Иллюзия случайности

Tobu — Return to the Wild

***

Одни говорят, что по возможности нужно строить планы на каждый час, но, скажем, откуда ты можешь знать, что с тобой случится через десять минут? Наводнение, цунами, шторм, кирпич, случайно упавший на голову? Смерть, случайная или предугаданная наперёд. День, выбранный просто так, или с определённой целью. Жизнь, которая дана не каждому. 1:37, Тэгу, Geumho River Обычно, спокойствие ассоциируется с тишиной. Но, порой, тишина настолько пугает, что самый заядлый интроверт, мечтал бы оказаться среди толпы народу. Вокруг ни души. Лишь деревья, ещё не проснувшиеся ото сна, легко сбрасывают оседлую влагу, взмахивая ветками, да пугая маленьких птичек. С обеих сторон парк опоясывает вода. Он скорее походит на остров, и чтобы на него попасть нужно перейти небольшой мост. Рваная полоса деревьев уходит куда-то далеко, скрывая за собой город, пряча, словно в укромный уголок, самые чёрные и грязные тайны. Человек идёт медленно, куда ему торопиться? Переваливается из стороны в сторону, словно выпил лишнего, хотя возможно то, что он натворил для него похлеще любого крепкого алкоголя. Возбуждение вызванное отвратительным поступком, будто опьяняло его всё больше и больше с каждой секундой, с каждым шагом. Хромает, волоча за собой левую ногу. Где-то оступился или же ввязался в неудачную драку, нарвавшись на хулиганов. Но, пожалуй, что нога его совершенно не беспокоит, пока он возвращается от воды. Останавливается всего на мгновение, отмахивая рукой паутину, которая затрагивает лицо, заставляя неприятно поморщиться. Оборачивается от внезапного шороха, а глаза бегают из стороны в сторону в поиске источника шума. Показалось. Вероятно, глупая лягушка спрыгнула в воду, оставляя после себя лишь круговые разводы на гладкой поверхности и тень страха. Да и кого бы принесло, в такое-то время? Свет от стволов деревьев льётся, проглядываясь под белой луной, которая сегодня по-особенному светла. Знала бы она, что творится, моментально бы кроваво-алый лик приняла. Подставляя ладони вверх, мужчина трепетно старается поймать хотя бы один листик, среди целого потока, внезапно обрушившегося от порыва ветра. Будет гроза; как удачно он всё-таки выбрал день. Как удачно сложились обстоятельства. Вот листик уже у него в руке. Он несильно нажимает, а из-под пальцев уже слышится хруст. Слабый, но в то же время хрупкий, словно последний вздох невинной жизни. 5:48, Тэгу, Geumho River Пар поднимался вверх, образовывая над рекой туман, лёгкий словно самый тонкий шёлк и, можно было бы остановиться и немного полюбоваться, если бы не… …Сирена затихла, как только впереди показался фургон криминалистов. Щелчки фотоаппаратов раздавались то тут, то там, отбрасывая лишь мгновенные порции света, тут же сменявшиеся на новые. Чонгук сглотнул, оттягивая воротник куртки, немного поддаваясь вперёд и вглядываясь в мутное стекло. Волнение пронеслось по телу, в виде небольшого разряда и решив, что медлить больше нет смысла, сильнее нажал на ручку двери. Утренняя прохлада, перемешанная с напряжением ударила в нос неприятным потоком. Раздался ещё один хлопок дверцы, и рядом, уже натягивая на руки резиновые перчатки, появился напарник. — Чего застыл? — голос немного уставший и севший, но уже раздражённый, раздался почти что над самым ухом. Предъявив удостоверение стоявшему рядом охраннику, Пак Чимин поднял ленту, обвивавшую место преступления, пропуская Чонгука вперёд. — Не наследи тут, аккуратно. — бросил он, встряхивая руками и присаживаясь на корточки, возле одной из множества жёлтых табличек, с вырисованной на ней цифрой 7. Чонгук кинул взгляд в сторону, осматриваясь, глазами пробегаясь по мрачным дорожкам и, влажной от утренней росы, траве; его внимание привлекла малюсенькая деталь, валявшаяся