Вернуться домой. Любой ценой.

— Нет, я ж говорю тебе! Нет ничего лучше комедий и ужастиков! — за прошедшие полчаса не многое поменялось. Близнецы так же взбирались все выше и выше, время от времени сталкиваясь с демонами, разговаривая, споря и соглашаясь, то и дело останавливаясь, чтобы в очередной раз попытаться избавиться от последствий кровавого душа. Безрезультатно, к слову. — Если ты продолжишь смотреть только их, мозгов в твоей голове так и не прибавится. Посмотри хотя бы документальный фильм. Так, для разнообразия. — Ну да. Вот скажи мне, как твои документальные фильмы помогут мне уломать какую-нибудь красотку? — со знанием дела спросил Данте, уже даже не замечая упреков брата, — да она ж помрет со скуки! А вот хорроры работают прекрасно!       Вёрджил ответил выражением пренебрежения на лице. Будто бы его волновало, как Данте устраивает себе ночные развлечения! А вот поработать над улучшением его мыслительных способностей было бы очень неплохо. Пусть даже таким варварским методом. — «Если мы каким-то магическим образом и правда выберемся отсюда, я заставлю его прочитать что-нибудь. Обязательно умное, » — старший пообещал сам себе. Если брат не хочет стараться сам, всегда есть шанс просто его заставить.       Но на самом деле не все было так плохо. В последнее время Вёрджил уверился, что, хотя и Данте упрямый идиот, с ним все еще возможно общаться. Иногда разговор даже может оказаться увлекательным. Иногда. — Да ладно, не кривись ты так! Смотри, сейчас покроешься морщинами и испортишь наше прекрасное лицо! — откинув испачканные волосы, будто красуясь перед зеркалом, Данте нагло ухмыльнулся, глядя в пустоту. — Оно не наше. Оно мое. Свое ты уже испортил, — холодно прокомментировал Вёрджил. Эта беседа уже начинала его напрягать, так что он немного ускорился, быстрее достигая следующей плиты. Данте лишь нахмурился, прожигая спину близнеца недовольным взглядом. — Да пошел ты, — выплюнул младший, лишь после этого сдвинувшись с места.       Иногда подходящие для продвижения выступы обрывались. Тогда близнецы использовали мечи и друг друга. Первый поглубже вонзал свое оружие в стену, а затем, взяв другого за руки (Данте) или за шкирку (Вёрджил) подкидывал его над собой, чтобы тот, перевернувшись в воздухе, установил импровизированную ступень, и они могли бы повторить такой прием, пока не натыкались на достаточно большой и крепкий выступ.       Но на данный момент подобного уже давно не случалось, хотя ранее, когда они еще не успели забраться настолько высоко, такое происходило постоянно. Наоборот, теперь естественные ступени появлялись все чаще и чаще, и они были чем выше, тем обширнее и длиннее. — Кажется, скоро будет плато, — Данте быстро забыл о только что случившейся перепалке. В этом весь он. — Вёрдж, нам туда? — Пока без понятия. Я вообще не уверен в том, насколько моя теория правдива. Но пока других вариантов у меня нет. Если система перестроилась, основные артерии теперь могут оказаться, где угодно. — Зато в ней уверен я. Ты слишком умен, чтобы ошибаться, — с абсолютной уверенностью заявил Данте. Вёрджил лишь хмыкнул. — Легко живется дура-       Внезапно старший замолчал, так и не произнеся слово до конца. Он замер на месте, сосредоточенно вслушиваясь в тишину. Данте тоже остановился и пару раз моргнул, удивленно рассматривая напряженно застывшего брата. Причина остановки была очевидна, однако младший даже не подумал как-то подготовиться к бою. Парень просто продолжал стоять чуть позади него, расслабленно закинув руки за голову и заткнув сапоги за пояс. Носить их на плече было до ужаса неудобно, так что теперь они висели сбоку, придавленные кожаным ремнем.       Данте перенес вес на одну из своих ныне босых ног и продолжил наблюдать за братом. Демоны его ни капельки не волновали. Это Вёрдж любил быть готовым ко всему, а он, безрассудный балбес Данте, полагался лишь на свою реакцию. Должен же он успеть выхватить меч или отпрыгнуть, на худой конец. А так можно постоять, поглазеть на братика. Он слишком занят, чтобы обращать на что-то внимание, такой шанс нельзя упускать.       