Фэнтези, магия в нем и немного о ретрофутуризме

      Доброго времени суток! После большого перерыва возвращаюсь к своим попыткам систематизировать все, что можно увидеть в фэнтези. На всякий случай напомню, что все это может серьезно так искажаться воздействием личности самого писателя/сценариста, из-за чего возможны как смешанные варианты, так и варианты, выходящие за пределы того, что даю тут я. Если вы такое знаете — пишите мне в личку или в комментарии, с превеликим удовольствием ознакомлюсь.       Итак, тема сегодняшнего разговора — различный разумный и не очень фэнтезийный зверинец, как он возникает и каким образом взаимодействует между собой.       Итак, начнем с определения терминов. Во многих случаях авторы фэнтези нередко называют различные фэнтезийные биологические виды словом «раса», что не совсем корректно. Для этого приведу определения слов «Вид» и «Раса». Как говорит св. Педивикия:       — «Вид — группа особей, сходных по морфолого-анатомическим, физиолого-экологическим, биохимическим и генетическим признакам, занимающих естественный ареал, способных свободно скрещиваться между собой и давать плодовитое потомство.» Проще говоря — это группа существ, которая имеет общее внутренне строение, обитает в общей области и которая может спокойно размножаться. Так что всякие химеры, големы, нежить (за редким исключением) из определения биологического вида не подходят — они нередко абсолютно индивидуальные — не обладают достаточным количеством общих признаков, и не могут свободно размножаться.       — «Ра́са — система популяций человека, характеризующаяся сходством по комплексу определённых наследственных биологических признаков, имеющих внешнее фенотипическое проявление и сформировавшихся в определённом географическом регионе.» С поправкой на фэнтези, конечно, не только «человека», но не суть важно. То есть раса — это, так сказать, отличающиеся внешне или по определенным незначительным моментам представители вида. При этом разные расы одного вида могут свободно иметь общее потомство, обязательно имеют одинаковое внутренне строение (возможно, с крайне небольшими отличиями). Говоря еще проще, раса — это часть биологического вида. Как правило, разумного.       Так, с главной терминологией разобрались. А теперь будем разбираться, как это все великолепие возникает, зачем оно нужно (как автору, так и природе) и некоторые нюансы, которые я, как любой уважающий себя любитель делать умное лицо, пять минут назад вычитал из интернета.       Итак, зачем авторам нужны несколько различных биологических видов (ну, кроме как «потому что так у Профессора было»). Как правило — это отличный шанс показать некоторые проблемы современного нам общества, как-то: ксенофобия и терпимость, проблемы противоположных оценок, вопрос морали (как это все реализуется и реализуется ли вообще — вопрос третий). Если произведение написано хорошо — получается крайне глубокие персонажи, психология которых кардинально (или хотя бы ощутимо) отличается от человеческой. Если плохо написано — значит получаем людей с острыми ушами, зеленых людей и низких людей, которым на их отличия глубоко пофиг.       С вопросом «зачем автору» мы разобрались. Теперь вопрос «зачем миру?», и если предыдущий вопрос касался внешних факторов по отношению к произведению, которое и задает повествование, то тут вопрос внутри вселенной, ответ на который задается уже самим миром. Это, конечно, не обязательно прорабатывать — особенно для мелких рассказов, но хотя бы основные моменты (особенно для крупного произведения) для себя знать стоит.       Зачем вообще природе биологическое разнообразие? Тут стоит понимать, что любая экосистема является жестко взаимосвязанной между собой — нарушение любого конкретного элемента может привести к несколько печальным последствиям (которые, впрочем, природа довольно быстро залатает). Бологическое разнообразие — инструмент сдерживания, не дающий конкретному биологическому виду стать доминирующим в зоне, после чего помереть, оставшись без еды. Примитивнейший пример — схема «морковка-зайцы-волки». Если убрать, скажем, волков, сдерживающих популяцию зайцев, те съедят всю морковку и вымрут, оставшись без еды. Если убрать зайцев — вымрут волки, а морковка заполонит все. Если убрать морковку — сначала вымрут зайцы, а за ними — и волки. Иными словами, любой биологический вид, возникший в процессе эволюции занимает свою нишу и находится в тесной связке со всеми остальными видами в ареале своего обитания. Стоит отметить, что ниши очень редко остаются незаполненными и на относительно (по меркам эволюции, конечно) небольшой срок.       