empty

      Чимин в ресторане уже как час. Он сидит за столиком, пьет вино и ждет Чонгука. Тот приходит ровно в десять. Он молча садится напротив Пака, снимая черную кепку и кладя ее на колени. На нем кожаная куртка, обтягивающие черные штаны, перчатки и маска на пол лица. Он поправляет волосы.       — Ровно час, Чон Чонгук.       — Знаю, прости, — Чон ставит локти на стол, устремляя взгляд на Пака.       — Выглядишь, как глава местной банды.       — Именно.       — Что?       — Чимин, я очень занят. Что нужно?       — Ты точно робот? — Чимин усмехается. Он делает глоток вина. — Вернись в Корею.       — Исключено.       — Тебя совсем не волнует Тэхен?       Чонгук молчит. Волнует ли? Вероятно, нет. Он робот. Ему на всё плевать.       — Мне плевать на него. Сам сказал, я робот.       Лицо Чимина, казавшееся таким невозмутимым, приобретает красный оттенок. Его изумлению предела нет. Как и гневу. Пак через круглый стол хватает Чонгука за грудки, сталкивая стакан, тот падает, привлекая к себе внимание. Люди, не менее изумившиеся, устремляют свои взгляды на парней.       — Ты привлекаешь внимание, отпусти меня, — говорит Чон в зубы Чимина. Тот отталкивает его от себя и громко хлопает по столу кулаком.       — Выйдем, — говорит Чимин и встает, направляясь к выходу.       Чон усмехается, следует за ним. Они выходят на террасу на крыше заведения. Чимин подходит к краю оглядывая город.       — Плевать? — спрашивает он, когда слышит, что Чонгук заходит. Пак усмехается. — Знаешь почему я прилетел?       Чонгук садится на качели, откидывается на спинку и кладет ногу на ногу.       — Он не ел две недели. Ничего. Он не вставал, не двигался. Сидел на полу в одном положении, смотря в одну точку. Он похудел так, каким не был никогда. Отец, приезжая, бил его, но даже под действием насилия, Тэ не реагировал. Он и глазом не повёл, когда получил пощечину… Знаешь, как я заставил его поесть? — Чимин поворачивается к Чону. — Я сказал, что верну тебя, если он поест. Всего-то вернуть тебя… И он съел.       Чонгук опускает глаза.       — Я сказал, что привезу тебя до свадьбы. Эта чертова свадьба… Она откладывалась несколько месяцев подряд и сейчас, если он будет в таком же состоянии, то родители Джису просто откажутся от него. Тогда отец убьет его… Просто уничтожит.       Чон поднимает глаза на Чимина.       — Можешь не оставаться, просто на время. Помоги ему прийти в себя.       — А дальше?       Чимин вопросительно смотрит.       — Дальше я уеду. А он? Он снова погибнет. Ему нужно сейчас понять, что я не люблю его. Что он мне не нужен. Что я ничего не чувствую. Чимин подходит к Чонгуку и садится перед ним на корточки, смотрит в глаза.       — Сам веришь в то, что говоришь?       Чонгук, сам того не понимая, замирает, вытаращив глаза на Пака. Тот смотрит в душу, но у Чонгука души нет.       Спустя несколько секунд Чимин отводит взгляд, усмехается и встает.       — Значит, ты глава местной банды? — Пак подходит к краю терраски, кладет руки на периллу и смотрит вниз на шумящие машины.       — Да, — выдыхает Чонгук у уха Пака. Он смотрит вдаль.       — И чем ты занимаешься?       — Если ты насчет того, убиваю ли я людей, то нет. Я не мафиози. Я глава банды байкеров, Чимин, — Чон смеется.       — Казался таким невинным, — Чимин усмехается. — Да, вы с Джессикой определенно подходите друг другу.       Чонгук улыбается.       — Так ты в курсе?       — Чего?       — Кем она была раньше.       Чимин качает головой, поворачивает ее к Чону.       У Пака звонит телефон. Он достает его из кармана и принимает вызов.       — Усоль? Что-то с Тэ?       Чонгук включает слуховой аппарат.       — Господин, он только что… Разрыдался. Это хорошо, наверно. Первые эмоции… Но он плачет… до сих пор. Громко и навзрыд. Что мне делать? Как его успокоить?       Чонгук выхватывает трубку у Чимина из рук.       — Дай ему телефон, — говорит Чон.       Усоль, не различив голоса, дает Тэхену телефон, сказав, что это Чимин. Тот берет.       — Тэхен? — говорит Чонгук, а у Тэхена сердце замирает. Плакать перестает. Застывает будто посмотрел в глаза Медузы Горгоны. — Малыш, это я. Как дела?       Тэхен снова услышав его голос отмирает. До него доходит происходящее и слезы снова льются. Он вслух плачет, а руки и колени дрожат.       — Не плачь.       Тэхен вытирает слезы, выдыхает и вдыхает несколько раз.       — Чонгук, — не без труда говорит он, еле выдавливая из себя голос. Он хрипит. — В-в-вернись, — Тэхен кашляет несколько раз, задыхаясь, будто слова выжимают из него последние нотки жизни. На фоне слышится голос Усоля, просящий успокоиться и принять лекарство. — Ч-Ч-Чонгук…       — Я… — Чон мешкается. — Хорошо. Я приеду.       На лице Тэхена проскальзывает легкая улыбка, кончики его синих губ незаметно приподнимаются, а после глаза закатываются и парень без сил падает на пол, роняя телефон.       — Тэхен? — спрашивает Чонгук.       На фоне слышится копошение, а после Усоль поднимает телефон.       — Он потерял сознание. Извините. Я перезвоню.       Чонгук отдает телефон Чимину, смотря куда-то сквозь него. Чимин щелкает пальцами перед его носом.       — И ты мне говоришь, что плевать, — Пак усмехается. — Теперь ты понимаешь, что с ним? И это ты, — он тыкает в грудь Чонгука пальцем, — довёл его.       — Он сказал: «уходи», — Чон смотрит на Пака.       — И что? — Чимин поднимает брови. Он смотрит на Чона в ответ и понимает. — Неужели, — он усмехается, — команда? — Чимин смеется, сгибаясь пополам и держась за плечо Чонгука. — Ты идешь против всего того, что должен делать робот и… подчиняешься командам? — Чимин вытирает слезы в уголках глаз скопившихся из-за смеха. — Забавно.       Чонгук смотрит с презрением. Пак Чимин не перестает его раздражать.       — Через неделю вылетаем, — говорит он и направляется к выходу.       Чимин замирает.       — Чего? Какую неделю? — говорит он, останавливая Чона, тот поворачивается.       — У меня есть свои дела. Я не могу всё бросить.       — Бесчувственный кретин, — Чимин цыкает, складывая руки на груди. — Правильно, пусть Тэхен умирает в Сеуле, пусть теряет сознание каждый день. Нам дела важнее человека, — он подходит к Чонгуку вплотную, так, что тому приходится опустить взгляд, чтобы встретиться с чиминовым — Ты когда-нибудь хотел стать человеком?       Чонгук не отвечает.       — Молодец, миссия провалена, — Пак нарочно толкает Чонгука и выходит первый.