Скажи мне, если станет плохо

Ночь. Наверное, самое прекрасное время для раздумий. В это время все отбрасывают свои маски и становятся настоящими перед собой. Никто тебя не видит, не перед кем выпендриваться и строить из себя хрен пойми кого. Да и парню в принципе не нужен никто, как он думает. Зачем эти бесчисленные связи? Ради чего они? Старых ошибок он повторять не станет. Собирать своё сердце из жалких осколков снова сил уже не будет. Мысли погружают брюнета в воспоминания. Воспоминания о боли. Других у него нет. Ненависть - его единственная подруга. Имидж не позволяет злобе обрушиться на плечи других. Хочется разрушить всё, сделать так, чтобы его боль почувствовал каждый. Нельзя. Пока что нельзя. Алан Мэйсон смотрит на свои дорогие наручные часы. Четыре часа. Спать не хочется от слова совсем. В салоне его любимой машины пахнет вишневым сиропом, разлитым парнем не так давно, и сигаретами. Сигареты. Отвратительно. Алан морщится. Запах не выветрился с тех пор, как парень подвозил курившего отца на своей малышке. Мэйсон всё равно не выйдет из машины - сегодня он здесь спит. Домой, как и всегда, не хочется. Там пьющие мать с отцом. Когда Алан съехал от этих пьяниц, те припёрлись к нему на хату, пригрозив тем, что расскажут полиции о всех его бывших делах. Телефон над ухом противно разрывается приходящими уведомлениями. Чёрт. Это Рик. Этот несносный ребенок, которого Алан использует уже месяц, серьёзно верит в то, что между парнями любовь. Мэйсон усмехается и проводит пальцем вправо, принимая входящий звонок. - Чего тебе? -Я соскучился, - прозвучал заспанный мягкий голосок. - Приезжай, папочка. Алана чуть не стошнило снова. Но ничего не поделаешь. Тихо выругавшись, он сбрасывает звонок, вставая и перелезая на переднее сидение. Парень заводит мотор, поворачивая ключ, и выезжает из уже открытого гаража. Ехать придется долго: богатенький паршивец живёт совсем далеко, на самой окраине города. Ветер приятно ласкает кожу лица, брюнет вытягивает руку в окно. Вот оно - скорость, то, что он любит больше всего на свете. И, наверное, вообще единственное, что он любит. Стрелка спидометра переваливает за двести. Алану не страшно, он встречается с владельцем этих дорог, с наследником улиц, копы предупреждены. Машины встречаются редко, все разлетаются при виде бугатти. Все знают эту машину. Все понимают, кого здесь стоит опасаться. Машина легко входит в дрифт на очередном повороте. Вдруг из угла выбегает какая то женщина и с криком останавливается посреди дороги. - Что за... Алан еле успевает объехать ненормальную. Машину сильно заносит, он с трудом успевает затормозить перед самым деревом. Злость начинает набирать обороты. Парень медленно выходит из машины и шагает к застывшей идиотке. - Ты ебанутая или как? Алану плевать на возраст женщины, будь она даже пожилой. Парень подходит ближе, свет фонаря освещает несостоявшуюся самоубийцу. Она оказывается вовсе не женщиной, точнее, она, наоборот, совсем молода. И даже симпатичная. Высокая коротковолосая блондинка, на вид лет восемнадцати, голубые огромные глаза, в которых отражаются огни ночного города, большие губы, намазанные темной матовой помадой. Девушка стоит и не мигая смотрит на гонщика с открытым ртом. Алан подходит вплотную. -Умереть захотела? Тупая девка, - девушке очень повезло, что у Алана нет проблем с самообладанием, и вообще он довольно сдержанный. Не услышав ответа, парень щёлкает пальцами перед лицом незнакомки. Ноль внимания. Она что, чокнутая? Прошло секунд тридцать, как Алан принимает решение забить на девушку, и стремительно направляется к машине. - Бедняжка, ты не испугалась? Девушка неожиданно выходит из оцепенения и кидает удаляющемуся парню : -Я в порядке, спасибо. Но тебя разве не учили смотреть человеку в лицо, когда спрашиваешь о чём-то? Алан удивленно поворачивается и усмехается. - Вообще-то я не тебе, - девушка недоуменно таращится на парня, и тот кивает в сторону своей машины. -Чао, "прекрасная незнакомка". У него совсем нет времени и сил разбираться с какой-то блондинкой, и он поднимает дверь бугатти, садясь в салон. Он недолго выкручивал руль, всё же выравнявшись с дорогой и слыша сзади какие то восклицания, умчался прочь. Вот ещё. Хрен ей, а не "остановись".

