успел опомниться, как ДиКей схватил Найта за грудки.       — Ты что говоришь! Ты же не это имеешь в виду, да?! Ты…       — Именно это я и имею в виду, — Бог Виртуальности сохранял абсолютное спокойствие. — Её нет. И не будет.       — Почему… нельзя было сказать! Что здесь всё по-настоящему! Не шутки! Что так может быть!       — Я говорил. Похоже, ты не понял, что это больше не игра. И никогда ей не было.       Дипсер резко тряхнул Найта.       — НЕ ВЕРЮ!       Он кричал слишком громко. Будто прорвалась плотина и бурным потоком хлынула вода, затапливая всё вокруг. Найт лишь прикрыл глаза.       — Придётся смириться. Вы прошли, и это главное. Наше дело… требовало жертв.       — Я тебя ненавижу, — прошептал ДиКей, отпуская куртку.       Он развернулся. Медленно шагнул в противоположную сторону. Больше с губ ДиКея не сорвалось ни звука. Темпет и Лавион переглянулись, не веря своим ушам. Слова Найта ошарашили всех. Однако сидеть здесь было тоже бессмысленно — все понимали, и потому оставалось только последовать за ДиКеем.

***

      Бог Виртуальности шёл последний. Процессия направлялась куда глаза глядят — никаких ориентиров не нашлось, и оставалось только довериться интуиции. Если идти по прямой долго-долго, то где-нибудь непременно очутишься — это правило должно работать и в таком месте.       Постепенно воздух нагревался сильнее. Становилось жарче — палящее солнце странным светом заполняло бескрайнее пространство. Казалось, что новый мир пытается избавиться от путешественников самостоятельно, изнуряя их. Лавион справлялась лучше остальных — её довольно короткое платье в жару оказалось практичнее, чем плотные, закрытые костюмы ребят. Темпет пытался избавиться от шарфа — конечно, он был его излюбленным элементом одежды, но не жертвовать ведь своим здоровьем. Ему становилось тяжелее дышать. Казалось, один только ДиКей не обращал внимания на обстановку и шёл на автопилоте. Он уже опередил остальных на добрых пять метров.       В вышине раздался крик птицы. Он неожиданно заставил всех поднять головы. До этого никого, кроме Существ, ребята не встречали. Значило ли это, что рядом долгожданный оазис цивилизации?       — Чайки летают только у суши, а здесь это работает? — уточнила Лавион.       — Ребят, — окликнул их ДиКей. — Впереди!       Собравшись снова в кучку, команда созерцала новую проблему — огромные двери посреди поля. Высокие арки, казалось, уходили в небо, и не было видно конца. Их украшали узоры, напоминающие руны, слегка мерцающие даже при дневном свете. Всего арок оказалось четыре. Вот только было ли это число следствием исчезновения Асбиус или же так изначально задумывалось — кто знает.       “Нам предлагают разделиться”, — констатировал факт Темпет.       — Очевидно, — хмыкнула Лавион. Её голос немного дрогнул. Она явно всё ещё не могла отойти от произошедшего. Но не только Асбиус её волновала, гораздо больше — кое-что другое.       — Слушай, а может, нам не стоит разделяться? — тихо произнёс ДиКей. — Ну или хотя бы пойти по двое.       — Ох, да ты смеёшься, — тихо буркнула девочка.       Лавион, конечно же, не горела желанием оказаться в паре с Найтом, но точно так же ни один из парней после произошедшего не хотел бы занять подобное почётное место. Однако в одиночку идти тоже было опасно. Неприятной болью в плече отдавалась любая мысль о встрече с подобными Существами, а может и ещё кем похуже.       Перспектива же идти всем вместе ей больше нравилась. Но мир намекал прямо — не стоит этого делать.       Девочка совсем растерялась. Риск оказался слишком велик. Она посмотрела и на ДиКея, за очками которого совершенно точно скрывались полные злости глаза, и на Темпета, который, тяжело дыша, оттягивал шарф. Лавион также мельком взглянула на Бога Виртуальности, который встал чуть дальше от них и меланхолично размышлял, глядя на двери.       — Они не пропустят больше одного человека, — покачал он головой. — Можете пропробовать, но вряд ли получится.        — Трудно верить тебе на слово, знаешь? — вздохнула Лавион.       Она решила взять себя в руки и первой шагнуть к двери, которая кажется ей наиболее симпатичной. Её выбор был очевиден — символы светились желтоватым, прямо как полосы на краях её одежды. Девочка протянула руку.       “Решилась?”       — Ох, да тебя не спросила...       