Ответы

Что конкретно его разбудило, Шан Цинхуа не понял. Зато обнаружил одну интересную штуку. Даже две. Когда положил руку на грудь и...в общем, что-то в мире пошло не так. Маленькое зеркальце отыскалось на столе. Стерев с него пыль и пятнышки чернил, Шан Цинхуа заглянул в него. Он бы не сказал, что там было хоть что-то видно, но черты его лица выглядели более женственно, исчезли даже малейшие намёки на "мужественность". Теперь его лицо напоминает типичную девушку гаремного романа, всю из себя "идеальную" и с невероятно гладкой кожей. Это...было весьма и весьма некстати. Хотя, стоило отметить, что теперь Цинхуа даже немножко возгордился собой: никогда писаным красавцем не был, а теперь стал очень даже ничего. Ой, то есть стала. Попытки обратиться к Системе успехом не увенчались: красное окошечко "not found" рябило перед глазами. Что ж, собственными силами решать это недоразумение. Масштаб проблемы осознался за завтраком, который особого труда состряпать не составило. Итак: одежда, ее необходимо сменить; следует прекратить пить всякие демонические отвары, якобы убирающие бессонницу и усталость. Конечно же это во вчерашней настойке дело, недаром она благоухала персиковым цветом и маслами, которые обычно закупались для заклинательниц пика Сянь Шу, как же иначе. Если честно, особого удивления не было: что может быть хуже смерти и воскрешения в теле пушечного мяса? Стать привлекательной девицей? Ха, дайте две. Короче, Цинхуа чувствовал себя прекрасно. А вот когда всё-таки отправился к Му Цинфану каяться и просить антидот, то настрой поубавился. Говоря откровенно, то, что он увидел там сидящих остальных лордов пиков, повергло его чуть ли не в ужас. Даже братец Огурец не избежал этой участи! Хотя корректней теперь называть её сестрицей Огурцом. И Цинхуа абсолютно точно не желал сознаться в том, что даже немного завидует размеру груди, неа, ни в коем случае. Если все горные лорды выглядели теперь как жемчужины рода женского, то с госпожой пика Сянь Шу ситуация вышла противоположная: она, словно хозяин гарема, гордо восседала в мужском обличье среди девиц. А это могла бы выйти прекрасная новелла...впрочем, времени раздумывать о возможных вариантах не было – стоило спешить во дворец к Мобэю. После всех удивленных взглядов и обсуждений горные повелительницы решили, что Му Цинфан как всегда предложил мудрое решение – ждать, пока этот странный феномен не исчезнет сам по себе. Возможно, это влияние потоков демонической энергии (все резко посмотрели на Цинцю, но вспомнили, что сейчас не лучшее не время для претензий и замолкни под острым взглядом раскосых глаз). Только когда Шан Цинхуа (стоило, наверное, подобрать себе женское имя) оказался на пути в земли демонов, стало немного неловко. Как объяснить все Мобэю? Мол, извини, Мой Король, но я теперь могу родить тебе наследников? Хотя...нет, не надо думать, ни за что. Как хорошо, что секретные ходы были известны Цинхуа, иначе как объяснить демонической страже то, что вместо привычного заклинателя они видят заклинательницу? Потрясений на сегодня оказалось недостаточно. Даже не так, их НЕ было до того, как Цинхуа юркнул в спальню Ледяного Короля в поисках оного. Она нашлась. Да-да, Мобэй Цзюнь стоял перед зеркалом во всей своей нагой красе и задумчиво обводил пальцами крутые бока. Цинхуа воззвал к Системе. Впрочем, не помогло. — Вы тоже..? Демоница удивленно обернулась на звук и улыбнулась, заставив словить очередной краш. А потом качнула бедрами и мягко двинулась навстречу. Вообще-то, заклинательница сама хотела соблазнить...но как всегда удача отвернулась от неё. Ещё минут пять они любовались друг другом. Всё-таки надо было что-то делать с этим. Например, привыкнуть и освоиться в новом облике. — Моя Королева, вы знаете, как должны вести себя девушки? Та отрицательно качнула головой, рассыпав по яшмовым плечам копну густых волос. Ждёт чего-то. Стоит ли продолжать? — "Женщина, прекрасная, как роскошный, благоухающий на всю страну пион, с кожей блистающей, белой, как снег, и лицом, как искрящаяся яшма. Речь ее подобна щебету ласточек и напеву тростниковой флейты", — вспомнились строки какого-то поэта, – Моя Королева, мы можем... попрактиковаться. Все: взгляд чудесных синих глаз, немного неумелые, но чарующие движения, полуулыбка обещали – практики будет очень много. И начнется она отнюдь не с косметики или манер. Это пугало. Чуточку.