в стороне, почти что, возле самой границы очерченного периметра. Обернувшись на напарника и поняв, что никому и дела до него особого нет, решил проверить что такое бросилось ему в глаза. Шёл медленно, закусывая большими кроличьими зубами, губы. Не забывая, вслушиваться, на всякий случай, вдруг чего интересного обсуждать будут, но доносились лишь обрывки фраз. Как и в прошлый раз. Почерк идентичный. Следов нет. Возможно, пора квалифицировать это как серию. Чимин опустил голову вниз, жмуря глаза, устало потирая рукой шею. Достало. Достало бессилие и нерасторопность, не позволявшие сделать больше, чем хотелось. И даже больше, чем мог. — Эй, Чонгук! — позвал Пак, подзывая жестом к себе, — Проверь, нет ли в это районе камер. Нужно нарыть хотя бы что-то, иначе голову снесут. — Понял. — коротко махнул Чон и поспешил к машине, всё ещё нервно оглядываясь туда, где стоял пару минут назад. Неплохо было бы сообщить о находке сразу, но услышав требовательный голос старшего, мысль улетучилась так же быстро, как и появилась. Хотя за подобное, могло и не хило влететь потом. — Новенький? — криминалист, который был ещё и очень хорошим знакомым Пака, по-совместительству, стянул маску вниз, открывая вид, на покрытый лёгкой щетиной, подбородок. — Позавчера прислали. Есть чем порадовать? — сильнее кутаясь в рабочую куртку, вопрошал Чимин, надеясь на позитивный исход. Хотя, какой тут, к чёрту, позитив? — А сюда зачем притащил? С самого начала такой стресс? Пусть бы отсиделся пару дней, привык. — Образцово-показательное выступление. — Чимин шаркнул носком ботинка, по ещё влажной земле, легко усмехаясь. — Юнги бы лучше приволок! Небось отсиживается себе? — Джун Хи, так его звали, сморщил нос, при одном упоминании этого ленивца. Выудив из кармана сложенный в несколько раз листок, передал его Чимину. — Перечень найденных улик. Я уже послал копию в судебку, оформят — и передадут вам. — Если бы я мог, — развёл руками юноша, — сам знаешь, какой он. Понял, спасибо. Вы тут закончили? Лицо его вдруг стало серьёзным, возвращая былую усталость, а ещё больше злость и раздражённость. — Сейчас будем вытаскивать. — от предстоящего все, казалось, были не в восторге. Да и кому по нраву будет возиться с трупом. Но, опять же таки, что поделать, — работа такая. А самое мерзкое и одновременно, до подкашивающихся коленей, пугающее, пожалуй, то, что… — Ребёнку было не больше восьми лет. Из того, что могу сказать сейчас, причиной смерти стал перелом шеи, то бишь, задушил, как и в прошлый раз. Подробнее скажу после вскрытия. Небольшое тельце было обёрнутым в тяжёлую махровую ткань, ярко-красного цвета, но даже так было видно следы крови выступившие сверху. Жуткое зрелище. Словно в одну секунду очутился в фильме ужасов. Чимин продолжал сглатывать вязкую слюну, но противный ком, всё никак не исчезал. Ну, не мог он спокойно на такое смотреть. Поняв, что сейчас всё содержимое его желудка окажется снаружи, он поспешил поскорее убраться, пока не заляпал всё вокруг. Под удивлённые взгляды присутствовавших он прислонился к дереву, мягко пустившее свои корни, да так и согнулся пополам, не в силах сдерживать рвотные позывы. С глаз всё никак не уходило увиденное, как ни старался. Иногда, в подобные моменты, он ужасно бесился из-за своей крайне острой восприимчивости к происходящему вокруг. Ещё с детства он такой, сколько помнит себя. Думал, пройдёт со временем. Лишь немного подождать. Думал так, когда шёл в полицию. Тут-то уже некогда сопли распускать. Да не так случилось, как думалось. В уголках уже начали скапливаться слёзы, а в горле неприятно жгло, когда, наконец, он смог подняться, утирая стекающую по подбородку слюну, рукавом куртки и оборачиваясь назад. Но, стоило сделать шаг, как чуть ли не в лицо ему сунули носовой