житухабандюгана.txt

― Неспокойно мне чето, Валерка. Ой, не знаю. Лидер тяжело вздохнул и сел на грязные ступеньки. Клавишник стоял в проеме балконной двери. Обтянутая белой тканью, сгорбленная спина Лидера выплывала из мглы как айсберг в ночном море. ― Ты все из-за этого, да? Лидер не ответил. Он просто кивнул головой. Ветер на улице протяжно, заунывно выл. Клавишник сел рядом с Лидером. Балконная дверь оглушительно хлопнула, перекрыв поступление ледяного ветра и мокрого снега в подъезд. ― Знаешь, я… В последнее время чувствую очень странную хрень, − начал Лидер. ― М-м-м? Че там? – прозвучало так, будто Клавишник слушает его в пол уха, но это было неправдой. Он достал из кармана пачку сигарет и протянул ее Лидеру. Лидер от сигареты не отказался. Он никогда не отказывался. ― Как ты знаешь, я боюсь замкнутых пространств. И во всяких там лифтах, сараях и карцерах меня кроют панички. ― Пф-ф-фт, есессно я знаю. Помню, как мы на девятое мая у тебя на даче бухали и тебя в сортире закрыли! Еба, это такой угар ваще… Клавишник хрюкнул от собственной же шутки и прилива греющих душу воспоминаний. Лидер даже не улыбнулся. ― Как говорят американцы: ой, смешно дураку, что нос на боку. ― Бля, ну не нуди, а! Я просто пытаюсь разрядить атмосферу или типа того… ― Так вот. В последнее время я стал испытывать чувства очень… Похожие. Я стал чувствовать, что мне здесь не место. ― В смысле, блять, − сигарета чуть не выпала изо рта Клавишника, − «не место»? ― В прямом. Мне тесно. Тесно на улице, тесно дома, тесно в своем теле и в своей голове. Иногда это… Ну, так, терпимо. Просто как фон. А иногда так ебанет, что на стены лезть охота. Лидер закрыл лицо руками. Сигарета дымила между его пальцами, на кончике скапливался пепел, но он так и не сделал ни одной затяжки. Клавишник мягко погладил его по спине. ― Это тебя так… Поросята эти, что ли? Лидер отрицательно помотал головой. На нижних этажах кто-то вошел в квартиру с характерным звоном ключей и ударом железной двери. ― У-у-у, пидарас! Ходит тут, дверями хлопает. А у нас, меж прочим, разговор серьезный! Ёпта. Клавишник пригрозил кулаком куда-то в бездну лестничных проемов. Он пытался сделать что угодно, чтобы хоть немного отвлечь своего друга. И это даже помогло – Лидер отрывисто хмыкнул. ― Я просто… Бля, просто, − Лидер с трудом подбирал слова. Его голос как-то странно, пугающе дрожал. Клавишник никогда его таким не видел и не слышал, даже в школе. По его спине пробежал холодок. ― Я, блять, не знаю. На меня столько всего навалилось… И Катамаранов еще… ― А он-то тут причем? ― А при том, что каждый раз, когда он приходит в мою жизнь, у меня все по пизде идет. ― Да хорош тебе… На бухарика-то гнать… Он нас спас, так-то…       Клавишник прижал Лидера к себе и погладил по плечу. Лидер не мог остановиться, слова лились из него, как из прорвавшейся плотины: ― Я в какой-то момент просто задумался, кто Я ваще такой по жизни? ― Ну как кто… Это… Лидер ОПГ «Железные рукава»… ― Не-е-е, брат, брешешь, − с ухмылкой садомазохиста протянул Лидер, − Товарищ Начальник не давал Лидеру имени. Не давал ему внятных черт характера. Не давал ему прошлого. Ни-че-го он ему не дал. Ноль. Дырку в пузе. Ну, точнее, он дал ему очки, белый плащ, любовь к поговоркам и трех немых болванов одной функции. К этому образу я имею крайне поверхностное отношение. ― Ты… Э-э-э, собирательный образ бандита из девяностых? Как я и, ну… Все? ― Тоже мимо. Фандомный Гриша Железный с этим справляется намного лучше, чем я. Он не имеет никакой человечности или банальной индивидуальности, это самый стереотипный гопарь из всех, что