Всегда выбираю тебя

Малахитовый дворец считался самым тихим среди дворцов Ха. Его даже можно было назвать поместьем из-за небольшой территории, но то, как красиво он выглядел, не позволяло так сказать о нём. Невысокое строение с крышей, покрытой синей черепицей, пряталось в тени высоких деревьев и малахитовая мозаика казалась черной в тени. Только одного луча солнца хватало, чтобы пол и узоры на стенах дворца начали мерцать всеми оттенками зелёного. А тихим он был потому что здесь располагались учителя наследника и младшей госпожи. Ещё чаще там бывала четвертая госпожа и даже визит важного гостя не помешал ей встретиться с учителем Гауном. Наставник уже час вещал ей о поведении сестры и её нескончаемых шалостях. Казалось, что он никогда не замолчит, но стоило ему упомянуть попытку младшей госпожи сжечь библиотеку, Ха Цзяюэ жестом прервала его рассказ. Она повернулась к сестре, которая сидела посреди зала на коленях. — Ты так не хочешь учиться? Ха Ксу всхлипнула. Её лицо горело от стыда, хотя сестра только сейчас обратилась к ней. — Иди сюда. Учитель внимательно наблюдал за тем, как младшая госпожа, поднявшись, медленно побрела к Ха Цзяюэ. Он был здесь меньше месяца и пока не понимал, какие порядки царили в клане. Глава Ха, конечно, был незыблем. Он руководил всеми делами и был действительно главой семьи. Каждый раз, когда приезжали младшие члены семьи, они собирались вокруг Ха Фанга, словно тот был очагом. Учитель Гаун успел так же понять, что драгоценный наследник стоял в иерархии сразу за дедом. Первая супруга Лань никак не участвовала в жизни клана. Она жила в Зимнем дворце и покидала его только в важные праздники, игнорируя обычные дни. Главной женщиной была Ха Цзяюэ, которая вела хозяйство и воспитывала младших. Именно четвертая госпожа пригласила его и только она держала в узде шестую принцессу. Он смотрел на то, как робко Ха Ксу села рядом с сестрой, не сдерживая слёз. Учитель посмотрел на ферулу, лежащую на столе старшей госпожи подумал, что сейчас хорошо было бы применить её. Капризы Ха Ксу порядком потрепали ему нервы и он сам уже наказал бы девчонку, но Ха Цзяюэ запретила бить сестру. О том, чтобы наказать принца и речи не было. В клане Ха оберегали детство. Ха Цзяюэ взяла ладони сестры в свои и заговорила тихим тоном. — Почему ты не желаешь учиться? — Зачем мне каллиграфия? Я хочу учиться владению меча, а не считать эти чёртовы цифры! Да и вообще меня потом просто отдадут замуж, как какую-то вещь! Учитель услышал как зашептались слуги. Уже все знали, что четвертую госпожу сватают главе Цзян, но никто никогда не выставил бы это событие в таком негативном ключе. Ха Цзяюэ оставалась спокойной. — То есть, мне не стоило учиться? Моя сестра считает, что образование не нужно женщине? Ха Ксу вскочила, готовая спорить. — Да! Никому не понадобится ум моей сестры, все будут причитать чтобы ты родила поскорее! Так зачем науки, если владение мечом будет полезнее? Хотя бы защитить себя смогу! В шестой госпоже было так много огня, что многие сомневались в том, что она дочь Ха Фанга. Девочка отличалась воистину взрывным характером, когда в семье Ха укоряли одним взглядом. Она была крепкой и смуглой, но её сестры и отец обладали стройными и высокими фигурами, почти не загорали на солнце. Ха Цзяюэ была хрупкой, с неразвитыми мышцами и уверенной осанкой, Ха Ксу горбилась и даже от простых упражнений обрастала мышцами. Даже сейчас она сверкала изумрудными глазами, поджимая смуглые губы, пока её старшая сестра сидела ровно, сложив ухоженные руки на коленях. Холодная, спокойная четвёртая госпожа. — Сядь ко мне, сестра. — она протянула руку и нежно обхватила кулачок Ха