Looking at You

– Ну, мы все просто феерически облажались, – заныла Ванда, рухнув на диван с театральным вздохом. – Куда уж хуже! – Ну, хуже было бы, если бы мы взорвали посольство, – заметила Наташа. – Снова. Смотри на ситуацию с позитивом – миссия же не закончилась тем, что нас назвали военными преступниками, а, значит, все в норме. – Знаешь, Вдова, как для человека, у которого уровень мастерства, как и у любого другого солдата, ты кажешься примечательно критичной к тем из нас, кто имеет врожденные силы и представляет серьезную угрозу и в спандексе, и без, – уколола Ванда в ответ, и Уилсон рассмеялся. – Типичные базарные бабы, – фыркнул он, и Клинт показал ему большой палец, поддерживая. Обе представительницы не-слабого пола тут же развернулись, чтоб рассказать ему что почем, но Стив их оборвал, с громким звоном гахнув щитом по столу. – Сэм, придержи язык. Таша и Ванда, завязывайте уже с этим. Лучше не станет, если мы перессоримся друг с другом из-за неудачной миссии. – Но, Капитан, кого же, по вашему мнению, они могут обвинить, если не друг друга? – спокойным голосом поинтересовался Вижн, и Брюс закатил глаза. – Эй, Вижн, если отказываешься сражаться, то и не выступай тут. Посмотрел бы я, как ты себя чувствовал, если бы развалил несколько кварталов и ничего не добился, кроме того, что еще больше людей теперь считают тебя чудовищем. – Беннер, кончай уже истерить из-за Халка – благодаря ему ты вообще в команде, – не вытерпел Стив. – Верно, своими мозгами я ведь ничем вам не помогаю, вовсе нет. Польза ведь только от психованого монстра, в которого я иногда превращаюсь, действительно. – Брюс, ты чертовски хорошо понимаешь, что он не это имел в виду, – вмешался Клинт. – Не надо принимать все так близко к сердцу. Мы все на нервах, не один ты недоволен. – Вы думаете, что я не могу причинить столько же разгрома, что и вы? – Вижн звучал почти что самодовольно, как если бы бросал Беннеру вызов. – Может быть, если уж я знаю свою силу, то остаться вне боя – это и есть благородное решение. – Мужик, я устал от твоего лицемерия… – Не смей так говорить с ним! Чтоб ты знал, Вижн… – Да вы серьезно ссоритесь из-за этого? Вам всем по двенадцать, что ли? Команда пустилась в споры, и к тому времени, когда Баки зашел в зал, там уже стояли крик и гвалт. Он окинул взглядом общую зону, пересчитывая всех по головам, как цыплят, но Тони не было. Подняв голову, он обнаружил его в доспехах на боковом балкончике, и Тони просто стоял, глядя на перебранку, крепко сжав кулаки. Баки шустро взлетел по лестнице и приблизился к нему сзади. – Милый, ты в порядке? – Ненавижу, когда они устраивают скандалы, – даже сквозь маску было слышно, как у него дрожит голос. – Невыносимо просто. Почему они только и делают, что грызутся целыми днями? – Так заткни их, – пожал плечами Баки. – Они спорят, как в средней школе. А это твой дом, в самый раз тебе их и остановить. – Я что, их родитель? – с отвращением бросил Тони. – Я устал играть роль чьего-либо папаши. – Тогда побудь их сердитым старшим братом, – предложил Баки. – Тогда ты по крайней мере сможешь надавать им по шее, не так ли? – Ты намекаешь, что я старый, Барнс? – Лицевая панель отъехала и Тони нерешительно взглянул на него. – Или пытаешься оправдать меня, если я сорвусь и прибью кого-нибудь? – Я намекаю, что хотел бы посмотреть, как ты преподаешь им урок, – признался Баки с развратной улыбкой, и Тони понятия не имел, как ответить, так что только покачал головой, слабо дернув уголками губ. – Они меня не послушают. Теперь Стив руководит командой, и мое мнение… оно уже не имеет значения, – он снова закрыл маску, и костюм отступил назад, готовясь уйти. – Я сегодня повредил руку, – выпалил Баки, и доспехи замерли. – Я, хм, схватил один из тех грузовиков, и мне чуть не вырвало руку из плеча. Есть шанс ее открыть, чтобы посмотреть, не разорвал ли я там что-нибудь внутри? Тони снова открыл панель, чтоб его голос было нормально слышно. – Да, конечно, – быстро кивнул он. – Через пару часов зайдешь в мастерскую. – Спасибо, Тони. – Или