Проще говоря: природа всегда старается заполнить пустующие биологические ниши — для животных и растений это отличная возможность процветать, получив источник пищи, который еще никем не занят. Если кому интересно слегка поглубже ознакомиться с этой темой, в комментарии к этой       Обычная (биологическая) эволюция — это как раз то, каким образом возникли абсолютно все живые организмы на нашей с вами планете (пока не будет доказано обратного). Что тут следует знать? Во-первых: эволюция — это не обязательно улучшение по всем возможным характеристикам. Эволюция это адаптация к условиям проживания, и если для того, чтобы выжить, придется пожертвовать частью своей крутости — это будет. Кроме того, не бывает видов, которые идеальны во всем — каждый вид занимает свою нишу и место в пищевой цепочке, в противном случае он либо вымирает, проигрывая борьбу за выживание, или просто съедает все, что может съесть, и тоже вымирает. Впрочем, в изначально фэнтезийном мире обычная эволюция почти гарантированно будет как-либо прибегать к использованию магии (если это не всякие там руны и прочее, изначально требующее разумности. И если нет ограничения на обязательную разумность для использования магии) — если есть инструмент, да еще и такой удобный, то почему бы его не использовать? И это плавно нас подводит к следующему варианту:       Магическая эволюция — так, это эволюция, проходящая под воздействием магии. В этом случае закон естественного отбора, конечно, не отпадает — почему и эволюция — но серьезно деформируется. Так, если вопросы с популяцией (численность ее) и разные черты разных организмов сохраняются, то с наследственностью черт проявляются многочисленные вопросы. Магия в самых разных своих разновидностях может и вовсе отменить этот закон, фактически заставляя одни организмы в течении одного поколения совершать эволюционные скачки (резкие изменения в анатомии, генетике и прочем), так и просто произвольно добавлять черты организмам, не свойственные его предкам. Проще говоря: магия открывает доступ к появлению самых разных и самых причудливых форм живой природы.       Ну и последний вариант — креационизм. В широком смысле, разумеется — не обязательно созданная неким Творцом раса, а, например, другой расой в качестве, допустим, слуг. Или более мелкими творцами. Какая тут может быть засада? Если у нас классический пантеон, где каждый бог на чем-то специализируется — то те формы жизни, что созданы этим конкретным существом, неизбежно будут нести следы своего создателя. То самое «по образу и подобию». С другой же стороны, что для божества «его раса»? Это — почти гарантированная кормушка (если мы, конечно, берем за основу то, что для бога вера смертных является или едой, или просто источником силы, конечно) и конечно же амбициозный властитель мира (или просто то существо, которое хочет гарантировать себе хорошую жизнь) будет кровно заинтересован в том, чтоб его непосредственные слуги, во-первых, были преданы лично ему, а во-вторых, чтобы его слуги несли веру в него максимально эффективно. Если же вид создан искусственно другим видом, то вряд ли он будет быть эдаким «всемогутором» — просто потому, что это не надо (и по-прежнему встает вопрос, зачем создавать для, допустим, черновой работы целую разумную расу, когда можно обойтись или простыми роботами, или какими-то специально обученными мартышками — то есть, биороботами). Думаю, смысл я смог донести. Если создавать какой-то вид искусственно — то конкретно для какой-то задачи, исходя из которой и нужно плясать. Отдельно стоит выделить ситуацию, когда какой-то вид искусственно адаптирует себя под изменившуюся внешнюю среду, но это уже гораздо ближе к научной (и не очень) фантастике, да и вообще не совсем касается непосредственно первоначального возникновения какой-либо расы.       Вот такие вот обычно встречаются вариации возникновения различных фентезийных «орков-эльфов-гномов». Конечно, никто не исключает вариации на тему, но костяк и основная идея именно такая — кто-то возник сам, кто-то возник сам при помощи магии, а кто-то был кем-то искусственно создан или изменен. Теперь перейдем к сладкому: как вся эта братия между собой будет взаимодействовать.

