Soul contrast

Болезнь. Не такое страшное слово, если речь идёт о мимолётных симптомах, которые настигают организм будто невзначай, по нелепой случайности. Но Уилл болеет иначе. Он никогда не признавал эти симптомы и часто они проходили сами собой, но с возрастом и с каждой выкуренной пачкой сигарет он всё чаще мог слечь на неделю, а то и на две. Какой может быть иммунитет, когда ты работаешь сутки напролёт в тёмном, пыльном, прогнившем здании, наполненном ужасами прошедших времён и звонким стуком металлических шагов, эхом раздающихся каждую ночь по коридорам. Вот Уилл и заболел. Ничего удивительного — горло начало болеть ещё неделю назад, а сейчас стало ещё хуже, но он продолжает делать вид, будто он здоровее, чем был когда-либо. Но есть одна маленькая проблемка по имени Спрингтрап, который ждёт его дома и перед которым придётся скрывать своё состояние, чтобы не пришлось постоянно с ним спорить по этому поводу. Уилл зашёл домой, громко хлопнув дверью и лениво несколько раз пошаркав ногами о коврик. — Я дома, — Уилл звучит устало, и хоть он устаёт всегда, но сегодня эта усталость в его голосе слышится как-то по-особенному. — Хей, Уилл, — Спрингтрап откликнулся, но не вышел к Уиллу, вертясь на кухне и готовя аппетитно пахнущий ужин. Опьянённый запахом, мужчина поспешно снял куртку, небрежно нацепив её на крючок вешалки, снял ботинки и прошёл на кухню. Он подошёл к Спрингтрапу и обнял его со спины, крепко, но нежно и уверенно. — Как прошёл твой день, солнце? — голос Уилла в общении с любимым отличался мягкостью, и даже немного сентиментальной вкрадчивостью. — Суматошно, как и всегда, — парень усмехнулся, — но уже лучше. Он повернул лицо к Уиллу, на минуту отвлекаясь от нарезки огурца для овощного салата и коротко поцеловал Уилла в щеку, — Ты как? Выглядишь совсем измотано. — Устал, не более. Ты ведь и сам знаешь, работа у меня непростая. Каждый день приходится выкладываться на полную для осуществления нашего с Генри дела. Спринг нервно выдохнул и на секунду строго посмотрел на Уилла, но тут же отвернуться, с досадой покачав головой. — Знаю, поэтому и беспокоюсь — ты с каждым днем все больше походишь на выжатый лимон. Уилл усмехнулся, но ничего на это не ответил. Зато тем временем, пока глаза Уилла были сконцентрированы на Спрингтрапе, то рука его ловко и плавно была убрана с бёдер парня, быстро ухватывая цепкими худыми пальцами несколько ломтиков огурца, который Спринг так старательно нарезал. — Да-да… — добавил Уилл после проделанной пакости, а после быстро закинул ломтики в рот, отворачиваясь, и стараясь быстрее ретироваться с кухни. — Эй! — парень сделал попытку поймать воришку, но тот быстро завернул за угол, на что Спрингтрап только усмехнулся. — Не таскай со стола еду грязными руками! Но упрёки Уилл уже не слышал, с задорным смехом убегая к себе. А парень, как ни в чем не бывало, продолжил готовку, поглядывая за плитой, чтобы там ничего не пригорело. Уилл же, только зайдя в комнату, начал переодеваться в домашнюю одежду, но потом рассуждения о том, что Спринг всё-таки прав, заставили его нахмуриться, сконцентрировав свой взгляд на одной точке и прижавшись спиной к стене. Уилл устал, вымотался и его организм хотел любыми способами отдохнуть, отчего уже неделю Уилл ходит с больным саднящим горлом на работу, перед всеми отрицая свою болезнь. Не самый умный поступок, но что-то заставляло мужчину каждый подобный раз держаться до последнего, делая всё, что в его силах. Невольно в памяти всплыли и слова Спрингтрапа про смертельно опасный трудоголизм, так давно сказанные, но до сих пор каким-то чудом не забытые. Возможно из-за того, что они лучше всего описывают отношение Уилла к своей работе. Но еда почти готова и Спринг начал звенеть посудой на кухне, раскладывая тарелки. Уилл глубоко вздохнул, отбрасывая размышления, и пошёл на кухню, продумывая, как ему правдоподобнее притвориться здоровым. — Что на ужин? Уилл спросил это так ласково и приветливо, но его совсем не волновало блюдо, ему больше хотелось провести время с любимым, тем более, что глотать становилось всё больнее.  — Салат и запеченная рыба с рисом и… Иди сюда, — парень протянул руку и поманил Уилла к себе. Он еще не встретил его как нужно. Уильям чуть вскинул брови, но покорно подошёл, сложив руки за спиной. Его лицо тронула довольная улыбка, приведшая в движение его щетину на подбородке, которую он каждый раз забывает побрить, с утра пораньше убегая на работу. Спрингтрап привстал на носочки, плавным изящным движением заводя руки за шею Уилла и притягивая его к себе, улыбаясь. А после нежно поцеловал его, едва касаясь своими губами его губ, игриво оставляя того в ожидании большего. Уилл прикрыл глаза, обнимая Спринга и углубляя поцелуй. Каждый их совместный вечер всегда начинался с ласкового поцелуя, хотя ни один, ни другой никогда не говорили о том, что они оба ждут этого от вечера к вечеру. Им всегда не хватало времени и сил для полноценного выражения своей любви друг к другу, поэтому такие моменты были особенными и желанными. И всё же, простые человеческие потребности взяли над Уиллом верх. Он отстранился, оглядываясь на красиво расставленные на столе тарелки и живот свело от голода. — Я очень люблю тебя, но я всё ещё голодный как чёрт!  — Я на это и рассчитывал, — Спринг мягко улыбнулся. — Садись, давай. Уилл сел за стол, за своё привычное место, тут же начиная жадно поглощать еду. Он всячески пытался скрыть то, что горло чертовски болело при глотании, ведь Спрингтрап не должен знать об этом, ведь он возьмется убеждать Уилла в том, что тому следует остаться дома. В пиццерии, как всегда, уйма работы и Афтон не может просто взять и уйти на больничный! Но Спринг был увлечен едой, поэтому попытки Уилла не показывать свою болезнь оказались вполне успешны. До поры до времени, ведь бездействие по отношению к болезни приведет к тому, что Уиллу станет хуже, а это уже Спринг вряд ли не заметит. И тут горло предательски начало саднить, Уилл сдерживался как мог, но это мало подействовало — уютную тишину кухни разрушил тихий сдерживаемый кашель. Спринг поднял глаза на Уилла, дожевывая пищу. Он не хочет навязывать излишнее беспокойство к каждому шмыганью носом или чиху, зная, как это не любит Уилл, так что сейчас он молча пытается определить насколько тот в порядке. После ужина они так и не заговорили об этом, и на следующее утро Уилл опять шёл по влажной, усыпанной осенними листьями улице, больше концентрируясь не на пасмурной погоде и общей атмосфере ноябрьской тоскливости, а на внезапно появившемся глухом кашле, который с каждым разом всё сильнее раздирал и так уже больное горло в клочья. По плитке тротуара мелко моросил холодный дождь, сопровождая мужчину до самого входа в пиццерию. К этому моменту тот был готов проклясть всё и вся, ведь почувствовал, что его ещё и начало знобить. Найдя в лежащей на одном месте ещё со времён создания пиццерии аптечке жаропонижающее лекарство, он поспешил его выпить и на большую часть дня забил голову делами и совсем забыл о симптомах. Но этим же вечером Уилл пришёл вымотанный и довольно вялый. Слегка прикрытые глаза сильно впали, ярко поблёскивая над синеватым нижним веком, губы высохли и побледнели, а нос пестрил алым кончиком. Действие лекарства прошло, а с этим вернулись и прежние симптомы.  — Я дома, — на этот раз его голос немного хриплый — Уилл не может так же радостно кричать на всю квартиру о возвращении, даже обычные разговоры даются ему с сильным дискомфортом. Он ссутулился сильнее, чем обычно, движения его такие вялые и бессознательные, а оттого крайне неуклюжие, больше походят на движения человека, не спавшего трое суток. На сей раз Спринг вышел встретить Уилла, но как только увидел, в каком тот состоянии, уголки губ поползли вниз.  — Уилл, ты… — парень подошёл и помог Уиллу снять куртку, вздыхая и хмуря брови. — Тебе явно плохо. Парень уже потянулся, чтобы приложить ладонь ко лбу Уилла, но тот небрежно отмахнулся от Спрингтрапа, как можно твёрже шагая вперёд.  — Чушь! Но, не пройдя и двух метров, он оглушительно чихнул.  — Так, — Спринг готов многое терпеть вечно, но за Уилла волнуется неописуемо, и на его вялость больше не может закрывать глаза. Он сделал несколько шагов в сторону Уилла и скрестил руки на груди.  — Ты на ходячий труп похож и ты считаешь это нормальным?! Как ты еще на ногах держишься, не представляю! — голос Спринга звучит раздраженно от такой халатности к своему здоровью. — Я серьезно. — И что ты предлагаешь? Я не могу просто взять и слечь, просто выпью что-нибудь, и… — О, конечно, геройствуй, пока совсем не запустишь болезнь и действительно не сляжешь в постель, — перебил его парень, недовольно хмыкая, — ведь позаботиться элементарно о своем здоровье гордость не позволяет! Хорошо, — он поднял руки в сдающемся жесте, — тогда я буду заботиться о твоем здоровье. — Что? — Ты слышал что. Иногда Уилл ведет себя как капризный ребенок и это, пожалуй, самое сложное в их отношениях для Спринга, ибо упрямость Афтона непробиваема. — Ну-ну, — Уилл ехидно ухмыльнулся, его подзадорила настойчивость парня, но при этом даже обрадовала мысль о том, что Спрингтрап готов о нём заботиться, хотя он и не собирался это признавать, — давай, попробуй. Сразу же после ужина позвоню Генри и возьму больничный. — Отлично, — парень кивнул, — без тебя пару дней справятся. — Куда уж там… Уилл хмыкнул, всё же улыбаясь, а потом ушёл в ванную умываться, а после и в комнату, переодеваясь в домашнее и ложась в постель, по-детски беззаботно радуясь тому, что он наконец-то на время забудет о тяжести бремени взрослой жизни, и, как следствие, полной заботы о себе. Спринг же в это время занялся перебиранием таблеток, капель и прочих нужных ему лекарств в аптечке. Через некоторое время он вернулся с кучей различных лекарств, пестрящих яркими этикетками в руках. Он поставил их на тумбочку и повернулся к Уиллу. — Что у тебя болит? — Горло в основном, остальное более чем терпимо, доктор. — Ну разумеется, — Спринг вытащил упаковку каких-то таблеток от боли в горле, — и насморк, я уверен. Не вылечишь свои сопли — будешь болеть не пару дней, а пару недель. Уилл тяжело вздохнул, укутываясь в одеяло. — Не нравится? Сам довел себя до такого состояния! — Спринг хотел уже было начать долгую поучительную лекцию о том, насколько халатно Уилл относится к своему здоровью, но вовремя остановился, понимая, что тот уже не в том состоянии для выслушивания нравоучений. — Сначала поешь, потом лечиться, ладно? Я быстро сделаю что-нибудь, — парень быстро сменил тон на более ласковый и снисходительный. Это помогло Уиллу расслабиться, устало прикрывая глаза. И прежде, чем он позволил себе погрузиться в дремоту, он слабо кивнул, укрываясь чуть ли не по самый нос. Спрингтрап же ушёл на кухню, мягко прикрыв дверь за собой. Готовить и впрямь придется быстро — до прихода Уилла у парня совсем не было времени. Домашняя работа, универ, так ещё и медицинский — совсем не быстро. Он решил готовить с учетом на больное горло Уилла, что-то более жидкое и лёгкое, так что теперь по квартире чувствуется приятный запах куриного бульона. Даже через сон и плохо работающее, из-за повышающейся температуры, сознание Уилл начал принюхиваться полузабитым носом и с трудом, но приоткрыл глаза — аппетит его пока никуда не делся. Он лёг на спину и задуматься о том, сколько же мог бы сделать в будущем за то время, пока болеет. Парень вернулся с тарелочкой супа в руках и сразу начать говорить, зная, что Уилл явно не подписывался на ужин в постель. — Да, ты будешь есть здесь сегодня. Нет, это не обсуждается. — Хей! У меня болит горло, а не ноги, — сказав это, Уилл, для подкрепления собственных слов даже сделал попытку встать. — Я в состоянии дойти и поесть… — Постельный режим тебе о чем-нибудь говорит? — Спрингтрап со стуком поставил тарелку на тумбочку