Герои: таких уже не будет

Великая сила не приходит без цены — и не каждый волен решать, как он будет расплачиваться. Его жена страдала во снах от тщетных попыток постичь пределы собственного всеведения, но лорду Хаарту такое не грозило — уже много лет он не мог позволить себе заснуть так глубоко, чтобы видеть сны. Постоянная бдительность, даже во сне — особенно во сне. Он слышал все — тревожное дыхание спящей супруги, возню мышей под половицами, шаги патруля на улице и хлопанье крыльев пролетающего над облаками ангела — хотя последнее, вполне возможно, все-таки почудилось ему... Едва же первый луч солнца поднимался над горизонтом, он вставал и шел на двор умываться, проверяя мимоходом бочку с водой на предмет наличия отравы. Кому-то это могло показаться паранойей, но для него то была разумная предосторожность — его враги и враги его страны, коим не было числа, не погрешили бы против логики, сочтя, что легче будет убить его сонного, чем тратить неимоверное количество ресурсов на попытку одолеть его в открытом бою... Сегодня, однако, отравы в воде не оказалось — враги либо халатничали, либо планировали что-то еще. Умывшись, рыцарь притянул через окно комнаты кольчугу и пояс и начал вооружаться. Патруль копейщиков, в сто сорок восьмой раз проходивший мимо дома (что явно имело отношение к присутствию в оном начальства, ибо навряд ли всем деревенским улицам уделялось такое же внимание), остановился, чтобы отдать ему честь. - Продолжайте службу, - коротко кивнув солдатам, Александр отправился на тренировку. Вчера он обнаружил кое-что интересное: земля, на которой они находились, была святой. В каком-то смысле это казалось очевидным, учитывая всю историю и самую причину их экспедиции — но святость в данном случае имела материальное выражение: Это нельзя было почувствовать или увидеть даже Орлиным Взором, но он заметил, когда понял, что может видеть наблюдающих за ним через магический шар криганцев... Ранее он сам сказал Кристиану, что не способен на это, и считал это в принципе невозможным для человека — однако это случилось. Дальнейшие опыты показали, что сила других заклинаний также возросла. Он ничего не стал говорить Сане — ему было любопытно, заметит ли она сама — но собирался самостоятельно исследовать этот эффект дальше... Разминка началась с каменной кожи и трех десятков отжиманий в утяжеленном теле. Сомнительно, чтобы камень стал прочнее — навряд ли ему было еще куда расти в этой области — но заклинание явно далось легче, чем обычно. Следом были испытаны ускорение и огненный щит — каждое изменилось по-своему. Мистический эффект, как и полагалось, был таинственным — оставалось лишь перебрать все чары поочередно, но зато тот, кто сделал это, получил бы немалое преимущество в будущем сражении. Забывать об осторожности, однако, тоже не стоило... Сейчас слежки не было видно, но кто знает, когда и какими средствами она может возобновиться? Враги показали уже немалую изобретательность, обойдя таинственную защиту долины, чего даже Саня не смогла ранее сделать — как и решимость жертвовать своими разведчиками ради информации... Техника, которую они подсмотрели вчера, была новой — Александр позаимствовал ее у покойной Деборы — и имела пока лишь экспериментальную ценность, но показывать свои лучшие способности он уж точно не собирался — потому после еще нескольких опытов вернулся к обычным упражнениям. Продолжая осматриваться, он заметил над северной частью долины какой-то дымок. Для обычного пехотинца дорога туда-обратно заняла бы целый день, но с усиленным ускорением добежать было не трудно — и рыцарь решил проверить... Не то чтобы он ожидал увидеть эпическое огнедышащее чудовище или банду магогов-диверсантов, но на месте обнаружились дымящаяся яма и следы боя нескольких весьма одаренных колдунов — уже гораздо больше, чем ничего. Александр безрадостно усмехнулся, пока Глаза Орла воспроизводили для него ход событий... Стиль одного из сражающихся, слишком небрежный и агрессивный, чтобы заслужить его одобрение, был все-таки слишком знакомым. Эта женщина использовала свои криганские приемы, но в тактике пыталась подражать ему — или, возможно, Сане, что было в данном случае равносильно. Непрошеное напоминание о том, что крыса тоже может изучать исследователя — враги, которых он пощадил из любопытства, начали развиваться и теперь вовсю убивали друг друга его техниками... - Забавно... И опасно, - прокомментировал он с интонацией организатора тараканьих бегов, неожиданно обернувшихся кровавым побоищем. Сам Александр владел заклинанием, препятствующим оживлению мертвых — но Ксемрус он его не показывал, как и не рассказывал о самой способности Айслин оживать... Все же каким-то образом она предвидела это и придумала свой способ противодействия — очень криганский по сути, но элегантный по исполнению. На миг рыцарю пришлось задуматься о том, что он создал самого опасного демона из всех, что ему встречались, но до этого было еще далеко — по ту сторону фронта собралось много жутких чудовищ, и беспокоиться сейчас следовало не о Ксемрус — тем более, что она, судя по всему, работала против своих... Учитывая это, он решил сохранить ей свободу еще на какое-то время. Если же в итоге она найдет способ вырваться из-под контроля, это можно будет использовать для освобождения порабощенных криганцами джиннов — какая-никакая польза... - Интересно... - он заметил наблюдение — совсем не такое, как вчера, ибо в этот раз он совершенно не представлял, где находится его источник — скорее это было ощущение присутствия. Что-то, чего ты не чувствуешь обычно, хоть должен — ведь по идее ангелы Божьи смотрят на тебя постоянно. На этот раз один из них, похоже, решил сократить дистанцию — хоть и непонятно, насколько именно. Александр напрягся, готовый отражать атаку даже от ангела, если будет необходимо — и задал вопрос: - Почему ей ничего не сделали за вызов демона в этом месте? - Потому же, почему и тебе, - ему ответили — и совершенно независимо от этого он наконец обнаружил говорившего. Небесное создание восседало на ветвях высохшего дуба, словно