платок. Чимин опешил от столь резкого действия, но тут же перевёл взгляд на обеспокоенного Чонгука, продолжавшего упрямо держать вытянутую руку. — Напугал, — Пак отодвинул руку напарника, проходя мимо, — это, — он ткнул на предложенную вещь, — не обязательно. Выяснил, что я просил? Чонгук сделал вид, что ему совершенно всё равно на подобного рода отказы от помощи, и поспешил вдогонку за старшим. — Здесь есть несколько камер: две на входе, одна на парковке и, ещё неподалёку возле моста, — он указал пальцем в сторону, — но… — Но? — самое идиотское, что могло придумать человечество и, что, пожалуй, вымораживало Чимина больше, чем холодный американо, — тупое «но», которое не предвещало ничего хорошего. Он выдохнул, останавливаясь и смотря, как небольшой чёрный мешок укладывают в машину. Сильнее сжав кулаки, он вновь посмотрел на Чонгука. Чимин так яро сжимал руки, что казалось вот-вот ударит, от чего по спине табунами проходились мурашки. И хоть, он был на целую голову ниже самого Чонгука, страшно от этого меньше не становилось. Отметив про себя, что злящийся Пак Чимин, — хуже цербера, которого лишили пары-тройки свеженьких душ, поспешил скорее выпалить неприятную новость. — Но, есть всё кроме сегодняшней ночи. — виновато опустив голову, Чонгук представлял, что его может ожидать, хотя с другой стороны, не его же вина, так что, тут скорее, пятьдесят на пятьдесят. — То есть? — Чимин зашагал к жёлтой ленте, маячившей от срывающихся порывов ветра, вновь пробираясь внутрь. — Из-за вчерашней грозы, отключали электричество и ничего не записалось, мне жаль. — Ты тут при чём? — Чимин внимательно осматривался вокруг. Какими бы опытными не были люди в белых костюмах, а всё же они люди, которым порой, свойственно ошибаться. Чонгук, которого будто молнией прошибло, рвонул, спотыкаясь о собственную ногу, да так, что Чимин на секунду замер, поднимая глаза и открывая рот, словно собирался что-то спросить, но вновь захлопнул его, решив остаться в неведении. Подобно ребёнку в песочнице, ковырявшемуся лопаткой и лепящему куличики да калачики, Чонгук, вглядывался в небольшой окурок, валявшийся чуть поодаль, да так, словно то был кусок золота. — Хён! — позвал он, обращая внимание старшего, — кажется, я что-то нашёл! — Чего тут у тебя? Эй! Руками не лезь! — цокнув, Чимин стянул с руки перчатку, аккуратно подбирая ею окурок и заворачивая, словно в кокон. — Ну, вот, — выдохнул он, хлопая Чонгука по плечу, — а ты не такой и бесполезный! Чон уже хотел было обидеться, но как вспомнил скрючившегося Пака, так сразу и улыбнулся, понимая, что над больными не шутят.

***

8:13, Тэгу, Полицейское управление — Я уж думал, вы насовсем умотали! — Юнги лениво растянулся в кресле, уложив ноги на стол. Чимин плюхнулся на стоящий рядом диван, даже не сняв верхнюю одежду, а Чонгук, занял своё место, включая компьютер, что начал негромко шуметь, приветствуя ярким синим экраном. — Заткнулся бы, Мин Юнги. — Чимин свалился набок, зарываясь пятернёй в волосы. — Сам бы прокатился, почти что на другой конец города, я бы на тебя посмотрел. — Сопляк. — коротко констатировал Юнги, даже не открывая глаз. — Что по делу? — Глухо всё. Ровно так, как и всегда. Чокнутый отморозок не оставил ни единого следочка… — Чимин-хён, — Чонгук осторожно вмешался, выглядывая из-за компьютера, — кое-что всё же есть… Юнги распахнул глаза, опуская ноги и пододвигаясь ближе, хватаясь за край стола. Чимин несколько минут отчаянно пытался вспомнить, о чём таком он забыл, как резко стукнул себя по лбу: — Дырявая моя башка! — он быстро полез в карман куртки, вытряхивая всё содержимое. — Вот! Он вскочил на ноги, подходя к Юнги и ложа перед ним скомканную перчатку. — Что это? — кажется, Юнги и вправду был заинтересован. Он уже хотел было взять это «что-то» в