Спутанные грязно-красные, уже отливающие коричневым волосы, без намека на естественный цвет. Четко очерченные плечевые мышцы, напряженные руки. Та самая несуразная стойка, что так сильно любима Вёрджем. Правда на этот раз она была чуть менее устойчивой, чем обычно — он неплохо утомился в той битве. Она, может, была и несложной, но весьма выматывающей. Данте слегка прищурился, пристальнее всматриваясь во все еще неподвижный силуэт брата. Лицо расслаблено, и лишь немного сведенные к носу брови говорят об общей напряженности. Глаза прикрыты, светлые, почти белые ресницы даже не дрожат. Губы слегка блестят, плотно сомкнуты  — новая привычка старшего. И что бы Данте ни говорил, эти кошачьи облизывания сильно действовали на него. В груди разливалось тепло, а подачу воздуха будто в момент обрывали. Данте предпочитал не задумываться о том, почему, но даже так, в глубине души, он чувствовал, что дела идут не очень хорошо и надо заканчивать с таким, пока не поздно. Без привычных причесок, служащих основным различием, они действительно выглядели как близнецы. Ни ад, ни запои, ни споры и годы порознь, ни какие угодно демоны не смогут забрать у них этого. Хотя бы этого.       Медленно Вёрджил открыл глаза, смотря своими пронзительными чисто-голубыми "озерами" куда-то вперед. Данте мог бы посмотреть туда же, увидеть то же, что и брат, однако все это его по-прежнему не волновало. Может, зря. Но сейчас ему хотелось только продолжать рассматривать Вёрджила, разбирая его внешний вид на две стопки: «знакомое» и «новое». Эти синие ледышки — знакомое, грубые мозоли на руках — новое, бледные губы — знакомое… — Данте, — одно слово, не подразумевающее продолжения. Младший нехотя оторвался от своего непременно увлекательного занятия и уставился вдаль.       На противоположной стене плясал небольшой огонек, то разрастаясь, то сворачиваясь обратно в рыжую точку. — И что это? — вопросительно глядя на Вёрджа, спросил Данте. — Демон.       Докатились. Теперь демоны превратились в свет? Их теперь надо плотной тканью накрывать, чтоб не распускали свои демонические лучи вокруг? Или что? Они покажут тебе жуткий фильм, и ты помрешь от обезвоживания? Или такие акции устраиваются только для эпилептиков? — И что? — лениво рассматривая огонек, спросил Данте. — Он тебя не трогает, и ты его не трогай. Просто пошли дальше.       Через пару смелых шагов вперёд, он был остановлен непреклонной рукой в черной перчатке. Парень нахмурился. Вот на кой чёрт ему этот демон сдался? Он сидит в аду, не высовывается, так пусть продолжает себе. Кому-то мешает? — Он часть Клипота. Возможно, он даст нам какую-то новую информацию о сущности нашего демона, — Вёрджил уже точно решил — всё, занавес. Оставалось только смириться. — Хрен с тобой. Его как, уделать надо или что? — тяжело вздыхая, уже согласился Данте. Что поделать, если братик так хочет? Он лениво выхватил Мятежника и окинул огонёк презрительным взглядом, будто во всем виноват именно этот свето-демон. — Чтобы уничтожить его, нужно сначала избавиться от Клипота, — не сводя глаз с огонька, ответил старший. — Так что, нам просто нужно подобраться к нему и рассмотреть. — Чёрт, Вёрдж, это реально так важно? — обычно Данте особо не возражал, но тратить время на кусок света?       Ответа не последовало, однако Вёрджил быстро направился к своей светящейся цели. Данте ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Им очень повезло, что прямо под огоньком находилась крупная плита — хотя бы стоять можно будет спокойно. Некоторые местные ступени имели свойство обваливаться, когда на них ступали сразу двое. А пытливый братец собрался задержаться тут, чтобы рассмотреть свою «зацепку».       Старший аккуратно подошел вплотную к стене. Лучи света тут же оказались в ловушке тени Вёрджила. Он немного нагнулся, чтобы переставший менять размеры, сжавшийся почти в точку огонек оказался на уровне его глаз. Сам он ничего необычного из себя не представлял — словно отблеск пламени свечи на стене. То, как круг света расширялся, напоминало передвижение той самой свечи подальше от отражающей поверхности. Не почувствовав никакой опасности, Вёрдж, поудобнее перехватил катану, будучи готовым в случае чего отбиваться, и протянул руку навстречу пучку света. Он был вынужден признать, что огонек так и манил прикоснуться к себе, дотронуться самыми кончиками пальцев…       Данте стоял в стороне и с сомнением смотрел на брата. Ему очень не понравилось, как вечно ясный и холодный взгляд затянулся тонкой дымкой. Что-то не так, но пока ничего не происходит… Младший не решался вмешиваться. И лишь когда рука медленно потянулась к стене, а взгляд застыл, как завороженный, на начавшем плясать огоньке, Данте не выдержал. — Вёрдж! — он кинулся вперед и быстро схватил близнеца за руку, не давая коснуться. — Что ты, мать твою, творишь?! Не ты ли всегда твердишь об осторожности?       