Получилось слишком грубо для разговора с тем, кто пытался защитить её некоторое время назад, но задумываться об этом не хотелось. Лавион уже открыла дверь. Из неё повеял лёгкий ветерок.       Темпет, глубоко вдохнув, тоже распахнул дверь — соседнюю. ДиКей последовал его примеру, и в последнюю арку шагнул Найт. Вся команда исчезла, и вслед за ними исчезли и двери, потихоньку растворяясь в воздухе.       Лавион очутилась в совершенно новом месте. В отличие от предыдущей локации, этой являлась бездна. Под ногами не было ничего, кроме тонкого мостика, который слегка покачивался.       — О нет-нет-нет, — прошептала девочка, прижав ладонь ко рту. Стоило взглянуть вниз, как к горлу подступила тошнота.       Она никогда не боялась высоты — годы, проведённые в детском доме, были наполнены приключениями, и Лавион каждые выходные залезала на крыши стоящих рядом со зданием гаражей. Они были в два раза выше неё, но девочке и в голову не приходило, что падение с них грозило переломами. Только сейчас ощущение бессилия было намного сильнее, и шатающийся мостик нагонял атмосферы. Только ступить на него казалось невыполнимой задачей.       Нужно набрать в лёгкие воздуха и вообразить себя канатоходцем.       По крайней мере, на ловкость она не жаловалась.       Первый шаг оказался самым трудным. Раскинув руки, маленькая фигурка постепенно пробиралась вперëд, осторожно, шаг за шагом ступая по мостику. Откуда-то снизу, из глубины распростертой бездны, вызывался протяжный несмолкающий гул, будто бы там раскинулся горный водопад, но Лавион знала, что ничего подобного в таком месте быть не может, хотя уверенности в своих мысленных доводах не ощущала. Первая половина пути была тяжелой. Больших усилий стоило не смотреть под ноги. Лавион сосредоточила взгляд на какой-то абстрактной точке впереди, у линии горизонта, и старалась выпрямить спину, считая, что так гораздо лучше. Бег по крышам гаражей был еë единственной тренировкой, но похоже, все характеристики в разы увеличивались, когда она находилась в мире игры. Впрочем, всë ещë трудно было сказать, что это игра. Слишком реалистично выглядела Асбиус, когда она пыталась вернуть еë к жизни около получаса назад.       Неприятные воспоминания заставили девочку остановиться — она захотела срочно избавиться от них и очнулась. Мостик качнулся из стороны в сторону сильнее, и Лавион пришлось крепко схватиться с обеих сторон за перила — в ширину он был совсем узкий, потому большой размах рук не требовался. Пришлось подождать, пока единственная дорога, ведущая вперëд, не придëт в состояние покоя. Тогда можно сделать ещë один вдох — и всë сначала.       Лавион, казалось, не думала ни о чем, кроме одной вещи. Обязательно дойти до конца. Во что бы то ни стало, любой ценой. Она могла остаться позади, но сумела преодолеть нападение Существ — что уж пересечь какой-то мостик? Лавион Памфер не так давно проникла в тюрьму под зданием КИРа! Вот где было страшно! Невероятная удача и ловкость рук, никакого мошенничества!       Девочку кто-то окликнул.       От неожиданности она снова замедлилась. Стоило бы обернуться, посмотреть, нет ли кого рядом, но этого делать нельзя. Иначе и без того шаткое равновесие нарушится, и мостик уйдëт из-под ног.       Лавион тщетно пыталась понять, кто говорит с ней. Голос, всë ещë приглушëнный, прозвучал в еë голове.       От его неприятной, железной интонации веяло внутренним холодом. Тело невольно начинало цепенеть.       "Беги".       То ли чужой голос, то ли другой, еë собственный, внутренний, приказал девочке, и она сорвалась с места. Сзади будто давила мрачная стена страха, приближаясь с каждой секундой.       Если она не поторопится — исчезнет, как Асбиус. Только вот рядом не будет никого, чтобы даже попытаться еë спасти.       Впереди виднелся спасительный берег. Точнее, лишь край обрыва, на котором закрепился конец моста. Лавион воспряла духом — ещë пара секунд, и она достигнет цели. Наконец она сделала последний шаг и…       Пространство исказилось буквально на мгновение, и Лавион наступила в пустоту, не успев уловить глазом изменения. Сердце ëкнуло в груди и замерло.       Ошибка?       Она ошиблась?       Как в замедленной съëмке, девочка протянула руку, надеясь ухватиться за что-нибудь, но зачерпнула пальцами воздух. Всë внезапно исчезло.       Не было ни моста, ни обрыва, осталась только та самая бездна, что пела под еë ногами. И Лавион полетела в неë, раскинув руки, как крылья.

