перо сойки.

в пятницу ничего не произошло. и в субботу, и в воскресенье. и даже в понедельник. фрэнк, если честно, начинает нервничать. по нескольку раз в день он заходит в пустующий твиттер джерарда и пытается выловить его в общей толпе школьников. у них ведь стопроцентно должны быть какие-то общие классы? айеро кажется, что вся старшая школа знает друг друга хотя бы номинально – поскольку многие пересекаются на тех или иных занятиях. одним словом – теория шести рукопожатий тут работает, еще и как! но явно обходит джерарда. фрэнк не видел его, кажется, даже под его излюбленным деревом, и это заставляло его…расстраиваться? джерард был таким приятным в общении, и фрэнк очень хотел бы скоротать с ним ланч, на который давался целый час и который являлся отличным временем для отдыха и разговоров. а говорить с джерардом оказалось крайне интересно – он был умным, очень умным, и айеро не знал, есть ли у него хоть один друг или знакомый, который знает столько же, сколько и джерард. и это абсолютно не делало уэя ботаном, вовсе нет! он, кажется, едва ли вытягивал оценки на e или d, короче говоря, большим уважением учителей тоже не пользовался. наверное, даже они в него не верили, не говоря уже обо всем остальном. фрэнк задумался о том, во что можно верить в джерарде, и все мысли о желанном тосте с арахисовой пастой и малиновым джемом, который он ждал несколько уроков, куда-то испарились. джерард любит комиксы – может, он мог бы стать их автором? необязательно ведь уметь рисовать для этого – история в комиксе имеет такое же значение, как и иллюстрации. джерарду нравится рок – может, он хотел бы стать музыкантом? может, ему нравятся ударные или гитара? фрэнк без труда мог представить джерарда, с упоением размахивающим палочками и ударяющим по каждой детали установки. в нем было достаточно хаоса, как для ударника. представить его с гитарой? сложнее. вероятнее всего, потому, что фрэнк сам слишком любил гитару и даже в мечтах и размышлениях ревностно занимал место гитариста. на чем бы ни играл джерард – айеро ни за что не уступит место гитариста, даже если ради этого придется шибануть кого-то по башке. в джерарде, наверное, во много что можно однозначно верить: в его искренность, в его интерес (фрэнк видел, как горели его глаза, когда он говорил о чем-то, что действительно любит), в его неподдельность и умение оставаться собой, даже когда весь мир тычет в него, шипя оскорбления. в его стойкость к этому. айеро понимает, что в джерарде есть много вещей, которым однозначно не хватает веры. верить в кого-то – это нередко самая важная часть всякого дела. иногда веры и поддержки хватает для великих свершений. фрэнк выучил это в скейтпарке, когда учился делать свои первые трюки: все зависит от него, но если в него хоть кто-то верит, и хоть кто-то его поддерживает, даже падать не так страшно, если не получилось. может, джерарду тоже не хватает, чтоб в него кто-то верил? в момент, когда фрэнк уже начинал серьезно беспокоиться о том, в каком направлении теряется джерард, выходя из класса, он появился сам по себе, как по всем самым подлым законам. и, если быть честным, фрэнк абсолютно не был удивлен этим. он начал понимать, что мир вокруг джерарда работал не совсем так, как всякий другой. вероятно, это влияет на то, как джерард воспринимает его? времени на размышления об этом не хватает, поскольку он только что столкнулся с ним возле класса искусств. на щеке джерарда был тонкий алый мазок, и на секунду фрэнку показалось, что это кровь. в голове мгновенно взроились мысли, что-то вроде «его бьют?» и «почему на уроке?» – привет. – откуда-то сверху раздался голос джерарда, разбивая все мысли в голове фрэнка и оставляя его наедине с пустотой в голове. –привет! – фрэнк наконец вырывается из оцепенения. странная штука – он абсолютно полностью теряется в своих мыслях или же теряет их совсем, но стоит джерарду с ним заговорить, как все становится на свои места. – ты пишешь? джерард