Вёрджила будто ледяной водой окатило. Он дернулся назад, прочь от стены, едва не падая. Данте продолжал крепко держать чужое запястье, переводя взор на вновь ясные глаза. Не оставалось сомнений, что эта дрянь каким-то образом повлияла на обычно нечувствительного к такому брата. И тут либо эта штука жутко мощная, либо Вёрджил слишком устал. И хотелось верить во второй вариант, потому что Данте лучше всех знал, что иначе самым слабым местом становится он. Дерьмо.       Секунду старший находился в легком смятении, однако быстро пришел в себя. Не вырывая руки, он толкнул брата подальше за собственную спину, сверкая недовольным взглядом. Неужели все-таки..? — Данте, не подходи к нему, — приказным тоном выдал старший, перехватывая его руки теперь самостоятельно и пристально смотря в ответ. Хочешь в чем-то убедить Данте — говори уверенно, глядя ему в глаза. — Слышишь? Не вздумай! — Окей-окей, не нервничай так, — легко рассмеявшись брату в лицо, младший позволил брату вцепиться в свои запястья. Вёрджилу виднее, как правильно, а подвергать их опасности Данте не хотел. — Что это, кстати, за штуковина? — Часть Клипота, отвечающая за воздействие на разум. Либо ядро, либо его часть. В любом случае, это очень мощная вещь, — оттягивая близнеца как можно дальше и спускаясь на предыдущую ступень, ответил мужчина. Сейчас он скорее был обеспокоен, чем зол.       После многих лет в аду на него перестали действовать практически любые механизмы внушения и контроля. Если чему-то и удавалось завладеть его сознанием, первый, кто понимал и пресекал это на корню — Вёрджил собственной персоной. Однако в этот раз он даже ничего не заподозрил. Необычное навязчивое желание абсолютно не ощущалось чем-то подозрительным. Если бы не брат и зверская удача, что Клипот позарился именно на него, кто бы знал, что могло произойти. — Ладно. Я обещаю не лезть к этой штуке, но, если что… Я доверяю тебе, бро! — Данте немного нервничал, но улыбался как обычно, радуясь такому же привычному недовольству со стороны Вёрджила. — Если ты поддашься этой дряни, я лично тебя выпотрошу, — предупреждающе выдал старший, получая в ответ заливистый смех.       Он отпустил руки брата, однако затем, окинув младшего недоверчивым взглядом, все-таки вцепился в одну из ладоней, дергая близнеца следовать за собой. Гордость проснется как-нибудь попозже, а пока так будет лучше им обоим. — Хей, бро, я понимаю, что ты очень меня любишь, но ты мне так руку сломаешь! — смеясь еще громче, чем раньше, сказал Данте. На душе стало теплее. Брат помнит. Брат не позволит этому повториться. Даже теперь. — С тобой можно только так, — вопреки собственным словам, старший слегка ослабил хватку. Держать кого-то за руку было крайне непривычно, однако не сказать, что неприятно. И вот на что Вёрджилу точно плевать — как это все выглядит со стороны.       Данте улыбнулся. Он сжал руку старшего в ответ, тихо посмеиваясь. Его все устраивало. Для них подобное воздействие вообще отдельная история: ладно — Вёрджил, но Данте второй раз подобного просто не переживет. Его совесть сожрет живьем. — А что мы делать-то собираемся? — когда близнецы покинули опасную, по мнению Вёрджила, зону, спросил Данте. — Для начала надо выяснить, насколько реально пройти мимо этой штуки дальше. К тому же, если это действительно ядро, к нему также должна подводиться если не главная, то крупная артерия, — аккуратно отпуская руку брата и взамен пристально впиваясь в него взглядом, ответил старший. — Значит, нам надо отыскать еще одну трубу с кровью рядом с этим светящимся куском дерьма и закрепить успех? — недовольно поморщившись, переспросил Данте. С другой стороны, страшно только в первый раз. Они и так целиком и полностью в высохшей крови, еще хуже сделать сложно. — Именно. Но я сделаю это сам, так что ты пока остаешься тут, — безапелляционно заявил Вёрджил. — А ну-ка постой. Ни хрена подобного! — Данте понимал, почему не должен идти он. Однако это и не значит, что должен идти старший! — Я не отпущу тебя туда одного! — А тебя никто и не спрашивает, — в том же тоне ответил Вёрджил. Гордость, конечно, постепенно сдает позиции, но до того, чтобы позволять кому-то решать за него, еще о-о-очень далеко! — Меня и не надо спрашивать! — возникая прямо перед носом Вёрджа и тем самым не давая прохода, уверенно заявил Данте. — Либо мы идем вместе, либо не идет никто. Позволь напомнить, в этот раз в проблемы чуть не вляпался именно ты!       