я когда-либо ваще видел. ― Ты Дадаев Максим? – неуверенно спросил Клавишник. ― Во-о-от, это уже ближе к жизни. А теперь ты мне ответь: кто такой Дадаев Максим в парадигме фандома «Внутри Лапенко»? И, расширю дискуссию: кто такие Валера Ладонежский, Олег Пастушенко и особенно Леша Дадаев, сын Максима? Кто, бля, все эти люди? Клавишник задумался. Ему было нечем крыть. А потом его осенило. ― Так, подожжи, ебана. Это тебя из-за трейлера второго сезона так распидорасило, что ли? Лидер кивнул. ― Ну, ебанный насрал, Максим! – Клавишник всплеснул руками, − вот у тебя внатуре биполярочка, конечно. ― Почему это? ― Кто мне с умной рожей втирал, такой типа, «все интерпретации канона важны и нужны», а? Еще когда я говорил, что все эти бесконечные балабанов-фики – залупа конская? ― Ты не понимаешь, это другое! ― Че другое-то? ― Раньше был открытый финал и была огромная свобода для… Допустимого. А теперь нет никакого «допустимого»! Товарищ Начальник пришел и сказал: «ша!». Есть огромная разница между тем, чтобы работать строго по канону, но в другой тональности и противоречить канону совсем. Лидер спрятал лицо в острых коленях и обхватил голову руками. Его мелко трясло. ― Да и пошел он нахуй, − пожал плечами Клавишник. ― Че ты щас сказал? – Лидер уставился на Клавишника с такой яростью, будто нахуй послали его. ― Нахуй он пошел, говорю.       Клавишник встал и отряхнулся, а потом помог подняться Лидеру со ступенек. Они вышли на балкон. С высоты птичьего полета ночной, зимний Катамарановск выглядел завораживающим, обскурным царством прямых углов, черных линий, заводских труб, бетонных коробок и золотистых огоньков. ― Мы, блять, не телепаты, чтобы сидеть и угадывать, че он там напридумывал за полгода молчания. Гадать, нахуй, на говяжьих анусах и склейках из инстаграмма, ага. Ну, переделал и переделал, че бухтеть-то. Лидер тихо рассмеялся. Шутеечка про инстаграмм и говяжьи анусы ему явно зашла. ― Мы это мы, а сериальные «Рукава» это вообще другая банда. Вот, это как бы раз. А, во-вторых… Ты какой-то слишком правильный стал. Интересная, типа, песня: Катамаранов, значит, который Инженера об полы в школьной столовке хуярит, а Инженер ему за это шоколадки дарит, имеют право на существование, а мы с тобой нет. Ты бандит или кто, ё-мае? Тарищ Начальник то, Тарищ Начальник это… Тарищ Начальник твою жену Игорем обозвал, так-то. С фамилией Женер. ― Да, че уж там, мы все тут Игори. И ты и я. ― И Тарища Начальника тоже Игорем, наверное, по паспорту зовут. И всех его братьев. Игорь Первый, Игорь Второй, Игорь Третий… ― Не смешно, − проворчал Лидер сквозь смех. ― И вот еще че. Ты не забывай, о чем житуха. Житуха она не про канон вот ни разу. Она про фандом и только про фандом. Мы тут стебем хреновые пописы, остоебеневшие фаноны, а не стелем чисто по сериалу. Или мне тебе напомнить, кто в тебя обойму разрядил на прошлый Новый Год? Не твоя ли супружница обожаемая? И что ты по канону вроде как сдох в говне? ― Ну харе-харе, я понял. ― Вот. И если надо, мы любому пизды дадим. И Тарищу Начальнику на орехи перепадет. И перепадет очень сильно. Ну, полегчало тебе? Лидер выдавил из себя грустную улыбку и кивнул. Он обнял Клавишника и тихо сказал: «Спасибо». Клавишник похлопал его по спине. ― Вот это другое дело. Не, я типа, тоже третьего дня загнался, что типа, стагнирую и как музыкант говно, а потом… Ну, кароч, разогнался. Сам как-то. ― Пошли пивка бахнем, − внезапно предложил Лидер. ― У це дiло, как сказал бы Олежа. Они вышли из подъезда и направились в сторону ближайшей пивной. Второй сезон подкараулил совершенно незаметно и схватил за горло.