перо сойки.

в определенный момент фрэнк понимает, что абсолютно теряется во времени в их общении с джерардом. или это можно даже назвать дружбой? для фрэнка дружба была чем-то…другим? чем-то, когда нужно видеться каждый день и чтоб темы для разговора были бесконечными, и поддерживать связь по телефону, например, вечером, когда нет уже возможности встретиться; когда полностью знаете друг друга и вообще как одно целое, и особенно — когда есть какие-то индивидуальные шуточки и секреты. с джерардом это весьма странно работало — айеро мог уверенно сказать, что не знает того и на пятую часть, однако их отношения были весьма доверительными, так что фрэнк мог делиться с джерардом какими-то своими тайнами, а джерард иногда рассказывал фрэнку что-то подобное. он не так и много рассказывал о себе, предпочитая говорить о всякого рода концептах и штуках, о которых фрэнк (да и много кто другой) никогда бы и не задумался. у джерарда была удивительная способность (или, скорее, привычка) исчезать на какое-то время — обычно это было от пару-тройки дней до недели — а потом продолжать вести себя, будто ничего и не произошло. во фрэнке это вызывало противоречивые чувства: он попеременно то волновался, то загонялся. отчасти, благодаря этому, с течением дней рамки представлений о дружбе каждого из парней начинали стираться: айеро стал спокойнее относиться к подобного рода интервалам, а джерард, кажется, постепенно открывался все больше, однако и тут фрэнк не мог быть уверенным на все сто, что уэй действительно ему доверяет. впрочем, благодаря тому, что новый друг не занимал сто процентов времени фрэнка, он все так же проводил время с привычной компанией, да и в принципе его жизнь не сменила привычного русла. правда, он так и не сказал джерарду, что он впервые в жизни пропустил вечеринку, отдав предпочтение ночевке с хоррорами. — я теперь играю в группе на гитаре! — фрэнк плюхается под дерево, под которым они с джерардом нередко сидели. тот закрывает свой блокнот и прячет руки в карманы. он почти всегда так делал, когда был не прочь поговорить. на самом деле, айеро очень льстило то, что уэй был не против делить с ним это дерево, хоть оно и было для него сокровенным местом. — теперь бросишь школу и станешь любимчиком всех девушек? — джерард хихикнул и откинул голову назад, фрэнк тоже хихикает и достает из рюкзака свой сэндвич. — это, вроде, только на одно школьное выступление. хотя вокалист говорит, что если все пойдет хорошо, мы сможем сыграть на разогреве в баре перед кем-то, типа, он договорится. — сейчас фрэнк выглядит немного взволнованным, и джерард спрашивает: — а вы уже выбрали, что будете играть? — вопрос хороший. — айеро прикусывает губу. — короче, вокалист, он типа самый главный, потому что он нас всех в кучу собрал и место для репетиций нашел. — джерард кивает, не сводя с фрэнка глаз. — и он говорит, что чтоб всем запомниться, надо что-то свое написать., а остальные считают, что он, если постарается, сможет дотянуть до уровня Планта: если мы круто сыграем кавер на led zeppelin, то никто разницы не заметит и мы уж точно запомнимся! но он стоит на своем. — пусть тогда сам песню пишет. — хмыкнул джерард. фрэнк смеётся и чуть не давится сэндвичем. — если он будет ее писать, лучше уж уже играть что угодно, не обязательно даже led zeppelin. думаю, ему просто лень стараться. джерард смеется в ответ и о чем-то задумывается. возможно, он рассматривает облака, возможно, опять углубился в свои теории и концепты. айеро ест свой сэндвич и думает над тем, как бы ему пригласить джерарда на это небольшое выступление. вроде, он его друг, но фрэнк все равно боялся быть навязчивым, хоть и знал, что уэй способен отказывать. — джерард…ты бы пришел послушать нас? — айеро дожевывает кусочек сэндвича и всеми силами старается не выдавать своего волнения. — мм? — парень возвращается