ухмыляется. кажется, ему импонирует то, что фрэнк относится к небольшому количеству людей, которые говорят не «рисовать картины», а «писать картины». – ага. – уэй кивает. – мне нравятся классы искусства, тем более, у нас очень интересный преподаватель. – джерард… на твоей щеке... – фрэнк ковыряет свою щеку, намекая на краску. – черный или белый? – незамедлительно и даже не подняв руку к лицу, спрашивает уэй. – красный. выглядит антуражно, хотя до хэллоуина полгода. джерард рассматривает свои пальцы и пятнышки краски, которые не отмылись в кабинете. – черт… я этим все вокруг запачкаю. гребанный шабаш. – ворчит джерард, и, скользнув взглядом по фрэнку, устремляет его вглубь коридора, будто намекая. – пойдем? – айеро чувствует себя неловко, но почему-то все же предлагает. уэй пожимает плечами и кивает, и это самое приятное, что случилось с фрэнком на этой неделе. он не говорит ни слова, пока они идут, и фрэнк начинает думать о тишине. одно присутствие джерарда, будь то в действительности или в мыслях, заставляет его погружаться в какие-то концепты и тонуть в них. было впечатление, будто это что-то вроде обязательного атрибута уэя. в тишине, пожалуй, тоже есть смысл. хотя бы баланса ради. иногда она может сказать даже больше слов, по крайней мере, фрэнк слышал о таком. в основном он сталкивался лишь с неловкой тишиной, которую каждый старается нарушить, но не может. скорее, это неловкая пауза, тишина более всеобъемлема и подвластна в тот же момент. внезапно что-то грюкнуло – это джерард поставил свою сумку на подоконник туалета и направился к умывальникам. фрэнк тоже уселся на подоконник и наблюдал за парнем, думая об этом туалете. почти у всех кабинок здесь отсутствовали дверцы, а еще неприятно пахло – то ли сыростью, то ли канализацией – но это не сильно било по носу. джерард старательно мыл руки, и в стол сливались черные и красные потеки, иногда разбавляемые белыми полосками. интересно, как выглядит картина джерарда? та, что он пишет сейчас. судя по цветам, это должно быть что-то такое же эфемерное и грубое одновременно, как и эта вода. о джерарде тоже так можно сказать, пожалуй. фрэнк представляет себе мазки, которые, будто на картинах классиков, выглядят грязным месивом, если рассматривать близко, и просто потрясающе, если сделать шаг назад. грубые и небрежные, но создающие тонкий, изысканный образ. – мне интересна твоя картина. – внезапно говорит фрэнк, и уэй, на момент отвлекшись, поворачивается к нему. – почему? – цвета. и подход. ты… ты, должно быть, хорош в создании искусства. – искусство это хорошая вещь. особенно – вне рамки увеселения народа. – фрэнк снова возвращается к своим концептам и смыслам, но ненадолго. – это всегда инструмент, и хороший мастер способен владеть им для достижения любой угодной ему цели. – а ученик? – зависит от учителя. – хмыкнул джерард. – но, полагаю, хороший объяснит, что это инструмент. и, если его поймут, научит раскрывать его с разных сторон. что коров грамоте учить? потерянное время. фрэнк кивает и думает о том, что никто так точно и красиво еще не облекал мысли в слова. ему захотелось почитать книгу, какую-то…старую? уэй невероятно искусно орудовал словами, и это чертовски вдохновляло. – когда закончу. – сделав паузу, сказал джерард. встретив немой вопрос в глазах фрэнка, он продолжил – думаю, тебе будет интересно посмотреть на результат. – ты прав. – фрэнк спрыгивает с подоконника, поскольку парень уже закончил свои процедуры и направлялся забрать сумку. слышится скрип рвущейся ткани, и в следующий миг – стук вещей из выпавшей сумки вперемешку с ругательствами джерарда. фрэнк даже выцепил что-то вроде «левиафановой бабушки» и решил взять на заметку. – помочь собрать? – айеро помнил, что джерард не любит, когда касаются его вещей. – не трогай книги. – металлическим голосом говорит уэй, и фрэнк собирает несколько разлетевшихся листков и тонких тетрадей. краем глаза он замечает обложку тома, который, видимо, и послужил