Вот это я попала...(Редактируется)

POV Мэри После того как мы закончили разбирать книги в библиотеке, наступила гнетущая тишина. Казалось, воздух вокруг нас сгустился, стал вязким, как туман — ни я, ни Джуди не проронили ни слова. Мы собрали вещи и почти механически направились в сторону купальни. Обычно мы болтаем обо всём подряд: про то, как прошёл день, какую услышали сплетню от служанок в углах замка или как нам жилось раньше. Но сегодня… будто тяжёлый груз навалился. Мы шли молча, каждая погружённая в свои мысли, и лишь эхо наших шагов отдавалось по пустым коридорам. В купальне было непривычно тихо. Ни смеха, ни плеска воды — только приглушённое журчание и редкий шелест капель. Мы не смеялись, не устраивали водных боёв, как обычно. Просто молча погружались в горячую воду, пытаясь отогреть изнутри тревоги. Никто не решился заговорить первым. Ужин мы пропустили не потому, что не успели, а потому что еда просто не лезла в горло. Внутри стоял ком, словно всё тело протестовало. Хотелось только одного — перестать снова и снова прокручивать события дня. Когда мы, вымокшие и сонные, вернулись в свои комнаты, даже не пожелали друг другу спокойной ночи. Не из-за ссоры, а потому что слова казались лишними. Я завернулась в одеяло, свернулась клубком и постаралась уснуть. Сон долго не приходил. Но всё же, ближе к глубокой ночи, меня вырубило. Внутри оставалась лишь одна мысль: рано или поздно мы узнаем тайны этой шкатулки.