птица в гнезде — между ним и рыцарем было полсотни ярдов, но ангельский голос звучал будто бы над самым ухом. Навряд ли расстояние имело для бесплотных какое-то значение — но все же он сорвался с места и уже через несколько секунд предстал перед посланником Небес. Не тот же ангел, что два дня назад — этот был не столь основательно вооружен и оттого казался будто бы менее грозным. Но Александр ощущал невероятную силу, исходившую от него — самое близкое к этому ощущение было при встрече со Смертью в Мирхеме... Не воин, но сила природы, действующая строго в отведенном ей Творцом месте — и оттого совершенно неодолимая. Рыцарь попытался представить, какой должна была быть сила пакта, ограничивавшего свободу этих существ — и сколь огромную мощь он должен был предоставлять взамен... и не смог. Ясно лишь, что ангельская защита была непреодолима с большим запасом — ни дьявол, ни целый легион духов ада не смог бы ничего ей противопоставить. Оставалось лишь понять правила, по которым все это работало — именно это он сейчас и пытался сделать. - А если бы она сделала это здесь, ее бы наказали? - они находились в пределах «‎святой земли»‎ — единственного эффекта, по которому Александр мог судить о границах защищаемой области — но и место, на котором Ксемрус расправилась с Айслин, также находилось на этой земле — не говоря о том, что самой Айслин было позволено совершенно безнаказанно расхаживать туда-сюда... Очень похоже, что дело было не в способности ангелов вмешиваться, а в их желании делать это. - Божье терпение не измеряется этой сотней локтей, - ответ отчасти подтвердил его догадку, и он решил надавить: - Бог может позволить себе быть терпеливым. Но ведь вы действуете здесь по своей воле. Что насчет вашего терпения? - К чему нам наказывать рабыню? - парировал божественный собеседник. - Ее хозяин, пустивший ее бесчинствовать, несет большую ответственность. - То есть вы пришли наказать меня? - Нет, - ангел смерил рыцаря пренебрежительным взглядом, поскольку тот очевидно готовился к схватке с ним. - Мы уже решили, что позволим вам вести вашу войну самим. Все вовлеченные стороны сами виноваты в том, что случилось — а Господь воздаст каждому по заслугам в его время... Я же здесь, чтобы просить тебя о помощи. - Ангелу потребовалась помощь?! - Думаю, ты понял уже достаточно, чтобы не переспрашивать! - посланец Небес взмахнул крыльями — и взмах этот вызвал звук, подобный громовому раскату и порожденный, вероятно, стремительным движением воздуха... более чем доходчивое предложение воздержаться от сарказма. Привыкли ли ангелы к тому, что при их появлении люди сразу падают ниц или же прегрешения самого Александра были столь нестерпимы — создавалось впечатление, что святое создание крайне раздражено самим фактом беседы с ним. Все же оно снизошло до объяснений: - Как ты и сказал, мы здесь по своей воле — и, как и вы, порой заходим дальше, чем нам позволено. Один из наших братьев вышел за пределы долины и был побежден демонами... Да, это возможно, - рыцарь не стал спрашивать вслух, но несомненно подумал об этом — сказанное хорошо совпадало с его гипотезой. Сила ангелов имела предел, и непобедимы они были лишь пока оставались в рамках своих полномочий. Больше удивляло не само это открытие, а то, что они готовы были об этом говорить — еще и перед ним. - Теперь из его крыльев сделали артефакт и собираются использовать для каких-то злодейств, - позволив ему подумать все неблагочестивые мысли, божественный собеседник закончил свой рассказ: - Мы сами не можем пойти и забрать их, если только их не принесут сюда. - Я сделаю это. - Так просто? - суровый тон ангела немного смягчился. - Ты еще не услышал о награде. - Награда не нужна, - ответил герой, но прежде, чем он мог показаться рыцарем без страха и упрека, добавил: - Скажите, вы будете защищать это место, пока меня не будет — не только от демонов, а от всех врагов? - Уверен, что это все, чего ты хочешь попросить? - Я не прошу вас ни о чем. Оставлять такое оружие в руках врага нельзя — я пойду за ним в любом случае. Но если вы будете защищать долину, я оставлю Саню здесь. Если нет — возьму с собой. Два воина смерили друг друга долгими взглядами — в их беседе не было высказано и половины того, что стояло за словами. Наконец небесный воитель кивнул: - Хорошо. Я встану на защиту, если кто угодно попытается атаковать долину в твое отсутствие... Теперь иди — тебе нужно на запад. Там в лесу у серного озера стоит лагерем королева-медуза — она приносит жертвы демонам. - Нигонцы-демонологи? Опасно... Я понимаю, почему ваш товарищ решил вмешаться. - Будь бдителен. Они справились с ангелом — могут и с тобой. - Я не буду с ними так добр, как ангел... - мрачно пообещал рыцарь, вглядываясь вдаль в указанном собеседником направлении. Заклинания видений он не любил, но у него было небесное око, позволявшее изучить рельеф и общее расположение объектов. Удовлетворенно покивав результатам этой разведки, он все же повернулся к горам спиной: - Но сперва схожу в город и доложу командующему. После этого возьмусь за дело. - Стой, - окликнул его посланец Небес. - Ты бы мог попросить, чтобы мы не вмешивались в твои дела. Или все еще надеешься привлечь нас на свою сторону? - Если бы вы могли, то помогли бы мне. Если бы должны были, то помешали, - отозвался он. - Связывать вас пактом и снимать ответственность я не собираюсь. На это даже у ангела не нашлось ответа — и когда Александр обернулся, его уже не было — он или растворился в воздухе вместе с дубом, на котором сидел, или же просто сделался незримым для людских глаз... Пользуясь тем, что чары ускорения все еще действуют, рыцарь поспешил вернуться в город — несмотря на кажущуюся огромной скорость, путь в два конца все еще занимал ощутимое время — из дома он уходил на рассвете, а когда пришел назад, солнце уже подошло к зениту. Перед таверной прямо на улице размахивали мечами Рейнельда, Сорша и Лука Дель'эрой — должно быть, запугивали местных в отместку за их неприветливость. Александр тоже приметил, что в городе им не рады, но в его случае эти чувства