Looking at You

Теперь, когда его рука была полностью отремонтирована, у Баки больше не было причин подолгу находиться в мастерской, так что в последующие несколько дней они виделись лишь мельком. По факту, в субботу он вообще ничего не слышал от Солдата, не было даже ни единого звонка. Но вместо этого он нашел на своем столе в мастерской ключ-карту с номером комнаты, написанным на обратной стороне черным маркером. Номер 217. Отель «Хилтон Ин и Свитс». Баки лежал на кровати, выключив свет и оставив работать телевизор, но тут же подскочил открыть дверь, когда Тони постучал. – Я уж заждался тебя. – Извини, мне надо было кое-что закончить в мастерской, и я не хотел… И, ну, я не знал, рано ли это или поздно, или мне стоит подождать, или позвонить, или… – Эй, хватит, я же не всерьез, – перебил его Баки с короткой улыбкой. – Тебе не надо извиняться. Я просто счастлив, что ты вообще пришел. Я боялся, что ты передумал. – Ну, – Тони немного неловко скинул свой рюкзак с ночными принадлежностями, – я бы позвонил, если бы решил не прийти. Баки только смотрел на него долгую минуту, и Тони вернул ему изучающий взгляд, разглядывая его темные отросшие волосы, ярко-голубые глаза и чересчур много голой кожи, потому что Баки не удосужился надеть рубашку, и, черт, Тони не мог оторваться от рассматривания всех его шрамов на левом плече. – Тебе надо переодеться во что-то попроще, – указал Баки на его джинсы и все застежки на одежде. – Не думаю, что будет удобно. – Да. Да, я переоденусь, – но Тони не сдвинулся с места и Баки наклонил голову, чуть двигая плечами, чтобы напрячь мышцы. – Ты можешь смотреть, сколько захочешь, Тони. Этот комментарий вывел его из ступора, и он смущенно прочистил горло. – Извини. Я просто… – Тони отвернулся, направляясь в ванную комнату, чтобы переодеться. – Я скоро вернусь. Когда он снова появился, но уже в мягких пижамных штанах и футболке, Баки указал на место рядом с собой. – Мне надо быть ближе к двери. Ты не против устроиться на той стороне? – Почему тебе надо спать ближе к двери? – Привычка, – объяснил Баки. – Быть лицом к двери – это значит быть между тобой и врагом, если тот вдруг проникнет внутрь. Я знаю, что этого не произойдет, и тебе ничего не угрожает, но все, чему меня учили, слишком прочно засело в голове, чтобы я мог просто отмахнуться. Мне на самом деле надо быть между тобой и любым, кто мог бы войти. – О, – Тони, казалось, и вовсе хотел улыбнуться, но только позволил уйти настороженности со своего выражения лица.– Ну, у меня нет любимой стороны кровати. Я вообще мало сплю, так что это все равно не имеет значения. – Тогда иди сюда. Тони тяжело сглотнул, неосознанно сжав кулаки, ища в себе смелость, чтобы присоединиться к Солдату на кровати. – Ну же, Тони, – Баки протянул ему левую руку. И Тони вновь потянулся к нему раньше, чем даже поймал себя на этом движении. – А теперь иди ко мне, – Баки обхватил его запястье и решительно потянул к себе. – Не бойся, просто ложись со мной, хорошо? Тони через силу сел на кровать, и Баки выключил телевизор, нырнув под одеяло в полном мраке. Через десять минут Тони не вытерпел тишины и спросил: – Что мы сейчас делаем? Я думал, ты сказал, что мы собираемся спать вместе? – Я спрашивал, хочешь ли ты провести со мной ночь, – спокойно ответил Баки. – Этим мы сейчас и заняты. – Мы… спим? – смущенно переспросил Тони. – Это такой у нас план? – Да, в этом и смысл. – Так ты не… ты не хочешь меня. Значит, это только платонически, – Тони просто не смог сдержать разочарование, и кровать прогнулась, когда Баки перевернулся на бок, с трудом рассмотрев выражение лица Тони в слабом свете из окна. – Иди сюда и ложись рядом со мной, Тони. – Кажется, мне лучше просто уйти, – он поднялся с кровати. – Я думал, ты хочешь кое-чего другого, и я морально готов только к такому варианту, так что… – Ложись возле меня, – повторил