Ксенофобия

      А для того, чтобы понять, почему ксенофобия между вымышленными «зелеными», «ушастыми» и прочими вообще возникает, нужно определиться, почему возникает ксенофобия между обычными лысыми обезьянами. И вопрос этот, как и все в этом мире, конечно же, про деньги. И еду, понятное дело. Потому что человек, как и любое другое живое разумное существо, не сможет рассуждать о том, что его народ чем-то лучше других, если ему надо рассуждать о том, где бы умереть с голоду. Ну или не умереть. И вот тут начинается интересное. Пока наши предки-бибизяны жили собирательством и охотой, и не знали горя, все с ксенофобией было достаточно странно. По нескольким причинам: во-первых, подобный метод ведения хозяйства, к которому, судя по всему, стремятся самые неадекватные из «зеленых» — крайне эффективное средство сдерживания популяции. Тупо потому, что собирательство и охота дают довольно мало полезного выхлопа и могут прокормить ограниченное количество людей. А следовательно — семья/стадо/что-то там еще наших предков будет встречаться с другими такими же относительно редко просто из-за их малого количества. Во-вторых, если таки встреча произошла и места на всех не хватает, то всегда можно откочевать куда-то еще. Собсна, это и было одним из главных стимулов расселения наших далеких и не очень предков по миру — в старом месте есть нечего, поэтому нужно двинуться туда, где есть еще что есть. Грабительские набеги на соседние племена — это тоже достаточно поздняя придумка. Просто потому, что соседей могло и не быть и потому, что у них и брать-то было особо нечего — у них ситуация как и у тебя дома — что произвел, то и съел почти все.       Но человеческое воображение — штука деятельная, особенно касательно вопроса «а как бы мне есть чуть больше, чем пару ягод в день?», и вот — какой-то гигант мысли, отец мирового хозяйства обнаруживает, что если эта странная твердая фиговина из какого-то растения упадет на землю, через столько-то десятков дней там вырастает точно такое же растение. Так и родилось земледелие и началось самое веселое. Во-первых, выращивание еды в одном месте чуточку эффективнее, чем поиск каких-то кустиков на немаленьком пространстве, а следовательно община, занимающаяся земледелием, может кормить себя и «того парня», который, с большой долей вероятности, додумается насадить на палку камешек или даже кусок бронзы и получить мотыгу. А потом еще и изготавливать их относительно массово, так что появляется возможность еще и содержать парня с дубинкой. Во-вторых, кочевой образ жизни для земледелия становится как-то не очень — потому что поле на новом месте еще нужно вспахать (а перед этим, возможно, подсечь и поджечь лес, да). Ну и в-третьих, до комбайнов, продвинутых химических удобрений остается еще несколько тысяч лет, а потому чтобы содержать парня, делающего мотыги и парня с дубинкой, оставшиеся восемь человек должны пахать. В буквальном смысле.       Но рост населения начался, и тут возникает такая ситуация: население растет, а количество пахотных территорий на Земле как-то не очень. Ну и в один момент получается, что свободных территорий остается примерно нисколько, а люди прекращать размножаться как не планировали, так и не планируют. Примерно в этот момент появляется мысль «вот есть соседнее племя, и у него есть столько хороших земель. Почему они принадлежат им, а не нам?». И начинается бой за самую главную ценность — землю. Примерно в этот момент шаман на пару с только что появившимся военным вождем начинают задумываться «Окей, наши соплеменники пока что идут в бой, но надо бы придумать еще какую-то отмазку, почему мы должны идти к соседям с дубинками и не только бить кого-то, но и рисковать самим получить дубинкой по голове». В этот момент ксенофобия, до этого бывшая, но довольно ограниченно, расцветает буйным цветом. А когда после очередного боя остались работоспособные мужчины чужого и возникает мысль, что вместо того, чтобы их, как это делали обычно — использовали для удовлетворения своих извращенных фантазий убивали — заставить работать на поле и даже выдать каждому по мотыге. Они, правда, все равно производили довольно мало, так что заставить их работать за еду, чтобы оставшееся они отдавали просто так, не получится. Просто по причине того, что они производят не сильно больше, чем сами едят. Но потом, когда количество излишка стало больше и это самое количество стало более заметным относительно съеденного, появилась дополнительная надобность объяснять их жизнь на правах коровы.       