Ксу. Потянула, глядя удивительно спокойно. Учитель внимательно следил за происходящим, пытаясь понять, каким образом Ха Цзяюэ так быстро успокоила младшую госпожу. Девочка устроилась рядом, обнимая сестру поперёк груди и устроив подбородок на её плече. — В каком-то смысле ты и права, но давай посмотрим на это под другим углом, ладно? Ха Ксу кивнула. — Когда я выйду замуж, то наш клан породниться с другим и значит, мы станем союзниками. Тогда другие ордена и кланы не смогут напасть на нас или попытаться подвинуть наши границы, потому что мы не одни, ведь у нас есть кровный союзник. Вы с принцем росли вместе с наследником Миан, вы приходитесь племянниками главе Миан, следовательно, стоит кому-то из вас пострадать, так мстить будет не один клан Ха. У нас нет других родственных кланов, мы не имеем собственный стиль битвы, у нас нет талантливых бойцов. Все наши воины обучаются в Миане. Нам не войти в четверку Великих Орденов, у нас есть только богатство, но и его надо защищать. Так скажи мне, сестра, как же нам обезопасить себя? Как защитить первые годы правления нашего А-Хея? Ведь стоит нашему отцу уйти в мир иной, как кланы захотят перехватить инициативу. Что нам делать? Ха Цзяюэ погладила сестру по голове, закончив говорить. Она так подробно всё рассказала, упомянув каждый аспект, каждую мелочь, что девочка не могла не понять, что она имела в виду. — Я поняла. — Ха Ксу отвела взгляд, стесняясь смотреть сестре в глаза. Её лицо зарделось от стыда. — Но так же, подумай, какова роль жены главы клана? Это не только рождение наследников. Если девушка только и может, что рожать, то её плохо воспитали. Ксу, кто ведёт дом? — Жена. — Занимается вопросами хозяйства и ведёт финансовые книги? — Жена. — Подбирает прислугу и занимается её воспитанием? А так же следит за её поведением? — Жена. Девочка заерзала, а потом вскинула голову. — Но если ты не будешь любимой супругой, то тебя сошлют в Зимний дворец и даже детей видеть не дадут! А этот человек… Я знаю, что ты вчера встречалась с ним, так скажи мне, неужели слухи о его характере ложь? Впервые учитель Гаун почувствовал себя неуютно. Четвёртая госпожа как-то рассеяно погладила сестру по голове, пробежавшись пальцами по тугим косичкам на затылке. Помолчав немного, она обратилась к мужчине. — Оставьте нас. Слуги тоже. Только когда двери закрылись, Ха Цзяюэ решила ответить младшей сестре. — Одной встречи мало, чтобы я поняла его. Но он меня не пугает. Ха Ксу, приободренная тем, что неприятный разговор о ней закончился, с любопытством уставилась на сестру. Несмотря на свой откровенно мальчишеский образ, она всё же интересовалась всякими романтичными рассказами, пряча их под одеялом. Было бы неловко попасться на чтении романа. Отец точно не одобрил бы, а Вужоу с Джиу долго смеялись бы над ней. Но хуже всего было бы вытерпеть спокойный, но искрящийся от смеха взгляд принца. Ха Ксу не пережила бы этого дня. Наблюдать за тем, как старшая сестра пытается объяснить ей, что же она думает о мужчине, было интересно. — Поживем увидим. Сейчас нужно заняться твоим образованием. Ха Ксу чуть не заплакала от досады. * В честь приезда гостя решили устроить соколиную охоту днём, поэтому во дворце было тихо. Слуги лениво чистили пол в главной зале и сладкая дремота после сытного обеда тянула поспать пару часов. Ха Цзяюэ устроилась на веранде, разбирая письма и обращения, пока гостей не было. Над кувшинками кружились пчёлы и одна из слуг начала клевать носом, отчего личная служанка госпожи хищным коршуном накинулась на девушку. Ха Цзяюэ жестом выгнала обоих и углубилась в работу. Обычно образование девочек считалось лишним. От них требовали танцы, нежную