Баки. – Пожалуйста. Хоть на минутку. Баки дождался, пока Тони вернется в постель и немного успокоится, прежде чем снова заговорить: – Когда я сбежал, – голос Баки был серьезнее, чем обычно, – когда я ушел от своих кураторов, и Стив явился за мной, я не мог заснуть. Вообще не спал. Кошмары были просто ужасающими, а даже если бы повезло и мне ничего не снилось, то я все равно вдруг резко просыпался, не понимая, где я или кем должен быть. Это продолжалось месяцами. – И как ты справился? – спросил Тони, закрыв глаза и позволяя тихому голосу убаюкивать себя несмотря на всю неловкость ситуации. – Я спал в комнате Стива, – ответил Баки, и Тони мгновенно напрягся рядом с ним, не в силах сдержать свою реакцию. – На полу, Тони, – поспешил объясниться Баки. – На полу, чтобы он мог разбудить меня, когда начинались кошмарные сны. А когда я просыпался, не понимая, где я, то видел его и успокаивался. Ушло немало времени, но это сработало, и теперь я могу спать сам. – И? – голос Тони снова зазвенел раздраженными нотками, и он нервно зашевелился в кровати. – И в ту ночь в мастерской ты проспал у меня на руках шесть часов, – Баки снова перевернулся на спину, и кровать прогнулась под его весом. – Поэтому я решил, что тебе не повредит еще одна спокойная ночь, и будет хорошо, если ты разделишь ее со мной. – Значит, вот какой у тебя замысел, – решительно сделал вывод Тони. – Номер в гостинице и кровать на двоих? – Да, такой вот хитрый план. Ты остаешься? – …наверное, да. Они лежали еще долгое время в темноте, пока дыхание Баки не замедлилось, и Тони убедился, что тот уснул. Он подождал еще несколько минут, убеждаясь, что Баки спит, а потом пододвинулся ближе, через мгновение – еще ближе, пока не добрался до руки Солдата, когда их плечи не оказались совсем близко, а пальцы – не соприкоснулись. Затем, осторожно-осторожно, Тони накрыл рукой ладонь Баки, позволив себе расслабиться, ощутив мгновенное облегчение от легкого тактильного контакта. – Боже, Тони, – рассмеялся Баки и сам потянулся к нему, укладывая его себе на грудь, обнимая правой рукой за плечи. – Я и не предполагал, что мы дойдем до этого этапа. Я хотел дать тебе какое-то свободное место, но, похоже, только тратил наше время. – Ты не выглядишь, как фанат обнимашек, – пробормотал Тони, но прижался к нему теснее. – Не хотел лезть в твое личное пространство. Баки ухмыльнулся. – Да, а перед этим ты думал, что я не умею петь. И вдруг оказалось, что мне нравится и петь, и обниматься. Баки поцеловал его в лоб, опережая любой заумный комментарий, который Тони уже наверняка сформулировал. – Хм… Это что было? – Я уже целовал тебя раньше, – напомнил ему Баки. – Не надо так удивляться. А потом добавил тише: – И я никогда не говорил, что не хочу тебя, Тони, – Баки обвил его рукой покрепче. – Я просто считаю, что на это должно уйти столько времени, сколько потребуется. Так что давай просто немного пообнимаемся и уляжемся спать. Мы займемся этим кое-чем позже, ладно? – М-м, ладно, – Тони прильнул ближе, и Баки снова поцеловал его. – Можно и просто поспать. – Тони, – шепотом позвал Баки. – Солнышко, мне нужно ненадолго отойти. – Ты назвал меня солнышком? – пробормотал Тони, не открывая глаз, и Баки никогда еще так сильно не мучился от желания его поцеловать. – Мне надо уйти на пробежку с парнями, но я вернусь через полтора часа, хорошо? Будь здесь и спи, я скоро. – Чего? Ты что, растолстеешь, если пропустишь один день своего суперсолдатского фитнеса? – голос Тони немного поднялся от раздражения. – Останься. – Просто спи дальше, – улыбнулся Баки. – Полтора часа, хорошо? Я вернусь как только, так сразу. Тони наконец открыл глаза, выглядя вялым и сонным, скривившись, когда проверил, сколько времени: – Сейчас пять утра. – И я вернусь в шесть тридцать, – пообещал Баки. – Не больше, чем через полтора часа, и мы сможем потом поспать еще. Тони только