Война в твоем сердце

      Близилась зима. В замке всё также появлялись гости, а Эвелин всё также штурмовала библиотеку.       Очередным осенним утром девушка сидела на окне и читала «Шотландские забавы». Эвелин не услышала, как Марта вошла, поэтому испугалась:       — Книги скоро закончатся, пойдёшь вывески читать? — подстегнула подруга.       — Ах, Марта, не пугай так. Книги не закончатся. Я заметила, как их периодически обновляют, значит кому-то кроме меня есть до них дело. Не переживай.       — Ску-ко-ти-ща. Что читаешь? Трагедии?       — Нет, комедию.       — Вау, вот это прогресс, — весёло крикнула Марта и села рядом с Эвелин.       — Да, как ты и хотела, я бросила читать трагедии… Либо они просто напросто закончились.       — Ты неисправима… Кстати, возможно, не моё дело, но молодые служанки только и делают, что судачат о том, что наш господин стал захаживать в публичный дом. Так странно…       -… Эвелин отложила книгу в сторону и задумалась. И правда, после того случая, господин Иври более не звал её к себе в покои. А прошло уже пару месяцев.       — Ой, прости, Эви…       — Всё нормально. Не думай, что я рассчитывала на огромную любовь и верность от господина…       — Да, но ты такая красивая. Я бы тебя с радостью забрала в жёны, но, простите, мадам, я женщина.       — Как жаль. Я так мечтала выйти за тебя замуж, — с серьёзным видом сказала Эвелин, глядя на подругу.       — П-правда???       — Ха! Попалась, — вмиг расхохоталась молодая госпожа.       — Да… Я повелась.       — Ой ладно, расскажи мне о том конюхе, что за тобой приглядывает.       — Какой? А… Мартин… Ну он интересный и… Высокий!       — Достойные качества, конечно же, — с усмешкой сказала Эвелин.       — Да ну тебя! Знаешь, он мне немного, совсем чуть-чуть нравится.       — Вау, так намекни ему.       — Ты что! Он же конюх.       — А ты кухарка.       — Ну! Он мужчина, пусть делает первый шаг.       — А, может, он уже делал шаги, ты же ворона — ничего не замечаешь.       — Это не так! — смутилась Марта. — Я не знаю. Он вчера позвал меня на ночь Гая Фокса в город.       — Ух ты, вот видишь.       — Да, но он ещё позвал Берту…       — Что ещё за Берта.       — Ну… Она работает со мной на кухне. Такая низкая и толстая.       — А… Тоже мне соперница. Ты в сто раз лучше. Хочешь, я дам тебе своё платье?       — Нет уж. Я в нём буду очень смешно выглядеть, к тому же я не к королю на приём иду.       — Тоже верно. Хотя бы помойся тогда.       — Очень смешно… Девушки посмотрели друг на друга и резко рассмеялись. Только с Мартой Эвелин забывала про одиночество, и даже на миг ей казалось, что она дома.       — Знаешь, Марта, я привыкла к этим стенам, даже нахожу в них что-то романтичное.       — Глядишь так и на господина взглянешь под другим углом.       — Ни за что…       — Кстати, госпожа, почему ты ходишь в одном платье столько дней?       — Ох, не знаю, я перестала влазить в другие. Бедная Ирен чуть не задохнулась, пока пыталась завязать на мне корсет. …       Поначалу Эвелин заставляла присутствовать себя на всех вечерах, особенно, когда приезжали люди с других стран. Но со временем господин перестал контролировать её приход да и ей это не сильно надо было. Госпожа предпочитала отказаться от ужина, лишь бы не видеть всю свою боль в лице её мученика. И сегодняшний вечер не стал исключением. Эвелин видела, как много экипажей появлялись у них во дворе, но не придавала этому значение. Дочитав ещё одну книгу, девушка направилась в свои покои. Но, когда она начала поднимать по лестнице, Эвелин почувствовала лёгкое недомогание и увидела рябь перед глазами. Пройдя ещё пару шагов, девушка завалилась прямо на лестницу. «Надеюсь, меня отравили и я больше никогда не проснусь…» — всё, что успела тогда подумать Эвелин, прежде, чем погрузилась в глубокий сон.       — Берта, давай поднимемся к госпоже, может, она захочет поесть. — вопросительно посмотрела Марта на маленькую толстую кухарку.       — Тебе надо ты и иди.       — А я схожу. Марта, припеваючи какую-то местную песню пошла к покоям девушки, но, когда она постучала, отклика не последовало.       — Госпожа?       — Марта… Я не могу найти госпожу Иври, — резко из-за угла вышла Ирен.       — Может, она забыла час, пока читала. Давай спустимся. Марта со старухой направились вниз по винтовой лестнице, пока не наткнулись на лежащую Эвелин.       — Госпожа!!!       — Марта, зови скорее на помощь.       -…       — Марта, быстрее! На лице девушки был изображён дикий ужас и страх за молодую госпожу.       — И… Иду! Ирен обхватила Эвелин за грудь и положила голову к себе на колени.       — Бедное дитя, что же с тобой случилось. …       — Ох, Эли, какой шикарный ужин ты нам устроил. Я так рад, что вижу тебя на этом месте, а не какого-то напыщенного английского индюка.       — Спасибо, дядя, приятно принять твою похвалу, — с лицом полного безразличия ответил Эли Иври.       — Всё никак не привыкну к твоему каменному лицу… А где молодая госпожа? Говорят, что она первосортная красавица.       — Это всё слухи. Она самая обычная, даже глуповатая.       — Не похоже на то, чтобы ты взял себе в жёны дурнушку.       — Ты как и я прекрасно знаешь, зачем я так поступил. Мне стоило укрепить свою позицию при короле… Произвести впечатление семьянина. А все эти ухаживания и пляски вокруг местных куриц меня не устраивают.       — Правильно. Девку надо брать силой. Они это любят. Хоть и сопротивляются много. Дядя Иври отхлебнул приличный глоток Эля. Он был настолько неуклюж, что полкружки потекло по его бороде, медленно доходя до брюха. Не сказать, что дядя был красивым и знатным: обычный толстый рыжий мужчинка, низковат ростом, староват возрастом. Во рту три золотых зуба, которые делают его и так уродскую улыбку только хуже. Глаза у него периодически косили, а руки тряслись. «Старый алкаш, когда же ты коньки двинешь» — подумал Эли, пока его взгляд не остановился на толпе взволнованных служанок. Эли встал и медленно двинулся в их сторону. Девушки настолько были напуганы, что не заметили шаги и без того внушительных размеров господина.       — Что же делать? Госпоже совсем нездоровится.       — Заткнись, не место сейчас обсуждать.       — Что случилось, — резко встрял в диалог господин.       — А господин, ну…       — Тш! Всё хорошо господин, наслаждайтесь своим ужином, дура Гвенни наслушалась всяких местных новостей…       — О госпоже? Ну-ну…       — Господин! Миссис Эвелин упала на лестнице… Она в своих покоях, но она… — промолвила Гвени.       — Дура… Рот не закрывается. — пробурчала Ирен.       — Понятно. — сказал Эли и как молния полетел в покои Госпожи. Когда он вошёл в комнату, увидел как Марта с полотенцем сидит возле Эвелин.       — Марта, что произошло? Марта испугалась, услышав сзади господина. Она оставила мокрое полотенце на лбу Эвелин, а сама встала и подошла к господину.       — Я… Не знаю… Она… Мы когда пошли в библиотеку увидели госпожу на лестнице, Ирен приказала мне сходить за помощью… Мы отнесли её в покои, а Ирен приказала мне сделать это, — жестом Марта указала на полотенце.       — Выходи.       — Но…       — Я сказал, выходи, быстро! И пусть никто не заходит, — грозным низким голосом произнёс Эли.       — Слушаюсь, господин Иври. Марта вышла и закрыла за собой дверь. Господин подошёл к Эвелин и посмотрел на неё: ужасно бледное лицо, по которому стекали огромные капли пота. Девушка что-то бредила, но Эли не мог разобрать. Эли снял полотенце со лба Эвелин, промокнул в рядом стоящей воде и положил обратно.       — Ты ничего для меня не значишь. Ты ничего не изменишь, слышишь? Вы, женщины, лишь умеете ловко играть сердцами мужчин. Но, знай, с моим сердцем ты не поиграешь: у меня его забрали очень давно. Я жестокий и холодный, а ты лишь птица в клетке, ты умрёшь здесь, а я глазом не моргну. Эли встал и направился к двери, как вдруг услышал:       — Кай… Кай… Вернись ко… Мне… Мама так… Любит… Тебя… Где же ты… Кай… Внутри Эли что-то кольнуло, но он лишь разозлился и вышел из комнаты.       — Отправьте кого-нибудь за доктором.       — Уже отправили, господин.       — Не хватало, чтобы какая-то глупая женщина портила мне важный ужин. Эли спустился к гостям, а возле Эвелин остались лишь Ирен и Марта.       — Как думаешь, вернётся ли любовь в этот дом? Ирен?       — Не знаю. Давай лучше дождёмся доктора…