Вернуть бы 2016

      Блондин остановился у какого-то ларька. Странный агрессивный мужчина оттолкнул его, видимо тот мешал ему пройти. Но парень не повёл и бровью. Он прислонился спиной к стеклу магазина, зашторенному с обратной стороны. Красная неоновая вывеска была единственным источником света в том переулке, куда занесло Глеба. И всё-таки мысли были заняты другим. Уже седьмой раз подряд он слышит лишь «Абонент находится вне зоны доступа. Перезвоните, пожалуйста, позже…» вместо родного голоса Шатохина. Да, именно родного, тёплого, приятного голоса не хватало сейчас.       Голубин повернулся лицом к стене и ударил со всей силы кулаком недалеко от стекла. Но боль не чувствовалась, заставляя повторить действие ещё несколько раз. Чувство вины. Никто не мог пробудить совесть в Глебе. Она спала, даже тогда, когда DD почти распалась. Всю жизнь парень извинялся лишь потому, что «так нужно» или «так будет правильно», но не по своей воле. Но сейчас он будто потерял рассудок и стал винить себя в том, что Артём сейчас в больнице. Он мог бы уделить чуть больше внимания болезни друга и предотвратить всё это.       Осознание того, что до Шатохина не дозвониться, вынудило купить билеты в Питер. Снова. Пришла очередь и Глеба бросать всё ради Депо…

***

      Очнувшись на холодном асфальте, блондин долго не мог понять, где он. Оказалось, что на какой-то заправке на окраине города. Скулы сводило, а царапина на щеке неприятно жглась. Рядом с ним лежал растоптанный телефон, явно не в рабочем состоянии. Глебу ничего не оставалось, как взять у работника этой заправки телефон и набрать наизусть выученный номер, словно мамин.       — Алло… — тихо произнёс парень по ту сторону телефона.       — Мне нужна твоя помощь. Меня… Я не помню что вчера произошло, за исключением того, что меня ограбили и за что-то отомстили. Я не знаю, где я, — обычно Голубин говорит чётко, уверенно и по делу, но сейчас он был в растерянности.       — Блять, Глеб… Опиши мне местность, где ты находишься, — обеспокоенно воскликнул Артем.       — Заправка. Старая такая. Она ещё в таких синих тонах…       — Я понял, где ты. Оставайся там, — послышался звон ремня. Парень уже собирался. — Ты прям вообще ничего не помнишь? — услышав отрицательный ответ, он продолжил. — Ладно… Мы найдем их. И им будет хуже чем кому-либо ещё в этом городе…

***

      В этой истории главным был не сам факт избиения, на тот момент ещё мальчишки, а то, с каким рвением Депо бросился помогать другу. Как он, невзирая на незнание причин, собирался ломать кости обидчикам. Возможно тогда и Глеб был виновен, но Артёму это уже было не важно. Он горой стоял за него.       Глеб старался глубже дышать, чтобы успокоиться, но не помогало. Что-то подсказывало, что у Депо не всё хорошо. Вряд ли он просто не видит или не слышит звонков…

***

      Самолёт. Многие люди спят, ведь за окном около четырёх утра. Через пару часов Глеб уже должен быть в Питерском аэропорту. Каждое из лиц, сидящих неподалеку, выражало умиротворённость и спокойствие. Только вот одному, казалось, Голубину было на душе не спокойно.       Смешно, одна мысль о том, что с Депо что-то может случиться, заставляла сердце вырываться из груди. «И не из такого дерьма выбирался», — фраза, которую Артём произносил слишком часто. Слишком часто он встревал во всякие передряги. Но не сам, с Глебом. Только вот на протяжении всей жизни Шатохин то и дело, что помогал выбраться из них другу, не получая ответной поддержки. Только сейчас блондину пришло в голову… извиниться. Пожалуй, это будет первым, что он сделает, войдя в палату.       Весь перелёт парень как бы репетировал свою пламенную речь о том, что был не прав. Как уже когда-то упоминалось, поставить кого-то выше себя для Глеба было неимоверно сложной задачей. Да ещё и если этот кто-то — Артём.

***

      Шатохин чуть приоткрыл веки. Солнечные лучи, нагло пробравшиеся сквозь неплотно закрытые больничные жалюзи, ударили по красным глазам. Это заставило парня на мгновение мило сморщить нос. Вокруг всё та же обстановка: больничная койка, белая приевшаяся мебель, едкий запах лекарств. Только на душе как-то неспокойно. Странное предчувствие.       Парень подошёл к деревянному столу попить воды. Она в последнее время была единственным в рационе. На столе валялись всякие его документы, зарядка от телефона, другие личные вещи и… зажигалка. Депо до сих пор её не выбросил, хотя иногда подумывал об этом. Мозолила глаза. «…Если забыть дома у кого-то свою вещь — обязательно встретишься», — припомнил парень, но затем как бы ответил самому себе: «Видимо, неправда всё это. Сколько времени то уже прошло?..»        А ведь он действительно «потерялся» во времени. С того момента, как его сюда положили, прошло достаточно дней. Но все, как один, были похожими, поэтому и не удивительно, что Артём и не знает какие по счету сутки «гниет» в больнице. Именно это слово отлично описало бы времяпровождение здесь. Заняться нечем, кроме как в сотый раз полистать ленту в соцсетях, подоставать медсестру надоедливыми вопросами, поесть таблеток и снова окунуться в мир сновидений.