No time to die.

      Когда мы пришли в дом, вечеринка только начинала набирать обороты. Всего было в достатке: алкоголя, пьяной молодёжи, снующей туда сюда в поисках травки или таблеток, от которых можно было словить кайф. Но самое главное — это атмосфера. То самое чувство спокойствия, которое возникает внутри, когда кругом все веселятся, расслабляются и получают удовольствие, отдыхая после тяжёлой недели.       Мария сразу же влилась в коллектив, потащил меня на танцпол, чтобы отвлечь от плохих мыслей, которые в последнее время не хотели покидать мою голову. С ней было гораздо веселее и смелее. Почему — то я верила в то, что девушка сможет защитить меня от любых опасностей. От неё исходила какая — то сила.       Всё веселились, даже братья позволили себе отдохнуть от всего этого ужаса, который произошёл с нами за эти недели. Мне особенно понравилось наблюдать за опьяневшим Салом, который прижимался к Ларри. Но всё это сразу отошло на второй план, когда в голове снова стали повторяться слова той песни.       Давно уже меня не мучали эти пугающие строки, смысл которых до сих пор казался мне каким — то двояким. С одной стороны всё было ясным, словно день, но с другой — очень запутанно.       Я остановилась, улыбка, появившаяся на моём лице, тут же поникла. Музыки, которая оглушала всех присутствующих, уже не было слышно, всё стало каким — то неразборчивым, мутным. Тело не слушалось меня, оно словно больше не зависело от разума — теперь им управляло что — то другое. Только слова… Только этот манящий голос… «Девочка влюбилась в море Оно звало её за собой…»       Я сама не знаю, как оказалась во дворе незнакомого дома, как смогла найти это место. Всё было каким — то размытым. Никого из людей рядом не было, и это показалось мне странным. Я подошла к бассейну, который был до сих пор заполнен водой, хотя в такую холодную погоду купаться было невозможно.       Я встала у самого края, смотрела в эту манящую глубину, никого не замечая и не слыша. Казалось, ничего страшного не должно было произойти. Любой здравомыслящий человек ушёл бы оттуда, даже и не вспомнив, но я осталась, продолжая смотреть, будто могла найти там что — то более интересное, чем просто дно. «Ты не успеешь проснуться Кричали ей птицы вдали Дайте хоть раз в любви захлебнуться Вздохнула и бросилась вниз…»       Я шагнула вперёд, словно стояла сейчас не над этой пропастью, но под ногой не было опоры, она в одно мгновение ушла под воду. Глубина тут же поглотила меня в свои объятия, из которых невозможно выбраться. Тело словно парализовало, песня всё громче и громче звучала у меня в голове.       Тело ушло на дно, и я это чувствовала, но не могла пошевелиться, знала, что тону, но не боялась этого. Я словно смирилась с чем — то неизбежным. Воздуха уже почти не осталось в лёгких, но я не всплывала, продолжала лежать на дне этой бездны и смотреть вверх.       Тело стали покидать силы, рука повисла над головой, словно я пыталась до чего — то дотянуться, но на самом деле я ужасно устала. Меня вымотал весь этот ужас: галлюцинации, страхи, одиночество. Долго так закрывать на это глаза я бы не смогла. Тем более, зачем мне жить, если Трэвис сейчас, возможно, уже встретил объятия смерти? Лучше быть рядом с ним, чем существовать в этом ужасном мире без него.       Стоило всего лишь закрыть глаза, чтобы окончательно расслабиться. Грёбаный рефлекс не позволял мне выдохнуть, но воздуха в лёгких уже почти не осталось. Ну же… Ещё немного…       Что — то схватило меня за руку и потянуло вверх. Я же не сопротивлялась. Через несколько секунд я уже смогла вдохнуть свежий воздух и почувствовать тонкие руки на своей талии. Открыв глаза, я увидела Марию, которая смогла вытащить меня из воды. Затем удивлённые и одновременно испуганные лица братьев, рассерженный взгляд подруги.       