Старший злобно зыркнул исподлобья, сжимая губы в ровную линию. На периферии сознания у Данте проскочила мысль прижаться к этим губам своими, но он ее будто и не заметил. Ничего, не в первый раз, что делать знает. Сейчас есть вещи гораздо важнее. — И что? Хочешь сказать, ты сильнее меня? — насмехаясь, ядовито протянул Вёрджил. Тема-то всё ещё больная. — Хочу сказать, что вместе мы сильнее, — отзеркаливая не только позу и выражение лица, но и голос ответил Данте. — Ха, какой же ты самонадеянный! Оглянись! Тебя первого же вынесет! Ты будешь обузой! — злобно махнув рукой и повысив голос, произнес старший. — А если нет? Если снова достанется тебе? — Данте стоял, не шелохнувшись, игнорируя движения брата и упорно перекрывая путь. Брови недовольно сведены к носу, челюсти напряжены, сам он готов в любой момент принять удар. — Уж с этим разберусь, — прошипел Вёрджил, протягивая руку к Ямато. Если их проблемы словами не решались, приходило время браться за оружие.       Данте ничего не ответил, лишь молниеносно выхватил Айвори и направил ее прямо в лоб брата. Если он сейчас дернется, получит пулю в лоб. Это не смертельно, но регенерация займет уйму времени. Которого у них, к слову, может и не быть.       Изначально Вёрджил планировал просто уделать близнеца, заставить упасть на землю и, не имея сил встать, просто не суметь ему помешать, однако сейчас у него появилась другая идея. Проще и интереснее. Он отпустил эфес и спокойно опустил обе руки так, чтобы было видно, что в них ничего нет. Затем он, посмотрев брату в глаза, только глубже, в самую душу, сделал короткий шаг вперед. Теперь пистолет не просто был направлен, а приставлен к его лбу. Данте сглотнул, слегка недоуменно приподнимая брови, но никак более не двигаясь. Старший для пущего эффекта медленно поднял руку и схватил пистолет за дуло, даже не думая его вырывать или отодвигать, наоборот фиксируя на месте. — Ну же, — спокойно сказал Вёрджил. — Останови меня, Данте. Спусти курок.       Данте по-прежнему не двигался, лишь его глаза неуверенно забегали по фигуре брата, то ли набираясь решимости, то ли пытаясь понять, что сегодня с ним не так. Когда стало понятно, что Вёрджил больше ничего не скажет и вряд ли попытается внезапно выхватить Ямато, Данте изогнул губы в легкой усмешке. Правила игры понятны, условия приняты. Младший быстро вернул Айвори в кобуру за спиной, не отводя взгляд ни на миллиметр. — Ну что же ты так, дорогой братец? Мы и так все в крови, зачем делать все еще хуже? — разводя руки в стороны, усмехнулся Данте. Если честно, он понятия не имел, как выиграть в таком бою, но свой проигрыш тоже представлял весьма смутно. Главное — не отводить взгляд.       Старший усмехнулся, продолжая молчать, однако так же упорно поддерживая зрительный контакт. — Мы можем просто пойти вместе, — почти пропел Данте своей самой приторной интонацией. — Ни в коем случае, — слегка прикрывая глаза, ответил брат. Его взгляд стал немного темнее, а у Данте уже пересохло в горле. Вот же сволочуга! Вряд ли Вёрджил действительно пытался достичь такого эффекта, однако легче от того не становилось. В аду шлюх нет — придется туго, но переживем. — Почему же? — когда Данте надоело стоять на одном месте, он медленно и плавно, не делая ни шагу назад, продолжая находиться почти вплотную, начал обходить Вёрджила, упорно всматриваясь в знакомую синеву. И он, и близнец проигнорировали легкое соприкосновение плеч и бедер. По крайней мере, сделали вид, что не заметили. — Ладно, вот вопрос получше, — надеяться на ответ было глупо, — почему ты внезапно решил не использовать Ямато?       