были взаимны — он не ждал признательности ни от кого в этой стране. Стоит отметить, что молодая воительница довольно неплохо держалась против наги при поддержке своего нового наставника — тот, скорее всего, был способен победить Рейнельду и в одиночку, но это совсем не означало, что Сорше не о чем беспокоиться — у них с Лукой было две руки против шести, так что работы хватало обоим. На беду то ли силы ее были на исходе, то ли она замешкалась, увидев, кто на них смотрит — но как раз в тот момент, когда Александр подошел, девушка оказалась обезоружена королевой наг — и сразу же та торжествующе задрала руки. - Я выиграла! - видимо, условия их боя подразумевали, что Рейнельде достаточно одолеть любого противника — а в другом случае ее победа могла быть и вовсе невозможной. Сорша уныло опустилась на землю. - Я готова. Можете проползти по мне... - она собиралась исполнить условия пари, предложенного в начале тренировки злобной нагой — но тут уже сама победительница замешкалась, побаиваясь, вероятно, все того же лорда Хаарта... - Сорша, бросай заниматься ерундой и оседлай мне коня, - он действительно вмешался, хоть и не стал вступаться за девушку — но нашел ей лучшее применение. Вообще говоря, использовать рыцаря для такой работы было не обязательно и где-то поблизости должен был ошиваться конюх — но Сорша, конечно же, предпочла послужить великому герою, а не глотать пыль под хвостом Рейнельды — и потому сразу помчалась исполнять приказ. - Неплохой бой, - видя, что нага сердито насупилась, Александр утешил ее комплиментом — вполне заслуженным в данном случае, тем более что она была ценным союзником, которому он доверял защиту командующего. - Сэр Лука тоже очень неплох... - снисходительно объявила Рейнельда, но было видно, что похвала сделала ей очень приятно. В этом они были похожи с Соршей — геройки в самом худшем смысле слова, они уважали только тех, кто способен выбить из них все дерьмо. С другой стороны, им обеим нравился хитрец-командующий — что делало честь их проницательности... Сам Александр считал Кристиана достойным союзником даже для себя, несмотря на полную неспособность того постоять за себя в бою — но немногие из «настоящих» рыцарей были способны оценить его по достоинству. Главное же, что выдавало в нем хорошего героя — то, что его всегда можно было найти в таверне. Лорд Хаарт поклонился августейшей союзнице и вошел в здание, пока на заднем плане Дель'эрой в очередной раз пытался объяснить, что он не рыцарь и называть его «сэром» не нужно. Разумеется, Кристиан был на месте — сидел за столом и наблюдал за поединком своих женщин через окно. На столе перед командующим была разложена карта с флажками, но здесь же были и две кружки пива, не до конца еще опустошенные. Еще с ним сидели гремлины — а точнее, стояли на стульях, ибо сидя они бы не доставали до стола. Один из маленьких солдат и вовсе лежал на столе пузом и двигал флажки, показывая передвижение отрядов... - Что, кампания идет полным ходом? - осведомился Александр, беря для себя стул от соседнего стола и садясь. - Ага, - отозвался командующий, отворачиваясь от окна и возвращаясь к карте. - Но мне не нравится. Нигонцев бьем, но криганцы попрятались что-то — похоже, уже поняли наш план. - Ну, ты заставил их отказаться от ресурсов, - герой окинул карту быстрым взглядом, оценивая изменения, произошедшие с последнего раза, когда он интересовался. - Уже неплохо. - Они ведь могут призывать бесов просто за ману, а демонов и церберов — пока у них есть люди, чтобы принести в жертву... Получается, могут сражаться с нами без ресурсов, не теряя ничего. Думаешь, ангелы накажут их за это или нет? - Не знаю, - ответил Александр, вспомнив инцидент с Ксемрус. Хоть ангелы и обещали, что не позволят демонам бесчинствовать, но само понятие «бесчинства», похоже, трактовали довольно узко. - Может, им недостаточно одного только преступления — нужно еще, чтобы кто-то из людей заметил его и попытался наказать. - Ты так думаешь? - Они пришли, когда Саня дралась с дьяволами — но не пришли, как только эти дьяволы появились. Очевидно, если есть ситуация, в которой их появление может изменить ход событий в правильную сторону — тогда они появляются, - он не стал говорить всего, что думал — если бы Саня не убила сама одного дьявола и не ранила другого, ангелы могли бы с ними и не справиться, а судя по последним новостям, не только лишь дьяволы способны были их одолеть... - Так или иначе, ко мне попала информация о медузе, которая занимается вызовом демонов. Я собираюсь пойти туда и убить ее. - Тебе нужен отряд? - Кристиан поднял глаза от карты и внимательно посмотрел на него. До этого момента Александр отказывался участвовать в вылазках, утверждая, что защищает Саню — но то, о чем он говорил сейчас, звучало, как операция для целой армии. - Думаю, в таком бою люди будут только мешать. Логистика сложная — я собираюсь туда полететь, - пояснил он на осуждающий взгляд друга — дескать, что ты сверхчеловек, мы знаем, но мог бы так прямо об этом не говорить! Но он показал позицию на карте, и тогда Кристиан понимающе закивал. Логистика действительно была сложная — чтобы добраться до места, необходимо было либо карабкаться вверх по почти отвесным скалам, либо идти в обход через северную часть долины — ту, которую их армия еще даже не начинала зачищать. - Саню возьмешь? - в итоге командующий мог предложить ему лишь помощь еще одного героя, но и та была отвергнута: - Она не любит летать, - это не был серьезный ответ, но Кристиану и самому пригодилась бы помощь книжницы, потому Александр знал, что он его примет. Однако на этот раз его друг проявил большую настойчивость, чем обычно: - Подожди три дня. Мы прикажем гремлинам проползти и все разведать — может, диверсию какую-то устроим, - командующий или просто беспокоился за него или не хотел оставлять без присмотра... Мог ли он догадаться, что друг за его спиной договаривается с ангелами? Мог — в этом была вся прелесть работы с Кристианом, что ты никогда не знал, сколько ему известно — он и о некромантии что-то знал, и о побеге Ксемрус