Бог устал нас любить

Уже неделю в Сентфоре солнечно. Лето наконец-то вступило в свои права, чем невероятно радовало всех жителей города. Лужи высохли, не оставив и намека на недавние проливные дожди, а воздух прогрелся настолько, что даже по вечерам на улице было довольно комфортно. В казино всегда было тепло, темно и пахло алкоголем. Помещение подземное, поэтому естественного света в нем нет, только тусклое освещение небольших ламп, если дело касается кабинетов. — Вишня, ты должен поехать и помочь миссис Хилл, у неё очередное что-то очень важное, — ворчит Аарон, сидя за своим столом в кабинете казино. Из-за постоянной горы работы он не может навещать бабушку так часто, как ему бы хотелось. Но без помощи он её оставить не может, поэтому частенько разные драконы приезжают в антикварную лавку, чтобы выполнить поручения старушки. Часто это разгрузка очередной порции антиквариата, ведь даже одну коробку женщина поднять не сможет. Иногда она просит сменить лампочки, возможно, что-то починить. Однажды её кошка выбежала на улицу и потерялась – так паре драконов пришлось прочесать полгорода, чтобы найти пропажу. Сегодня у миссис Хилл проблема века! Ей должны доставить новый шкаф для статуэток. Его нужно выгрузить, собрать, поставить, а старый разобрать и выбросить. В идеале ещё и содержимое из одного в другой перенести, ну, это уже как пойдет. — Босс, почему я? — медленно говорит кудрявый, сидя на черном кожаном диване и покуривая сигарету. Вишня ездил к миссис Хилл, только если туда ехал Аарон — за компанию. Его как правую руку главаря банды всегда обходила стороной участь быть мальчиком на побегушках у седовласой старушки. Всегда, но, кажется, не сегодня. — Потому что ты, Вишня, — раздражается Аарон. — Ба сказала, работы много, а значит, придётся провести у неё длительное время. А лексикон любого из нашей банды может свернуть её уши в трубочку. Они контролируют речь только первые десять минут. — А я, значит, контролирую? Вишня громко смеётся, запрокидывая голову назад, на спинку дивана. — А у тебя, значит, выбора нет. И если Аарон сказал, что выбора нет, значит, его действительно нет. Вишня всегда слушал босса, как старшего брата, если не как отца. В свое время он дал ему очень многое, поэтому что-что, а уважение к Хиллу у Вишни огромное.

***

Всю неделю после примирения отношения Сары с мамой стали немного налаживаться. Да, это не были те теплые и полные любви отношения, но больше они не ругались, по крайней мере так сильно. Мелкие недомолвки Сара старалась пропускать мимо ушей, всегда сглаживала углы зарождающихся конфликтов и лишний раз старалась не говорить ничего лишнего. Девушка понимала, что маме сложно – принять тот факт, что твой муж спивается, а брак рушится, гораздо сложнее, чем кажется. — Мам, я прогуляюсь со Стеф? Сара стояла на пороге дома в коротких джинсовых шортах и белой футболке, натягивая на ноги белые кроссовки и кричала маме, которая готовила обед на кухне. — Только будь не поздно, Сара! — негромко донеслось слева, и Сара тут же выскользнула за дверь. Такая погода вытаскивала на улицу каждого жителя, но только вот всю неделю Стефани проболела, а Дерека отец отправил в какой-то летний лагерь, поэтому Саре приходилось либо гулять одной, либо сидеть дома. Пару раз она заходила к миссис Хилл, на своё "любимое" имбирное печенье и чай со свежей мятой. Но одной жутко скучно, поэтому чаще она сидела дома с карандашом или красками в руках и наушниками в ушах. Слушать ссоры родителей уже просто не было сил. Поэтому, как только Стефани позвонила и сообщила, что полностью здорова и может гулять, Сара без лишних вопросов помчалась в любимое кафе у мистера Гарсии. — Стефани! Подруги прыгают друг на друга с крепкими объятиями, чуть ли не падая на раскалённый асфальт. Жить в удручающей атмосфере криков и ссор, при этом целую неделю не видеться с друзьями — сложно для любого подростка. Поэтому прогулка со Стеф стала для Сары глотком свежего воздуха. — Я так скучала, О'Нил! И так всё равно на косые взгляды прохожих, так всё равно на то, насколько глупо они выглядят со стороны, если честно. Всё равно на всех вокруг, когда есть ты, твой лучший друг и такие крепкие объятия, в которых ты чувствуешь себя нужным и по-настоящему любимым. Девушки прошли в кафе, вдыхая все ароматы, что сплелись воедино и приятно щекотали в носу