Данте тщательно следил за собственным голосом, чтобы он оставался протяжным, сладким, может, немного кисловатым, но не переходил установленную для него границу. Всё-таки это лишь игра. Слишком плохо. Глупый старший братец зря его недооценил. Надо было меньше зависать одному в каких-то очередных ебенях, тогда, возможно, он и не совершил бы такой ошибки. — Решил дать тебе шанс, — а вот Вёрджил совершенно не собирался двигаться с места, лишь внимательно следил за близнецом. Теперь он немного засомневался в своем решении, однако ни о чем не жалел. Классический бой надежнее, но так даже интереснее.       Оказавшись прямо за спиной Вёрджа, Данте меньше, чем на секунду, оторвал взгляд, когда повернуться далее брат просто не мог, и одним резким движением развернул его голову, крепко впившись пальцами в подбородок, пока их глаза снова не встретились по другую сторону. На секунду младший потерялся, кто из них есть кто. Он будто видел себя со стороны, но наваждение быстро прошло, когда на лице близнеца отразилось легкое недовольство самоуправством Данте. — Не смей так больше делать, — спокойно, без капли агрессии, медленно, еще чуть-чуть и можно было бы сказать «протяжно», произнес Вёрдж. — А что мне за это будет? — вот и пришло время. Данте выдал фирменную мордашку довольного кота. Две темные синие радужки, расфокусировано смотрящие в глаза напротив, слегка изогнутые брови, приоткрытые блестящие губы, едва заметно, но непременно хитро улыбающиеся. Наклонившись вперед, сцепив руки за спиной, еще немного и он бы лег на брата. Парень почти не дышал, чтобы ничто не нарушало так тщательно выстроенную атмосферу. Его главный туз в рукаве.       Вёрджил застыл, его будто током прошибло. Он почти потерял самообладание, глядя на это лицо, которое выглядело в точности как его собственное, однако казалось во множество раз красивее и привлекательнее. Лукавые, томные глаза, хитрая, не давящая улыбка. Данте сейчас выглядел очень… Непривычно. Хотя Вёрджил так и не смог заставить себя сказать, даже в мыслях, что ему это не нравится. Данте не двигался. Демонический организм спокойно мог бы провести несколько минут без воздуха вообще, даже не ощущая дискомфорта, так что ничто не мешало продолжать держать прекрасную маску, над которой он работал годами. Его истинный шедевр. Почему-то сейчас очень хотелось, чтобы брат оценил это.       Наконец, Вёрджил не удержался, сглотнул, слегка дергаясь, заставляя Данте довольно лыбиться у себя в голове. Это победа. Решив, что пока с брата хватит Данте, наконец, двинулся, сделал еще один шаг, оказываясь снова напротив близнеца. Во внезапной тишине дыхание Вёрджила ощущалось до ужаса громким, это не могло не радовать младшего. Прежде чем окончательно выпрямиться и завершить игру безоговорочной победой, Данте медленно наклонился еще ниже, аккуратно прикасаясь губами к замершему близнецу. Он не спешил, не давил, нежно коснувшись чужих губ, внимательно следил за каждым движением век, за каждой мелькающей эмоцией, а затем, плавно закрыв глаза, медленно отстранился и вернулся в вертикальное положение. На секунду ему показалось, что брат вот-вот потянется вперед, чтобы попросить повторить небольшой поцелуй, но Данте лишь грустно покачал головой самому себе. Ему всего лишь показалось. — Надеюсь, ты не захочешь оспаривать мою победу! — Данте расплылся в широчайшей и вроде-как-счастливой улыбке от уха до уха, быстро возвращаясь в свое нормальное состояние и оперативно сбивая этот настрой. — Хотя я и не против повторить.       Вёрджил слегка нахмурился, разминая внезапно затекшие плечи. Сколько вообще времени прошло? Он потерял его счет, утонув в чужих глазах. — И что это было? — слегка прищурившись, спросил старший.       Нет, спорить он не собирался, вместе так вместе, так, пожалуй, даже лучше будет. Сейчас его больше волновало, что только что произошло, и что он почувствовал. Если на второе он как-нибудь сам отыщет ответ, то о первом лучше просто спросить. — Это? — усмехнувшись, спросил Данте. — А это, братец, была безоговорочная победа! — закрыв глаза и гордо уперев руки в бока, а также сверкая белыми зубами, заявил младший.       Вёрджил лишь последний раз окинул того странным взглядом, затем схватился за рукоятку катаны и быстро прошел вперед. — Идем. Но только попробуй ему поддаться — помрешь на месте, — не оборачиваясь, кинул Вёрджил, внимательно слушая шаги за своей спиной. Пока что они оба это проигнорируют, однако их мысли еще не раз вернутся к этому моменту.