на землю из космических глубин своих мыслей и переводит взгляд на фрэнка. — ну, наше выступление. в школе, или в баре, если и там получится. — бар звучит привлекательнее. на школьное не пойду, не хочу околачиваться лишний раз в этом клоповнике., а еще в баре есть выпивка. джерард побаивается фрэнка. не сказать, что он часто о нем думает, нет., но он боится скорее…какого-то неожиданного подвоха? ему казалось, что фрэнк может общаться с ним, чтоб высмеять его в итоге. ему казалось, что фрэнк не воспримет его, как друга. ему казалось, что фрэнка отталкивают его необычное поведение и всякие причуды. джерард знал, что такое случается — дружба и расположение к себе ради того, чтоб позже вырвать сердце из груди и растоптать его, разбить на осколки, пока оно не перестанет биться. и он боялся этого. фрэнк не был похож на одного из таких людей — но разве есть единый тип? джерарду казалось необъяснимым то, что фрэнк вообще захотел с ним общаться. он крутой — а джерард даже не способен устоять на скейте. хотя… ему так же нравятся комиксы, ему нравится та же музыка и фильмы, что и уэю, он совсем никого из себя не строит и любит пончики с шоколадом. наверное, единственной причиной того, что джерард все еще не послал его куда подальше, и, на самом деле, становился весьма расположенным к парню — это то, что во фрэнке определенно была искра. в нем было тепло, и эмоциональная душа, фрэнк такой невероятно живой. он свалился в болото, которое представляла собой жизнь джерарда, и не утонул; даже стал очищать воду и озеленять берега, так, чтоб болото могло превратиться во вполне симпатичное озерце. — я волнуюсь. — признается фрэнк спустя пару минут молчания и шарит взглядом по траве, изучая травинки и царапины на тяжеленных берцах джерарда. — думаешь, это пройдет, когда вы начнете? ну, репетиции и все такое. — джерард ковыряет дырку в джинсах где-то в районе колена, но отрывается от занятия и пристально смотрит на фрэнка. — не знаю. зависит от того, как начнем, я думаю. но, типа, знаешь, не сказать что много кто слышал, как я играю, вдруг окажется, что я абсолютное дерьмо в этом? или вдруг меня собьет с толку количество людей? уэй чуть ли не кожей чувствует, как фрэнк растерян и взволнован. мечты никогда не даются легко. он это знает, и он знает, как тяжело платить свою цену. он мягко накрывает руку фрэнка своей, чувствуя, как тот легко дернулся и удивленно глянул на джерарда — последний не сильно жаловал всякого рода прикосновения. кажется, айеро по пальцам мог пересчитать разы, когда они касались, даже случайно. возможно, причиной является то, что прикосновение джерарда будто электричество? оно такое теплое и, помимо этого, очень непонятное, и фрэнк даже не может с уверенностью сказать, на что это может быть похоже. наверное, где-то в глубине необъятного и несформулированного он знал, что джерард действительно особенный. тот же мягко скользит своими тонкими пальцами по ладони и пальцам айеро, и фрэнк чувствует себя гирляндой, которую только что подключили к розетке. — пока рано волноваться, хорошо? позже будут поводы, но сейчас тебе стоит расслабиться, ведь переживания никуда не приведут. фрэнк улыбается и видит, как уголки рта джерарда ответно дергаются вверх, и тот прикрывает глаза. … черт бы побрал этот звонок, верно? ~~~ по пути домой уэй обычно думает обо всем — но чаще всего анализирует прошедший день. нередко всякие мелочи могут подарить важные уроки, так ведь? кроме того, обычно парень просто прокручивает его в голове, чтоб отпустить — потому что с ним редко что происходит в наружном мире. сложно сказать, это ли стало причиной того, что джерард проводит время в своем собственном или же наоборот — это не столь важно. важно то, что тебе есть куда пойти, есть место, где тебе хорошо, пусть даже оно где-то глубоко в тебе. потому что это самое сложное — создать