же… – заколебался он. – Поднимешься в мои комнаты? Я мог бы поработать там. – Уверен? Баки изо всех сил старался не лыбиться и не визжать в голос только потому, что Тони пригласил его к себе. – Абсолютно. Придешь в мою комнату. Дай мне только немного подуспокоиться и потом поднимайся. – Увидимся, – пообещал Баки, заметив робкую улыбку, прежде чем маска снова закрылась, и Тони поднялся в воздух, вылетая из общей зоны. – С тобой все в порядке. Тони тщательно осмотрел каждый сантиметр плеча Баки, ища заевшие или растянутые соединения, разорвавшиеся провода или еще что. – Знаешь, если ты позволишь мне создать тебе новую руку, то тебе больше не придется об этом беспокоиться. Я в курсе, что Гидра старались обновлять тебя каждый раз, когда будили, но им не тягаться с тем, что я могу спроектировать для тебя. – И как долго это займет? – поинтересовался Баки, морщась, пока Тони рылся в нем. – Извини, – мягко попросил Тони. – Я знаю, что это больно. – Не твоя вина. – Я понимаю, но мне все равно жаль, что тебе больно, – он начал скреплять все назад. – Так вот, ушло бы несколько недель и пришлось бы снять ее на время, чтобы я мог присоединять или отсоединять новую версию для тестирований. – Так я буду одноруким на протяжении нескольких недель? – Ну, это точно выведет тебя из строя, – признал Тони. – И, думаю, существенно усложнит тебе жизнь. – М-м, ты и не догадываешься, что я могу сделать только лишь одной рукой, – потянул Баки, откинувшись головой на спинку кресла, когда Тони залился очаровательным оттенком красного и едва не уронил один из особо мелких инструментов ему прямо в руку. – Может, поменьше таких шуток, когда я собираю тебя по кусочкам, а? – Мне нравится смотреть на тебя, когда ты краснеешь, – поддразнил Баки, и Тони не смог поднять взгляд на него, сосредоточившись на том, чтоб сложить руку назад. – Это… и есть то, чего ты хотел? – спросил Тони спустя несколько минут. – Когда решил начать проводить время со мной? Ты хотел… этого? – Я хотел видеть твою улыбку, Тони, – голубые глаза Баки были совсем мягкими, когда он смотрел на него. – Хотел, чтобы ты перестал извиняться каждый раз, когда кто-то косо посмотрит на тебя. Хотел, чтобы твои руки больше не тряслись, когда Стив обращается к тебе. – Но не этого? – Конечно, этого. Но и всего остального тоже. Я не знал тебя раньше, Тони. В нашу первую встречу ты попытался меня оглушить, и поделом. Но я смотрел множество видео. Ты был смелым, и дерзким, и острым на язык, ты был просто невероятен, а теперь… словно тень того, кем являлся раньше. – Слышал, команде я таким больше по нраву, – Тони поставил еще одну пластинку на место. – Более серьезен. Менее импульсивен. Кажется, по общему мнению, мне так лучше. – Мне от всей души поебать, что там думает команда, – припечатал Баки, и Тони наконец поднял взгляд на него. – Значит. Этим утром… – Было чудесно, – закончил за него Баки. – Не говори мне, что жалеешь об этом. Я знаю, что это… большой шаг для нас, но все в порядке, верно? – Немного неловко, что это было так быстро, – пробормотал Тони. – У меня давно никого не было. Кончил, как четырнадцатилетний, позорище просто. – У меня тоже никого не было целую вечность, – Баки поднял правую руку, чтоб коснуться щеки Тони. – Не беспокойся. Было превосходно, сердце мое, мне очень понравилось. Понравился ты таким. Тони наклонился и поцеловал ладонь Баки раньше, чем успел обдумать это, но застенчивая улыбка Солдата стоила любого безрассудного жеста. – Отель – это хорошая идея. Нейтральное пространство. Легче расслабиться, – он приладил последнюю пластину и отложил инструменты, чтобы вытереть руки. – Я рад, что ты придумал что-то такое. Я бы никогда… не знаю. Никогда бы этого не сделал. – Без проблем, Тони, – заверил его Баки. – Я просто счастлив, что ты хочешь провести время со мной. Моя самая любимая часть недели. Тони опустил голову, пытаясь спрятать улыбку. – Иди и поверти рукой, – он прочистил горло и отступил на шаг. – Дай мне послушать, не клинит ли там что-нибудь. Баки встал и поднял руку перед