руки, но Чимин оказался шустрее. — Да скажи уже! Чего томишь? — У нашего новенького, оказывается, глаз-алмаз! — Юнги переводил взгляд от одного к другому, и его терпение вместе с неподдельным интересом уже почти достигло пика. Для себя он уже решил, что если Чимин не удосужится объяснить всё как можно быстрее и короче, то он его ударит. — Окурок нашёл, представляешь! А если ещё и ДНК получится выделить, то мы тогда эту сволочь в два счёта схватим! Юнги похоже не разделял оптимизма напарника, продолжая неуверенно теребить волосы на затылке. — Как-то всё слишком просто, не думаешь? Чимин на замечание хмыкнул, явно немного озадачившись. — Вряд ли бы он повёл себя так опрометчиво, разбрасывая свою ДНК по месту преступления, к тому же,… — Юнги достал небольшую папку из-под кипы различных бумажек, — я тут успел просмотреть снимки и, заметил кое-что ещё. Чонгук вскочил с места, оказываясь по другую сторону от старшего, перехватывая папку и вглядываясь в фото. — Как так? Уже? — Чимин удивлённо вскинул брови, ведь прошло то всего пару часов. — Принесли буквально за двадцать минут, до того как вы приехали. Кстати, у криминалистов-то, оказывается, тоже пополнение. — Чего? — пока Чимин смотрел на Юнги, Чонгук высунув язык, подобно щенку, пытался прощупать то, что упустил ранее, быстро бегал глазами по снимкам. — Да говорю новенькая у них там! Такая красотка, просто ух! — довольный Юнги наблюдал за реакцией Чимина, у которого, казалось, сейчас пар из ушей повалит, хотя, конечно, Чонгук и вовсе не обратил внимания на небольшое напряжение, повисшее в комнате. Которое, к тому же, рассеялось сразу же, как только он вскрикнул, будто от резкого удара. — Следы шин! — внимание резко переместилось на него. Всё ещё недовольный Чимин протянул руку, но Чонгук побежал к своему месту, выуживая документы из ящика стола, быстро сверяя фото у него в руках и то, что было сделано раньше. — Тут их нет! — Бинго! — Юнги сложил руки на груди, ухмыльнувшись, а Чимин уселся на краешек стола, с неким удивлением смотря на младшего. — Он только что меня проигнорировал? — последовал лёгкий смешок, но словив грозный взгляд, Юнги продолжил свою мысль. — Именно, не кажется ли вам, господа детективы, что почерк немного не сходится? То есть, он прям такой брюзга и чистоплюй в одном случае, но совершенно безрассуден в другом? — Но, способ убийства и… — И всё? Пак Чимин, ну же, ты что впервые с подражателем сталкиваешься? — Что если это сообщник? — Чонгук облизал пересохшие губы, складывая руки подобно Юнги. Видимо, уже хотел походить на опытного старшего коллегу во всём. — Возможно, но даже если так, мы всё ещё не знаем кто он. — Юнги поднялся со стула, подходя к прозрачной доске и, открыв ярко-оранжевый маркер, принялся писать. — Если у нас появился шанс узнать хоть что-то, то давайте им воспользуемся. — Чимин направился к двери, всё ещё сжимая в руках свёрточек, — Съезжу в лабораторию, пусть проведут анализ. Чонгук, — он направил указательный палец на новенького, отчего парень сразу выпрямился, как по стойке смирно, — проверь записи с камер… — Но, их ведь нет… Чимин устало потёр переносицу. — Никогда больше меня не перебивай. — сверкнул он глазами, а будто целую очередь молний запустил. На что Юнги лишь улыбался, всего на секунду обернувшись на небольшую перепалку. — Проверь записи за последние несколько дней, не ошивался ли кто подозрительный возле места, где нашли тело. Вдруг, чего странного заметишь. Юнги, а ты… — А я заеду в морг. Чонгук ожидал, что сейчас и на него обрушится недовольство Чимина, которого снова перебили, но какого же было его удивление, когда Чимин лишь пустил слабую улыбку, соглашаясь. Чего-то Чонгук явно недопонимал. Хотя это «чего-то» так отчаянно взывало к нему, из самых дальних уголков подсознания.