задавал подозрительно мало вопросов. И конечно он всегда умел скрыть свои истинные мотивы за убедительными аргументами: - К тому же ты нужен мне в городе. - Что-то случилось? - подумав об этом еще раз, Александр нашел подозрительным то, что два лучших фехтовальщика в армии практически охраняют вход в таверну — ладно еще Дель'эрой, но Рейнельда имела возможность устроить себе тренировку со служанками, даже не покидая своего шатра. - Да отец Ингэм развел бурную деятельность... Потащил весь город на исповедь и заманивает людей к себе в секту, - Кристиан пошел так далеко в выражении своего недовольства, что даже обозвал вполне легальный орден «сектой». - Ну и пусть ведет их воевать, коли помереть охота, - пожал плечами рыцарь, не увидев в этом никакой проблемы. - Отправь их на поиски криганцев — тебе же не нравилось, что они попрятались. Пусть противник будет занят борьбой с нашими наименее дисциплинированными частями — зато ты будешь знать, что он не занят чем-то еще. - А что если их нападение на криганцев даст тем право атаковать долину в ответ? - Аааа... - Александр понял, что его друг также успел построить собственную теорию о том, как работает ангельская защита. В свете этой теории его новый договор с небесным посланцем был весьма своевременен — но он пока не решил, хочет ли о нем рассказывать. Вместо этого он воспользовался другой линией аргументации: - Но это ведь то, что тебе нужно. Заставь их поверить, что им сюда можно, а когда они вторгнутся, ангелы обрушатся на них. - А если не обрушатся? - Тогда я вернусь и сам обрушусь. Расстояние по прямой тут небольшое — используй дымовой сигнал, чтобы вызвать меня назад, если появится вражеская армия. Городским Порталом я перемещусь мгновенно. - Хм, - Кристиан задумался. - это похоже на то, что мы сделали в Мирхеме. Не могут они догадаться? - Могут. Но выбора особого у них нет. В Мирхеме мы должны были их выкурить, а они могли сидеть у себя на базе сколько душе угодно — здесь все наоборот. Мы в неприступной крепости — и если у них выдастся шанс атаковать таким образом, чтобы ангелы не могли вмешаться, и пока меня не будет на месте — они будут обязаны им воспользоваться, несмотря на риск. Или же им придется держать нас в осаде до конца войны. - Кто сказал, что их это не устраивает? - командующий не заявил прямо, что не верит в успех королевы и что им стоит поспешить, если хотят спасти ее от разгрома — но он несомненно имел это в виду. А так же он верил, что командование противника считает его достаточно опасным, чтобы держать в осаде, пока не расправится с королевой — и в этом тоже мог быть совершенно прав. Александр в ответ дал ему столько честности, сколько мог: - А кто сказал, что нас это не устраивает? - Ты что-то знаешь, - на этот раз Кристиан спросил его прямо — или даже не спросил. - Я что-то знаю, - подтвердил он. - Это хорошее место. Мы победим, так или иначе... - Командующий, - в этот момент в оконном проеме показалась голова Рейнельды и сразу же ее роскошные груди легли на подоконник в каких-то полутора футов от носа Кристиана — уже по одному этому бесстыдному жесту можно было догадаться, в каких отношениях состоят эти двое... К счастью, нага пришла не только для того, чтобы покрасоваться: - К тебе твой ефрейтор Донован. - Впустите его, Ваше Величество, - можно было восхищаться тем, как бессовестный рыцарь заставил королеву работать телохранительницей, но по тому, как он сразу же поцеловал ей ручку, становилось ясно, что она делает это не задаром. Одарив его влюбленным взглядом, Рейнельда повернулась и махнула свободной рукой невидимому собеседнику — дескать, заходи. - Милорд, отец Ингэм собирает людей идти убивать ведьму! - с порога объявил вновьприбывший. Ефрейтор Донован был тем самым находчивым малым, которого Кристиан приставил наблюдать за Соршей, когда еще подозревал ее в чем-то — в тот раз он хорошо справился, и теперь так же добросовестно выполнял новое задание. Услышав новости, Кристиан в первую минуту почувствовал облегчение — все-таки неугомонный аббат собрался бунтовать не против него — но затем сразу же спохватился. Ему хватило упреков за «самое позорное сражение» у Ртутной горы — в котором он был совершенно неповинен, но за которое его ругали все, включая королеву... Но в тот раз озверевшая толпа беженцев хотя бы растерзала демонов, вполне заслуживавших такой участи — в этот же раз опасность угрожала неизвестной и вполне возможно невиновной ведьме. Кристиан мигом представил на ее месте Нину и понял разом две вещи — во-первых, достаточно боевитая ведьма запросто может поставить незадачливых фанатиков раком, и во-вторых он в любом случае не должен позволять этому сражению случиться. - Пойдем скорее, - он стремительно поднялся из-за стола, предлагая Александру следовать за собой. - Вы не с нами, любезный. Пусть они не знают, кто на них донес, - добавил он, обращаясь к ефрейтору и сопровождая слова передачей золотой монеты — весьма вероятно, что тот не нуждался в этом и следил за настроениями в батальоне не ради платы, а из чувства долга — но Кристиану самому было легче, чтобы их взаимоотношения строились на взаимной выгоде. Вообще говоря, он предпочел бы получить эту информацию от отца Катберта — вот кто действительно был обязан держать фанатизм паствы под контролем — но священника нигде не было видно, так что либо он не решился бросить вызов авторитету Ингэма, либо, что гораздо хуже, был солидарен с последним в вопросе борьбы с ведьмами. В итоге половину его работы пришлось выполнить Доновану, а вторую — самому командующему... - Все еще хочешь их остановить? - лорд Хаарт пошел за ним следом, хоть и тоже не был согласен с его намерениями. Кристиан услышал его аргументы — но пока не был готов с ними согласиться. Возможно, если бы речь шла просто о нападении на какой-нибудь криганский аванпост, он бы позволил Ингэму и его последователям творить что им вздумается, но только не с ведьмой! Он хорошо понимал, кто виноват и в превентивных действиях аббата и в молчании Катберта — он сам. В Сауспорте ведь эти двое спокойно мирились с