смотрел на него долгие секунды, и Баки снова сел на край кровати, не в состоянии оторваться от вида еще не до конца проснувшегося Тони. – Мне нравится смотреть на тебя, – тихо признался он. – Когда ты такой сонный, как сейчас. Ты хорошо спал? – Просто замечательно, – Тони воспользовался шансом и пробежался пальцами по левой руке Баки, чуть улыбнувшись, когда Баки вздрогнул от легкого прикосновения. – И… и мне тоже нравится смотреть на тебя. – Ты будешь здесь, когда я вернусь, солнце мое? – голос Баки вдруг сел, и он наклонился ближе: – Ты будешь в постели так же, как сейчас, когда я приду? Я лягу рядом с тобой, и мы снова уснем. О. Тони поразился до глубины души тому, как же сильно он хотел, чтобы все так и было. Но это… это много. Может быть, даже чересчур. И слишком быстро. – Нет, – покачал головой Тони, впрочем, выглядя колеблющимся. – Я тоже пойду, потому что я… Я не могу остаться. Я имею в виду, было бы здорово, но ждать, когда ты придешь, – это… – Ты не обязан ничего объяснять, – покачал головой Баки, пряча легкое разочарование. – Я понимаю. Увидимся дома, ладно? Позже сегодня? – Конечно. Номер 217. Отель «Хилтон Ин и Свитс». – Ты же знаешь, что я серьезно, – Баки гладил спину Тони медленными кругами. – О том, что не жду, чтоб ты меня простил. Хотелось бы, конечно, чтобы тот факт, что я не был собой тогда, заставил бы почувствовать себя лучше хоть кого-то из нас двоих, но я осознаю, что это так не работает. Тони молчал какое-то время, а Баки и дальше блуждал пальцами по его спине, чувствуя каждый изгиб сквозь футболку, в состоянии пересчитать все ребра – настолько худым Тони стал за последние месяцы. Мягкие пряди Тони щекотали ему нос, и он немного сместился так, чтобы можно было и свободно дышать, и удобно держать Тони на своем плече. – Но вот это работает, – наконец признал Тони, обнимая Баки за пояс и прижимаясь еще теснее к сильному телу Солдата. – Рад это слышать, – прошептал Баки, вновь прижавшись носом к волосам Тони и глубоко вдыхая. – Тони, ты кажешься… другим. – Не знаю, что ты имеешь в виду, Вижн. Тони вообще слушал его только вполуха, рассеяно постукивая новой картой-ключом по бедру. Уже месяц, как продолжалось это… это что-то, когда Баки оставлял ему ключ раз в неделю и Тони проводил ночь в объятиях экс-асассина. И это внезапно на самом деле помогало ему справиться с тревогой, тремором и в принципе с отвращением к себе. Баки заставлял его чувствовать себя… хорошо, может, даже счастливым, а ведь Тони уже не мог и вспомнить, когда в последний раз испытывал что-то еще, кроме страха. Так что да. Все это работало. – Я хотел сказать, что ты, похоже, достиг гармонии с собой, – объяснил Вижн. – Кажется, ты избавился от своего бремени, или, может, нашел кого-то, кто помог тебе. Тони пожал плечами, но не смог удержаться от улыбки. – Думаю, нашел. Комната 412. Отель «Хилтон Ин и Свитс». Тони видел прекрасный сон. Прижимаясь к кому-то мягкому и удобному, обнимая горячее, крепкое тело, он не мог удержаться от вздоха удовольствия, лениво толкаясь в приснившегося ему любовника. Господи, у него так долго ничего ни с кем не было, он уже так давно даже не испытывал желания, что почти забыл об этой стороне своей жизни, но сейчас… сейчас было так хорошо. Такой прекрасный запах – пряный и мужской, и Тони не мог надышаться им, сжимая пальцами чужие бедра, подбадриваемый мягкими стонами любовника – больше, сильнее, быстрее… Боже, казалось, будто Тони никогда еще не был так возбужден. Он уткнулся носом в густые волосы, целуя тут и там, спускаясь вниз, и вздрогнув, когда его губы коснулись холодного метала ру… – Черт! Тони проснулся мгновенно, в ужасе отпрыгивая от Баки, отняв руки от его длинных прядей, пытаясь быстро оказаться как можно дальше от… Ну, в общем, он терся о задницу Баки. – О нет, мне так жаль. Извини, я… блин, я не могу поверить, что… – Тони, – застонал