причиной разрыва ткани и который джерард все время с собой носит. там было тиснение: всякие символы и несколько слов, однако парень не успел дочитать до конца и решил не пялиться, все же не его дело. джерард и так много позволял ему узнавать. фрэнк открепляет от своих штанов несколько булавок: трех штук должно хватить для временной починки. – думаю, это могло бы помочь. – айеро протягивает джерарду три красных булавки. тот внимательно их рассматривает, а потом берет и переводит взгляд на фрэнка, будто пытаясь разглядеть что-то на его лице. айеро застыл, но не нарушил зрительного контакта с джерардом. кончики губ того легко дергаются в едва заметной улыбке, и уэй приступает к починке своей сумки. к счастью, это был большой перерыв и у него было достаточно времени, чтоб сделать это добротно. – хочешь тост с малиновым джемом? – спрашивает фрэнк, легко улыбнувшись. ~~~ в этот раз у фрэнка, кажется, получилось чуть наладить общение с джерардом. по крайней мере, он очень сильно на это надеялся. иногда они что-то обсуждали на большом перерыве, и пару раз даже гуляли после школы. айеро то и дело боялся, что неприятен парню, что он навязывается, а иногда в его голову закрадывались мысли, что его друзья могут ревновать. это глупо, но негласные (и вполне логические) правила в тусовке все же есть. например, глупо предполагать, что если пропустишь какую-то вечеринку, потом будешь понимать все шуточки и косые взгляды, которыми обмениваются все вокруг. кроме этого, фрэнку иногда казалось, что джерард избегает его? иногда он совсем недалеко проскальзывает в толпе, но смотрит будто сквозь айеро, не замечая его. или же замечая, но игнорируя это присутствие. фрэнк хотел бы поговорить с ним об этом, но, опять же, у него не всегда было достаточно смелости. на самом деле крайне удивительным являлся факт того, что такой парень, как фрэнк, боится заговорить с таким парнем, как джерард. айеро считается вполне себе крутым, хоть он и не дерется. но он способен на это, если нужно. джерард же скорее относится к тем ребятам, у кого на шкафчиках пишут не шибко приличные слова, а иногда и откровенно стебут. но он не был таким. о нем шептались, но никто не смел и подойти к нему, будто его на самом деле не существует. иногда его поддевали, словечками про пресловутый череп кошки или дразнилками про его украшения (джерард носил перстень с розовым камнем и ниточку с несколькими перьями и каким-то камнем на шее, однако часто прятал подвеску под толстовку). джерард, вероятнее всего, самый сложный и непонятный человек из всех, кого фрэнк когда-либо встречал. фрэнк знает, какой сироп попросить добавить в кофе джерарда, когда они решили зайти в кофейню по дороге в магазин подержанных комиксов и дисков. парню немного волнительно, поскольку обычно они гуляли лишь в парке. сейчас же джерард едва заметно нервничал, скорее всего, потому, что его не особо вдохновляло всякое общение с людьми. – большой латте с кокосовым сиропом и средний капучино с малиновым! – выпаливает фрэнк бариста и ловит на себе взгляд джерарда. один уголок его губ приподнят, и айеро понимает, что угадал. у джерарда сегодня вполне недурное настроение, возможно, потому, что сегодня пятница, а может, он просто воодушевлен вероятным пополнением в коллекции комиксов и дисков, а может даже, все вместе. фрэнка хорошее настроение джерарда лишь радует, так что разговор легко вяжется и переливается с одной темы на другую. фрэнк чувствует себя очень хорошо и комфортно – наверное, так хорошо ему бывает только с джерардом. джерард забыл о своих подозрениях – хотя бы на время, и наслаждается малиновым кофе, таким же малиновым закатом и совсем не малиновым фрэнком. магазинчик с комиксами выглядит весьма пыльно, хоть и крайне аккуратно: видно, что к нему относятся с несомненной любовью. все товары аккуратно выставлены в хронологическом и алфавитном порядке, и остается только одно – попробовать найти что-то, что припадет по душе. джерард начинает