☯ ☯ ☯

Алан выходит из своей машины и, заблокировав двери, направляется в сторону дворца своего недо-парня. Как же противно быть с этим малолетним девственником. Будто его попросили вечно следить за младшим братом или сыном друзей родителей. Ничего. Сейчас ничто не важно. Нужно терпеть. Может, когда-то этот Рик повзрослеет и Алан (тошнит от этой мысли) влюбится в него. Ага, конечно. Парень подавляет рвотный рефлекс, как оказался у высокого белого расписного забора. Ворота отворяются, и выходит дворецкий, здороваясь официально с гостем и обещая охранять его машину, так как Алан ни за что не допустит, чтобы кто-то кроме него загонял или вообще трогал его любимый спорткар. Появляется другой дворецкий - хилый мужчина средних лет, и говорит парню следовать за ним. Они идут до огромного голубого дома и Алан в мыслях присвистывает от такого размаха. Конечно, где еще могут жить такие богатые ублюдки? Мысли прерывает грёбаный мальчишка, что повис на Алане. Твою мать. Как я мог забыть про этого ненормального? Алан здоровается и даже целует своего "парня" в щёку. Видя, как Рик покраснел, Алан усмехнулся, интересно, если бы парень засунул этому ребенку руку в джинсы, тот бы наложил? Наверняка наложил бы. Этот Рик вечно паникует, когда Алан пытается углубить поцелуй, не позволяя ему большее. С этим интересно только одно - когда тот сам попросит ему вставить? Гостя ведут в особняк. Зайдя внутрь, Мэйсон ахерел, мягко говоря. Изнутри эта махина ещё больше. Парню вдруг стало совсем неуютно. Слишком большой дом. Как целый торговый центр в столице, если не больше. Викторианский стиль. В центре огромная лестница, ведущая на второй этаж. Слева - открытая гостиная, справа - домашний кинотеатр. Рик вдруг схватил парня за руку и потащил куда-то за лестницу вперёд. Там было продолжение коттеджа. Длинный широкий коридор, множество дверей и арок. Такое ощущение, что семейка живёт в музее средних веков. Мальчишка повернул куда-то снова, и Алан невольно подумал, что сам отсюда никак не выберется, если захочет удрать. Они прошли под одной из арок и оказались в небольшой (что странно) кухне. Здесь ничего необычного : барная стойка, в центре - большой деревянный круглый стол, полностью забитый различной едой. К парням подошли женщина и мужчина, оба официально одеты, как и Рик, в строгие костюмы. Алану стало ещё неудобнее в своей пижаме. Плевать, кто эти двое. Невысокий мужчина в костюме вдруг протягивает Алану руку и мило улыбается. Парень жмёт руку в ответ и пытается даже натянуть на себя улыбку тоже. - Я - отец Рикардо, Герон. А это, - кивок в сторону женщины, - его мать - Амелия. Мы из Америки. Вижу, ты тоже не местный. Зашибись. Его притащили сюда посреди ночи, чтобы познакомиться. -Очень приятно. Я - Алан Мэйсон. Приехал сюда учиться по обмену, здесь влюбился в ваши дороги и решил ненадолго задержаться. - Ну, - мужчина указывает на стол, - присаживайтесь, молодой человек. Вы очень важны для нас. Наш Рик первый раз в жизни так влюбился, - Алан даже не смотря чувствует эту идиотскую улыбку, адресованную наверняка ему. - Стань же частью нашей семьи. А вот это уже не смешно. Кажется парень начинает жалеть, что влез во всё это. Ну, хоть родители этого голубка не гомофобы, иначе проблем бы ему доставили. Алан планирует воспользоваться этой семейкой, ведь наверняка у них есть связи с полицией. Он выгонит пьющих родителей и с прекрасной репутацией и славой, свалит обратно в LA. Хотя, признаться, есть план гораздо грандиозней. Хорошо. Продолжим. Алан садится за стол на отведённое ему место. Битый час он сидит здесь, ест и отвечает на бесконечные вопросы этих ненормальных. Кажется, он нравится родителям Рика, значит, всё идет по плану. Из этого вечера Алан понимает, что отец Рика так же глуп, как и его сын, что мать здесь просто для красоты, и то, что Рик - Рикардо. Ну серьёзно, он что стриптизер?

