Навечно связанные

— Это твоя книжка, да? Ты ее оставил на столе? — девушка тепло улыбается и тянет книгу по философии. И правда, сумка слишком легкая без этого непосильного груза. Твайс смущенно отводит взгляд от выпуклых форм девушки и нервно забирает книгу. — А, да, спасибо тебе, Тога, что бы я без тебя делал. — Бухал бы на проклятую, Джин. Потому что без сексуальных ног нашей одногруппницы день будет прожит зря. Тяжелая философия с тихим «шмяк» опускается на голову нерадивого ученика. — Даби, ну вот что ты за блядь? — озлобленно кидает Джин и, взяв Тогу за локоть, сваливает в закат, вернее ,за универ, покурить и побалагурить. Хуевый день, все-таки. На улице уже прохладно, и Твайс зябко ежится в своей легкой кожанке, кидает обеспокоенные взгляды на Химико, которой в своем растянутом бежевом свитере, почему-то, тепло и легко. Красивое небо в закатных лучах солнца тонет медленно, и стекла универа горят, отражая полыхающую сущность небосвода. Тога восхищенно охает рядом, под боком. Теперь уже сама цепляется за его руку, почти висит на нем, но в ее глазах сверкает, переливаясь разноцветными огнями, такое море эмоций, что Джин ее только ближе к себе прижимает, касаясь светлой макушки в невесомом поцелуе. Он не видит, что щеки девушки еле заметно краснеют, но она все так же льнет к нему и с удовольствием вдыхает бодрящий воздух с привкусом рыжих тонов. — Пойдем в общежитие, а? Мир вокруг, конечно, прекрасен, Тога. Но с тобой он никогда не сравнится, что же я буду делать, если ты заболеешь? — Твайс тянет это якобы шутливо-наигранно, но сердце по настоящему трепещет под ребрами и хочется затолкать эти слова себе обратно в глотку, лишь бы не беспокоить свою принцессу. — Пойдем, — она улыбается, все еще не опускает его руку, идет в сторону общежитие. Идет к вредному Даби, заебавшемуся Томуре и куче назойливых, но родных одногруппников. Идет, чтобы помочь Даби приготовить ужин и не спалить кухню, чтобы потом кормить его, Твайса, с ложечки, потому что ей так нравится. Идет, чтобы светить. И пускай все говорят, что она сумасшедшая, но для него она самая лучшая и самая светлая.