перебирать выпуски ‘бэтмена’ – ему не хватало одного сингла для полной истории, и в нем определенно что-то важное, потому что, по словам уэя, 'если продолжать читать дальше, то все будет становиться лишь непонятнее и непонятнее'. фрэнк поторчал рядом с ним немного, ковыряясь в бессчетных выпусках ‘человека-паука’, но совсем скоро решил не стоять у джерарда над душой и отправился в музыкальный отдел, надеясь найти какой-нибудь диск black flag, iron maiden, black sabbath, или уж, на худой конец, Пресли или Чака Берри. фрэнк усердно копается в 60х и 70х, когда к нему подходит джерард. – нашел, что искал? – заговорщицки спрашивает уэй. – да… пару дисков откопал. а что? – фрэнк подмечает, что что-то не так. – как успехи с ‘бэтменом’? – я не нашел нужный мне выпуск. – джерард закусывает губу. – зато я нашел кое-что получше! – он вытягивает из-за спины диск в коробочке и протягивает его фрэнку. айеро осматривает коробочку, и с каждой прочтенной им строчкой его брови поднимаются все выше. – охренеть! как ты вообще только нашел это?! это же лимитированный выпуск…все фильмы Ромеро, это же с дуба рухнуть! джерард довольно улыбнулся. у фрэнка появилась идея, и он немного замялся. – джерард. – парень закусывает губу, и на лице джерарда появляется тревога. неужели сейчас всплывет тот самый подвох, которого он так боится? – джерард, у меня есть dvd и телевизор… может, ты хотел бы прийти на ночевку ко мне, чтоб посмотреть его вместе? – фрэнк указал взглядом на коробочку с диском, отдавая ее обратно парню. теперь замялся джерард. он немного побаивался, но… фрэнк казался хорошим парнем, и он, кажется, действительно переживал, нашел ли джерард нужный выпуск, и он помнил, что джерард любит малину, и он помог ему починить сумку, и внимательно относился к его вещам, хотя джерард никогда не просил об этом, и… много вещей заставляли джерарда верить в то, что фрэнк действительно неплохой парень. – хотел бы? – немного неловко спрашивает джерард. – да, определенно. – правда? – восторженно спрашивает фрэнк и в ответ получает кивок. – тогда…как на счет следующих выходных? – думаю, я буду свободен в это время. – хмыкнул джерард. – и без проблем смогу нагрянуть прямо на твой dvd, телевизор и диван. – и попкорн. – фрэнк хихикнул. – вне сомнения. – джерард одарил его теплой улыбкой, и фрэнк понял, что уже буквально считает часы до их ночевки. ~~~ спустя ровно 191 час и тридцать минут фрэнк стоит на перекрестке неподалеку от своего дома возле автобусной остановки. всю эту неделю парень не мог перестать думать о ночевке с джерардом: иногда он отвлекался на мысли об этом на уроках, иногда воображал, как это будет, когда ехал домой. однако ни раза за все эти восемь дней он не говорил об этом с джерардом. лишь в пятницу они столкнулись у шкафчиков, и фрэнк неловко спросил что-то вроде «все в силе? завтра в 5?», но джерард лишь хмуро буркнул себе что-то под нос и ушел. джерард был ворчливым порой, но фрэнк пока не был в этом уверен. но, во всяком случае, мысли о том, что у джерарда частенько случается дурное настроение, все еще ютились в голове фрэнка рядом с мыслями о том, что он до жути навязчив и джерард не может придумать, как бы заставить его отвязаться. до их встречи оставалось около четверти часа, но айеро уже торчал на остановке, составляя в голове детальный список покупок в ближайшем магазинчике и пиная носком кеда камушки. солнце медленно ныряло куда-то далеко за дома, которые простирались до самого горизонта и купало улицу в своих золотистых лучах. оно скользило по щекам фрэнка, по его потрепанным кедам, по дорожным знакам и путалось в кронах деревьев, высаженных по краю мостовой. то и дело какие-то машины лениво проезжали мимо: кто-то, наверное, едет к озеру с любимым человеком – смотреть на звезды, кто-то едет домой к семье после внештатного выхода работу, а кто-то, быть может, направляется на смену. среди этого ленивого и редкого потока фрэнк выцепляет глазом синий автобус, завернувший