музыку и скромную красоту. Крестьяне даже до сих пор убивали дочерей, чтобы не было лишнего рта и Ха Цзяюэ повезло, что её отцом стал Ха Фанг. От неё требовали усердной учёбы и к пяти годам она свободно писала письма, уверенно читала и ей подарили первые счёты. Цзяюэ росла подле отца, который привил ей любопытство и к двенадцати начала вести домашние дела, заменив мать. Матушка предпочла грёзы и заточение, а её дочь встала на место главной госпожи. Ха Цзяюэ действительно любила узнавать что-то новое, поэтому присутствовала на всех собраниях, получала первые копии трактатов и призывала ко двору разных учёных. Никто пока не осмелился сказать ей, что она тратит время зря. Да и вряд ли посмеет. За ней всегда был отец, сейчас на её стороне принц. И за эту заботу, за положение в обществе, нужно было платить. Ха Цзяюэ понимала, что рано или поздно ей придется выйти замуж за мужчину, которого ей выберет отец. Она никогда не мечтала о замужестве, не видела себя тенью какого-то главы клана, Ха Цзяюэ ещё не думала о детях и сейчас, наблюдая за резвящимися адептами, не могла заняться работой. Глава Цзян был по-своему красив. Привлекательное лицо с острыми чертами и вспыхивающий взгляд придавали ему особый шарм и он выглядел гораздо моложе. Ха Цзяюэ привыкла к смазливым мордашкам красивых юношей, но в них не было ничего мужского. Так же она ужасно боялась связать свою жизнь с таким же человеком, как её отец, а Цзян Чэн во всем отличался. Не было в нём той обманчивой мягкости, он не был коварным человеком и это радовало. Он был богат. Восстановил Орден из пепла и, оставшись совсем один, держал огромную территорию. У него почти не было родни, даже дальней, значит, никакая свекровь не попытается испортить ей жизнь. Племянник Цзян Чэна был ровесником её мальчиков и Ха Цзяюэ была бы рада, если бы они подружились. Цзинь Лин слыл капризным, но талантливым, а её племянникам нужен был хороший соперник чтобы они могли развиваться. К тому же Цзинь Лин имел все права на свой Орден, но сейчас ему нужна была поддержка, а Да Хай не хотел чтобы другой клан пришел к власти у соседей. Если она станет госпожой Цзян, то сможет выдать многих врагов и сохранить мальчишке место. Это не сложно, когда знаешь, что делать. Ха Цзяюэ пережила гражданскую войну, она лучше многих понимала, как удержать власть. Глава Цзян не оттолкнул её характером — прямолинейность лучше коварства. Хоть его присутствие и действовало немного подавляюще, но не пугало. Он обладал манерами и когда говорил с ней, понизил голос. Он смог прочувствовать момент, когда они оба замолчали. Ха Цзяюэ уважала его, но не знала. Не знала самого главу Цзян. — Госпожа. — позвала служанка. Она держала поднос с небольшим сундуком. — Что это? — Ха Цзяюэ жестом подозвала её. Девушка поставила поднос и подняла крышку, прикасаясь кончиками пальцев. — Это передал слуга главы Цзян. Внутри оказались три сосуда из темного материала. Без узоров и украшений, простые две чашки темно-коричневого цвета и чайник. Ха Цзяюэ вытащила одну чашку и на свету рассмотрела её. Внутри оказался завёрнутый в специальный мешочек чай. Простые, без излишеств, чашки вызвали у неё приятное чувство обладания хорошей вещью. — Исинская глина высшего качества. — сказала она служанкам. — Я сама помою всё. Освободите место рядом с подаренным моим отцом сервизом, поставлю туда. Сяоси, принеси самое мягкое полотенце. — Моя госпожа, — Сяоси взглянула на неё робко. — эти чашки будут смотреться странно рядом с тончайшим фарфором. — Делай, как я сказала. Впервые ей подарили не ненужные Ха Цзяюэ украшения, а что-то, основываясь на её интересах. — Скажите мне, когда глава Цзян вернётся.