существованием ведьм и не лезли воевать с ними при каждой возможности! Но они знали, что их командующий расположен к дружбе с ведьмами, и теперь хотели избавиться от этой бедняжки раньше, чем она затащит его в постель — наверняка считая, что спасают его. Потому Кристиан оставил вопрос товарища без ответа — да и некогда им было болтать. Перехватить фанатиков в церкви они не успели — в другом конце улицы был виден лишь хвост уходящей толпы... Ингэму, вероятно, удалось убедить фейрфезерцев в том, что виной вражескому нашествию — их собственные грехи и поведение некоторых нечестивцев вроде ведьмы — стоит от них избавиться, как ангелы спустятся с небес и погонят мерзких демонов прочь. Нельзя было отрицать, что все, вполне возможно, так и будет — их беседа с ангелом оставляла пространство и для такой трактовки — но все же удивительно, как эти люди, которые каких-то два дня назад не смели носа показать на улицу, теперь с такой готовностью мчались навстречу смерти... Пешком их было уже не догнать — но в этот момент очень кстати появилась Сорша с двумя оседланными лошадьми — Александровой и своей собственной. Она явно собиралась напроситься вместе с героем, даже не зная, куда он собрался. В итоге же командующий завладел ее скакуном и помчался в погоню за горе-крестоносцами. - Что случилось? - опешившая девушка осталась стоять посреди улицы и могла лишь обратиться с вопросом к Луке, который также не имел ни коня, чтобы следовать за рыцарями, ни, впрочем, желания это делать. - Раз они с лордом Хаартом, все должно быть в порядке, - он успокоил юную героиню, заодно заставив ту покраснеть — она знала, что благодаря своей способности однорукий воин может чувствовать и ее тревогу и прочие эмоции, не столь благочестивые. Ее попытка сбежать на миссию с лордом Хаартом также не могла остаться незамеченной... - Надо было попросить леди Саню научить меня ускорению... - буркнула она, чтобы замаскировать смущение. - Хоть раз в неделю да использовала бы... Между тем два рыцаря настигли толпу героических граждан — Кристиан с облегчением отметил, что в их рядах почти нет его собственных солдат — это действительно были в основном местные жители. Но это же означало, что в реальном бою их не ждет ничего хорошего. Существовало два вида фанатиков — первые, могучие боевые братья, закаленные многолетней аскезой и наделенные сверхъестественными силами — их Кристиан рад был видеть в рядах своей армии, даже если не мог согласиться с их идеями — и другие, простые мужики, поверившие проповедям фанатиков настоящих, и возомнившие, что едва они объявят себя поборниками Правого Дела, как получат несокрушимую божественную защиту — такие обычно гибли очень быстро... Командующему было в чем себя упрекнуть — он тоже водил в бой отряды неподготовленных ополченцев — но по крайней мере у него тогда был план лучший, чем просто броситься на врага всей оравой и уповать на милость Небес. И даже он не решился бы выступить с ополченцами против кого-то вроде Нины. - Прекратить! Стоять! - во главе шествия шли монахи с хоругвями — этих как раз было не жалко и притом именно они бы навряд ли пострадали. Игнорируя крики командующего, они не желали останавливаться, пока Александр, бывший более умелым наездником, не преградил им путь конем... Лишь после этого Кристиану удалось их нагнать и обратиться к начальнику всего безобразия с гневным и риторическим вопросом: - Что здесь происходит?! Аббат смерил его взглядом, красноречиво говорившим «ну вот, начинается...». Конечно, он знал наперед все аргументы противоположной стороны — потому и не стал докладывать о своей операции. Спор между ними был пустой тратой времени — и нынешний разговор происходил лишь потому, что командующий верил, что имеет право остановить незаконное предприятие, а Ингэм, в свою очередь, играл героя перед своими последователями. - Милорд, местная ведьма привечает у себя криганцев и явно действует против интересов Эрафии, - с натужной терпеливостью объяснил он. - Мы собира... - Откуда вам это известно? - прервал его рыцарь, с раздражением обнаружив, что у монахов появилась еще и своя разведка, которая действует без его ведома и не докладывают ему о результатах. Но Ингэм использовал обычную отговорку: - Мне рассказал об этом кающийся грешник, который ходил к ведьме уже после начала войны, - каким-то образом тайна исповеди не позволяла аббату делиться информацией с командующим, но притом не препятствовала организовывать собственные операции... И, конечно, проверить сказанное им было никак нельзя — на то она и тайна. Неудивительно, что звучало все именно так, чтобы подтверждать его точку зрения: - Криганцев видели в самом ее жилище, и они готовились разбить лагерь поблизости — настолько они уверены в ее поддержке. - И притом они вот так спокойно позволили вашему грешнику уйти? - сам он отлично понимал мотивы ведьмы — она обязана была предоставлять услуги гостям, кем бы они ни являлись — та же Элис принимала у себя и королеву-медузу Вирсавию, и его самого, и пусть даже провоцировала на драку, не причинила вреда ни одному из них. Так же и местная ведьма не могла отказать криганцам независимо от того, что она о них думала — но по той же причине она позаботилась и о том, чтобы ее посетители-люди уходили от нее невредимыми... Так думал Кристиан — но убедить этими аргументами Ингэма не представлялось возможным. Хуже того, в глазах закона действия ведьмы (если, конечно, история неизвестного «грешника» подтвердится) оставались изменой — и он уже испытывал терпение королевы, когда даровал помилование Нине и компании. Теперь же королевы тут не было, а была лишь толпа людей, для которых слова батюшки звучали более убедительно, чем его — потому он с самого начала не собирался говорить правду, а попытался найти логическую ошибку в аргументах оппонента. - Конечно, она сделала это, потому что они знали, что совращение жителей лишает город ангельской защиты! - но Ингэм побил его в его же игре, приведя еще более абсурдный довод. Верил ли он в это сам, трудно сказать, но люди его слушали... К этому моменту Кристиан уже