***

Уставившись в монитор, Чон лениво тыкал по клавишам, перематывая видео, с каждым щелчком на секунду дальше. Голова жутко болела, а всё тело затекло от долгого пребывания в одной позе. Он продолжал тереть глаза, раскрывая их как можно шире и молил всех известных ему богов о том, чтобы он побыстрее смог что-нибудь найти. Юнги переместился на диван, и сейчас разбирал документы, ища прецеденты, то есть, похожие случаи. Давно скинув куртку, которая сейчас валялась где-то между диваном и вешалкой (да уж, и аккуратностью-то, Мин Юнги тоже особо не выделялся!) он сейчас сидел в одной футболке, не обращая внимания на небольшую прохладу, гулявшую по комнате. Чонгук отметил про себя, что выглядит Мин совсем не как полицейский. Скорее на старшеклассника смахивает, ну или же на студента, слишком уж он хилый. Ручки вон какие тоненькие, да и весь внешний вид намекает, словно стоит только тронуть, как он рассыплется, подобно фарфоровой кукле, на которою он, кстати, и походил — бледность, да заострённые черты лица, подчёркивающие всю эстетичность его натуры, и глаза — цвета дымчатого кварца, словно лёгким туманом обвиты, заставляли лишь рты открывать от восхищения. Чимин ещё не вернулся, хотя уехал рано-утром, а часы уже отбивали почти что одиннадцать вечера. Где его носило, наверное самому Паку и Господу Богу было известно. Чонгук уронил голову на руки, уже не в силах бороться с подступившей усталостью. Он и подумать не мог, что будет настолько сложно, хотя он и работает-то, всего второй день, а уже словно собака подбитая. — Что, малой, трудно? — голос Юнги словно гром среди ясного неба, заставил Чонгука встрепенуться, возвращаясь к работе. — Да не кипишуй ты, нормально всё. Понимаю же прекрасно. Помню, я когда только пришёл, так в первый же день был брошен на передовую. — последовал тихий смешок. — Чего? — Чонгук выровнялся в кресле. Ему нравилось слушать, особенно что-то эдакое, с тайнами и неординарными поворотами. Пусть и в микроскопическом их проявлении. — Да, говорю, пришёл вот, значит, а меня сразу за шкирку, да на задание! Ехали так быстро, что думал, глаза из орбит повыпадают, а как приехали, так пешочком на двенадцатый этаж и пистолет уже наготове. А руки дрожат, внутри всё стынет. Ух-х! — И дальше что? — поддавшись вперёд, Чонгук уместил подбородок на руках, заворожено глядя на старшего. Немного встрепенувшись, Юнги продолжил, уже вовсю жестикулируя руками. — Значит, вламываемся мы внутрь, света нигде нет, лишь слышно такое тихое мычание. Проходим дальше, как тут,.. видим небольшой огонёк и тень, огромезная, — расставив руки в стороны, Юнги вытянулся, — а потом ка-ак бахнет! И будто лезвием по глазам — ярко-ярко! Я тогда подумал, что всё — крышка, как говорится, наработался, спасибо. Откинувшись на спинку дивана, Юнги закинул ноги на небольшой столик, стоявший поодаль. — Когда проморгался чутка, смотрю, а этот придурок, на коленях сидит перед Евангелие, да молится себе. У него всё хорошо, ничего ему не мешает. А у самого — вся рожа, да руки в крови, по самые локти, ага! И на стенах кресты кровавые, художник хренов… — чертыхнулся напарник, немного прокашливаясь. Его-то мы быстро скрутили, не сопротивлялся почти. Всё твердил о воскрешении да перерождении, и о миссии своей неземной… Оказалось жену на тот свет отправил, видите ли, подсказали ему. Благо до детей не добрался — они у родственников гостили. Вот ведь, как оно бывает… — Посадили его? — Конечно, куда ведь уже деваться? А чудак-то до самого конца твердил, что посланник самого.. — Юнги ткнул пальцем вверх. — А я так скажу, коль с башкой дела плохи, то прицепи себе цветок на голову, да и не пугай людей. А то привыкли всё на высшие силы сваливать, да «голосом» преступления прикрывать. Очень надеюсь, что он уже в отдельном котелке варится. Юнги встряхнул головой. От столь увлечённого рассказа даже немного вспотел, о чём свидетельствовали небольшие капельки пота, выступившие на висках и над верхней губой. — Умер? — Говорили, что его сокамерники в один конец отправили. Подробностей не знаю, да и узнавать особого желания как-то не возникало. Воздалось ему, как говорится — вздохнув, Юнги перевёл взгляд на затаившего дыхание, Чонгука и подбадривающе улыбнулся. — Так что, знаю я, как без перерыва работать. Можешь не переживать: отчитывать не буду, да и Чимину не сдам. Мин подмигнул, пуская улыбку и оголяя ровный ряд зубов. — Простите, я… — Да чего ты сразу извиняться! Это у нас Чимин любит за малую оплошность штрафные выписывать, а