Таким образом ксенофобия, до этого бывшая вполне обоснованным опасением перед чужаками — мало ли, что они там себе думают — превращается в удобный инструмент, с помощью которого сначала обосновывалось, почему мы должны отнять у них землю, потом — почему они, выглядящие почти точно так же, как и мы, должны быть рабами, потом — нафига вообще нам, размахивая крестами, плыть в какую-то пустыню, а затем — почему англичанин или француз должен воевать с немцем из-за того, что серб убил австрийца. Потому что ответ «потому что я хочу больше рабов/земли/заводов/пароходов» работает не всегда.       Все эти причины не деваются и когда одно племя у нас человеческое, а соседнее — какие-то эльфы. Но совсем весело становятся, когда твой сосед оказывается неведомой прямоходящей волкоподобной (например, волкоподобной) штуковиной с соотвествующим рационом. Ну или ты и есть такой сосед. Некоторое время все будет нормально — потому что все-таки животноводство и земледелие требует чуть-чуть разных земель, но кто сказал, что лысые бибизяны тоже не прочь разнообразить свой рацион говядинкой, допустим? Это не говоря уже про то, что в голодный год у племени наших зубастых товарищей появится опция «съесть соседа» и даже доказывать то, что вы разные не нужно — это и так очевидно. И вот, к обычному спору о земле добавляется не менее материальный спор о том, что лысый примат не хочет стать обедом.       Но это все дело седой древности, когда у нас не король, а вождь, не город, а большое село, и тому подобное. А что же у нас во времена значительно более поздние? Нет, конечно, ксенофобия никуда не девается, и без проблем может случиться так, что на Великой Равнине у нас Империя Чингиз-Хая Зеленокожих, там, на плато — Королевство гномов, а в холмах раскинулась человеческая Франклиспанскок Королевство. Тогда на «инакость» будет выливаться вполне себе традиционный спор между феодалами, кто сколько и где будет угнетать крестьян.       А что если у нас между всеми этими заинтересованными лицами, на перекрестке торговых путей найдется некий вольный город? Понятное дело, что ксенофобия отходит на второй план, когда тебе поставляют на продажу по хорошей цене какие-то шкурки. И что, что поставщик имеет большие зубы и зеленую кожу? Впрочем, с тем же успехом это все вернется, когда таки какой-то хитгый полугослик надавал кредитов, а никто не хочет возвращать — и пожалуйста, у нас возникают полуросликовые погромы.       Богатую почву для ксенофобии дает и магия. Когда один вид — условные эльфы — самый настоящий магический народ, он разумеется будет обосновывать свое высшее положение — тем более, что «яркий пример» в виде магического дара — вот он, перед глазами. Или наоборот, если использование магии само по себе крайне опасно и для колдуна тоже, то и другие расы могут обосновывать свою ксенофобию тем, что «вы поглядите на этих сатанистов!» И это не говоря уже про те случаи, когда источники магии — штука весьма и весьма ограниченная, и магам разных народов приходится так или иначе бороться еще и за них. Так что если в реале бытие «покоренный народ и покоривший народ» диктовалось в основном тем, что один народ смог другой завоевать по самым разным причинам, то тут такое разделение на «расы слуг» и «расы господ» может быть и вполне магическим — там, клятвы на всю расу, проклятия, запрет на использование магии — ну вы поняли. Хотя подоплеки в виде нежелания иметь конкурентов это все не отменяет.       Но это все касается вполне нормальных народов, которые просто живут и живут себе. А вот когда у нас есть вполне себе точное зло и добро, и некоторые народности действительно темные… ну, так тоже можно сделать, но кто гарантирует, что «темные народы» просто в свое время оказались козлом отпущения, которые бесили абсолютно всех — в первую очередь потому, что подмяли под себя самые хорошие земли. Ну или действительно темный народ, но, полагаю, это приелось уже многим.       Таким образом ксенофобия — это, как правило, не потому, что одни народы хорошие, а другие не очень, а потому, что одни народы хотят есть, и для этого им нужно захватить земли другого. Вопрос этот крайне комплексный, но одно можно сказать точно — возникает подобная проблема по вполне объективным причинам, как ты к этому не относись. И разумеется, «просто убить всех ксенофобов» — это не решение проблемы ксенофобии, особенно, в дальнесрочной перспективе.