все понял. Как он и опасался, после встречи с ангелом святой отец окончательно утратил здравый смысл — его обвинили в недостаточной праведности, и теперь он был готов на любые жертвы, лишь бы доказать Небесам свое рвение... Если бы пресловутый грешник с информацией об измене ведьмы не нашелся, он бы с радостью его выдумал — это была бы сущая мелочь по сравнению с домыслами, выдаваемыми им сейчас за абсолютную истину. - Ведьма в сговоре с демонами и помогает им захватить город! - практически каждое слово аббата сопровождалось одобрительными выкриками из толпы, а в конце он выдал нечто совершенно убийственное: - Если хотите, можете поехать с нами и сами убедиться, что это будет справедливый суд. Даже если бы Кристиан верил, что его присутствие в самом деле может спасти жизнь несчастной ведьме, он бы на это не пошел — его долг командующего стоял выше справедливости, а ценой неподготовленной вылазки в криганский лагерь могла быть судьба всей экспедиции, о чем он прямо и сказал: - Ну давайте еще все там умрем! Сперва нужно провести разведку и подготовится как следует... - о том, чтобы не идти войной на ведьму, речи уже не шло, но он надеялся хотя бы потянуть время и разобраться в ситуации — однако Ингэм хотел в точности противоположного. Его целью было выставить командующего трусом, не готовым на геройский подвиг. И как только эта цель была достигнута, он выложил свой последний козырь: - Вы ничего не сможете сделать. На убившего ведьму падет родовое проклятие — и ближайший родственник женского пола должен будет занять место этой ведьмы, - тут Кристиан просто не знал, правда это или нет — но хитроумный священник представил все так, будто оказывает ему услугу: - Поэтому мы сделаем это для вас — у нас, монахов, есть только братья, так что нам ничего не грозит. «Тоже мне диво! У меня вон Дель'эрой служит — без роду, без племени...» - раздраженно подумал рыцарь, но вслух сказал совсем другое: - Я не за вас беспокоюсь, а за этих людей. У ведьмы помимо проклятий наверняка есть заклинания, слуги — и это не говоря о криганцах! Ваши сподвижники могут пострадать задолго до того, как вы до нее доберетесь. - Все эти люди добровольно вызвались идти со мной, чтобы помочь своему городу, - развел руками аббат под одобрительные возгласы бюргеров. - Они ничем не отличаются от ваших добровольцев. Кристиан устало вздохнул... Они вернулись к тому, с чего начинали — аргументы обеих сторон были хорошо известны, просто один из них звучал убедительней для людей, а другой на самом деле знал, о чем говорит. У командующего все еще были формальная власть и различные силовые доводы... в поисках поддержки он посмотрел на Александра — если бы Ингэм встал поперек дороги его планам, с него бы сталось просто прибить батюшку — да и толпу зарвавшихся недогероев он бы запросто мог разогнать. Беда была в том, что в данном случае его все устраивало. - Пусть идет и умрет с пользой, - подъехав вплотную к командующему, безжалостный рыцарь высказал свою рекомендацию. - Умрет не он, а эти бедолаги... - скривился Кристиан. - Не тебе ли они недавно доставляли беспокойство? И чем черт не шутит — возможно, они добьются успеха. А остановив их, ты не получишь ничего и только усилишь недовольство, - как и всегда, расчеты Александра были точными и бесчеловечными. Но при этом даже люди, которые не любили его, считали его героем — и прямо сейчас именно его присутствие, а вовсе не авторитет Кристиана, мешало толпе фанатиков пойти напролом... А командующего, у которого сердце болело за людей, никто не уважал, и даже Александр не стал бы исполнять его решение, если считал его неправильным. В этот момент, к счастью, подоспели более ответственные исполнители — умничка-Рейнельда, что с самого начала устремилась вдогонку за ними, наконец прибыла и привела с собой помощь в виде десятка служанок. Те неслышно подползли сзади и взяли самовольный крестовый поход в полукольцо... Вот теперь-то у Кристиана наконец появилась реальная власть — посадить монахов под замок, а бюргеров разогнать по домам... Это, конечно, сделало бы его злодеем в глазах всего города, но одновременно он бы принял поистине геройское решение и спас всех этих людей. Но он не стал. Все-таки он был не героем и уж точно не лидером... Спасать людей против их воли и брать ответственность за возможный бунт, не говоря уже о заточении главы целого ордена, которое навряд ли бы сошло ему с рук — не такой работы он для себя хотел. Если бы у него был хороший план, он бы стал его отстаивать и переспорил бы даже королеву — но плана не было, зато все вокруг наперебой утверждали, что знают, что нужно делать... В такой ситуации полководцу (не герою) следовало позволить подчиненным действовать и посмотреть, что из этого выйдет — поучиться на их ошибках, в конце концов. Дорогой будет урок, но они ведь и правда сами вызвались... - Будь по-вашему, - глухим голосом произнес он и махнул рукой, позволяя фанатикам продолжить их шествие. - Если будет еще одно позорное сражение — то это не я устроил, а отец Ингэм, - заметил он Александру. - Логично, - сразу же согласился тот. - Действуем, как ты сказал, - от «крестоносцев» Кристиан все еще не ожидал ничего хорошего, а вот некоторые предложения Александра, озвученные ранее, звучали куда убедительней — и учитывая ситуацию, не было уже никакого смысла их не реализовывать. Основополагающим элементом их стратегии было раздражение противника — оставаясь в неприступном городе, производить вылазки, причиняя ущерб и провоцируя врага на ответные действия в ожидании его ошибок. Для этой цели одновременное нападение Ингэма и Александра было уже вполне достаточным давлением — следовательно, командующий получал возможность сберечь силы и жизни разведчиков (которые, в отличие от некоторых здесь, добровольцами не были). - Разбирайся со своей медузой, а мы будем укрепляться и ждать результатов. И сразу после этих слов появилась Саня — наверняка Сорша наябедничала ей, или же она раскрыла их планы сама благодаря своим провидческим способностям — так или иначе книжница очень точно телепортировалась