собой, сначала провернув запястье, потом – локоть, ни на мгновение не отводя взгляда от лица Тони. Тони скрестил руки на груди, и румянец расползался вверх по его шее, когда серебряные пластины перестраивались со щелчками и гудением, мягко передвигаясь, пока металл смещался и перескальзывал по руке Баки, трансформируясь даже при малейшем движении. Когда Баки согнул руку, сжав кулак, Тони едва не застонал, прикусив губу, чтобы не дать вырваться ни единому звуку, пока механизм снова и снова менял свою форму, как волна, идущая по плечу Баки вместе с напрягающимися и расслабляющимися мышцами его спины. – Боже, – наконец выдохнул Тони, и Баки ухмыльнулся. – Значит, вот так выглядит эротика для механиков, не так ли? – дразняще спросил он, но, впрочем, оставаясь абсолютно серьезным, потому что широко раскрытые глаза Тони казались почти черными, он уже не раз облизнул губы, и его возбуждение было очевидным из-за узости джинсов. – Мне нравится смотреть на тебя, – шепотом признался он, и у Баки пересохло во рту. – Черт, мне тоже так нравится, Тони. – Но ведь это не то, что было сказано только что на самом деле? – голос Тони все еще был тих, и Баки скопировал его тон: – Ты прав, сердце мое. Номер 289. Отель «Хилтон Ин и Свитс». – Меня тошнит, когда команда опять начинает пререкаться, – Тони прильнул к груди Баки, и Солдат обнял его покрепче. – Кажется, я думал, что когда они вернутся домой, то все будет, как в старые времена. – А как тогда было? – Не знаю. Клинт с Наташей подшучивали друг над другом. Брюс улыбался по-настоящему. Мы с Капитаном пили кофе по утрам. Ванды с Вижном еще не было, зато был Джарвис – заботился обо всех и вся. Тор чаще заходил. Он бы тебе понравился, он будто настоящий бог, а на деле – просто большой весельчак. Я скучаю по нему. Баки утешающее поцеловал его висок. – У нас были вечера караоке. Вечера пиццы. Пеппер тогда занималась пресс-конференциями, а мы были кругом героями. Мы были… семьей. А теперь, – покачал головой Тони, – это просто кучка нечеловечески сильных придурков, спорящих, кто во всем виноват. – И виноват не ты, – буркнул Баки, и Тони повернул голову к нему. – Не полностью, во всяком случае. Я уже понял это. – Скучаешь по Джарвису? – Каждый день. – Но Вижн почти… – Да, почти, – Тони извернулся в его объятиях, пока не уткнулся лицом Баки куда-то в шею. – Почти, но недостаточно. – Ты в этот раз действительно будешь спаринговать или просто снова попытаешься меня вырубить? – спросил Стив, когда Баки нырнул под канаты, поднимаясь к нему на ринг. – А ты в последнее время еще что-то вытворил, чтоб меня взбесить? – хмыкнул Баки, но все же с улыбкой, и Капитан расслабился. – И вообще, уже месяц прошел. Не поверю, если скажешь, что нос до сих пор болит. – Зачем ты тогда так сделал? Они начали движение по кругу, для разогрева отыгрывая простые атаки и так же легко блокируя удары друг друга. – А о чем ты вообще думал, когда заставлял Тони выйти на ринг против тебя? В прошлый раз, когда вы дрались, ты чуть его не убил. С чего ты взял, что это будет хорошей идеей? – Ты как бы тоже там был, – парировал Стив, быстро уклоняясь от ударов. – Да и не то чтобы я напал ни с того, ни с сего, Бак. К тому же это было больше года назад – уже почти два сейчас. Ему следовало бы уже взять себя в руки. Кулак Баки тут же влетел Стиву в грудь. – Но он, очевидно, этого не сделал, так что… – он отскочил назад, едва увернувшись от захвата. – Так что не надо портить ситуацию еще больше. – Я не понимаю, в чем проблема, – Стив снова атаковал – в этот раз быстрее, и Баки отступил к краю ринга, блокируя все удары. – Он сказал мне, что я никогда не извинялся, но я и не сделал ничего, чтобы просить прощения. Да, я не горжусь тем, что дрался с ним, но я защищал тебя. Так что, может, тебе стоит быть чуть благодарнее. Баки совсем отошел, стягивая боксерские перчатки. – Стив, ты огребешь снова, если скажешь еще что-нибудь в таком духе. – Серьезно? – уточнил Стив, потянувшись за водой. – Значит, Тони может расхаживать вокруг с таким видом, будто его