Прежде чем я признаюсь тебе

      Люси выпустила книгу в апреле, особо не надеясь, что у нее появится большая аудитория читателей. Девушке просто хотелось рассказать, какие истории происходили с ней и ее любимой гильдией, и ее желание было охотно встречено — Заклинательницу номинировали на Писательскую Премию. По чистой случайности или неожиданным хотениям кого-то праздничный вечер, на котором должны были объявить результаты Премии, был назначен на седьмое июля х793 года. Вся гильдия была безгранично рада за блондинку, и лучшим решением для показа своей радости было — заявиться на вечер.       Акира тихо посмеивалась, наблюдая за согильдийцами и покручивая в пальцах бокал с вином. За полгода мало что изменилось, разве что Гажил и Леви сплелись так, что уже нет никаких сомнений об них. Эльфман и Эвергрин уже на финишной прямой к огласке отношений, но, по словам Эвер, им вечно что-то мешает. Сама синеволосая наконец поборола свой страх и уже имеет положительные результаты в тренировках — магия потихоньку, но возвращается, и уже неважно, будет ли Фернандес такой же сильной, как раньше. На самом деле, она уже привыкла быть обычным человеком.       Джерар почти не появлялся все это время, но раз в месяц обязательно отправлял письмо. Он решил продолжить странствовать и уже только с Меледи уничтожать темные гильдии, которых не научила ничему ситуация с Зерефом. Сорано вступила в Саблезубый Тигр, чтобы быть ближе к сестре, и Стинг каждую встречу возмущается, что старшая Агрия слишком ненормальная даже для Тигров. В январе Эрик явился в Хвост Феи к Кинане, и тогда наконец вскрылась странная правда о Хвостатой Феечке — в детстве была человеком, но, а Райской башне обратилась в змею, Кубелиуса, которая всегда следовала за Коброй. Несмотря на неоднозначное отношение к Ядовитому дракону, за его с Кинаной воссоединение все снова устроили пьянку. Как же иначе, да.       Лаксусу вся эта шумиха совсем не нравится, но приходится сидеть за праздничным столом, подперев голову рукой и временами расслабляя галстук, потому что это важно для Люси, скоро должен появиться дед вместе с Полюшкой и… проветриться от душной гильдии и отдохнуть от заданий тоже неплохо. Акиры рядом с ним нет, девушка общается с Лисанной и Мирой, и компанию Громовому составляют парни из Громовержцев, которым до этого буйства тоже никакого дела нет. На мгновение синеволосая поворачивается, чтобы подмигнуть скучающему магу, и Мира тут же пихает ее не сильно в ребра, потому что Дреяр улыбнулся-таки, хоть и попытался это скрыть. — А ты всю книгу читала? — спрашивает Лисанна, но все ее внимание устремлено на Эльфмана, которого Эвергрин не избивает только по причине отсутствия веера в руках, — Люси и про вас там написала. — Вероятно, я еще не дошла, — усмехается Фернандес. Пусть книга и вышла в апреле, но руки до нее дошли только в июне, и времени сесть и прочитать залпом никак нет.       Когда к Люси, еще не отошедшей от выходок друзей, подходит Анна, Акира несколько смущается. Предок Хартфилии осталась в их времени и теперь преподает в деревенской школе, тем более, таким образом она все равно может быть ближе к драконам, чем если бы попыталась вернуться на четыреста лет назад. Стоило Нацу сообщить, что Анна и Люси пахнут одинаково, как Гажил заржал так, что на него начали оборачиваться, и сквозь смех едва ли можно было различить фразу «А не помнишь, что в учителя Анну был влюблен?»       В этот момент Акира решает добить Люси окончательно, как хотела еще год назад. Извинившись перед сестрами Штраус, девушка ставит уже пустой бокал на поднос проходящего мимо официанта и резко появляется позади Люси, кладя на ее плечо локоть. Все смущение перед Анной исчезает, стоило увидеть ее добрую улыбку. Гажил собирается свалить подобру поздорову, почуяв что-то неладное в появлении подруги, но та хватает его за рукав и останавливает. — Анна, а это правда, что Убийцы Драконов так же переняли у своих родителей внутренний поиск Амари? — Гажил, разбирающийся во всем этом чуть получше Нацу, снова пытается вырваться. Анна же кивает, подчиняясь задумке Фернандес, — Люси, тут такое интересное дело. Оказывается, если твой запах помогает дракону не помереть в транспорте, то он выбрал тебя как свою избранницу. В том самом смысле.       Три, два, один. Люси громко визжит, осознав плачевность своей ситуации, Гажил недовольно взрыкивает и, наконец освободившись и сообщив, что узнал это еще в детстве, удаляется к своей Леви. Нацу несколько долгих минут просто пялится на Люси, так и слышно, как шестеренки в его голове тяжело крутятся, и потом переводит взгляд на Акиру, с нее — на Лаксуса. В зеленых глазах мелькает короткое понимание услышанного, но резко пропадает. — Чепуха, — и, высмотрев в толпе Эльфмана, удаляется к нему с намерением где-нибудь посоревноваться. — Интересно, все парни такие тугодумы или только драконы? — пожав плечами, вслух интересуется Акира и, развернувшись, спокойненько уходит к Лаксусу, будто до этого не поломала всю дружбу Нацу и Люси.       