***

      Поëжившись, Темпет вздохнул. Он надеялся, что не одному ему досталась не самая приятная дорога, но в то же время не пожелал бы такую кому-нибудь другому.       Нет, к счастью, темноты — а он больше всего ненавидел еë — здесь не было. Достаточно светлое пространство заполнили блики от зеркального пола, который, впрочем, на деле являлся потолком, отражающим облака, проплывающие там, где путешественник должен был идти. Но почему-то произошло наоборот, и Темпет двигался вверх ногами. Был в том и свой плюс — длинные волосы юноши не лезли в лицо, ведь обычно его длинная челка выпадала из низкого хвостика. Но минусы перевешивали, главным образом — ощущение тяжести в голове, ведь кровь прилила со страшной силой.       Опасаясь того, что в висках может заныть пульсирующая боль, и всë остальное путешествие будет поглощено мыслями о ней, Темпет пытался как можно быстрее преодолеть бесконечную дорогу. Однако казалось, что он попал в настоящий лабиринт — иногда невидимые преграды вставали на пути, вынуждая Сьяроса свернуть то налево, то направо. Он уже сбился со счëту, сколько раз менял направление. Нити Ариадны при нëм в инвентаре, к сожалению, не было.       Постепенно он почувствовал, как пространство возвращается в исходное положение. Темпет уже шëл как по стенке, перпендикулярно ощущаемой гравитации. Шаг за шагом становилось легче соображать. Значило ли это, что он преодолел собственное испытание?       Тем временем, увлекшись поиском выхода в абсолютно прозрачном лабиринте, Темпет не заметил, как стемнело. А когда наступили самые быстрые сумерки в его жизни, он и вовсе понял, что пропал.       В реальности действительно рано наступал вечер. Но где бы он ни был, десятки фонарей, вывесок и рекламных щитов горели неоновыми огнями, не просто зазывая к себе, а превращаясь для Темпета в спасательные маячки. От кромешной тьмы его всегда бросало в дрожь — дома и на улице, где бы он ни находился. Показывать свою детскую, банальную слабость считалось бы уж совсем позорным, потому о ней не знал никто. Сам Темпет пытался держать себя в руках, но понимал, что трезво мыслить не сможет.       Мечник мысленно скомандовал себе идти вперëд на ощупь. Он физически не мог произнести ни слова, чтобы успокоить себя — так, в темноте и тишине, и продолжал двигаться.       Сумерки сгущались, и наступила фальшивая ночь. Звëзды отражались на поверхности зеркальных стен лабиринта. Темпет приложил ладонь к прохладной стенке. Здесь чувствовалось — не на уровне воображения, а самими кончиками пальцев. Всë-таки насчет реальности происходящего Найт не соврал. А это значило, что Асбиус мертва.       Мертва — Темпет мог признать это, только не представлял, как принимают остальные.       Юноша, не отрывая руку, двигался вперëд. Постепенно воздух в хитром переплетении невидимых стен превратился будто в кисель — каждый вдох давался с трудом. Темпет оттянул свободной рукой шарф, немного сдавивший горло. Сначала чуть не зажарился под солнцем, теперь почти задохнулся — какие ещё сюрпризы принесëт пролог?       Это и было больше похоже на предысторию. Небольшое испытание на стойкость, возможно, на способность преодолеть свои страхи. Темпет прекрасно понимал психологию развернувшегося действа. Еще немного, и они пустятся в настоящие приключения и исполнят цель миссии. Но сначала нужно дойти.       Под пальцами пробежали лëгкие зелëные молнии. Переферийное зрение тотчас же просигналило хозяину об изменении его окружения.       По стенкам лабиринта паутинкой расползлись мерцающие зелëные нити.       Темпет помнил снова Бога Виртуальности о Прорехе. Знал, что эта дрянь поглощает что-то очень важное для человека. Осознавал, что нужно бежать подальше и ни в коем случае не идти вслед за ней.       Но кислорода становилось всë меньше, каждая попытка набрать в лëгкие воздуха становилась пыткой. Чем дальше Темпет шëл, тем размытей становился его единственный ориентир — сами нити. Перед глазами начало плыть.       Прижавшись к очередной поверхности, тускло мерцающей нитями Прорехи, о которой так много говорил Найт, Темпет бесшумно сполз на землю. В попытке очнуться он заскрëб ногтями поверхность, ожидая услышать неприятный звук, но и он доносится как сквозь толщу воды.       Без кислорода сознание угасло окончательно, и в последние секунды Темпета посетила лишь одна мысль. Она была достаточно едкой и обидной.       Ведь Темпет Сьярос рассчитывал дойти до конца первым.