Баки и потянулся к нему, нащупывая левой рукой его ногу и притягивая к себе. – Не останавливайся, солнце мое, пожалуйста, не останавливайся. – Ты уверен? – Тони с трудом мог говорить, все еще ошеломленный своим сном и настолько возбужденный, что было почти больно. – Пожалуйста, – голос Баки был грубым, дыхание – тяжелым и быстрым, и Тони вернулся к нему, взявшись за бедро Баки и плотно придвинувшись к его телу. – Ч-черт, – нетерпеливо выдохнул Баки и дернулся назад, прижимаясь к члену Тони. – Давай же, Тони. – Можно мне?.. – Тони потянул шорты Баки вниз и сделал движение, примеряясь, и Баки кивнул, почти до боли сжав металлические пальцы на бедре Тони, прежде чем попытаться стянуть с Тони штаны. – О, Баки, – застонал Тони, ерзнув по кровати, чтобы устроиться удобнее, и глубоко вдохнув, когда их тела наконец соединились. – Как же хорошо… Он двигался короткими, резкими толчками, почти растеряв весь контроль, вгоняя член в ложбинку между ягодиц Баки, тихо заматерившись, когда Баки двинулся навстречу, встречая его каждый раз, двигаясь так быстро, что у Тони едва не закружилась голова. – Черт возьми, Баки, я почти… Бедра Тони дернулись, и он вскрикнул, впиваясь зубами в шрамы на плече Баки, почти теряя сознание, когда удовольствие окатило его, и отпуская горячее и мокрое на изгиб ягодиц Баки. – Господи, – Тони дрожал, едва ли в состоянии нормально вдохнуть, но все же потянулся, перекидывая руку через пояс Баки, к его ладони, сжимающей член. – Ты не должен… – запротестовал Баки, но Тони снова слегка прикусил его плечо и обхватил пальцами его плоть, поглаживая по всей длине, пока Баки не вскрикнул, зовя Тони по имени и изливаясь в чужую ладонь и на простыни. – Боже, сердце мое, – выдохнул Солдат, и Тони откинулся спиной на кровать, закрыв глаза чистой рукой, пытаясь успокоиться. Баки перевернулся, чтобы посмотреть на Тони, все еще сбитый с толку тем, как же быстро все произошло. Солнце едва взошло, только начиная потихоньку пробиваться лучами в номер отеля, и Тони был так красив сейчас, просто наслаждаясь и тяжело дыша с полуулыбкой, задержавшейся на его губах. Так прекрасен. – Почему смотришь на меня? – попытался казаться раздраженным Тони, но звучал только полностью утолившим голод и немного растерянным. – Мне нравится смотреть на тебя, – ответил Баки, все еще тяжело дыша. – На вот такого – после того, как мы… Ты великолепен, сладкий мой, просто великолепен. Тони моргнул, открыв рот, чтобы сказать что-нибудь, но в последний момент передумал. – Говори, что хотел сказать, – попросил Баки. – Давай, здесь только ты и я. – Мне тоже нравится смотреть на тебя, – признался Тони. – Сильно. Может быть, слишком сильно. – Никогда не бывает «слишком сильно». Баки смотрел на его губы, облизнувшись сам, потому что они еще ни разу не целовались, и это сводило его с ума. – Мне нравится просыпаться в одной постели с тобой, – продолжил Тони. – Знаю, мы так делали только трижды или четырежды, но каждый раз… – Да, – кивнул Баки. – Мне тоже это нравится. Он, казалось, хотел сказать что-то еще, выглядя так, будто прямо сейчас сорвется и поцелует его, но вдруг оба их телефона разразились аварийными сигналами, и они разъединились, потянувшись каждый к своему. – Ну что за фигня, – Тони провел рукой по волосам. – Надо идти. Время спасать мир. – И мне очень нравится видеть тебя в супергеройском режиме! – воскликнул Баки, скрываясь в ванной, и Тони лишь закатил глаза, но не сумел перестать улыбаться. Только через несколько часов спустя, пролетая высоко над городом где-то в России, до Тони дошло, что каждый раз, когда Баки говорил «мне нравится смотреть на тебя», он лишь хотел сказать, как сильно заботится о Тони. Это похоже на те немного глупые расшаркивания в нелепом фильме «Принцесса-невеста», и Тони обрадовался, что сейчас в костюме и никто не сможет заметить его идиотскую улыбку на все лицо.