я считай, как… -…Фея-крёстная. Оба обернулись, застав Чимина, с неприкрытым желанием, отвесить Юнги леща, в глазах. — Уже третируешь меня в глазах новичка? Как низко, — фыркнул он, сваливаясь в кресло и откидывая голову назад. — Тебя где черти носили, трудяга? — Юнги, кажется, нисколечки не испугался, в то время, как Чонгук сидел боясь пошевелиться, немедленно возвращаясь к своему «интереснейшему» занятию. — Кажется, что в этой скоростной лаборатории работают одни недоумки! Понабрали халявщиков, которые толком шнурки завязывать не умеют, не то что с уликами работать. — Чимин продолжал бубнить, взмахивая руками, словно бил кого-то невидимого. — Пол дня там проторчал, так потом ещё выяснилось, что результаты будут готовы только завтра! — Плохи дела. Уверен, что с утра к нам нагрянет шеф, а докладывать-то с гулькин нос. — Юнги отбросил в коробку очередную папку и глубоко зевая, закрыл глаза. — У тебя что? — быстро сменив направление своего возмущения, Чимин выжидающе уставился на Чонгука. — Нарыл хоть что-нибудь? — Не уверен… — Слишком ты нерешительный для работника убойного, не думаешь? Может лучше в бухгалтерию? — Меня хотя бы от вида крови не выворачивает, — буркнул Чонгук, опуская глаза в монитор и тут же пожалел о том, что открыл рот. Брови Чимина поползли вверх, а грудь вздымалась и опускалась так быстро, что, кажется, если бы не Юнги, то он бы точно прибил того на месте. Заняв сидячие положение, он нахально раскинул руки в стороны, начиная ржать. — Серьёзно? Пак Чимин, как не стыдно? Ругать младшего, когда сам-то ничем не лучше. — он всё никак не останавливался, когда Чимин подлетел к нему, закрывая рот руками. — Ты меня за сегодня знатно выбесил, Мин Юнги, — вопил Чимин, толкая того в грудь, а Юнги уворачивался, перехватывая его руки и валя на диван рядом с собой. Они продолжали вертеться, а Чонгук смотрел на них глазами, размером с разменную монету, всё ещё не в состоянии сложить в голове два плюс два. — Хватит! — в одну секунду Чимину всё же удалось выбраться с цепкой хватки и, он вновь оказался рядом с Чонгуком. Он всё не мог отдышаться, а продолжал буравить младшего взглядом, который кстати, уже немного смягчился. — Говори. — В общем так, — Чонгук быстро перебирал пальцами по клавиатуре, после поворачивая экран к хёнам, — возле самого моста ничего нет: обычные люди, пикники возле реки, ничего странного. А вот на парковке, — быстро сменив картинку, Чонгук ткнул пальцем в одну из машин, — вот эта появляется тут на протяжении месяца. Место всегда одно и тоже, и всегда по нескольку дней. — Номер? — Юнги облокотился на спинку кресла Чонгука, выглядывая из-за его спины. — Не видно, камера расположена так, что номерной знак в слепой зоне. — А хозяин? Не сама же она прикатила. — заламывая пальцы, спросил уже Чимин. — Лица не видно. — промотав ещё несколько минут, на изображении появился мужчина, полностью одетый в чёрное, а кепка закрывала лицо, что при всём желании разглядеть что-то было невозможно. — Рост около ста восьмидесяти сантиметров, ему где-то около 40, не больше. И, пожалуй, всё. В ночь убийства, точнее сказать, вечер, машина тоже была там. Электричество отключили около двух и до семи утра, а уже в семь — на парковке пусто. Не знаю, как вас, но меня это немного настораживает. Юнги шумно выдохнул, роняя голову вниз. — Лучше и не придумаешь. И что делать? — тихо выдал он, пока Чимин всматривался в стоп-кадр, нервно кусая губы. Нужно что-то придумать, не может же быть один сплошной тупик. Даже в лабиринте есть вход и выход. И даже если нет, то кто сказал, что использовать лазейки нельзя? Это было бы слишком жестоко, работай они без малейшего шанса на успех. — Сможешь пробить номер машины, стоящей позади? Чонгук принялся вбивать программу и спустя несколько минут на экране высветилось целое досье на владельца. — Отлично, — Чимин хлопнул в ладоши. И тут же наткнулся на два обеспокоенных взгляда. — Хочешь сцапать невиновного? Чимин, совсем уже? — Похоже, что это вы уже совсем… заработались! В машине точно должен быть регистратор, достанем его, а там уже дело техники. Завтра утром съездим к господину, — Чимин уставился в монитор, выискивая имя, — Квон Дже Хёну, и попросим посодействовать следствию. Юнги почесал затылок, виновато переводя взгляд на Чонгука, который нервно улыбался, боясь не сболтнуть ещё чего лишнего. — А мы-то сразу чего, да, малой? — Юнги толкнул Чонгука в плечо, будто поддержки прося, на что Чонгук быстро закивал головой, словно болванчик в машине.

