Vivamus atque amemus

Дорога до дома показалась Сонхва бесконечной, любой маневр машины заставлял его стонать и охать, и Хонджун не мог оставаться равнодушным к стонущему на соседнем сидении омеге, крепко сжимая руль и стискивая зубы. Из машины они оба вылетели, как пробка из шампанского. Поднимаясь по лестнице, Сонхва зажимал себе рот ладонью, потому что стонал почти непрерывно. И как только за ними захлопнулась входная дверь Хонджун буквально пригвоздил омегу к стене, впиваясь поцелуем, как голодный вампир, без промедления начиная раздевать омегу. Тот всячески помогал, а потом и сам потянул с плеч альфы пиджак, затем наспех расстегивая пуговицы рубашки, снимая и её тоже, обнимая Хонджуна. Тот уже расстегивал омеге брюки, сдирая их с ног и падая на колени. Хонджун обхватил возбудженный член омеги одной рукой, второй же нащупывая края пробки. Сонхва уже почти выл. Хонджун понял, что омега уже на пределе, поэтому поднялся и повёл Сонхва к кровати, на которую Сонхва забрался сам, вставая на четвереньки. Хонджуна чуть удар не хватил. Это была такая сильная волна возбуждения, что ему пришлось сжать свой член у основания, чтобы не кончить прямо сейчас. Потому что понимать, что твой омега сейчас с анальной пробкой внутри - это одно, а вот видеть это - совсем другое. Пробка была из чёрного силикона, и за все время нахождения внутри сумела возбудить Сонхва настолько, что бедра и промежность были просто мокрые от смазки, при этом он сам от возбуждения потерял все свое стеснение, безостановочно изгибаясь, крутя бёдрами, пытаясь потереться стоящим членом о постель и подвывая. Трясущимися руками Хонджун вытащил пробку, услышав при этом оглушительный стон омеги, и, не медля ни секунды, вошёл, сразу полностью, потому что выдержки у него не осталось совсем. Альфа почти сразу начал двигаться, потому что ни он, ни Сонхва ждать не могли ни секунды, при этом он за локти потянул омегу спиной к своей груди, поворачивая голову того и развязно, мокро целуя, бёдрами быстро и с силой толкаясь в омегу. Сонхва был весь мокрый от пота и смазки, дыхания не хватало, до оргазма оставалось совсем чуть-чуть, и поэтому он сам начал подаваться навстречу толчкам альфы, от каждого из них издавая стон прямо альфе в рот. Хонджун тоже понимал, что на пределе и ускорился, потеряв ритмичность движений, но прибавив силы. Сонхва даже не пришлось прикасаться к себе — уже к моменту проникновения он был слишком чувствительным, поэтому на очередном толчке он просто со стоном кончил, сжавшись вокруг альфы, и тем самым толкая и его к оргазму. Только спустя несколько секунд Хонджун понял, что развязал узел внутри омеги. И хотя беременность была маловероятной, все равно он решил действовать решительно и впился зубами Сонхва в местечко на шее под громкий крик омеги. Сонхва в этот момент плавал на волнах наслаждения и не думал вообще ни о чем, пока не почувствовал острую боль в шее. - Хонджун, - охрипшим голосом сказал Сонхва. Хонджун не отвечал, занимаясь зализыванием раны и одновременно постанывая от микрооргазмов. - Ты поставил мне метку. - Да. Они решили переместиться, чтобы переждать, пока узел не спадёт. Хонджун сел, прислонившись к спинке кровати, а Сонхва был между его ног, спиной к нему. - Сонхва, - начал альфа. - Я тут подумал... - Что? - Переезжай ко мне.