дом. не найти, вовсе нет. вся штука, наверное, заключена в самом поиске. нельзя, допустим, найти свое место, не найдя для начала себя. кто же тогда будет в этом месте, если ты пока не нашел себя самого? какое-то время джерард слишком много думал об этом и рефлексировал, раздумывал над разными последовательностях, которые могли бы сложиться в зависимости от разных его выборов. грубо говоря, он думал, что сможет выбрать что-то по душе, попробовав все. да, это весьма жестко? но может дать понимание хотя бы общего направления, в котором ты будешь двигать хрупкий кораблик своей жизни по бурным водам бытия. он выступал в театре. он пробовал алкоголь и наркотики. он покупал платья в комиссионках и крал мамину помаду. он не спал ночами, ковыряясь в себе, снося все до последнего кирпичика и возводя все заново, так и не понимая, зачем же эта постройка. он купил гитару и извлекал из нее звуки настолько какофонные и диссонансные, что позже просто отдал ее в более хорошие руки. он пробовал общаться с разными людьми, и посещал с ними разные места, однако ни в одно из них не хотел возвращаться, а желал лишь умыться. поэтому он сбежал. от всех и всего. нырнул в нарисованные истории, которые он позже стал пробовать перерисовать, в музыку, которую он не мог играть, в фильмы, в которые его никогда не позовут. в природу, которую можно просто созерцать, и ничего боле ей не нужно. где-то между затершимся временем черным с темно-фиолетовыми вставками бархатным платьем, расшитым потертыми золотыми звездами и еженедельными воскресными походами в библиотеку на весь день он отыскивает в подвальчике с книгами, которые редко спрашивают, достаточно массивный фолиант. на обложке было написано, что это ботанический справочник, однако неуклюжий парень, уронив книгу, обнаружил вторую обложку. книга проехалась по натертому воском полу, и, видимо, клей, ссохшийся со временем, позволил верхней обложке отделиться и заглянуть внутрь. «Книга теней» — читает джерард и пролистывает страницы. там действительно есть изображения растений, их полезные или опасные свойства, целебное действие. помимо этого, в книге достаточно много текста, который не всегда проиллюстрирован, а если и проиллюстрирован — то не очень понятно, нельзя сразу сказать, о чем там идет речь. книга пахнет старостью, травами и чем-то еще, совершенно неуловимым, и джерард бережно несет ее к стойке библиотекаря, оформляя на себя. сейчас у него своя Книга Теней, так же спрятанная за обычной кожаной обложкой. уэй изучил искусство и тонкость трав так, как только мог. душисто и успокаивающе пахнущие отвары и рифмующиеся слова стали его неугасающим увлечением. он понял — он сможет построить свой дом, он стал более уверен в себе. и все, что осталось — это принести в дом счастье. ~~~ весь следующий месяц фрэнк почти что не расстается с гитарой. он мог бы оставлять ее в своей ячейке на весь день, чтоб после уроков встретиться с парнями и отправиться на их репетиционную базу, где басист только учит ноты, играя лишь нижние ноты гитарной партии, не в силах выучить свою, а вокалист завывает в микрофон и говорит, что он почти что Аксель Роуз. фрэнк уже сомневается в том, что это все хорошая затея, поскольку на самом-то деле, помимо него да еще и ударника, странного тихого парня, который перед каждой репетицией выпивает залпом банку пива и во время игры явно существует в своей вселенной, никто особо и не старается. это не тот посыл панка, который приемлем для айеро. его девиз — делать то, что хочешь, так, как только можешь. отдавать себя полностью в любви к своим желаниям. фрэнк не раз натирал струнами мозоли и даже рвал их теми же струнами, но ему было насрать, пока он играет какое-нибудь крутое соло из black sabbath или iron maiden. если уж делать что-то, то делать с полной отдачей, делать со вкусом, делать в состоянии экстаза и