прямо к их местоположению. Кристиан поспешно отъехал в сторону, позволяя супругам разбираться между собой. Саня как и обычно рвалась в бой, а Александр не пускал ее — и это работало, пока он был согласен сам сидеть и ее «‎сторожить». Но теперь его поймали с поличным и припомнили все — Кристиану это напоминало ситуацию, когда она же в детстве преследовала его самого, не позволяя развлекаться с подружками — только у этих двоих в качестве «развлечений» были схватки с могущественными демонами — времяпровождение, которому вряд ли кто-то в здравом уме стал бы завидовать. Однако Саня вполне серьезно заявила, что могла бы и сама расправиться с медузой-демонологом и всеми ее прихвостнями, а когда ей в этом было отказано, объявила, что собирается бомбить вражеский лагерь... - Жена, я придумал кое-что интересное. Сиди и смотри, - Александр решил выйти из положения весьма странным способом — Кристиан сперва не поверил своим ушам. Неужели самая умная женщина на свете купится на такую детскую подначку? Для него было бы очевидно, что это просто вранье. Но для Сани, видимо, слово супруга еще что-то значило. - Прямо интересное? - переспросила она. Александр наклонился к ее уху и произнес несколько слов, из которых стоявший на безопасном расстоянии командующий смог различить лишь «‎тысячи»... - Так вот что вы задумали... - книжница покивала с пониманием, но затем на ее лице появилось осуждающее выражение, граничащее с отвращением. - Парочка богохульников. Это же святая земля! - Я ничего такого не планировал! - замахал руками командующий. - Это все он. - Угу, - недоверчиво буркнула Саня. - А звучит, как одна из твоих дьявольских стратегий... Какой тогда у тебя план? - Никакого, - с сожалением признался он. - Хороших мыслей нет совсем. - Может, тебе надо больше работать и меньше развлекаться с Рейнельдой? - прокомментировала книжница в своей обычной манере и сразу же вжала голову в плечи — ибо ее супруг уже спешился... Но на этот раз он не стал ее бить. - Забирай коня. Я полечу, - он передал книжнице поводья, но та, вместо того чтобы взять их, бросилась ему на шею... Кристиан покачал головой и поворотил коня, чтобы ехать назад в город. Замечание Сани могло быть лицемерным, но в одном она была права — ему было пора разработать для своей безупречной стратегии конкретные тактические решения. Впрочем, уже через минуту книжница его догнала — и за время, пока он не смотрел в их с Александром сторону, она заметно повеселела: - Забрать тебя в город? - Ману побереги, - мрачно ответил рыцарь, все еще недовольный тем, как все обернулось. - Да ее девать некуда! - отмахнулась Саня. - Надо хоть на чем-то тренироваться... Ты не заметил, наверное, но эта земля особенная — здесь все заклинания получаются гораздо лучше. Примерно как если ты режешь хлеб, а он сам собой выходит идеально ровными ломтями... понимаешь? - Ммм, - Кристиан не нашел связи между магией и резкой хлеба, но зато понял кое-что другое: - Так вот почему Александр так хочет заманить сюда наших врагов... Он что, пытается снять с города ангельскую защиту, чтобы они смогли войти, а потом ты их всех убила? - Не знаю, - отозвалась книжница без малейшего сожаления — видно было, что такая перспектива ее не смущает. «‎Ты сможешь убить тысячи» — вот что скорее всего пообещал бессовестный рыцарь своей маньячке-жене. Помолчав, она добавила: - Или он хочет, чтобы мы так думали... У него совершенно точно есть запасной план и наверняка не один. - Даже ты не знаешь всего? - хмыкнул командующий. О том, что его друг имеет привычку не говорить лишнего, он знал уже давно — и обычно это раздражало не так сильно. Но когда ты военачальник, отвечающий за целый фронт, а твои герои скрывают от тебя информацию и строят какие-то собственные планы, возникает желание всех повесить... Хотя повесить Александра он не мог, но начинал понемногу понимать, что его ценность как величайшего героя уравновешивается столь же несравненным самовольством. - Конечно нет, - Саню, однако, это обстоятельство ничуть не печалило. - Если бы мы могли знать планы Александра, то сами были бы Александрами. В его навыках по отдельности нет ничего сверхчеловеческого — разница в том, как он их использует и вообще как думает. Я пыталась выведать у него, что он задумал, а он спросил меня, как я рублю дерево... - Хочется надеяться, что это «‎дерево» рухнет не на нас, а на тех, на кого надо... - вздохнул Кристиан. - А для начала неплохо бы понять, чего ради мы отправили на смерть толпу неразумных людей... - Ну это-то очевидно — чтобы они не мешались под ногами. Они ведь доставляли тебе беспокойство? - Саня спросила то же самое, что и ее супруг, что не было редкостью. - Еще пара дней — и либо я, либо Александр не выдержали бы и сами разобрались с отцом Ингэмом — но лучше будет, если за нас это сделают криганцы. - Ну, может быть, - протянул рыцарь, совсем не убежденный. Можно было бы сказать, что он пожалел о своем решении, когда в город начали возвращаться остатки несостоявшихся ведьмоборцев — но это не было правдой, ведь он с самого начала знал, что отпускать их было неправильно — и сделал так лишь потому, что правильного пути не нашел... Ну а на тот момент он просто пытался играть теми картами, что ему сдали. Отсутствие Ингэма и наиболее ярых его сподвижников позволило расспросить более лояльную часть горожан — и в результате этого расследования удалось даже выйти на след того самого грешника, от которого аббат узнал про ведьму — впрочем, это оказалась грешница... Когда ее привели к командующему, она разревелась и поведала, как около полутора месяцев назад ходила к ведьме за зельем для своего отца-охотника. В результате, конечно же, зелье пришлось пить ей самой, а вдобавок она едва не стала жертвой криганцев — якобы ведьма упрашивала тех позволить своей гостье уйти и даже сама пострадала в итоге. Деталей смущенная девушка не смогла поведать, но суть было нетрудно уловить — сердобольная хозяйка купила ей жизнь ценой своей задницы. Этот рассказ одновременно успокоил и расстроил Кристиана. С одной стороны, он убедился, что Ингэм не