своей приторной сладостью. Лето — пора молочных коктейлей, а когда такая прекрасная погода – тем более. Девушки сделали заказ и вышли на улицу с двумя огромными стаканчиками молочного лакомства. — Слушай, пройдемся к лавке миссис Хилл? — говорит Стефани, как только подруги спускаются по ступенькам из кафе. — Это ты мне говоришь? Брови Сары подлетают, а удивление только растет. Стефани ведь не любит старушку, она даже в её день рождения ворчала, что «придётся торчать у нее в лавке и слушать скучные рассказы». — Да, не удивляйся. Мама нашла дома какие-то старые украшения что ли. Носить она их не будет, но и продавать не хочет. Попросила отнести в лавку, может, кто-то купит, ну, или заберёт. Нет — пусть выкинет. — Отсюда пешком минут двадцать, идём, как раз прогуляемся, — улыбается Сара и берёт подругу под руку, направляясь в нужную сторону. Громкий смех, глупые шутки, бесконечные разговоры и признания в любви друг другу сопровождали подруг всю дорогу к антикварной лавке. Сара хотела отвлечься от своих мыслей, поэтому Стефани рассказывала ей смешные истории их жизни и о том, как же неприятно болеть и целыми днями лежать под одеялом. Спустя двадцать минут девушки прибыли на место, открыв дверь лавки, они захихикали — появился колокольчик. Как Сара испугалась тогда неожиданного голоса Аарона, так теперь она испугалась этого несчастного звука, что звеняще отражается в ушах ещё несколько секунд. Со стороны главного зала послышалось какое-то шуршание, поэтому девушки без раздумий прошли по коридору и свернули в комнату. В лавке сегодня пахло чем-то цитрусовым, ароматный чай стоял на столе в одной чашке, испуская пар, а в углу комнаты за шкафом кто-то что-то делал. Человека видно не было, было только слышно звуки отвёртки. Миссис Хилл как раз спускалась со второго этажа, когда девушки сделали первый шаг в гостиную. Старушка тут же расплылась в улыбке, разливая по их телам радость от такого теплого приёма. — Девочки, здравствуйте, мои дорогие, — миссис Хилл по очереди обняла подруг и жестом пригласила их за стол в главный зал, — присаживайтесь, как раз только чайник вскипел, я сделаю вам чай. На самом деле чая хотелось меньше всего. Во рту до сих пор был привкус молочного коктейля, а зубы и горло приятно охлаждало наличие льда в недавно выпитом коктейле. И вливать в себя сейчас горячий чай не хочется совсем. Но разве можно отказать миссис Хилл? Кажется, нет, потому что они только мило улыбнулись и кивнули в знак согласия. — Девочки, — послышался голос из соседней комнаты, — у меня для вас есть пирог. — Спасибо большое, — кричит Сара и смеётся. У старушки всегда находится что-нибудь съедобное. Вишня хитро прищурился, как только услышал её голос. Конечно, он её узнал, по-другому и быть не могло. Он не мог не узнать этот смех, которым она неделю назад будила весь город в полночь. Он не вспоминал её всю эту неделю, да и вообще забыл об этой странной девчонке, честно говоря. Странно только, что малышка Рэйчел не отказалась её везти, как всех девушек. Это да, это странно. Но он забыл об этом ровно в ту секунду, как вернулся в казино. Вишня выходит из своего укрытия и видит двух девушек, сидящих к нему спиной. Сара рассматривает полочки рядом стоящего шкафа, а её подруга что-то активно ищет в своей сумочке. Парень тихонько подошёл к Саре, наклонился к её уху и прошептал: — Привет, принцесса. Сара вздрогнула и шумно выдохнула, резко обернувшись. Она тут же расплылась в улыбке, как только поняла, кто перед ней стоит. Тот самый ночной дракон, который не дал ей умереть ночью от страха. — Вишня! Напугал меня, привет, — улыбается Сара. — Здравствуйте, — тихо говорит Стефани, стараясь выдавить из себя что-то наподобие улыбки. — Привет, красотка, — Вишня подмигивает Стефани и опирается руками о спинку дивана, оказываясь между девушками, — принцесса, поняла, что днем гулять безопаснее, чем ночью, да? Сара немного краснеет, вспоминая, как она тогда кричала после поездки на мотоцикле из-за заложенных ушей. Стефани хмурит брови, не понимая, о чем говорят подруга и этот уголовник. Ну, по крайней мере, так все говорят об этих драконах. Сара не рассказывала ей ничего о том, откуда она знает этого кудрявого, и Стефани не понимает, о какой ночной прогулке вообще идёт речь. Где Сара уже умудрилась с ним познакомиться? Во что она вляпалась и какого черта этот