все бесит, но это ненормально, если меня это раздражает? Ему надо повзрослеть. Важно только то, что команда снова вместе. У всех из нас было много плохого в прошлом, – покачал головой Стив. – Каждый из нас в какой-то момент дрался против другого члена команды. Посмотри хоть на нас с тобой. На Клинта и Наташу. Сэма и Роудса. Да даже Ванда и Вижн! И со всеми все нормально. – Речь не о тех, у кого все нормально, – ровно возразил Баки. – Только о тех, кто не в порядке. Если кому-то тяжело, то команда должна поддержать, а не закрывать глаза и называть это истерикой. – Ты на самом деле думаешь, что с Тони что-то не так? – Стив скрестил руки на груди, закусив нижнюю губу. – Я хочу сказать, я понимаю, что у него не все хорошо, но я просто думал, что он злится. После того нашего разговора некоторое время назад, я подумал, что, наверное, мне надо… не знаю, быть более понимающим? Но теперь ему явно лучше, так что, может, у него просто был плохой вечер, когда он это сказал. Возможно, за последние недели он расставил свои приоритеты. – Это ПТСР, – ответил Баки, прикладывая усилия, чтобы в этот серьезный момент не расплыться в улыбке, ведь Тони лучше из-за него, и он так чертовски счастлив этому. – У Тони ПТСР и нездоровая доля самоуничижительности, тревожности и неуверенности в себе. Прими ответственность и будь рядом с ним, Стив. Будь тем героем, каким ты должен быть. То, что у него бывают дни улучшений, не значит, что полностью все вдруг само собой исправилось. Он нуждается в тебе, нуждается во всей команде. – Почему ты так беспокоишься из-за этого? – захотел знать Стив. – Мне нравится смотреть на него, – хмыкнул Баки, снова поднимая перчатки. – Мы будем вообще сегодня тренироваться? Или ты все еще жаждешь крови? – Иди уже сюда, Стив, и не говори мне, что боишься снова сломать свой милый носик. – Придурок ты, Баки. – Да и ты всегда был тем еще дурнем, Стиви. Не многое изменилось, не так ли? Они потратили на это еще почти час, пока оба уже едва не задыхались, истекая потом, и смеясь друг над другом, потому что для них ничто так не снимало напряжение, как хорошая драка. Ни один не обратил внимания на Вижна, который слушал все сказанное, задумчиво постукивая пальцем по подбородку. Номер 227. Отель «Хилтон Ин и Свитс». – Мне нужно в душ. Было еще раннее утро, и Баки уже вытащил себя из кровати в ванную, включая воду. Услышав, как задвинулась занавеска, Тони встал, чтоб умыться, и немного намочил волосы. У них была хорошая ночь – Баки обнимал его и Тони прекрасно спал. Но Баки было пора на пробежку с друзьями, и это значило, что и Тони тоже надо собираться. Он так ни разу и не оставался здесь надолго после того, как Баки уходил. Они не говорили о… о том единственном разе. Это не повторялось больше, и Тони подумал, что, может, стоит это изменить. Не то чтобы он мог просто игнорировать ту часть тела Баки, которая прижималась к нему по утрам, и Тони нагло соврал бы, если б сказал, что не хочет Баки, но Солдат ничего не говорил и не делал, как, впрочем, и сам Тони. Но, просто может быть, в последнее время он чувствовал себя достаточно уверенным в себе, чтобы сделать первый шаг. – Баки? – позвал он, опираясь на раковину, и Солдат с улыбкой выглянул к нему из-за занавески, мотнув волосами, чтобы они не лезли в глаза. – Да, Тони? – Можно мне поцеловать тебя? Или нам… еще рано для этого? Баки зарычал – серьезно, просто взял и зарычал – и одним движением притянул его к себе левой рукой, чуть ли не прямо под душ. – Тебе не можно, тебе чертовски нужно поцеловать меня, – отрезал он, и Тони обхватил его лицо обеими ладонями и после они еще долго не могли оторваться от губ друг друга. – Я знаю, что тебе надо идти, и я не буду держать тебя, – сказал он, наконец отстранившись, пытаясь не пустить ситуацию в потенциально неловкое русло, но Баки не дал ему далеко отодвинуться, и все соединения в его руке защелкали, когда он прижал Тони к себе покрепче. – Баки… – Мне нравится видеть тебя таким, – прошептал он, и Тони просто не мог не поцеловать его еще раз. – Как и мне.