***

Время близилось к четырём часам. Домой никто так и не ушёл, ведь зачем уходить, если потом всё равно приходить? И если Чонгуку было немного непривычно от такого графика, то, складывалось ощущение, что его старшие коллеги, совершенно не испытывали никакого дискомфорта, словно работа их второй дом. Немного размяв плечи, Чонгук снял с вешалки куртку и поплёлся к двери. — Схожу куплю чего-нибудь поесть, а то в животе словно стая китов воет. — Правильно, мелкий. — Чимин лежал, закрыв глаза, и подложив руки под голову, вместо подушки. — И про «попить» тоже не забудь! Чонгук внезапно прикинул, с чего это вдруг его все в «мелкие тонсены» записали? Подумаешь, на пару лет младше, так то теперь вечно этим тыкать? И хоть недовольство уже вот-вот было готово выплеснуться наружу, как он пересёкся взглядом с Юнги, который махнул ему рукой, мол «всё ОК». Чонгук лишь вздохнул, ретируясь за дверь, перед этим украдкой взглянув на старшего, замечая, как Чимин облизнув пересохшие губы, поднялся с дивана, хитро стреляя глазами в Юнги. — Должно быть, показалось, — бубнил Чонгук, натягивая куртку и усердно нажимая на кнопку вызова лифта, — я устал, вот и мерещится всякое.

***

Не прошло и десяти минут с ухода младшего, как Чимин медленно подошёл к Юнги, который заканчивал очередной отчёт, успешно оставленный «на потом» несколько недель назад, и внезапно выплывший вот прям сейчас. Юнги не обратил внимания на пристроившегося сзади Чимина и, остался совершенно незаинтересованным даже тогда, когда на его плечи опустились Чиминовы руки, начиная мягко массировать, плавно переходя к шее. Словно зелёным светом для продолжения, стал еле слышный стон, который Юнги постарался прикрыть неправдоподобным кашлем, будто поперхнувшись. — Разве, хён не соскучился? — бархатный голос ласкал уши и, Юнги, казалось, готов был кончить лишь от одного этого голоса, но нужно было держаться. Не может же он просто взять и прогнуться. — Отъебись на все четыре, Чимин. Работы невпроворот, к тому же, не боишься, что кто-то нагрянет? — Я успею, Юнги-я, — Чимин настойчиво тянулся к краям Миновой футболки, касаясь своими незаконно пухлыми губами, мочки уха. — Несколько часов назад ты блевал от вида крови, а сейчас хочешь мне отсосать, тебя это заводит? Вместо ответа Чимин начал целовать шею парня, легонько покусывая. Юнги недовольно промычал и закинул голову назад, разрешая Паку делать с его телом все что его душе угодно. Руки медленно спускались от плеч к груди, а потом сами полезли к пряжке ремня и начали торопливо ее расстегивать. Одним движением Мин отодвинул стул и резко опустил Чимина на колени. Он легонько погладил его по щеке, смотря с вызовом прямо в глаза, и сжал до боли челюсть. Юнги знает, что Чимин — сущий дьявол в постели, нежность и покладистость — не про него. Его заводит грубость, унижение и чувство постоянного страха, как например: быть пойманным за минетом во время роботы. Мин принимает его предложение, да и как тут устоять перед таким горячим полицейским. — Ну, давай поиграем, сладкий, — почти прошипел старший и немного ослабил хватку, — только помни про время. Пак без промедления взял большой палец в рот и начал медленно посасывать, руки же гладят бедра и слегка полу вставший член через ткань плотных брюк. Одним движением он стянул брюки и боксеры старшего. Его глаза загорелись, как будто у ребенка при виде конфеты, но член Юнги для него казался намного слаще самой приторной, до сводящей челюсти, сладости в мире. Коротко поерзав от возбуждения, Чимин быстро лизнул головку, пробуя ее на вкус, как впервые. Парень тихо промычал от удовольствия и провел языком по всей длине, начиная надрачивать член у основания. Мин коротко простонал и запустил руку в блондинистые волосы Пака. Он резко надавил Чимину на затылок, от чего тот, неожиданно громко пискнул и замотал головой. Юнги, грубо дернув за волосы, отстранил парня и недовольно зашипел: — Если хочешь продолжения, то тебе нужно быть предельно тихим, — на грани слышимости прошептал старший, — и помни про зубы, будь нежным. Пак, мысленно закатив глаза, полностью заглотил член и стал делать ритмичные движения головой, вводя его в рот то глубже, то опять выпуская. Изредка он проводил пухлыми губами и языком по его длине, задевая чувствительные венки. Одна рука поглаживала бедро