Громовержец

      Открыв глаза, Какаши не сразу понял, где оказался. В голове стучали барабаны, в глазах всё двоилось. Казалось, все звуки вокруг превратились в какое-то неразборчивое месиво, а каждое движение отдавалось жуткой болью.       Попытавшись успокоиться, парень прикрыл глаза и провёл лёгкую дыхательную гимнастику, чтобы стабилизировать пульс, дыхание и давление организма. Головная боль тут же ослабла, в ушах перестало звенеть. Открыв глаза, он начал осматриваться вокруг, чтобы понять, что происходит.       А зрелище было весьма интересным. Тёмное непонятное помещение с сырыми стенами, пропахшими плесенью. С одной стороны были железные решётки, в с другой, спрятавшись в тени, сидели другие люди. Избитые, голодные, лишённые воли к жизни. Судя по их виду, они просидели здесь по меньшей мере две недели, или даже больше. Увидев всё это, Какаши тут же вспомнил пошедшие события. Пред его глазами всплыли воспоминания того дня. Кровь, много крови, пожар и…       А он ничего не мог сделать. Просто стоял и не мог пошевелиться, будто страх сковал его тело. От злости на самого себя, Какаши закусил губу до крови, но тут же успокоился. Сейчас было не время для самобичевания. Сперва нужно было понять, куда он попал и выбраться отсюда. Иначе, смерть и всё, что сделали для него те люди, будет напрасным.       — Вилья… — прошептал он и мотнул головой, чтобы отбросить все плохие мысли.       Сжав кулаки, парень попытался подняться, но обнаружил, что был закован в кандалы, прибитые к стене. Он попробовал пошевелиться, но цепи были слишком короткими и прочными. Нужно было что-то делать, как-то выбираться.       Кандалы и цепи были слишком прочными, чтобы их смог порвать маленький мальчик. Другое дело было бы, если он владел чакрой, но… Сейчас он не был на это способен. Единственный выход был в том, чтобы выбить несколько костей из суставов, чтобы рука свободно вышла из оков.       Лёгким движением Какаши вывихнул себе кисть и освободил одну из рук. Боль была незначительной, к тому же почти всякий шиноби умел скрывать свои чувства. Поэтому он не издал никакого звука, что мог бы его обличить.       Когда одна из его рук была свободна, парень высвободил и вторую, после чего вставил кости на место. Хорошо, что были закованы лишь руки, иначе ноги было довольно затруднительно освободить.       Размяв кисти, парень поднялся на ноги и потянулся. Все кости захрустели, будто он провёл без движения уже несколько дней.       Теперь оставалось лишь выбраться из этой клетки. Конечно, освобождение из оков для неподготовленного человека, было бы весьма сложно задачей, но вот преодоление решётки было главной проблемой. Прутья стояли слишком близко друг другу и даже худой мальчишка не смог бы через них пролезть, не говоря уже о взрослом человеке. Поэтому нужно было найти способ открыть дверь.       Какаши подошёл к ней ближе, посмотрел вокруг и, убедившись, что рядом не было стражников, осмотрел замок. Он был довольно простым, но в то же время надёжным. Однако, как шиноби, Какаши был обучен взлому подобных средств защиты. Для этого хватило бы обычной шпильки, гвоздя или какой-нибудь тоненькой, но прочной палочки.       Повернувшись, парень заметил, что за ним наблюдают остальные заключённые. В их глазах всё ещё не было надежды, однако некий огонёк интереса был заметен в их взгляде. Казалось, они думали о том, насколько далеко сможет зайти мальчишка.       Парень осмотрелся вокруг, посмотрел под ноги и в углы стен. Заметив нужный предмет он тут же его подобрал. Им оказалась старая рыбья кость.       Без замедлений, парень взломал замок и приоткрыл дверь решётки. Та со скрипом поддалась и сдвинулась с места. Выйдя из камеры, Какаши прижался к стене и, слушая шаги, направился в сторону, где, как полагал, находится выход. Однако, всё, как и всегда, пошло не совсем по плану.       Это тело было слишком неподготовленным, слишком слабым, а его чувства не были обостренны до предела чакрой и инстинктами убийцы…       Он просто не услышал, как некто оказался позади него.       Удар…       И снова мир померк.

***

      — О, смотрите кто очнулся! — прозвучал грубый мужской голос рядом.       В нос ударил запах жаренного мяса, а звон в голове начался с новой силой. Медленно приоткрыв глаза, Какаши тут же их закрыл от яркого света костра. С новой попытки у него всё-таки это получилось и он увидел перед собой группу мужчин в тех же одеждах, что и у тех, кто напал на деревню. Они сидели вокруг костра под ночным небом, пили пиво, веселились, травили байки и ели ароматное жаренное мясо кабана.       Ближе всех к Какаши сидел крупный мужчина с тёмными волосами, аккуратной бородкой и шрамом, пресекающим всё его лицо от правого уха до подбородка. Он смотрел своими зелёными глазами на мальчика и улыбался, будто был рад его пробуждению. От его вида всё нутро шиноби закричало от гнева. Он был готов порвать этого мужчину голыми руками, лишь бы отомстить за смерть Вильи и её родителей.       Какаши попробовал встать, но не смог даже дёрнуться. Всё его тело было крепко привязано к деревянному столбу, а ноги вытянуты вперёд, чтобы не было возможности оттолкнуться.       — Ну-ну, не смотри на меня так, — хмыкнул мужик. — Должен признать, ты меня удивил.       Какаши молчал.       — Бежать из ямы способен далеко не каждый. А ты сделал это в первую же ночь, — он откусил сочный кусок мяса и довольно усмехнулся. — Что, хочешь есть?       Желудок парня предательски заурчал от запаха мяса.       — Держи, — кинув кусок под ноги мальчика, хохотнул мужик. Было видно, что он лишь издевается над парнишкой, ведь, даже если бы он захотел, то никак не смог бы дотянуться до еды.       Злобно зыркнув на мужика, Какаши прикрыл глаза и вздохнул. Было глупо начинать словесную перепалку. Ещё глупее было настраивать этих людей против себя. Захотев, они могли убить его в любой момент. Поэтому, нужно было сохранять спокойствие. Даже если очень сильно хотелось убить мужчину перед собой.       — Как тебя зовут? — спросил он.       Но Какаши не ответил.       — Молчишь? Может, тебя слишком сильно огрели по голове? Ладно, захочешь жить — заговоришь…       Мужик отвернулся от мальчишки и продолжил веселиться.       Пиво и эль лились рекой. Мужики смеялись, пели, а пленные девушки кричали от бессилия. Такова была жизнь в этих краях. Либо ты, либо тебя. Иначе никак…       Запах смерти повеял в воздухе.       Приближался шторм.