***

Утро встретило меня тяжестью в голове. Я нехотя разлепила глаза, подошла к тазу с водой, умылась и расчесала рыжие волосы, собирая силы на новый день. Выйдя в коридор, я наткнулась на сонную Джуди. Вид у неё был такой же — значит, и она не могла уснуть. — Доброе утро… — пробормотала она, щурясь от света из окон. — Если это можно так назвать, — вздохнула я и натянуто улыбнулась. — Похоже, спали мы одинаково хреново. Джуди кивнула. Слов было и не нужно — обе знали, ночь не принесла ни покоя, ни ясности. Шкатулка всё так же ждала нас в отделе энциклопедий, а вместе с ней и это странное чувство, будто мы нарушили что-то большее, чем просто дворцовое правило. — Пойдём в столовую? — предложила я. — Может, хоть еда вернёт нас к жизни. — Погнали, — буркнула Джуди. В столовой уже собирались люди. Пахло хлебом, овсянкой и чаем. Всё вокруг было обычным, рутинным… словно вчера ничего не произошло. Мы взяли чай и хлеб с маслом, сели в дальнем углу. Жевали молча, поглядывая на дверь. Я всё ждала, что войдёт Аделли и потребует шкатулку. — Думаешь, она догадывается, что мы оставили шкатулку в библиотеке? — наконец нарушила тишину Джуди. — Она догадалась обо всём с самого начала, — отозвалась я. — Просто не стала говорить вслух. И это пугает ещё больше. — Может, она боится её не меньше нас. — Или знает, что произойдет, если её открыть. Мы переглянулись. Ни одна из нас не хотела произносить слух те предположения, которые уже давно витали в голове. Тайная комната, предметы в сундуке, шкатулка — всё это тянуло за собой в неизвестность, от того и пугает. — После обеда давай проверим, на месте ли она, — тихо предложила я. — Обязательно. После завтрака мы направились в библиотеку. Там было прохладно и тихо — массивные стены хранили утреннюю свежесть, а солнечные лучи едва пробивались сквозь высокие окна. — Доброе утро, леди, — встретила нас Аделли. — Доброе утро, — ответили мы в унисон. Она улыбнулась: — В этот раз без опозданий. Молодцы. —Вы сами нас учили негоже настоящей леди опаздывать. —подметила я ей. —Верно. —затем её стало серьезным— Что ж не будем терять времени пора за работу. Мы разошлись по своим местам, я взяла корзину с книгами для второго яруса, а Джуди отправилась сортировать старые фолианты у дальних стеллажей. Библиотека жила своим неторопливым ритмом: где-то тихо шелестели страницы, когда ветер с улицы пробирался сквозь неплотно закрытую створку окна, где-то глухо скрипела деревянная лестница, когда по ней двигалась Аделли. Но, как ни старалась я сосредоточиться на работе, мысли то и дело возвращались к одной точке — к отделу энциклопедий, где за тремя рядами толстенных книг лежала наша находка. Ближе к полудню Аделли наконец поднялась на верхний ярус. Мы остались внизу — и это стало для нас знаком. — Сейчас, — прошептала Джуди. Мы осторожно отодвинули книги. Шкатулка была на месте. Тёмная, с металлическими углами, она выглядела чужеродной, как будто из другой эпохи. Я протянула руку… и замерла. Скрипнул пол. Мы обернулись — никого. Лишь занавеска колыхнулась от сквозняка. — Закрывай, — шёпотом сказала Джуди. — Побыстрее. Мы вернули книги и сделали вид, что просто пересчитывали тома. Но ощущение чужого взгляда не отпускало до обеда. И тут дверь распахнулась: — Девочки-и-и, вы где? - раздался звонкий голос. Мы вздрогнули. — Калла, мы здесь! — отозвалась Джуди. Принцесса легко нас нашла. Мы сделали реверанс — от которого мои колени предательски хрустнули. — Мэри, ахах! — прыснула Джуди. — Ты уже вся разваливаешься, хотя я старше тебя. — Цыц, бабка. Ты сама недавно ныла, что спина болит. — Кхм-кхм, — перебила нас Калла. — Я вам не мешаю? — Вовсе нет, — отрезала Джуди. — Джуди, она принцесса, — напомнила я. — Да ну вас. Я хоть и принцесса, но мы же подруги, — улыбнулась Калла. — Во-о, говорю же, свои люди, нечего тут ломаться, — радостно влезла Джуди. Она как всегда на своей волне, — мысленно проворчала я. — Девочки, я пришла не просто так, — серьёзно сказала Калла. — Через неделю День Монарха. Я сразу поняла, к чему весь утренний шум в замке. —Можешь рассказать что это за праздник такой? - Джуди поинтересовалась. — День Монарха? — Калла улыбнулась, и в глазах у неё зажглись озорные искорки. — Когда я была маленькой, это был мой любимый день в году. С раннего утра весь город оживает: улицы украшают флагами, а в воздухе пахнет свежей выпечкой и цветами. Люди приходят со всех уголков королевства — несут хлеб, корзины фруктов, ткани, украшения… Всё это складывают у подножия трона. Она чуть задумалась, словно на миг снова оказалась там, среди гомона и красок. — Мне всегда казалось, что это как огромный подарок моему отцу… и нашему дому. Он благодарит каждого, кто пришёл, иногда даже спускается с трона, чтобы пожать руку старому другу или приласкать ребёнка. А вечером — музыка, танцы и фейерверки. Когда вспыхивает первый залп, кажется, что весь замок дышит радостью. — Звучит красиво… — тихо сказала Мэри, глядя куда-то в сторону. — Но что будет, если кто-то… ну… не принесёт подарок? Джуди, как всегда, не удержалась и фыркнула: — Или принесёт какую-нибудь дрянь. Калла чуть приподняла брови, и в уголках её губ мелькнула едва заметная улыбка. — По правилам, никто не обязан ничего дарить, — пояснила она, но в голосе прозвучала тень задумчивости. — Хотя… — она на миг замялась, — в истории бывало, что отсутствие дара воспринимали как знак недовольства монархом. Иногда это проходило незамеченным, а иногда… становилось началом больших перемен. Мэри и Джуди переглянулись, и тишину нарушил лишь далёкий стук копыт на брусчатке. — Знаете, — начала Калла мягко, — в летописях есть одна старая история о Дне Монарха. Она совсем не страшная, но поучительная. — Когда-то один молодой крестьянин пришёл на праздник с пустыми руками. Его семья жила бедно, и он не хотел явиться с жалким подношением — считал, что это будет позором. И тогда он встал в стороне, пока все складывали корзины у трона. — Монарх заметил его и спросил: «А где твой дар?» Юноша опустил голову и признался: «Ваше величество, у меня ничего нет». Калла на мгновение замолчала, будто сама видела эту сцену. — И король сказал: «Ты пришёл с честностью в сердце, и это лучший дар из всех». Он поднял юношу на помост и объявил перед народом, что искренность дороже золота. С тех пор иногда приносят не только хлеб и ткани, но и песни, стихи или даже добрые слова — ведь дар может быть разным. — Значит, праздник не только про богатство? - я улыбнулась. — Конечно, — кивнула Калла. — Он про уважение и благодарность. А какой именно дар — каждый решает сам. Я внимательно слушала слова Каллы про праздник и дары монарху, но вместо радости меня накрыло странное беспокойство. Каждое её слово будто резонировало с нашими мыслями о шкатулке, спрятанной в энциклопедиях. —Дар...— повторила Джуди шёпотом, едва заметно взглянув на меня. Я поняла её без слов. Мы обе думали об одном и том же. Когда Калла закончила рассказ, в библиотеке повисла короткая тишина. Она улыбалась нам, явно ничего не подозревая, но у меня внутри шла настоящая борьба: рассказать или молчать? —Калла, слушай....— вдруг вырвалось у меня, прежде чем я успела себя остановить. Калла слегка удивлённо подняла брови: — Да, Мэри? — Мы… — я сглотнула и почувствовала, как Джуди тревожно дернула меня за рукав. — Мы нашли в замке кое-что. Тайную комнату. Она не засмеялась, не нахмурилась — только её взгляд стал внимательнее. — Продолжайте, — сказала она тихо, и от этого тихого тона мне стало ещё страшнее. — Внутри комнаты был сундук, а в нём — шкатулка, — вмешалась Джуди, решив, что теперь нет смысла молчать. — Мы не знаем, что в ней, и не решились открыть… Но мы спрятали её в библиотеке. — Ты знала про комнату? — спросила я. Калла опустила глаза. — Знала. Но попасть туда нельзя. Там стоит железная дверь с замком, который даже я не могу открыть. Мы переглянулись с Джуди. — Какая дверь? — Джуди удивлённо подняла брови. — За портретом моей матери, — пояснила Калла. — Но он всегда был закрыт. — Калла, — я глубоко вдохнула. — Когда мы нашли комнату, там не было никакой двери. Конец POV Мэри