***

      — А-а-а-а-а!       С громким криком он дëрнул копьë вверх, разрывая тело Существа на две части. ДиКею уже было всë равно на то, что он запачкается, — останки Существ исчезали как по мановению волшебной палочки, но вот злость на них, на игру и вообще на Найта разгоралась всë сильнее.       Как ему должно было не повезти, чтобы в новой локации он снова встретился нос к носу с теми, кто только недавно лишил его возможности вести "игру" с Асбиус. Желание мести лишь подогревало отчаяние Дипсера. Вся чëтко продуманная стратегия, любые планы рушились, не успев обрести в мыслях форму. Ему оставалось только раскидывать противников как котят, натыкать их на копья как на длинные шампуры, швырять друг об друга, рвать на куски…       Когда когти впились в правый бок, ДиКей почувствовал не сразу. Только избавившись от последнего чудовища и стоя посреди огромного поля, точно такого же, как и в самом начале, пытаясь выровнять дыхание и понять, что происходит, сфокусировавшись хоть на чëм-то, он вдруг ощутил резкую, пронзающую до костей боль. Она заставила его упасть на одно колено, сжимая футболку в бессмысленной попытке остановить кровь. Теперь на любимой одежде появились новые пятна, помимо заводского пëстрого узора, — тëмные, буро-красные, мокрые, пропитавшие ткань и просочившиеся на пальцы.       — Чëрта с два… — прорычал он хрипло. — Не надейтесь… Не помру!       Он поднял голову. Впереди маячил спасательный оплот. Винтовая лестница, уходящая в небо, казалась не такой уж далëкой. Если взять себя в руки и из последних сил приказать ногам идти — вполне можно добраться через пару минут. Не просто же так она тут оказалась — наверняка выход!       Сила воли — главный двигатель. Полагаясь лишь на неë, ДиКей был уверен, — можно преодолеть всë. Невыносимую боль, страх неизвестности, желание просто сдаться в руки судьбы. Это испытание могло стать последним, но не стало. Или пока дало отсрочку.       Он шëл медленно, буквально волоча ноги. Каждое движение отдавалось в боку, в самой зияющей ране, которую он зажимал ладонью. Но Дипсер смотрел только вперëд, на приближающуюся лестницу — дорогу наверх.       Он с разрастающимся в душе ликованием поставил ногу на первую ступеньку. Оставалось преодолеть бесконечное количество. Но что такое эта лестница против стремления?       ДиКей не считал ступеньки. В голове не оставалось ничего, кроме желания вырваться. Он уже достаточно отомстил, но вершина станет его победой.       Вверх.       Вверх.       Вверх…       Наконец-то.       Небольшая площадка была конечной станцией. Полупрозрачная плита, вся в узорах, растекающихся разводами по поверхности, огороженная невысоким забором в половину человеческого роста.       И ни одной двери.       Дипсер улыбнулся. Дерзко, разочарованно и устало.       — Ну да… А чего ты ожидал? — спросил он сам у себя тихо-тихо.       Это место выглядело намного дружелюбнее, когда он только-только попал сюда. Удивительные цвета, безмятежное пространство и плавно бегущие по небу пушистые облака — теперь, с высоты смотровой площадки, всë казалось издевательски отвратительным.       ДиКей прислонился спиной к ограждению, сползая вниз. Боль уже почти не ощущалась, однако сил тоже не оставалось. Он поморщился и свободной рукой снял очки.       Мир приобрëл новые краски, хотя и раньше ДиКей догадывался о них. Теперь же он видел так, как было на самом деле. И не мог не отметить, что это невероятно красиво.       — По крайней мере… смогу проверить, правду ли говорит Найт… конец ли это на самом деле?..       Он говорил сам с собой, как будто бы с ним мог говорить кто-то ещë. Например, ЭйВи.       Дипсер глубоко вздохнул, подняв взгляд к небу. А затем он просто закрыл глаза.

