Камелии бутон

Это странно — если долго смотреть на звёзды, возникает особое чувство…

— Господин, горничная ночью ушла из храма и комната её заперта, дверь никак не поддаётся! — Уже знакомая нам Фуджи подбежала к алтарю в попыхах. Видимо долго искала главу по галереям, но нашла всё-таки в главном зале. — Хм… Правда? Я видел её вечером. Нэдзуми сказала, что ей пришло срочное письмо из дома. Не думаю, что мы скоро её увидим, а дверь… Не стоит волноваться, это я её запер. — Доума, как обычно сидел по- турецки, подпирая голову рукой, и беззаботно улыбался. Разумеется, настроение было отменное. Хотя на мгновение его лицо изобразило театральное переживание. — Вот нескладно вышло, а кто теперь приглядывает за покоями моей милой птички? Я буду не спокоен если не найдётся надёжный человек. Придумал! Фуджи, теперь ты будешь этим заниматься. Тебе же не сложно? — Разумеется нет. Я прямо сейчас пойду проведать её. — С этими словами девушка ещё раз поклонилась и покинула зал. В который уже начали прибывать из деревни последователи культа.       Это действительно было не затруднительно, так как Котоха сама по себе старалась не доставлять хлопот окружающим. А служанка же, Фуджи Хиросэ, была не просто внешне милее старой горничной, но и характером шатенка отличалась мирным. В общем, эти две девушки с первой же встречи нашли общий язык.       В комнате, как и ожидалось, было прибрано и проветрено. То есть это зеленоглазая сидела у открытого окна и качала на руках сына, попутно любуясь просыпающейся природой. — Доброе утро, как ваше самочувствие? — горничная осторожно выглядывала из-за двери, но даже такое появление стало неожиданностью для брюнетки. Котоха обрадовалась, положила уже заснувшего Иноске в кроватку и спотыкаясь подбежала к Хиросэ, взволнованно хватая её за руку. — Ох, не надо на вы. Я прекрасно себя чувствую, лучше скажи не сердится ли Доума за то, что пришлось меня искать? — Конечно нет. Господин с места сорвался, как только узнал, что вы, то есть ты… Не в храме, а испугался то как. Прямо в бурю да ещё и днём ушёл, подумать только. — Собеседница звонко рассмеялась в ответ на появление лёгкого румянца, которым покрылись щёчки брюнетки и закрыла за собой дверь. — «Да ещё и днём»… Наверное это глупый вопрос, но что в этом удивительного? — Господин у нас человек тоже не без странностей, целые дни проводит в храме. Первое время я думала, что он занятой очень, но… Никто не видел, спроси у кого хочешь. А ты, похоже, для него действительно ценная «гостья». — Да будет тебе… А что ещё можешь рассказать про Доуму? Что он за человек? — Знать про него больше хочешь? — Фуджи ухмыльнулась, смущая зеленоглазую своим вопросом ещё больше, но потом продолжила. — Скажу не больше чем кто-либо в наших окрестностях. Господин добрый и мягкий, заботится об окружающих и ещё… Он очень одинокий, мне кажется. Всё своё время глава посвящает храму, но нет никого, кто был бы рядом постоянно. Люди приходят и уходят. Все вещают что-то, он слушает, а самому выговориться, наверное, некому. Хотя, он часто улыбается, может я не права. — Горничная затихла, задумчиво глядя в пол — Такой вот Доума… — Этого достаточно, спасибо. Передай, что я в порядке и буду до обеда в саду. — Птичка обняла Фуджи и, ещё раз убедившись, что малыш спит, покинула комнату.       Солнце уже припекало, но несмотря на это воздух ещё был свеж, а на листьях едва успела высохнуть роса. Котоха любовалась птицами и ходила от одного растения к другому, от цветка к цветку, рассматривая лепестки и стараясь уловить тот или иной аромат. В какой-то момент взгляд зацепился за кустарник, росший у декоративного пруда. Он напомнил девушке искусственное растение. Казалось, что листья и белые цветы будто из воска — настолько глянцевые и плотные они на вид. Странно, что брюнетка их раньше не приметила. Подойдя к кусту поближе, она не почувствовала никакого запаха, но по этой примете быстро поняла, что перед ней. Камелия — восточная роза почитаемая самураями. Нигде раньше зеленоглазой не доводилось видеть эти цветы так близко, она даже осторожно протянула руку чтобы потрогать один из цветков. И вправду, как из воска. Но, похоже, куст уже отцветал и бутон которого коснулась девушка с плеском упал на воду, приковывая к себе взгляд.       Так бы и сидела если бы кто-то не окликнул. Похоже демон пришёл лично пригласить свою зверушку на обед, но Котоха в это время совсем, как ребёнок, была увлечена кустарником. Завидев высшую луну, она вскочила подбегая ко входу и схватила блондина за рукав. Но как только второй почувствовал, что его планируют вывести на солнце, резко вырвал свою руку. Для обоих это было так неожиданно, что они испуганно таращились друг на друга с полминуты. Повторив своё приглашение, парень спешно удалился.       Обед прошёл в молчании. Девушка смутилась от собственного поступка, а Доума снова и снова думал над тем, как глупо только что мог погибнуть, но всё-таки сам был смущён не меньше. После этого они и снова разошлись по делам, обменявшись неловкими взглядами на прощание.

