You're Adopted

      — Ну, Минхо, как поживаешь? - спросил Чан по-эльфийски, прожевывая свою горку тостов,- Не считая сломанной лодыжки. Джисон сел, положив ногу Минхо себе на бедро, чтобы снова начать заживлять рану, и подмигнул ему, поскольку сидел спиной к Чану. — Тебя усыновляют,- одними губами произнес он, закатывая штанину Минхо. Минхо легонько ударил его по руке.       — Я в порядке, - сказал Минхо, и это было почти правдой. Он уже чувствовал пустоту в сердце при мысли о том, что позже вернется в свою одинокую квартиру и поужинает без шума и болтовни. А потом проснётся и вернётся в студию один, чтобы танцевать в одиночестве весь день. Он не знал, почему эта мысль заставляла его чувствовать себя так, потому что он был совершенно доволен своей рутиной в течение многих лет. Может быть, Чан внушил ему это в ту ночь, когда они встретились. — Сегодня утром мне стало скучно танцевать, и я решил попытаться найти магазин, о котором ты говорил, - добавил Минхо.       — Тебе нравится?- нетерпеливо спросил Чан, - Бинни и Сонни действительно вдохнули в него жизнь. Услышав свои имена, оба мальчика оживились, и жар магии Джисона покинул лодыжку Минхо. — Что ты там про нас говоришь?- спросил Чанбин, выглядывая из-за плеча Феликса, чтобы, прищурившись, посмотреть на Чана. — Только хорошее, - подмигнув, ответил Чан. — Магазин очень красивый, - сказал Минхо, продолжая разговор на корейском для остальных мальчиков в комнате. Если они не говорили на языке Фейри, чтобы он мог понять, то самое меньшее, что он мог сделать - это отплатить им тем же, -А что вы продаете? — Это зависит от того, кто приходит, - сказал ему Чанбин, - Для людей это драгоценности и драгоценные камни - моя специальность. Для мистических существ Джисон может сделать некоторые зелья и заклинания, а Феликс иногда проходит через Царство Фей, чтобы достать нам редкие предметы. Чан-хён проводит терапию на нижнем этаже вместе с Уджин-хёном, но мы это не афишируем. Это просто немного известно благодаря сарафанному радио в мистическом сообществе.       — А почему курица?- спросил Минхо, прежде чем остановил себя. Чанбин рассмеялся возмутительно высоким смешком, и Чан скривился. — Однажды я превратил Чан-хёна в цыпленка, - признался Джисон, - У нас ушли недели, чтобы разобраться, как вернуть его обратно, и к тому времени он стал талисманом магазина. — Тогда почему я позволяю тебе лечить мою лодыжку?- спросил Минхо. Он согнул ногу в колене. Или он пытался согнуть. Его голеностопный сустав, хотя и не болел больше, был крепко схвачен,- Джисон, - сказал Минхо так спокойно, как только мог,- Что ты сделал?       — Но я же вылечил её, - сказал Джисон, в панике повышая голос. Минхо снова почувствовал жар на своей лодыжке, когда Джисон пробормотал что-то себе под нос, сканируя сустав с помощью магии. Его ноге становилось все жарче, по мере того, как Джисон выходил из себя, -Я вылечил её, все в порядке. Почему она не двигается? Минхо осторожно оторвал пальцы Джисона от своей ноги и взял его за руки: — Успокойся. Тебе нужно подумать и сохранить свою энергию, чтобы ты мог это исправить. — А что, если я не смогу это поправить?- запричитал Джисон. — Тебе придётся это сделать,- сказал Минхо твёрдо,- Я работаю бэк-танцором,- Он хотел, чтобы это сработало, как мотивация, но это произвело прямо противоположный эффект. — Ты танцор?- спросил Джисон почти в истерике. Минхо с ужасом наблюдал, как горячие слёзы начали наполнять глаза Джисона,- Чанни!- закричал младший мальчик, как ребёнок, и через несколько секунд Чан обошёл стол и усадил Джисона к себе на колени.       — Хей, хей, хей, - утешал Чан, проталкивая твердый леденец между надутыми губами Джисона,- Никаких слез. Ты же талантливая ведьма, Сонни, ты сможешь все исправить. Я здесь, я собираюсь тебе помочь. Джисон пососал конфету и вытер слезы, постепенно успокаиваясь, пока Чан подбрасывал его на коленях. Минхо допустил мысль, что занятия магией заставляют чувствовать Джисона очень уязвимо, и он был удивлен, что кто-то готов пройти через это ради него.       — Я совсем не злюсь, - сказал Минхо Джисону, протягивая руку, чтобы стереть следы слез с его щёк. По правде говоря, он был не в бешенстве, а в ужасе. Танцы были его работой, его хобби, его здравомыслием, и он не знал, что будет делать без них. Мысль о том, чтобы вернуться в лес и работать в мастерской своего отца, только наполнила его ужасом,- Я верю в тебя, Джисон. — Ты не должен, - сказал Джисон, притягивая руки Чана крепче к себе, прячась в их кольце от всего мира,- Я дерьмовая ведьма, которая даже не может творить простые заклинания, не испортив их и не потеряв сознание.       — Сонни, это неправильно, - сказал Чан, тыча мальчику в бок. Джисон слабо вздохнул: — Я неопытная ведьма, которая ещё не может получить доступ к её ядру, - поправил он. — Уже лучше, - улыбнулся Чан.       — Мы дома!! - откуда-то снизу донесся крик, а затем топот ног по лестнице. Хенджин ворвался в комнату первым вместе с Сынмином и мальчиком, следовавшим за ними по пятам, который, как полагал Минхо, был Чонином. — Привет, Минхо-ши!- взволнованно воскликнул мальчик, заметив его. Теперь, когда он подошёл ближе, Минхо понял, что его большие миндалевидные глаза были такими же, как у девушки из кофейни. — Привет, Чонин, - ответил Минхо,- Зови меня просто хён. — Ты узнал меня! - Чонин широко улыбнулся и потянул Сынмина за рукав,- Хён, Минхо-хён узнал меня. — Твои глаза очень запоминающиеся, - заметил Минхо. — Они действительно прелестные, не так ли, - тихо сказал Сынмин, нежно глядя, как Чонин подпрыгнул, чтобы обнять Минхо. Минхо не был особо любителем обниматься, но он мог сделать исключение.       — Как там на берегу моря?- спросил Чанбин, когда младшие мальчики уселись на свободные места. Чонин сел на колени к Минхо, и тот обхватил его руками, чтобы поддержать, если он снова начнет подпрыгивать. — Хенджин обрызгал меня, - с горечью сказал Сынмин. Его футболка действительно выглядела немного влажной. — Да, но ты использовал водоросли, чтобы напасть на меня, - возразил Хенджин. — Это была самооборона, - парировал Сынмин.       — Я был осьминогом, - прервал их Чонин,- Там была крошечная трещина в валуне, я протиснулся внутрь и нашел вот это, - гордо сказал он, протягивая кусок изящно украшенной голубой керамики. — Какая красивая, Инни, - сказал Феликс, забираясь на стол, чтобы получше рассмотреть ее. — Ликси, слезай со стола, - сказал Чан, и Феликс пополз назад в ожидающие руки Чанбина.       Джисон выглядел лучше, хотя было очевидно, что он плакал, из-за опухших глаз и покрытых пятнами щек. Он подтянул свою собственную ногу и с хмурым выражением лица пропускал магию через лодыжку. Минхо поймал взгляд Чана и кивком головы дал ему понять, что все в порядке. Вампир неуловимо убрал руки Джисона прочь, переплетая его пальцы со своими.       Дверь магазина внизу снова со скрипом отворилась, и в комнату вошел улыбающийся загорелый мужчина, снимая ботинки и вешая тяжёлую джинсовую куртку. Он пересек комнату и запечатлел поцелуй на выжидательно поднятом лице Чана: — Там был покупатель-человек, но я пока закрыл магазин, потому что никого из вас там не было. — Спасибо, детка, - сказал Чан. Остальные, казалось, не были озабочены этим обменом репликами, так что, вероятно, это был «дневной папа». — Джинни, это Минхо,- представил их Чан,- Минхо, это Уджин, последний член моей сумбурной семьи. Уджин тепло улыбнулся: — Приятно встретить тебя, Минхо. — Он – дневной папа,- услужливо подсказал Феликс. — Не называй меня так,- игриво зарычал Уджин, и Феликс завопил от восторга, когда тот погнался за ним в соседнюю комнату.