Дреяр ухмыляется во весь рот, точно подслушав чужой разговор, и Акира становится у него за спиной, обнимая за шею. Фрид продолжает предлагать какую-нибудь еду или выпивку, будто других занятий у него нет и не было, и в какой-то момент Лаксусу это надоедает настолько, что он резко перехватывает Фернандес и усаживает себе на колени, давая остальным понять, что лезть к нему уже абсолютно бессмысленно. Синеволосая не сдерживает смешка и утыкается парню в ухо, начав громко сопеть.       Грей куда-то утаскивает Джувию, и Лаксус довольно ухмыляется очередному разговорчику. Акире жутко хочется вернуть чуткий слух, чтобы так же заниматься своими делами и быть осведомленной во всех новостях, но такие драконьи атрибуты вернутся в последнюю очередь, если вообще вернутся. Однако, настроение Лакса дает понять, что Грей сказал что-то очень хорошее и вполне возможно заумное, и если привлечь к этому Джу, то можно, наверное, только радоваться за этого идиота полуголого.       Прямо на их глазах Леви тянет Гажила за руку и что-то шепчет ему, а тот после услышанного становится таким красным, что может посоревноваться с той же Джувией. Акира чуть отдаляется и вопросительно смотрит на Громового, но тот и сам ошарашен, а потом резко поднимается, пересаживая синеволосую на свое место, и куда-то стремительно удаляется. Такое поведение несколько пугает и настораживает, но он же волшебник Хвоста Феи, а в этой гильдии странности вполне нормальны.       Однако, довольно-таки быстро Кана отыскивает Лаксуса и тащит бухать в очередной раз, наивно полагая, что раз поднял жопу с места, то готов к приключениям. Вот только Кану никто уже не слушает, уставившись в одну точку, и только что поднявшаяся Акира чуть не села обратно. Сердце начинает стучать с удвоенной силой, в голове крутятся разные мысли, на душе становится как-то страшно. Хвостатая опирается о стол и смотрит в толпу собравшихся.       Мавис. Среди взрослых шла спокойно босиком девушка, точная копия их Первого Мастера. На ней красивое платье, волосы развиваются от размеренного шага, и это настолько ирреально, что хочется себя ущипнуть. Первая просто не может здесь быть, она точно превратилась в сияющую пыль вместе с Зерефом. Но вот Мавис — или кто она теперь — оборачивается на голос какой-то парнишки, который протягивает ей платок, и тогда Акира все же падает.       Зереф. В костюме, с сумкой на плече, такой добрый на вид, совсем не похож на того, кем был год назад. Но возможно ли такое? Тем более, что Мастер говорил, как видел всю семейку Драгнилов — Первую точно можно к этому приписать, — а если он видел, то их на земле просто не может быть. Акира хватается за руку Лисанны и поднимается, отряхивая платье и во все глаза наблюдая за разворачивающейся сценой. Кажется, что больше никто не видит двух волшебников, мило разговаривающих друг с другом.       Мавис из маленького издательства, а Зереф — начинающий писатель. Акира чувствует, как дышать становится тяжелее, и крепче хватается за Штраус. Она отдала свою силу, чтобы спустя год в этот мир вернулся старший Драгнил? Но нельзя сказать, что он вернулся злым. Вон, улыбается, смущается, прям как настоящий, мать вашу, человек. Эти двое улыбаются друг другу, смеются, и Акира видит, как глаза Люси начинают слезиться. По правде говоря, ее собственные тоже того и гляди пустят фонтан слез. — Это они?.. — тихо спрашивает Мира, когда Мио и Ариус, весело переговариваясь, идут в сторону напитков. Люси качает головой. — Всего лишь двойники, — объясняет за нее Анна, но в ее голосе чувствуется легкая паника, которая вскоре исчезает.       Двойники, проживающие жизнь так, как хотелось бы оригиналам. Здесь трудно сказать, кто оригинал, а кто двойник, но все же Мавис и Зереф куда живее представляются, чем Мио и Ариус. Лисанна заботливо спрашивает, все ли в порядке, но вдруг Акира вырывается и стремглав бросается вперед, извиняясь перед людьми, которых приходилось расталкивать. Ей не могло показаться, она точно видела!       Когда до цели, миролюбиво попивающей обычный сок и разговаривающей с какой-то пожилой женщиной, осталось всего ничего, перед Акирой вдруг резко вырастает смутно знакомый парнишка с громким «Джерар?!» У официанта смуглая кожа, сильно контрастирующая с блондинистыми волосами, и татуировка на подбородке. Цель, представляющая собой черноволосую девушку, на оклик оборачивается, замечает Фернандес и подмигивает.       