☯ ☯ ☯

Шум толпы. Громкие аплодисменты. Алан конечно польщён, но серьезно, десять часов утра. Какого хрена вы так вопите, придурки? Рик сидит рядом, на пассажирском месте, и Алан, вот-вот, ей Богу, но выкинет мальчишку в окно, если тот не прекратит своей задницей елозить по его сидению, порча достоинство святой машине несвятого хозяина. Бугатти останавливается у старта. Синие, свежевыкрашенные двери взмывают вверх, и из машины выходят двое. Толпа снова взрывается. Алан снова во всем чёрном, очки и капюшон закрывают пол-лица, но все опять же знают, кто приехал. Рик приподнимается на носочках и мимолетно целует Мэйсона в губы, убегая в толпу к остальным. Алан оглядывает людей, игнорируя соперников в этой гонке, и замечает в толпе интересный силуэт. Та самая психопатка с дороги. Стоит там и смотрит прямо на него. Она не узнает его, нет, зашифрован он знатно, но будто в душу смотрит. Нужно будет узнать её имя. Просто так. Интересно. Она-то уж покрасивее мальчишки, с которым ему приходится возиться, мастерски играя в псевдо-любовь. Блондинка одна. Любит гонки? Нет. В её глазах нет азарта, нет огонька, который загорается у истинных ценителей. Что же с ней не так? Боится машин что-ли? Тогда какого хрена тут забыла? Алан решает, что у него достаточно времени до старта, и подходит к девушке, в чьих глазах застыл страх. Перед блондиночкой все расступаются, многие шепчутся и завидуют. Алан чувствует это. - Твоё имя. Назови его. Быстро, - командует парень. Девушка больше не выглядит напуганной. -Не ахерел ли ты часом, мальчик? Мне совершенно плевать, кто ты, хоть сам Иисус Христос, но ты не имеешь права вот так со мной разговаривать, понял? Она смотрит с вызовом. Сучка. - Какого чёрта ты тут делаешь? Ты не выглядишь, как любитель гонок. -Хм. Странно. А ты вот как раз-таки и выглядишь, как любитель. Руль хоть держать умеешь? Послышались тихие смешки. Ладно. Он всё равно узнает. Алан усмехается и уже хочет уходить, как слышит за спиной: - Эй, Грейс, ты что там встала? Идём отсюда! -Заткнись, дура! -Я так тебе завидую, ты хоть знаешь этого парня?! Он же король! Хах. Значит, Грейс. Надо запомнить. Алан раскручивает двигатель, заставляя машину рычать, заглушая жалкие шипения остальных машин. Грид-герл выходит вперед, становится перед гонщиками, готовясь дать старт. Звуки, издаваемые его любимой тачкой, ласкают слух, придавая больше уверенности, что итак через край льёт. Алан сжимает руль крепче, врезаясь в него ногтями от нетерпения. Заезд по кругу. Впереди извилистая трасса, по которой не раз стирал шины Алан, входя в дрифт, тёмный лес, который так любят стритрайсеры. Грид-герл поднимает руку, и гонщики про себя отсчитывают секунды. Нет волнения, как в первый раз. Какое вообще может быть волнение, если ты лучший? Рука девушки резко опускается, давая старт, и шесть машин срываются с места, оставляя за собой кучу пыли и дыма. Алан вырывается вперед. Скорость стремительно увеличивается. На хвосте две феррари. Не страшно. Алан со всей силы вжимает педаль в пол, набирая скорость. На спидометре уже триста. Феррари остаются позади, и вперед неожиданно вырывается чёрная BMW, ровняясь с бугатти Алана. -Пидорас! Алан резко поворачивает, создает позади пыль, тем самым закрывая обзор другому. Хер тебе, а не победа. Задние колеса слегка заносит, шины скрипят по трассе. Алан въезжает в лес и видит в зеркалах три приближавшиеся машины. Парень усмехается и входит в дрифт, съезжая с трассы. Эта дорога ему нравится больше. Здесь все боятся ехать. Он один. Срезать ему никто не помешал, повезло, ведь бывали разные случаи. Можно расслабиться. Алан слегка сбавляет скорость, опасаясь врезаться в какую-нибудь сосну. Повороты позади, впереди лишь прямая дорога, обрамлённая деревьями и лесным запахом. Скоро он выедет на трассу и вырвет победу у других. Как обычно. Как он привык. Парень открыл окно бугатти и высунул руку, доверяя управление другой руке. Адреналин постепенно стихает, Алан погружается в подозрительное спокойствие. Легко. Слишком легко. Мелких зверей почему-то не видно. Всё будто вымерло. Не успевает парень задуматься, как видит впереди яркую вспышку и стремительно приближающийся свет. Какого... Ему что едут навстречу? Свет слишком яркий. Алана ослепляет, и он начинает петлять. Машину заносит, управление не поддается. Звук. Странный звук наполняет сознание. Это не машина. Мысли смешались. Парень пытается сохранить равновесие, но не поддается. Свет всё приближается. Звук нарастает тоже. Неприятно до мозга костей. Удар. Бугатти переворачивается набок. Алан всё ещё в сознании, он пытается выбраться из другой двери. Бам. Снова удар. Машина переворачивается несколько раз, и Алан отключается, видя лишь потухающее сияние.