рядом с кроватью. Из-за всего этого героизма его партнёра он уже начинал закипать. — О, всё не настолько серьёзно, — тот уже почти было выполнил свою цель, но голова от резкого подъёма предательски закружилась, а ноги слегка подкосились, из-за чего Уилл сел обратно на кровать, как ни в чём ни бывало поглядывая то на Спринга, то на суп. Он надеялся, что первый не заметил его неудачи. — Ты знаешь, как я это не люблю, — мужчина спорил неохотно, даже скорее из принципа, желая отстоять свою позицию, хоть и был полностью уверен в её нелепости. Спрингтрап же понимал всё серьёзней, поджимая губы и мрачно смотря на Уилла. Его состояние еще больше ухудшилось буквально за вечер и это печалит Спринга, а упрямость Уилла совсем не поможет в его выздоровлении. — Знаю, но, котёнок, ну пожалуйста. Тебе нужна забота сейчас, так что перестань отвергать помощь. Уилл, несмотря на непоколебимую жёсткость своих принципов, мгновенно растроганный, расплывается во влюблённой улыбке сразу же, как только Спрингтрап начинает говорить таким мягким, нежным и вкрадчивым голосом, называя Уилла различными милыми прозвищами. А потому он покорно ложится обратно, признавая своё поражение, а потом чуть приподнимается, и, нависая над тарелкой, втягивает носом вкусный аромат тёплого куриного бульона. Спрингтрап же самодовольно улыбнулся. Милости действуют безотказно, чем Спринг не гнушается воспользоваться в подобных случаях. Вкусив свою маленькую победу в данном споре он сел напротив, придвигаясь ближе к Уиллу. — Только не говори, что кормить меня будешь, — предрешая какие-либо действия парня, мужчина как можно быстрее сам взял ложку с тумбочки, крепко сжимая её в руке. — Только если попросишь, милый. Уилл на это лишь нахмурился и хмыкнул.  — Даже не надейся. Спринг и не надеялся, но он гадал, позволит ли Уилл себе быть слабым или нет, а если и так, то как скоро это произойдёт. Мысли об этом вызвали у него умилительную улыбку. — Я и не собирался, что ты! Уилл кивнул и с большим аппетитом начал есть. Суп оказался приготовлен просто восхитительно, настолько, что Уиллу пришлось оторваться от еды, дабы выразить своё восхищение.  — Ты просто чудо! …Но… Ты забыл кое-что, — он совершенно внезапно вспомнил о самом главном, что могло как нельзя лучше дополнить вкусовую палитру сегодняшнего ужина. — М? — в голове Спринга за секунду прокрутилось тысяча мыслей самых разных направленностей и степеней косячности. — Что-то не так? — Всё просто прекрасно, но… Где тосты? — сказал Уилл и громко усмехнулся. — У тебя болит горло для чего-то настолько сухого, — парень сощурился, — ты и сам из себя своеобразный сухарь. Уилл на это возмутился было, но вместо всяких слов игриво улыбнулся, протянул руку и щелкнул Спринга по носу. — Эй! — Спринг тоже рассмеялся, забавно поморщив нос. Он сам давно уже поел, ещё задолго до прихода Уилла, а поэтому лёг и растянулся рядом на кровати, позволяя своим мышцам расслабиться. Парень сегодня весь день был на ногах и очень устал, но увы, его рабочий день ещё не закончен и дела остались, только теперь эти дела — Уилл и его нелюбовь к лечению. А Уилл тем временем доел суп, и, отложив ложку, повернулся к Спрингу и мягко взял его за руку.  — Спасибо~ Спринг же на это всего лишь улыбнулся самой теплой улыбкой, на которую только способен, будучи таким уставшим. — Ты — Солнце всей моей жизни, — Уилл продолжал засыпать парня комплиментами, после мягко поцеловав Спрингтрапа в лоб, но тут же отвернулся и покашлял. Спринг же почувствовал, что вот-вот растечётся в лужицу от умиления, как и всегда, когда Уилл такой милый с ним. Но эту лужицу нужно собрать обратно, взять себя в руки и заняться здоровьем Уилла, потому что кто, если не Спринг, может сейчас это сделать. Прокашлявшись, Уилл сглотнул, что даётся крайне болезненно, о чём свидетельствуют его чуть дёрнувшиеся нахмуренные брови. Он протянул руку к парню и аккуратно начать перебирать его вьющиеся локоны, не