Всегда выбираю тебя

Ступай мягко и тихо. Слегка сжимай пальцами рукава, чтобы красиво было. Иди спокойным шагом, держа спину ровной, а губы складывая в улыбке. Будь такой нежной и милой, что никто не посмотрит дальше. Не попытается увидеть что-то за изгибом тонких губ и взгляд смотрящего заблудиться в узорах на одеждах. Они хотят видеть тебя кроткой красавицей, а ты хочешь, чтобы твоя семья добилась всего чего хотела. Никого не волнует, что ты там чувствуешь, ведь ты - инструмент. Так будь лучшим инструментом. Ха Цзяюэ терпит, когда ей укладывают волосы. Сначала гребень больно давит на кожу головы, потом масло камелий щиплет, а в конце служанка покрывает всё воском. Волосы заплетают, собирают в жгуты и острыми шпильками закрепляют в причёске. Голова начинает болеть ещё в процессе, а к концу хочется взвыть от головной боли. Но она быстро напоминает себе, кто она такая. Ха Цзяюэ, четвёртая дочь Ха Фанга. В зеркале её лицо совсем бледное и она сама тянется к косметике. Улыбается на пробу, радуясь тому, что лицо слушается её. В жизни сложно что-то контролировать, но Ха Цзяюэ всё-таки принадлежит ещё и себе. Отец постоянно занят, но она не боится потревожить его. Когда прическа готова и тонкие шпильки закрепляют сложный, но изящный хуашен, Ха Цзяюэ чувствует себя уверенной. Не то чтобы она уж очень любит наряжаться, но это определенно успокаивает её. Ха Цзяюэ не ходит с десятком служанок, как это делает старшая сестра и вообще добирается до кабинета отца окольными путями. Только верные Сяоси и Суо следуют за госпожой. Но они остаются за дверью. Отец за работой. Он придерживает край одежд свободной рукой, выводя на бумаге цепочку иероглифов. Ха Цзяюэ подмечает, что лист уже черный от количества слов и Ха Фанг не старается сделать свой плохой почерк образцом каллиграфии. Значит, он пишет либо зятю, либо внуку. Судя по прибытию Главы Цзян - зятю. - Цзяюэ приветствует отца. Она кланяется и садится на против. Тут же подзывает Сяоси и велит сменить чайник. Отцу уже пора было заботиться о здоровье, но все кроме него самого этим занимались. Ха Цзяюэ наводит порядок на столе, осторожно раскладывая свитки и открывает окна. У неё тоже есть дела в отцовском кабинете, ведь заботиться о людях ей всегда нравилось. Об отце Ха Цзяюэ могла заботиться вечность, ведь только так, робко помогая ему, она могла выразить свою любовь и дочернюю преданность. Когда он наконец заканчивает, то смотрит на неё с ласковой искоркой в глазах. - Дитя, что-то беспокоит тебя? Цзяюэ откладывает пресс из чёрного агата и решает сказать главное. - Расскажите мне о нём. Ха Фанг усмехается, слегка приподняв брови на загарелом лице. - Ты просила меня о сильном человеке, чтобы твой муж обладал характером. И спрашиваешь, каков Цзян Чэн. Разве я хоть раз не понял тебя? Мне всегда казалось, что только ты понимаешь меня, а я близок по духу тебе. Он хмурится, словно испытывает недовольство, но Ха Цзяюэ действительно понимает его. Смеётся тихо, поднимается. Ха Цзяюэ помнила то время, когда Да Хай сотрясали гражданские войны. Объединенный город утопал в розовой от крови воде и луна в небе краснела от света пожаров. Каждую ночь ветра поднимали в воздух хлопья пепла и вопли восстания, словно жители переносились в ад. Да Хай рвали на мелкие кусочки почуявшие свободу вассалы, мелкие кланы пытались перехватить власть, а тогдашний правитель старался спрятаться во дворце дабы переждать бурю. Ха Цзяюэ тогда жила в какой-то лачуге на острове и была слишком маленькой, чтобы понимать, куда пропадает её отец. Их держали в опале их же родственники, в то же время как Ха Фанг должен был уже вернуться во второй свой дом на северо-западе , и каждый день они ждали, когда же произойдет неотвратимое падение их части клана. В то время Цзяюэ узнала, что может есть абсолютно всё. Матушка, пытаясь накормить дочерей, проводила дни в лесах в поисках дичи и ягод, но когда настала зима, в ход пошли самые невероятные вещи. Как-то Юби, её старшая сестра, гордая красавица, которая никогда не знала труда, позвала Цзяюэ и Бинь к себе. Матушка дремала у стены, обнимая третью сестру. Юби завернула их в своё одеяло, вытащила из тайника в полу потрепанную одежду одной служанки и велела сидеть тихо. - Пошлите ко мне Хао Не, когда матушка встанет. Так их Юби стала единственной кормилицей, сбегая в одежде служанки. Матушка ослабла от голода. Еда, которую им привёз отец, закончилась. У них завелись крысы и только пара верных слуг осталась с ними. По утрам Ха Цзяюэ видела дядю, который с ухмылкой наблюдал за ними, дожидаясь, когда же они умрут от голода. Ха Цзяюэ никогда не убегала в дом, когда видела его. Наоборот, она становилась на пороге, зло сжимая кулачки и смотрела на него. В его блестящие от удовольствия глаза, которые потом налились кровью после пыток. Её ненависть обратилась в последний переворот. Тогда отец вернулся домой и велел им собираться. Теперь они правили. Отец оставался в Да Хае два года, редко возвращаясь в Цишань. Город медленно восстанавливался, жизнь стала возрождаться после пылающей осени и беспощадной зимы. Потом была Аннигиляция, в которую отец спрятал их на небольшом острове рядом с Да Хаем. Ха Цзяюэ наблюдала с берега за тем, как Да Ха словно укутывается в укрепления. Клан Ха не пострадал как другие, но если бы отец не рискнул, то Ха Цзяюэ с семьёй не пережила Аннигиляцию солнца. Всё её детство прошло под защитой отца. Он делал невозможное, проявлял чудеса сообразительности и беспощадно уничтожал всех, кто думал мешать ему. На трон он сел уже взрослым мужчиной. Ха Фанг создал клан, Орден и объединил вокруг себя множество других Орденов. Создал себя сам, вылепив из крови, пепла и золота. Ха Цзяюэ поэтому всегда почитала отца и никогда не думала перечить. Его любовь, хоть и своеобразная, поддерживала девушку. Глядя на него хотелось порадовать отца своими достижениями, помочь ему, когда после очередной бессонной ночи он засыпал от усталости прямо за столом. Никто не был так близок ей, никого она так не любила. Она готова стать лучшим инструментом, который поможет отцу в созидании. Ведь она Ха Цзяюэ, четвёртая дочь Ха Фанга. Любимая и любящая дочь.