Интернационализм

      А что же с противоположной стороны? Ведь противоположность ксенофобии и шовинизму — она есть. Но и причины его укрепления и превращения в нечто, пользующееся спросом в обществе точно так же объективные, как и у ксенофобии. Понятное дело, когда у свободных людей в каком-то рабовладельческом полисе вся жизнь держится на труде рабов, ждать от них принципов равенства народов не стоит, равно как и от крестьян, каждый из которых живет в замкнутой общине, а на него постоянно набегают какие-то странные всадники, особой любви к соседним народам тоже жать не стоит. Но время идет, со временем вчерашние крестьяне становятся рабочими на заводе, получая за работу не тумаки феодала, а деньги, право спать на веревке и тумаки от жандармов, и ситуация меняется. Теперь зеленокожий — не потенциальный раб, или просто соперник на распашке земли, а просто рабочий, так же как и ты, пашущий за зарплату. А может, и хуже — потому что если сильный, значит тупой, а следовательно, и платить ему можно меньше, а господин владелец в высоком циллиндре — вполне себе гном.       Почему так? Ради чего все это затевается? Ради этих самых монеток и бумажек — денег. Универсального товара, который способен себе растворить разницу между любым товаром — в том числе, и между рабочей силой разных народов, не так ли? Опять же — если не брать в расчет миры, где деление рас на «добрые» и «злые» не является объективной реальностью — с ними-то все плюс-минус понятно. То тут все становится интересно. Рознь между различными видами — это шикарный метод подзаработать, и отнюдь не только методом «ну ты тупой орк, поэтому работай за гроши», но и куда более интересными методами. Так, например, допустим, у нас есть бедное орочье королевство где-то на задворках мира. Большая часть населения — животноводы и землепашцы, дома особых перспектив так-то и нет — вся страна уже давно живет в долг. И вот, юнец решает попытать счастья в гномьем городе и каким-то чудом устраивается рабочим на заводе. Понятное дело, что ни опыта работы, ни образования у него особого нет, а поэтому владелец милостливо ему предлагает работать за условные три шляпки от гвоздя в день. А так как рабочий физически сильный, то родных гномов, которые и квалифицированнее, и опытнее, но требуют нормальной оплаты хотя бы билетами банка, если не серебром, можно выкинуть на мороз. Понятное дело, что отношение к «понаехавшему», забравшему работу будут в лучшем случае очень не очень. И вот, начинается конкуренция за рабочие места. А все мы знаем, что конкуренция ведет не только лишь (и не обязательно) к улучшению товара качественно, но и к сбросу цены. Дело сделано — квалифицированные гномы готовы работать за гораздо меньшую плату. Такое наблюдалось и у нас, где никаких гоблинов-орков-эльфов не видно и не слышно, а уж там, где это разделение будет более чем объективно… в общем, простор для фантазии открытый. Поэтому, чтобы таки вернуть себе нормальные зарплаты и возможно даже заставить ввести трудовой кодекс (или как это еще назвать? Фабричные уложения… в общем, не важно), понятное дело, что объединиться по типу «гномы с гномами, орки с орками» — плохая идея — дорогой владелец по-прежнему будет просто покупать тех, кто дешевле. Вот и приходится гномам глотать свою гордость и отстаивать свои права вместе с зеленокожими.

«Но для Компании вы не люди. Вы оборудование. Как лопата, полувагон, деревянная подпорка. Они используют вас пока вы не износитесь или не сломаетесь. Или пока обвал сланца не похоронит вас. Тогда они наймут нового работника! Им наплевать какого цвета их оборудование или откуда оно. Наплевать, сколько угля вы можете загрузить или как давно ваша семья живёт на этой земле. Если вы не держитесь вместе, то для этих людей вы не более чем дерьмо. Думаете, этот человек ваш враг? А? Это рабочий. Любой профсоюз, отвергнувший этого человека — не профсоюз. Это чёртов клуб. Они натравливают белых на цветных, местных на приезжих, лощину на лощину.»

      Вывод

      Проблема ксенофобии и солидарности разных народов и биологических видов — проблема крайне глубокая и богатая для рассмотрения со всех возможных сторон. Серьезно, пока писал это — в голове уже родилось несколько идей (которые никогда не будут реализованы, ага). И на взаимоотношениях различных фэнтезийных (или фантастических — в общем, везде, где есть целая куча разумных видов) видов можно сделать отличнейший сюжет. В целом же ксенофобия — это не нечто, возникшие просто так, как и все в этом мире она возникла как ответ на окружающие условия, а в фэнтезийном мире может приобрести значительно более яркие и острые черты. Тут я специально не затронул вопросы религии, потому что деление по религиозному принципу тоже крайне показательно и заметно, но его, раз уж у нас фэнтези, где боги — вполне себе способная существовать данность — нужно рассматривать отдельно и обстоятельно. В общем — вот такие вот пирожки с котятами. Любую проблему — особенно такую комплексную общественную проблему, как ксенофобия — и рассматривать нужно комплексно и, что называется, конкретно, ведь ксенофобия не обязательно будет иметь форму «убить всех и вся», но и другие формы принимать. Вопрос лишь в конкретных условиях. На этом откланяюсь. Надеюсь, сия текстина была для вас познавательной.