Сал тут же положил мне на плечи свою куртку, говорил что — то, но я его не слышала. Я всё продолжала прокручивать у себя в голове слова песни и смотреть на трясущиеся от холода руки.       -…оставьте её…- голос Марии.       Девушка подняла меня, схватив за плечи, повела в дом, чтобы согреть. Вечеринка уже начала подходить к концу, хотя было не так поздно. Люди стали расходиться, как только узнали об инциденте, но я на них не злилась. Не осуждала бы, даже если бы обсуждали меня на следующий день в колледже. Теперь меня ничего не волновало, весь этот мир словно потерял краски, стал однообразным и неинтересным. Переступив через край бассейна, я словно оторвала себя ото всех.       Мария, заметив мой безжизненный взгляд, начала меня сразу же подбадривать, только это не помогало. Отчаяние уже поглотило меня и не собиралась отпускать. Я чувствовала, как паранойя и депрессия присоединились к этому чувству, как каждое тянуло меня за свои ниточки, управляя мной, как марионеткой, а слова песни сводили с ума.       Тут девушка решила пойти на крайние меры. Она неожиданно резко, но мягко положила ладонь на мой лоб, тихо прошептала что — то, и я почувствовала, как хандра начинает отпускать меня, но недолго это всё продлилось. Чувство чего — то неизбежного, приближающегося не покидало меня. И вот я уже почувствовала всем своим нутром развязку, долгожданную кульминацию.       — Мария. Мне душно, я хочу уйти отсюда.       — На улице холодно. Подойдём лучше к окну. — девушка подвела меня к потоку свежего воздуха, и я быстрым движением втянула его в себя.       На улице было ужасно темно. К счастью, двор освещался фонарями, поэтому темнота не так сильно пугала. Гораздо страшнее на этом фоне выглядел лес, который окружал дом. Такой густой, чёрный, покачивающийся от ветра, он шелестел опавшими с деревьев листьями. И мне казалось, что я слышу их шёпот. Такой тихий, но беспокойный.       Тут мне показалось, что среди деревьев что — то движется. Я точно видела белое пятно, но теперь оно исчезло. Мои пальцы резко схватились за руку Марии, которая в это время разговаривала с Салом. Я даже не заметила, как подошёл брат, всё моё внимание было приковано к деревьям, к этой тени, среди которой, как мне показалось, было что — то спрятано.       И вдруг случилось то, чего я точно не ожидала. По крайней мере в этой жизни. Что — то двинулось в сторону дома, и теперь я точно видела силуэт, который с каждым шагом становился всё чётче и чётче. Я сначала перестала дышать, затем всхлипнула, протёрла глаза, чтобы убедиться в том, что это не очередное видение.       Мария и Сал не успели ничего сделать. Я в одно мгновение сорвалась с места и выбежала из дома. Сначала я замешкалась, но потом нашла способ пробраться к заднему двору дома. Я бежала вперёд, не обращая внимания на крики, на холодный ветер, от которого слёзы текли из глаз ещё сильнее, на то, что глаза практически ничего не видят из — за темноты. Я знала, где он, чувствовала его, как никогда раньше.       И вот я остановилась, чтобы ещё раз убедиться в том, что вижу его. Трэвис заметил меня, хотел было побежать, но от слабости упал на колени, слегка запрокинув голову и посмотрел на меня, вымученно улыбнувшись, и прошептал что — то. Я сразу же побежала к нему, упала рядом с ним, заключая в свои объятия.       Я крепко прижимала его к себе, будто боялась, что он снова уйдёт. Трэвис ответил тем же. Он дрожал от усталости, но продолжал держаться из последних сил, чтобы не потерять сознание.       — Ты жив. — я прикоснулась к его лицу, убирая спутанные волосы со лба, целуя его лицо, видела, как Трэвис улыбается. Это всегда было похоже на оскал, но эта улыбка была роднее, чем любая другая.       — Я нашёл тебя. — он настойчиво прижал меня к своей груди, гладил дрожавшими руками мои волосы, тоже не мог поверить в то, что это всё реально. — Бетт, моя Бетт. Неужели… Я правда тебя нашёл…