***

      Найта словно прошиб сильный разряд тока.       Он физически чувствовал — что-то явно пошло не так. В отличие от других членов команды, Бог Виртуальности ощущал связь с каждым. Сейчас она давала сигнал, и довольно ощутимо болезненный.       Именно то же он осознал, когда где-то вдалеке Асбиус пала в бою против Существ, — что всë кончено.       Не справились. Один за другим покинули игру.       Это было разочаровывающе быстро. Найт поморщился — виски гудели.       Помимо того, что он не ожидал именно от Лавион ничего не обычного, а первой сдалась Асбиус, ещë и никто из состава не добрался до… начала.       Только смысл до Найта доходил очень медленно. Ведь получалось, что он не просто потерял игровую команду. Он потерял реальных людей. И, как сам говорил, навсегда.       — … да быть не может, — прошептал Бог Виртуальности одними губами.       Они ещë ничего не успели сделать, а мир, уже настроенный против нарушителей, самостоятельно избавился от помехи, предчувствуя развязку.       И что же теперь?       Уничтожающе быстрый финал. Издевательски.       Просто так этого оставить нельзя.       Найт движением головы убрал с лица маску-голограмму. Его глаза горели золотым пламенем. Вокруг зрачков мерцали янтарного оттенка кольца, становящиеся всë ярче.       Смириться?       Ни за что.       Это была единственная ошибка — он готов поклясться, что в следующий раз просчитает всë и будет готов. Если следующий раз будет. А он обязательно…       Мир Изнанки, предлокацию, в которой остановились ребята и навеки закрыли свои глаза, поглотила сильнейшая вспышка света.

      Сканирование.       Процесс: 30%. 46%. 78%. 99%...       Запуск системы.

      DK: хей народ       DK: вы тут?       AV: Да само собой!       TS: Поверить не могу… это произошло снова. -_-       DK: и что нам делать       LP: Только наш главный знает       NN: Всë готово. Мы можем начать       LP: На этот раз не подведи! Три шкуры спущу!       TS: Я подготовил код… ^^"       NN: Отлично. Ребята, послушайте… Мы не должны дать Сущности ни шанса.       AV: Да, ты говорил, но всë-таки, кто это?       NN: Мы уже встречались с ней. И не раз встретимся.       NN: Впрочем…       NN: Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Буду ждать вас снова.       DK: замëтано       DK: какой это уже раз кстати?       DK: эй?       DK: народ?