на его улицу. номер знакомый, он точно здесь останавливается, и фрэнк чувствует, как напряжение подрагивает в кончиках его пальцев. может, джерард решил приехать чуть раньше? джерард опоздал минут на десять. а то и на все пятнадцать. фрэнк же, если честно, был рад этому: в один момент он вообще начал думать, что джерард не приедет. однако тот вывалился из автобуса позже назначенного времени, прижимая к себе сумку и выглядя небрежно взъерошенным. фрэнк не решился прикасаться к его волосам, чтоб уложить выбивающуюся прядь, но она позже легла сама собой. – я купил попкорн. карамельный. и с беконом тоже. – фрэнк в очередной раз удивлен вместительностью сумки джерарда. – думаю, мы можем еще зайти в магазинчик тут, неподалеку. я не знал, какую газировку ты любишь. – в принципе любую содовую. но отдаю предпочтение ’доктору пепперу’. – вишневому? – ага. у них нет малинового. помимо содовой было принято решение взять чипсы и сырный соус к ним. больше ничего для классного марафона ужастиков, кажется, и не надо. комната фрэнка находилась под самым чердаком, и благодаря этому он часто мог засыпать под стучащие звуки дождя. этот факт джерарду очень понравился – ему и комната айеро очень понравилась. – у тебя уютно. – сказал парень, рассматривая плакаты на стенах комнаты. он знал, кажется, почти все группы отсюда. ровно как и знал почти все, что было у фрэнка на виниловых пластинках и дисках, так аккуратно выставленных на полочках. понравилась уэю и гитара, которую фрэнк заметно очень любил: на ней почти не было царапин, струны были новенькие, мало того, даже усилитель был прикрыт куском ткани, чтоб не пылился, когда на нем не играют. фрэнк пока что копался с dvd и небольшим телевизором, правильно включая и подключая их друг к другу. после чего он свалил несколько пледов в кучу на пол. – я принесу пару глубоких мисок для попкорна и чипсов. – говорит фрэнк и скрывается за дверью. джерард в это время старается максимально удобно закутаться в один из пледов – это оказалось совсем не сложно, поскольку плед был мягким и в меру теплым: тут был небольшой сквозняк, но это не вызывало большого холода. в итоге у них получилось что-то вроде шалаша из больших подушек и пары пледов, и с каждой минутой фильма становилось все уютнее, даже несмотря на то, что это был ужастик. на экране уже появились первые зомби: серые мертвецы в похоронных костюмах неестественно корчили руки и шеи, хрипя чуть наигранными голосами, подбирались к замершей от ужаса и пронзительно вопящей девушке. джерард тихо хихикнул: его эта наигранность первого фильма (самого первого в истории фильма ужасов) скорее забавляла, чем действительно пугала. фрэнк тоже улыбается – ему кажется, что с джерардом ему вообще сложно чего-либо бояться. джерард иногда выглядит так, будто он готов отмудохать всех ублюдков этого мира без всякого разбору. чаще всего, после математики, но иногда этот его настрой длится весь день или же начинается с самого утра. наверное, фрэнка это уже не сильно пугало. он начал постепенно осознавать, что дело не в его надоедливости, а скорее в спектре настроения джерарда и причин этого самого его настроения. уэй был достаточно сложным и абсолютно необъяснимым. иногда это пугало, но все остальное время он был восхитительным собеседником, способным поддержать любую тему. и, конечно, большим любителем малины. фильмы постепенно сменяют друг друга, и благодаря этому хорошо заметен процесс развития киноиндустрии. даже первый и третий фильм имеют большие отличия. еще бы: первый – это буквально странная задумка какого-то поехавшего чувака, пожалуй, с трудом раздобывшего деньги на съемки. логично, что в него могли не верить: разве кто-то захочет платить деньги за что, чтоб почувствовать страх и почувствовать то, что его чувствуют все остальные вокруг? оказалось, да! ради этого покупают попкорн и едут с другой части города, но это фрэнк понимал только сейчас. ему нравилось чередовать горсти соленого и