Все желание дорваться до двойника Касуми как рукой снимает. Акира заметно успокаивается и расслабляется, уже с улыбкой наблюдая за подмигнувшей ей незнакомкой. Касуми это или нет — она точно не даст в обиду кого-то. В тот же момент до синеволосой доходит, что перед ней все еще стоит старый знакомый, которого она не может вспомнить, и хмурится. Блондин терпеливо ждет и рассматривает ее неверящим взглядом. — Это только так с тебя обвинения сняли, Джерар? — в голосе немного злости. Несколько долгих секунд Акира смотрит на официанта, стараясь вспомнить, где же его видела. И вспоминает. — Се! — неожиданная встреча заставляет чуть пошатнутся, и Се мгновенно помогает удержаться на месте. Что-то она слишком много падает сегодня, — Погоди, ты… что ты тут делаешь? Тебя Эрза видела? Волли где-то здесь? Мне нужно ему кое-что важное передать! — Что ты можешь еще ему передать? Извинения за убийство Симона?       За ними уже начинают наблюдать заинтересовавшиеся зеваки. Акира тяжело вздыхает и, схватив Се, уводит его к большому дереву, в тени которого можно спрятаться. В платье очень неудобно быстро двигаться, но другого выхода нет. К слову, можно взять с Се и Волли за моральный ущерб, поскольку из-за них ей пришлось порвать новое платье. — Я не Джерар, — сложив руки на груди, сообщает синеволосая, — Я… его сестра. Та самая, которую он успел похоронить, когда с вами знакомился. И, вообще-то, мы уже виделись, любитель похищать Эрзу.       Теперь очередь Се вспоминать. Это точно не Люси, потому что он ее видел, и не Джувия, потому что она еще с Греем и он случайно на них наткнулся, и не Эрза. В голову приходит только Акира с короткими алыми волосами и разговорами, что прибьет какого-то блондина, если он посмеет заявиться. Но это же не может быть та Акира, верно? У них внешность слишком разная, чтобы такое даже предположить можно было. — Я Акира, чувак. И все же, где Волли? Его Ричард все эти годы искал. — Волли… Погоди, ты сказала — Акира? Ты же на Эрзу была похожа! — Магия, — всплеснув руками, ухмыляется синеволосая, — Думаю, Эрза будет рада с тобой встретиться.

***

      После новостей, что Се устроился на один вечер в официанты, чтобы хоть мельком пересечься с сестрицей, Хвост Феи затащил его в свои ряды и напоил. Волли было немного страшно пересекаться с Нацу после своего выстрела ему в рот, и потому человек-квадрат остался дома, но и туда гильдия завалилась. Собственно, на квартире Се и Волли и устроили пьянку похлеще той, какая была на праздничном банкете.       Стоило Волли узнать, что его брат про него не забывал все эти годы и продолжал искать, как тут же кинулся в слезы. Акира пообещала, что они скоро встретятся, сама к этому руку приложит, если понадобится. Второй друг детства Эрзы отнесся к новой внешности Фернандес поспокойнее, хоть ему, как и остальным в начале, и было немного некомфортно.       Сейчас же, воспользовавшись магией Лаксуса, пара вернулась в Магнолию подальше от шума и веселья. Хотелось отдохнуть и поспать, а не бухать до самого утра. Правда, рассвет они все же встретили, хоть и на балконе дома Дреяра, но хотя бы в тихой обстановке. И, почувствовав тяжесть пиджака на плечах, Акира не могла не улыбнуться. Опираясь о перила, наблюдала за красивым рассветом. Теперь и правда все хорошо. По-настоящему хорошо. — Если так подумать, — подает голос Лаксус, опираясь о перила одной рукой, — то без Болельщицы нихрена бы не вышло. — То есть? — повернув голову, интересуется Фея, — Ты про повод для выпивки? — Люси вступила в гильдию, и на нас напал Фантом Лорд, — начинает объяснять Дреяр таким тоном, будто это самое очевидное, что можно представить, — Гажил вступил к нам. Она закрыла Врата Затмения. Одолела одного из демонов. Спасла Нацу и заточила Акнологию.       Акира поворачивается во весь рост и, придерживая пиджак одной рукой, второй хватается за чертов галстук. На самом деле, его весь вечер хотелось снять. — Она стала сильной. — И только попробуй кому-то проболтаться, что я с этим согласен, — цокает блондин и устало качает головой, разминая шею, — Тебе что, поиграть захотелось?       Быстро тянет за галстук на себя, целуя. В несколько секунд оказываются в комнате, пиджак улетает в неизвестном направлении. Крепко обняв за талию, Лаксус усаживает Акиру на рядом стоящий стол, моментально вклиниваясь между ножек, и расстегивает молнию платья на спине, стягивая верх. Фернандес смеется почти все время, у нее настроение на самой высокой точке счастья, и Лаксус искренне надеется, что так останется навсегда. Хватит с них всех печали и злости. Пора быть свободными и счастливыми.       Целуя шрам на животе, когда-то оставленный собственными руками, Лаксус чувствует, что готов прямо сейчас начать извиняться за все плохое, что делал и чем мог обидеть, но понимает, что именно в данный момент извинения могут подождать. Должны подождать, чтобы Акире было хорошо.