любви, и любить каждую секунду. иначе в чем же смысл? почти ежедневно во время обеда фрэнк и джерард сидят под излюбленным деревом уэя. (фрэнк пока не допускает называть его «их» любимым деревом даже в своей голове, потому что боится нарушать такие строгие личные границы джерарда. он чертовски уважает джерарда и отдельно уважает все его отличия и особенности. кое-что даже любит., но еще не совсем отдает себе в этом отчет.) и каждый день он играет ему что-то. в последнее время у уэя весьма меланхолическое и порой угрюмое настроение, и когда он хочет сделать выбор, то всегда просит баллады. — металлику. — буркнул себе под нос джерард и поджал к себе колени, расположив на них тонкую склейку из листов, которую тоже делал сам, едва не касаясь ее носом. все же толстоватый том Книги Теней не всегда удобен и уместен, и парень иногда собирает такие маленькие записные книжки для всяких заметок или, быть может, набросков. в искусстве, по его мнению, тоже всегда была магия. фрэнк думает о том, что джерард похож на черного (агрессивного) котенка, который прячется в засаду, и перебирает струны. ноты сами складываются в nothing else matters — она красивая, но не такая уж и сложная, и пальцы фрэнка сами скользят по ладам. джерарду нравится — либо он благосклонен сегодня — и скоро он приобретает более расслабленную позу. даже айеро замечает, что тот стал менее напряженным. — как проходят репетиции? — осторожно спрашивает уэй и фрэнк, если честно, замешкался. он пожимает плечами и прикусывает губу. — он все же не старается. я о вокалисте, помнишь, я тебе говорил? — джерард подумал пару секунд и кивнул. — мне нравится ударник, он явно толковый парень, хоть немного и не от мира сего., а басист — лучший друг вокалиста, ну, ты понимаешь, как это работает. — отстой. — констатирует джерард. фрэнк кивает. — я уже даже не знаю, что и делать. хоть его к стенке припирай и выписывай предупредительную «терапию». раз уж замахнулись на выступления, надо же хоть что-то делать. айеро перебирает пару аккордов, думая сыграть что-то еще, когда его перебивает парень. — погоди ты. уэй копается в своей сумке, ничего не выкладывая из нее, что определенно усложняло процесс, пока наконец не вытаскивает из нее небольшой тканевый мешочек на бечевке. он аккуратно раскрывает его, и на его ладонь (покрытую мелкими уколами, что не может не заметить фрэнк) падает какой-то амулет. джерард протягивает его фрэнку и тот откладывает гитару, чтоб лучше посмотреть. это был треугольный кожаный мешочек на такой же кожаной бечевке, украшенный несколькими небольшими перьями и приятно пахнущий какими-то пряными травами. фрэнк поднимает глаза на джерарда, тот кивает, едва заметно улыбнувшись, и фрэнк чувствует электричество. он боится коснуться амулета, будто оголенного провода — и от него, и от джерарда исходит такая сильная и глубокая энергия, что фрэнку кажется, что она способна взорвать всю планету, что он сейчас сам взорвется от переполнения ею. ни ему, ни джерарду не нужно лишних слов. фрэнк будто в трансе аккуратно берет амулет и чувствует, как от ладони по всему телу по венам заструилось что-то очень горячее и чересчур сильное. что-то, что способно свернуть горы и осушить моря, но подвластное тебе. фрэнк снова смотрит на джерарда и не находит слов, однако разве нужны они сейчас? и есть ли в них смысл? джерард берет руки фрэнка в свои и надевает ему на шею амулет, пока фрэнк остается в своем трансе. он что-то шепчет себе под нос, выглядя очень сосредоточенным, пока айеро медленно выходит из транса и думает о маленьких уколах от иголки на руках джерарда и о том, до чего же они теплые. фрэнк думает о том, что прошелся бы поцелуями по каждой ранке, стараясь их исцелить, и, если честно, отчаянно надеется на то, что джерард не может читать его мысли прямо сейчас. в этот вечер они сыграли whole lotta love.