старшего, а вторая ласкала через ткань собственный стояк. Мин начал двигать бедрами в такт движений Чимина, тем самым почти вдалбливая член в его глотку. Оба уже чувствовали, что были на пределе, слово по лезвию ножа прогуливаясь. Юнги, гортанно застонав, кончил Чимину в рот, а тот проглотил все до последней капли и облизался, как сытый кот, ластясь и примурлыкивая. Юнги на это только хмыкнул и потянул парня к себе на колени. Притянув его за подбородок, страстно поцеловал, покусывая губы, а рукой забрался под белье Пака и несколькими движениями заставил его кончить. Чимин слегка улыбнулся, сквозь поцелуй и отстранился. Он уложил голову на плечо парня и слегка его приобнял. Мин осторожно, будто боясь спугнуть парня, осторожно начал водить носом по плечу, изредка целуя бархатистую, выцелованную солнцем, кожу. Тихий, приглушенный звук шагов отвлек их от прекрасного момента уединения, заставляя быстро переглянуться и тут же отстраниться друг от друга. Юнги, ещё секунду назад боявшийся сделать лишнее движение, лишь бы остаться подольше в тёплых объятиях, отшвырнул от себя Пака, словно чумного, на что тот чуть не зарыл носом, в последнюю секунду хватаясь за край стола. Сам же Мин, со скоростью света натянул на себя одежду, пытаясь как можно быстрее принять самый, что не на есть непринуждённый вид, уставившись в экран ноутбука. Войдя, Чонгук бросил взгляд на Юнги, сейчас вовсю пытавшегося привести дыхание в норму, а у самого щёки пылали так, словно он марафон бежал. Да видимо, не добежал. Мельком обернувшись на Чимина, он заметил точно такую же раскрасневшуюся физиономию и растрепавшиеся во все стороны волосы, словно у чумазого домовёнка. Это ему только что снова показалось, или он заметил ещё более пухлые, чем обычно губы Пака и… засос?! Чонгук вытаращил свои глаза и, сейчас был похож на чудного оленёнка, потерявшегося в лесу. Он продолжал в тупую пялиться, пока голос Юнги не вывел его из этого транса. — Жарковато что-то сегодня, да ведь? Чонгук, не откроешь окно? Чонгук лишь бегло кивнул, пытаясь не выказывать своё удивление слишком сильно, в то время, как Чимин отворачивался к спинке дивана, закусывая свои блядские губы, пытаясь сдержать смех, от всей нелепости ситуации.

***

— Ну, как прошло? — Чимин сжимал в руках кожаный руль аж до побелевших костяшек, но немного успокоился, как только Чонгук поднял руку вверх, хвастаясь небольшой чёрной картой памяти. — У нас есть запись, — Чонгук и сам был рад. Наконец-то у них есть с чем поработать. Быстро подключив устройство, Чонгук нашёл нужную дату и, когда перед их взором открылся номерной знак, загадочного автомобиля, они от счастья готовы были прыгать. Чимин ударил по рулю, чтобы хоть как-то выплеснуть, накатившее волной, возбуждение, снова оборачиваясь на Чонгука, который уже увлечённо пробивал номер. — Нашёл! Хён, получилось! Чимин не теряя ни минуты, принялся набирать Юнги, но тот упрямо не отвечал. Продолжая звонить, тень волнения промелькнула в его глазах и, он обеспокоенно обернулся на Чонгука, который одними лишь глазами спрашивал «нормально ли всё?». — Он там уснул или что? Какого хрена, Юнги?! — Чимина словно ужалили, когда он наконец услышал голос напарника, вместо надоедливых гудков. И, не дождавшись ответа, продолжил, — У нас тут новости: мы пробили тачку, Чонгук сейчас скинет, — он провертел рукой в воздухе несколько раз, подгоняя младшего; после включая громкую связь и провернув ключ зажигания, уже нажал на педаль газа, медленно двигаясь вперёд, — отследи мобильник придурка и скинь, поедем за ним! — Думаю, это не понадобится. — голос Юнги звучал совсем не так, как обычно. Испуг? Волнение? Разочарование? Чимин никак не мог подобрать нужное слово, но ещё больше его выводила из себя пассивность, которая сейчас была очень некстати. — Ты чего несёшь? Это нужно сделать немедленно! — он всё продолжал набирать скорость, но от следующих слов Юнги, ударил по тормозам, от чего оба бы точно влетели лбами в стекло, если бы не ремни безопасности, сдерживающие их. Чимин, полными паники, глазами, смотрел на телефон, не в силах связать два слова. Чонгук ухватился руками за ремень, как за спасительный круг, и был напуган не меньше, давая себе негласную установку, что в машину с Пак Чимином он больше не сядет. — То есть, как это, пришёл сам?

***