_____

      Как только последний луч скрылся за горизонтом, а прихожане разошлись по домам, Доума и сам покинул главный зал. Как не крути, а день выдался скучным. Только пришло письмо от хорошего знакомого с предупреждением о визите. Он медленно шёл по тёмной галерее и скучающе смотрел в пол пока не услышал колыбельную. Это напомнило первую ночь когда блондин попросил гостью петь для него. Но почему тогда он просто пошёл на звук, а сейчас неожиданно остановился? Лёгкое и всё равно непонятное демону волнение охватило целиком. Она сидела возле того самого куста, пела и завороженно смотрела в небо. Рядом сидел и мальчонка, но, похоже, он не разделял материнское восхищение природой, всё ёрзал и ёрзал пока наконец не затих. — Как часто твой ребенок не спит ночью? — Парень тихо подошёл и сел рядом, стараясь вести себя, как обычно. Но зеленоглазая не была готова к такой встрече. Стоило ей только пересечься взглядом с Доумой, как она покраснела и снова отвернулась. — А то скоро ты в саду ночевать станешь. Тогда точно заболеете вместе. — Нет конечно, это мне сегодня не спится. Я хотела бы извиниться за то, что сегодня схватила вас за рукав, забылась. — Ничего страшного, просто у меня… Аллергия на солнце. Так, что ты хотела мне показать? — Демон беззаботно улыбался, стараясь снять напряжение в диалоге и, похоже, это работало. Брюнетка снова засветилась, двигаясь немного в сторону и указывая на цветы, но высшую луну они впечатлили не так сильно. — Цветы всегда остаются просто цветами, а это… Как их называют? Цветы без аромата. Никогда внимания не обращал, а тебе что, нравится? — Очень! Сегодня днём впервые увидела. Они же такие необычные, как восковые! А ещё вон. Такое безоблачное небо, столько звёзд! Если одна из них упадёт, то можно загадать желание- Котоха выглядела такой счастливой. Неужели ей так мало для счастья нужно? Девушка легла на траву, поглаживая макушку Иноске в то время, как блондин засмотрелся на Камелию. После её слов кустарник больше не казался невзрачным. Никто бы не поверил, скажи второй, что прямо сейчас эти цветы стали для него чем-то значимым. — Желание? — «Но звезды ради людей не падают, глупо придавать им такое значение». Хотел бы ответить Доума, но не успел, увидев, как эти самые звёзды отражаются в её глазах. Долго смотреть он сам почему-то постеснялся и тоже перевёл взгляд на огоньки. Но теперь от чего-то они тоже выглядели иначе. Впервые за всю его жизнь. — Никогда раньше не пробовал… Скажи ещё что-нибудь. Ты говоришь что-то глупое, но я почему-то начинаю верить. Что ты, например, думаешь о людях? — О людях. Мне нравятся открытые люди, как вы. — Котоха говорила мечтательно, не задумываясь так, как думало её сердце. Хоть сама она не заметила, но Доума после этой фразы поменялся в лице. Он почувствовал такую эмоцию, что вряд-ли смог бы описать. Тепло и какое-то удовлетворение от того, что он кому-то действительно нравится. — Добрые и внимательные, такие не способны творить зло. Я стараюсь думать, что в мире не очень много по-настоящему плохих людей. — Становилось прохладно, взяв малыша на руки, девушка поднялась и направилась к дверям. — Действительно глупые вещи. Ты, кажется, ещё многого не понимаешь, но мне тоже нравится то, как ты думаешь. Только… А что если эти хорошие люди лицемеры, что тогда? — Лицемерие — это самообман, который ведет в никуда.– Зеленоглазая устало улыбнулась, оставив демона наедине с собой и опадающими цветами Камелии…       Доума ещё долго размышлял над этой фразой, глядя на плавающие в пруду цветы и совсем забыв предупредить зеленоглазую о важном госте, что должен прибыть в храм уже утром. Человеческая философия казалась второму такой же пустой и забавной, как сама их жизнь. Возможно, её слова когда-нибудь растворяться в вечности также, как и тысячи других сказанных до, но пока не пройдёт отмеренное данным словам время, блондин этого не узнает.