выдумал всю историю и ведьма в самом деле сотрудничала с врагом — как минимум, ими не будет казнен совершенно невинный человек. С другой стороны, она все еще не тянула на злодейку и ее «‎измена» почти наверняка была вынужденной — раз криганцы были настолько сильны, что смели причинять ей вред прямо в ее жилище, то она мало чем отличалась от заложницы... Такие мысли не давали ему сосредоточиться на работе. Он был, как художник без вдохновения... Впрочем, помимо творческой составляющей работа полководца включала и безусловные обязанности, вытекающие из самих законов войны — и они были исполнены. Солдатам было приказано прекратить строительные работы и приготовиться к бою, а к отрядам Оррина и Проходимца Пятого, находившимся на вылазках за пределами долины, были посланы гремлины-гонцы с новыми инструкциями. Понимания, как именно будет работать план Александра, у Кристиана по-прежнему не было, но он попытался подстроиться под него и извлечь наибольшую выгоду, если все пойдет как надо: разведчикам было приказано не возвращаться в Фейрфезер, а укрыться в лесах, чтобы затем перекрыть путь к отступлению неприятельской армии, когда и если та спустится в долину с южного склона... К сожалению, у него не было двух других отрядов, чтобы повторить этот же трюк на севере — а посылать кого-то сейчас было опасно, да и поздно. Оставалась также возможность подкопа — излюбленный метод атаки нигонцев, к коему они прибегали не раз и не два — но хороших мер борьбы с ним пока не было придумано. Разве что верить, что «‎святая земля» не даст троглодитам себя прокопать... Полностью опустошенный и мало чего добившийся за день (скорее были достигнуты отрицательные результаты), командующий отправился к себе в комнату. Там его ждал сюрприз, не слишком неожиданный — скомканное одеяло лежало на кровати бугром (он точно помнил, что утром застилал постель), будто бы совершенно ничего под собой не скрывая... Это, видимо, соответствовало представлениям одной неугомонной змеедевушки о засаде. Едва он приблизился, как одеяло распахнулось и под ним обнаружилась совершенно голая красавица-нага. - Командующий, как ты посмел заставить меня ждать?! - он слишком устал, чтобы уклоняться, и в результате его сразу же сцапали и затащили в постель. Величественная воительница нависла над ним, окружив со всех сторон клеткой из рук — а сверху прямо на него смотрели ее возбужденные, жаждущие ласк достоинства... - Разве я плохо сторожила тебя сегодня? По-моему, тебе следует меня возблагодарить! - Ваше Величество, вы чудесны... - он протянул руку и потрепал ее по макушке — удивительно, но именно этот невинный жест вогнал бесстыжую королеву в краску. - Почему ты делаешь так? Ребенком меня считаешь? - Мне просто нравятся ваши волосы... - даже после всех бесчисленных комплиментов, которыми он ее осыпал, она оставалось такой же падкой на лесть — и сразу же наклонилась ниже, так что русые локоны упали Кристиану на лицо. Он взял их рукой и поцеловал, чем угодил своей простодушной любовнице еще больше. - Кажется, в них-то ничего особенного нет... - смущенно пролепетала та. - Тебе бы стоило похвалить узоры на моем хвосте — вот они действительно уникальны... В итоге она наклонилась еще ниже, прижимаясь к нему, и вышла из безопасной зоны — руки рыцаря немедленно легли ей на талию. - Так это была ловушка? Какая подлость! - нага дернулась было, чтобы обвить его, но он и тут ее опередил, поймав кончик хвоста ногами. Ей ничего не стоило вырваться, однако вместо этого она радостно признала свое поражение и рухнула ему на плечо, словно туша добытого зверя. - Ты такой злодей, командующий... Криганской королеве стоит быть осторожной, чтобы однажды не стать твоей жертвой! - Вряд ли я бы сладил с целой криганской королевой... - фыркнул рыцарь. - Я бы помогла тебе ее одолеть... Только чтобы сделать чучело — в постели тебе и одной королевы должно быть достаточно! - она с упреком боднула его в грудь. - Разве вы видите, чтобы я приглашал сюда кого-то еще? - Ну так чего ждешь-то? - нага брыкнулась еще раз — не для того, чтобы освободиться, а скорее чтобы напомнить, что держать ее следует крепче. - Поймал меня — решай, как будешь использовать! «‎Кто бы мог подумать, что у такой тиранки окажутся такие фетиши...» - так или иначе, лишь благодаря Рейнельде этот день не оказался для него полностью загублен и он смог провести ночь без кошмаров о сжигаемых заживо девушках... Ну а назавтра начали приходить выжившие — а с ними и известия о результатах вылазки... Выяснилось, что он беспокоился не совсем за ту сторону. Ведьма оказалась крепким орешком и даже близко не подпустила псевдовойско охотников к своему дому. - Там был жуткий вихрь — не подступиться... Огонь и снаряды со всех сторон. Без ее помощи они бы такого не смогли сделать! - такими словами описал побоище разбитый аббат. Из более чем ста ушедших с ним спастись удалось лишь десятку мирян и четверым монахам, включая самого Ингэма... Теперь можно было возмущаться и кричать, что он предупреждал, но Кристиан за ночь успел успокоиться и посмотреть на ситуацию с другой стороны. Хорошего решения так и не нашлось — но Ингэм принял плохое, избавив от этой необходимости самого командующего — ведь в итоге атаку на криганский лагерь все равно пришлось бы планировать. Помимо репутации, аббат сберег ему жизни разведчиков, а скорее всего еще и полуроты копейщиков, что непременно погибли бы в попытках отыскать бреши во вражеской обороне... Теперь же у Кристиана была вся необходимая информация и не было сомнений: ведьма точно была врагом, а криганцы точно имели гарнизон и лагерь в окрестностях ее домика — вместе все это выглядело, как самая аппетитная цель во всей области. Воспользоваться этими данными он собирался немедленно — неизвестно, утратят ли криганцы бдительность из-за легкой победы, а вот усилить оборону попытаются совершенно точно — если не добить их раньше. И в этом деле ему все еще могла пригодиться помощь фанатиков: - Что ж, святой отец, - ответил он настолько спокойно, что Ингэм даже отпрянул. - Теперь попробуем сделать это правильно.