сладкого попкорна, в то время как Джерард оккупировал миску со сладким, имея весьма ревностное к нему отношение. – поделииись, –ноет фрэнк, чуть касаясь его плеча. джерард вздыхает и заваливается на плечо айеро. тот замирает. это странный жест со стороны парня, но, наверное, ничего страшного, если он достаточно расслаблен? тем более попкорн теперь гораздо ближе. фрэнк с трудом сдерживается от того, чтоб не запустить руку в волосы джерарда. они выглядят немытыми тыщу лет и немного сальными, но ему, кажется, это даже идет. наверное, другим уэя и представить сложно. время близится к раннему утру или же совсем поздней ночи, когда заканчивается очередной фильм. пока на экране бегут титры, айеро отчаянно набирается смелости, чтоб задать один вопрос, так сильно гложущий его. фрэнк не расспрашивал джерарда о магии и его уверенностях. потому что понимал, что в этом нет необходимости. наверное, он и сам все расскажет, когда поймет, про пришло самое время для этого и будет подходящий момент. потому что джерард, кажется, был именно таким. он верил во всякие смыслы и моменты, наверное, в судьбу, и, наверное, еще во много разных вещей, о которых фрэнк никогда в жизни и не задумался бы. – почему ты ищешь перо сойки? – спрашивает парень, чуть закусив губу и боясь услышать грубость в ответ. джерард вздыхает, и фрэнк почему-то гладит его по волосам. джерард никак не реагирует, но это, видимо, дало ему какой-то знак. фрэнк не стал повторять свой жест, и джерард, чуть помолчав, начинает говорить. – потому что это счастье, фрэнк. это свет, избавление от страданий и проблем, это улыбка и доброта, и много других вещей, связанных со счастьем. все пытаются его достигнуть, понимаешь? наверное, для меня это единственная возможность, возможно, даже последняя? перо сойки – это излечение. от депрессии, грусти. хочешь верь, а хочешь – нет, но для меня это имеет большое значение. и чертов смысл. больше, чем его имеют многие другие вещи. – джерард смотрит прямо в глаза айеро, и фрэнк, помимо туманных бликов от телевизора видит в болотного цвета глазах джерарда что-то серое и туманное, так похожее на грусть и что-то даже большее. – без него тебе не стать счастливым? – фрэнку кажется, что он вот-вот прокусит свою губу, но кажется, он понял ход мыслей джерарда. с трудом (потому что сейчас очень раннее утро или же очень поздняя ночь), но понял. джерард одними губами говорит ‘да’ и отводит глаза. – я устал и хочу поспать. – уэй первый покидает их маленький уютный шалашик и залазит на кровать фрэнка. там достаточно места на двоих, но айеро пока не торопится залезать к нему. он выключает телевизор и dvd, аккуратно достает диск и складывает его в коробочку. на подоконнике лежит пачка сигарет джерарда – он пару раз выходил покурить, и фрэнк чувствует некоторое желание попробовать эту гадость и самому. он не курил – это не сильно полезно, если занимаешься каким-либо спортом, даже если это скейтбординг, да и в принципе не сильно полезна эта вещь. джерард засопел – это было похоже, как если бы какой-то злобный гоблин завидел врага на входе в свою укромную пещеру, но фрэнк счел это весьма милым. уэй был красивым, когда спал, и фрэнк понял это сейчас. его волосы закрыли почти все его лицо и подушку, так, что было видно только торчащий острый нос и один прикрытый глаз, обрамленный длинными ресницами. фрэнк подходит ближе и аккуратно садится рядом, разглядывая джерарда, не в силах оторваться. он впервые замечает едва заметную родинку на самом кончике его носа, легкий брызг веснушек, которые, кажется, никак не могли появиться у парня с белой кожей и черными-черными волосами. джерард выглядит так, будто он заслуживает все перья соек всего мира. и пусть внешность бывает обманчива, но сейчас это было действительно так. – думаю, мы придумаем где отыскать перо сойки для тебя, джер. – фрэнк легко гладит его по голове и начинает отключаться. однако сквозь веки немного видно, что джерард чуть улыбнулся в своем сне.