переставая очарованно любоваться на них. — Уилл, Уилл, — парень же в ответ добродушно усмехнулся и перехватил ладонь Уилла, прижимая ее к своей щеке. Спринг безумно хочет продолжить нежности, которых ему слишком мало из-за занятости обоих, но он не может. — Перестань, я собираюсь лечить тебя. — А что? Я разве мешаю этому? — мужчина изобразил наигранное удивление. — Да. Я едва могу противиться тому, что ты делаешь со мной, это выше моих сил. — Хорошо, — Уилл убрал руку. — Вылечи меня, доктор. Спрингтрап сел и потянулся за таблетками и стаканом воды, а Уилл вздохнул и приготовился глотать какое-нибудь отвратительное лекарство. Да, Спринг, конечно, не очень хочет сразу пихать в Уилла антибиотики, но так будет лучше для него, ведь он быстрее поправится. — Ты точно знаешь, что это — то лекарство, которое мне нужно? — Ты можешь не пить антибиотики, но с ними быстрее поправишься, — парень протянул Уиллу ту самую горькую таблетку и стакан воды. — Но тебе все равно придется их пить, если появится температура. Мужчина вздохнул и взял таблетку. — Я знаю, как болезнь будет развиваться — ещё горло поболит дня два, потом кашель, температура под 40, потом падение температуры и насморк. Всё всегда развивается по одному известному мне сценарию. — Поэтому лучше пей, быстрее пройдёт. Уилл закинул в рот таблетку и сразу запил её водой. — Не так плохо, как я думал. Но потом Спринг протянул бутылочку капель в нос и рассасывающуюся таблетку. — О боже, ты меня решил напичкать лекарствами? — Уилл досадно вздохнул, но послушно выпил и это. — О, это ещё не так много. — Но это всё равно отвратно, — сказал Уилл и закапал себе в нос капли, потом пошмыгал носом и вновь повернулся к Спрингу.— Ладно, я думаю, мы закончили. — Придется потерпеть, — парень наклонился и заботливо поцеловал Уилла в лоб, но затем подумал, что этого будет недостаточно и снова поцеловал его уже в щёку. Уилл на это тепло улыбнулся, а потом нерешительно зевнул, стараясь не повредить горло. — Мф~, — после он наклонился и поцеловал парня в ответ. Несмотря на ноющую боль, он чувствовал приятное тепло, разливавшееся теплотой в его груди и скрашивавшее всю ту боль от болезни. — Ты такой заботливый. — Потому что я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Они так редко говорили это друг другу. Они оба знали это, как аксиому любых отношений, но каждый скрывал эгоистичное желание слышать это чаще от своего любимого. Поэтому едва один наконец говорит эту заветную фразу, другой не задерживался ни на секунду, чтобы ему ответить. И эта желанность, и эта трепетность делали такие моменты вдвое лучше. — Но мне, кажется, сейчас совсем не до нежностей, — Уилл снова зевнул, — я так устал. — Давай отдыхать, — Спринг ещё на половине фразы всё понял, а к её концу уже поправлял подушку. Уилл натянул одеяло, уткнулся носом в подушку и начал засыпать, только под конец пробурчав под нос: — Надо будет взять отгул… Спрингтрап улёгся рядом на подушку, чуть придвигаясь к Уиллу, — Обязательно. Но Афтон его уже не слышал — он уснул очень быстро и легко, лишь чувствуя лёгкое жжение между намертво слипшихся век, которые были горячими из-за ещё не упавшей температуры. Однако не прошло и получаса, как мужчина задрожал, его веки начали дергаться, а приоткрытые губы задвигались в попытках что-то прокричать — ему снился кошмар. Уиллу опять снится пиццерия, опять эти холодные заплесневелые стены. И опять он умирает в ней. Медленно, мучительно, болезненно. Впрочем, такое для него не редкость. Будто каждый раз сама Судьба пытается дотянуться своими худыми, жёсткими, мозолистыми руками до его прогоркшей, чернильно-чёрной души, ухватить её, исцарапать своими острыми безобразными ногтями, но не достаёт. Едва только ей удается её коснуться — тут же Она старается опустить её в пучину кипящего от жажды возмездия котла, давно уже готовящегося для этой души на седьмом Круге Ада. Тогда-то Уилл и может лицезреть свои вечные муки в виде раз от раза повторяющихся сновидений. Сначала Уилл тяжело дышит, ворочается, а потом начинает постанывать, под конец и вовсе вскрикивая, одновременно просыпаясь. С неописуемым ужасом на лице он приподнялся на локтях, крупно дрожа и обильно обливаясь холодным потом. Спринг всё это время спал крепко, слишком уж устает последнее время после учебы, так что ерзаний Уилла он не почувствовал, но вот тот вскрик нельзя было не услышать даже через сон.  — Боже… — пока Спринг просыпался, Уилл хриплым выдохом сказал это единственное слово, а потом разразился хриплым кашлем. Парень резко проснулся, поморщившись, ибо глазам стало больно. Он сел, придвигаясь к Уиллу и встревожено смотря на него.  — Что случилось?  — К-кошмар, — Уилл обнял Спринга, продолжая сильно дрожать, но уже не потому, что кошмарный сон его настолько шокировал — сейчас только он почувствовал, что его морозит.  — Все в порядке, — парень притянул Уилла поближе, в волнении бегая глазами по лицу Уилла, пытаясь понять серьёзность происходящего, — Чёрт…ты горячий… Он приложил ладошку ко лбу Уилла. — И мокрый. Спринг не знает, что Уиллу приснилось, но надеется, что этому не стоит уделять много внимания, потому что сейчас стоит прежде всего сбить температуру и переодеться. Чёрт, почему Спрингтрап не может просто сосредоточиться на Уилле как на своём предполагаемом пациенте? Он так хочет проявить больше заботы, чувствуя, что Уилл тоже нуждается в этом, но нужно работать быстро и оперативно. И парню самому от себя тошно. Но и это было ещё не концом их проблем — только сейчас Уилл почувствовал сильное головокружение, которое заставило его вцепиться руками в ночную футболку Спринга, почти полностью опираясь на хрупкого парня. — Ох черт… — он безуспешно пытался проморгаться, пока и так едва различимые в обволакивающей их темноте предметы совсем расплывались перед глазами. — Что такое? — Спрингтрап ещё более встревожился состоянием Уилла. — Голова кружится, ничего такого… — Афтон изо всех сил пытался привести себя в порядок, но понимал, что с его организмом происходит что-то выходящее за рамки всех прошлых болезней, — Есть у нас жаропонижающее? — Конечно, ложись пока что. Уилл кивнул и лёг на подушку, пустым взглядом глядя в потолок, через жар и помутнение обдумывая новое странное ощущение. В его воспалённый разум закрадывались разные неутешительные и бредовые мысли, которые уже через минуту размышлений ушли в совершенно не том направлении. Спрингтрап же подняться с кровати, подходя к двери, — Я включу свет, — и он щелкнул выключателем, зажмурившись на пару секунд от яркого света. Уилл же будто и не видел ослепительной вспышки, лишь на пару секунд прищуриваясь, но не закрывая глаза, до боли всматриваясь в яркий желтоватый свет. Спрингтрап повернуться к комоду, немного порылся в вещах и достал для Афтона сухую одежду.  — Тебе стоит переодеться, — он кинул её на кровать рядом с Уиллом. Мужчина с таким трудом повернул покрасневшие глаза, будто они были налиты свинцом, а потом с таким же трудом повернулся и сам, сглатывая сухой ком в разболевшемся горле и стараясь унять болезненный пульсирующий жар в висках. Он начал медленно и неуклюже переодеваться, то и дело тихо выдавая маты, оценивая всю нелепость ситуации и через пелену бреда осознавая, каким жалким он сейчас выглядит. Спринг же только сочувствующе посмотрел на Уилла и ушёл за лекарством. Уилл с горем пополам переоделся, постепенно приходя в себя, небрежно швырнул влажные от пота вещи на пол и с тяжёлым хриплым вздохом завёл руки в волосы, откидывая их назад и болезненно кашляя. Буквально через минуту вернулся парень с таблеткой и стаканом воды. Эту таблетку Уилл принял как можно быстрее, потому что он отчётливо чувствовал, что его организм может не справиться и попросту отключиться в любой момент. По крайней мере, ему так казалось. Стакан воды был выпит с той же поспешностью, после чего мужчина лёг обратно и только тихо покашлял.  — Надеюсь оставшаяся ночь пройдет без приключений, — сказал Спрингтрап, всё это время с тревогой наблюдавший за больным.  — Я тоже на это надеюсь. Уилл с трудом нашёл в себе силы вновь повернуться и обнять своего заботливого доктора.  — Спасибо. Спрингтрап мягко прижал Уилла к себе, но решил, что, наверное, перестарался, и взволнованно посмотрел на Уилла. Тот, пускай и был похож на выжатый, выкинутый на пол и забытый на целую неделю лимон, но всё ещё сохранял капли рассудка и спокойно смотрел на парня. Последнему даже показалось, что больной слегка улыбается, но тут же отбросил эту мысль, заменяя её более важными.  — Морозит? — Уилл слабо кивнул. Спрингтрап осторожно накрыл их обоих одеялом, наклонившись и легонько поцеловав Уилла в лоб. Тот действительно улыбнулся, а потом прижался к своему доктору поближе, утыкаясь носом в шею. Засыпал он, сладко чувствуя, как постепенно начинает действовать лекарство. Их обоих быстро одолела усталость и они спокойно уснули на всю оставшуюся ночь. Но на следующий день ситуация только ухудшилась. Уилл практически не открывал глаз, и только поминутно покашливал. Часто эти позывы превращались в настоящий продолжительный кашель, который до того измучил больного, что Спрингтрап незамедлительно вызвал скорую, ещё даже не умывшись. Поначалу Уилл не мог даже связно мыслить, но потом пришёл в себя, дремота окончательно ушла на второй план, потому что та боль, что разбудила мужчину была такой сильной, будто его на протяжении часа били в грудь. Это ужасное чувство не давало ему задуматься ни о чём другом, кроме серьёзности такого состояния. Оно впервые за долгое время напомнило ему о беспомощности человеческого тела, когда мельчайший вирус или бактерия могут свести тебя в могилу за такое короткое время. И даже несмотря на непрерывно суетящегося рядом Спрингтрапа, Уиллу казалось, что он здесь один. Один с тем, что убивает его изнутри. В голову даже приходила сумбурная идея раскроить себе грудь, вытащить лёгкие и вовсе от них избавиться, лишь бы не чувствовать эту боль, систематично пульсацией проходящей по лёгким, будто надавливая на них шипастой железной битой. Но эта идея и поспособствовала тому, чтобы Уилл, как мог, скинул с себя это наваждение и наконец-то увидел, а потом и услышал парня, который сейчас лежал рядом, порываясь сделать для Уилла хоть что-нибудь ещё, но с горем понимая, что всё возможное уже сделано. Больной только повернулся к Спрингу, а затем, издав хриплый вздох, уткнулся носом ему в плечо. Спрингтрап же периодически целовал больного в лоб или в макушку в качестве утешения, не дожидаясь уже какой-либо реакции. Он думал о том, чтобы отпроситься у старосты на недельку или две и вымолить отметку о том, что на самом деле посещал занятия. За Уиллом нужен конкретный присмотр и уход, если врач не особо будет настаивать на том, чтобы Уилла госпитализировали. — Тебя могут положить в больницу, если это пневмония, — сказал ещё задумчиво парень, тяжело вздыхая, словно на плечи его взвалилась вселенская усталость, а затем потёр переносицу. — Боже… — Уилл устало прикрыл глаза, слегка растягивая это слово своим срывающимся голосом, — Т-ты… Ты же будешь приходить ко мне? — Конечно, — Спрингтрап добро улыбнулся Уиллу и снова поцеловал его в лоб. Но волноваться по этому поводу Уиллу не пришлось — врачи приехали, избавив больного и его временного доктора от мучительных ожиданий. Фельдшер помогла врачу провести медосмотр, после чего врач подтвердил наличие пневмонии, но сказал, что Уиллу лучше остаться дома, при этом выписав Спрингтрапу целый лист лекарств и указаний, под конец дополнительно его проконсультировав, что и как делать в экстренных ситуациях. Спрингтрапу оставалось только внимательно слушать, кивать и нервно теребить край футболки. После того, как врачи ушли, парень сел на кровать рядом с Уиллом и нервно выдохнул, а сам Уилл откинул голову на подушку и устремил пустой взгляд в потолок.