парень называет её принцессой? Мысли в голове Стефани проносятся с бешеной скоростью, а сердце немного неприятно сжимается. Зная всё то, что в городе уже давно говорят об этой банде драконов, меньше всего хотелось бы, чтобы Сара связалась с одним из них. И пока Стефани пытается понять, что вообще происходит, Сара с этим Вишней, кажется, о чем-то разговаривают, но их прерывает миссис Хилл, входящая в комнату с подносом в руках. Аромат чая, печенья и сладкого пирога. — Ой, вы уже познакомились? — улыбается старушка и ставит поднос на стол. — Будем пить чай вместе? — Нет, спасибо, миссис Хилл, — отмахивается Вишня, — я закончу дела и поеду. — Что ты делаешь? — спрашивает Сара, когда парень уже скрывается за шкафом. — Ох, я попросила у Аарона помощи, — за Вишню отвечает миссис Хилл, — мне привезли новый шкаф для статуэток, вот прислал мне парня, помогает мне уже пару часов. — Кстати! Стефани наконец-то отходит от ступора, обещая себе обязательно поговорить с подругой, как только они выйдут из лавки. У Стефани слишком много вопросов, но сейчас она, к счастью, вспомнила, зачем они вообще пришли к старушке, и достала из сумочки то, что просила передать её мама. — Вот, миссис Хилл, мама просила вам отнести. Она перебирала старые вещи, нашла какие-то украшения, статуэтки. Может, их купит кто-нибудь у вас, потому что нам они точно не нужны, а выбрасывать маме жалко. У миссис Хилл тут же загорелись глаза, было видно, насколько же ей интересно рассматривать всякие старинные безделушки. Она радовалась, как ребёнок, которому подарили долгожданный конструктор. И у неё было крайне мало посетителей, но она постоянно заказывала в свою лавку что-то новое, ещё и ещё. У неё нет других поводов для радости, и если это ей поднимает настроение, то пусть бы она хоть всё на свете скупила — не жалко. — Крошечка, сколько я тебе должна за эту красоту? Красоту? Стефани чуть было вслух не рассмеялась. Она уговаривала маму выбросить этот ужас, потому что вряд ли вообще это кому-нибудь может понравиться. — Ни цента, считайте это подарком, если вам действительно так сильно нравится. — Знаешь... Миссис Хилл мечтательно закрывает глаза и глубоко вдыхает. Сара знает, что за этим жестом последует разговор-воспоминание о молодости старушки. Она всегда рассказывает о своем прошлом с особым трепетом. В минуты этих воспоминаний у неё, кажется, молодеют глаза, и взгляд становится немного другим. Вишня, закручивая очередной шуруп, качает головой в разные стороны и криво усмехается. Он тоже прекрасно знает, что последует за этим глубоким мечтательным вздохом. И он никогда не любил эти рассказы. Собственно, поэтому он практически никогда не заходил в лавку вместе с Аароном, а ждал его на улице, как тогда, на её день рождения. Старушке он отмахивался, что не входит, потому что караулит мотоциклы. Только миссис Хилл понятия не имеет, что каждый житель города знает, кто ездит на таких байках, и что может быть, если причинить железным коням какой-нибудь вред. А Сара сидит и с упоением слушает очередную историю старушки, на которую её натолкнули старинные жемчужные бусины, одни из тех, что принесла Стефани. Ей на самом деле ведь интересно слушать, как однажды в парке, когда старушка, в свои восемнадцать, гуляла и на таких же бусах у неё разорвалась ниточка. Все жемчужины просыпались, и какой-то парень помог ей их все собрать. Это была любовь с первого взгляда, единственная и очень сильная. Девушки чуть ли не плакали в два голоса от такой нежной истории. Миссис Хилл рассказывает всё с придыханием, и кажется, что ты сам улетаешь в далёкое прошлое и наблюдаешь за этой картиной, сидя на соседней лавочке. Вишня чуть ли не прикладывает руку ко лбу, слыша, как девчонка шмыгает носом, и мечтает уже поскорее закончить с этим несчастным шкафом, только бы уйти в казино и пропустить пару стаканов бурбона, цепляя очередную красотку на одну ночь. Как вообще в семнадцать лет или сколько ей там может быть интересно слушать эти истории, что предназначены явно для одиноких сорокалетних разведенок? И всё-таки она странная девчонка. Очень странная девчонка. А Сара не странная на самом деле, ни капельки. Просто она тоже мечтает встретить свою любовь, чтобы зажглась вот так с первого взгляда. Чтобы так сильно любить, что даже голова кругом. Сара не странная. Сара просто верит в любовь и счастье.