***

      Найт открыл глаза. Мутной пеленой расплывались очертания высокого потолка. Сначала он ничего не слышал, кроме стука собственного сердца. Как будто огромный барабан глухо звучал совсем рядом. Но постепенно стали проясняться ещë звуки — жужжание где-то под потолком, тиканье часов и чьë-то негромкое покашливание.       — Очнулся.       Голос Рибио Пурпура почти окончательно вывел Найта из состояния транса. Он попытался приподняться. Попытка, к счастью, увенчалась успехом. Взглядом Найт уловил лëгкое покрывало, накинутое на ноги.       — Ты вдруг отключился во время очередного осмотра, — Рибио укоризненно качал головой.       Нужно вспомнить, что происходит. Желательно немедленно.       Постепенно обрывки воспоминаний складывались в общую картину. Найту стало дурно.       Заметив, как резко побледневший парень дëрнулся, Рибио положил ему руку на плечо, вынуждая оставаться на месте.       — Итак, — голос его звучал твëрдо, — мне нужно знать что-то ещë?       — Какое сегодня число?       Доктор обернулся. На стенке рядом с кушеткой как раз висел календарь, представляющий собой полупрозрачный экран с горящими на нëм датой, временем и приблизительным прогнозом погоды. К слову, тикал не он, а настоящие, классические маленькие часы, стоявшие неподалëку на рабочем столе. Найт всë ещë не мог сфокусироваться, поэтому Рибио пришлось ему ответить.       — Четырнадцатое.       — Какой месяц?       — Март.       Найт уже не стал спрашивать про год. Он всë понял.       Дата, названная Рибио, означала, что они ещë не встретились. Он — с Темпетом, а остальные — друг с другом. Лавион ещë не пробралась в КИР. Возможно, только Асбиус и ДиКей всë так же путешествовали по заброшенным местам, но это не меняло сути дела. Важно было то, что время отчего-то обернулось вспять.       Неужели это и есть та сила, дарованная лишь Богу Виртуальности?       Найт сидел на кушетке, уставившись в одну точку перед собой. Мягкая ткань, которую, вероятно, накинул на него Рибио, Спадая с ног, образовала прямо-таки художественно красивые складки. Именно на них он и пялился.       — Выпей.       Рибио всë ещë стоял рядом, теперь держа в руках чашку с чем-то горячим. Зная его, это мог быть вовсе не чай, но сопротивляться Найт не стал.       Напиток оказался с травяным привкусом и пах ромашкой.       Пурпур тем временем подвинул стул ближе к кушетке и присел. Он был готов слушать историю, которую не очень-то хотелось рассказывать первому встречному. Но Рибио имел кредит доверия.       — Мы уже переходили на "ты"? — в лоб задал вопрос Найт. Конечно, он не мог помнить в точности, какого числа что произошло. Все его догадки были ориентировочными.       — …. Нет, — слегка удивлëнный таким вопросом, Рибио сцепил пальцы в замок.       — Значит, мне придëтся с самого начала… Вы — Рибио Пурпур.       — Конечно, — усмехнулся тот.       — Работаете врачом. И по совместительству во вторую смену наблюдателем в организации КИР.       Лицо Рибио изменилось на глазах. Привычная полуулыбка испарилась, оставляя за собой подобие нервной усмешки. В уголках глаз прорезались недобрые морщинки.       — И как много тебе известно?       — Сам… сами рассказали, — поправился Найт.       — Предположим. Когда?       — В конце месяца.       Неловкая пауза. Рибио со вздохом оттянул облегающий горло воротник рубашки.       — Того?       — Этого.       Рибио открыл рот, но Найт снова его перебил.       — Я бы хотел попросить о помощи. Не только со справками.       — И какая из этого мне будет выгода? — уточнил доктор. Вместо вопроса о том, что, почему и как, он предпочëл сначала узнать предложение.       — Вы будете жить.       — Звучит как угроза.       — Нет, нет… — Бог Виртуальности покачал головой. — Я имею в виду, что жить будут все. Но если я не выполню свою задачу — жить не будет никто.       — Звучит интересно, хотя всë ещë угрожающе, — Рибио медленно оценивал ситуацию. — И как же я могу помочь?       Найт откинул импровизированное одеяло и спустил ноги на пол, нашарив кроссовки. Он за пару секунд надел их и, не завязывая шнурков, направился к окну. Жалюзи открывались вручную, нужно было только потянуть за пластиковую цепочку сбоку в нужном направлении.       Как он и думал, на улице было уже темно. И не могло быть иначе, если часы показывали больше шести вечера. Город, как обычно, мерцали оживлëнными огнями. Но вместе с тем было ещë кое-что, привлекающее внимание. Прямо над крышами домов.       — Она ещë здесь, — констатировал факт Найт себе под нос.       Рибио заинтересованно наблюдал, не в силах пока понять, что же такое увидел за окном его пациент.       — Вы не видите, а она есть.       — Она?       Найт оперся на подоконник, вглядываясь в темноту.       — Прореха.