Рассвет потухших грёз

Наруто, осторожно перепрыгивая довольно-таки большие расстояния, спешил к Хокаге. Он надеялся, что она уже проснулась, и он сможет, наконец, рассказать, точнее, показать то, что взвинтило его до запредельных высот. Идти вместе с Саске, Сакурой, ребенком и остальной частью команды в лагерь было бы очень глупо. Поэтому все более или менее терпеливо ждали рассвета, чтобы Узумаки смог привести Цунаде, а не они шли к ней. Сакура сомневалась, что Принцесса вот так возьмёт и пойдет в лес, из-за того, что Наруто будет на этом настаивать, крича и активно жестикулируя, но приняв в расчет настойчивость сокомандника, куноичи поняла, что скоро Сенджу будет здесь. Дрожь неприятным холодком пробежала по спине от мысли о скором возвращении джинчурики с главой её деревни. Зная крутой нрав учителя, розоволосая опасалась за Саске и Наруто. Конечно, в любом случае им обоим достанется, но ведь Учиху она может прикончить со спокойной совестью. Посмотрев на Даичи, зеленоглазка занервничала ещё больше. Да, Цунаде знала о её беременности, о том, что она родила, но вот когда увидит, как всё-таки отреагирует? Сакура, прикрыв глаза, постаралась не думать об этом, чтобы заранее не накручивать себя. Немного хотелось спать, но утренняя прохлада бодрила так, что девушка стала немного дрожать. Тёплый плащ опустился на плечи куноичи почти бесшумно. Повернув голову, Сакура немного испуганно посмотрела на Саске, который собственно и укрыл её. На его лице, как и всегда, не было никаких эмоций. Розоволосая могла лишь гадать, что творится у него внутри. Также она понимала, что ведут они себя очень глупо. Скрывают эмоции, чувства, делают вид, что безразличны друг другу, хотя в поступках раскрывается совсем другое отношение. Сакура думала, что там, в плену, смогла разлюбить жестокого нукенина после того, что он пытался сделать и что сделал, но этого не произошло. Просто её любовь «выросла», давно перестала быть обожанием, и, наконец, пришло понимание. Ей снова хотелось помочь ему. Помочь научиться жить нормально, ведь он привык быть преступником, скитаться, не иметь дома. Это также нужно было ей самой, чтобы зажили старые раны, чтобы она смогла дышать свободнее и отблагодарить за своё освобождение и освобождение сына, как бы странно это не звучало. Она надеялась, что наладив свою жизнь, Саске «отпустит» её. Еле заметный шелест травы и знакомая чакра быстро отрезвили Харуно. Ошибки быть не может – Наруто смог вытащить Хокаге. Вероятнее, все остальные скрыли свою чакру, но розоволосая знала, что ей это ни к чему. Поднявшись, куноичи непроизвольно стала впереди Саске, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Учиха, нахмурившись, сделал несколько шагов вперед, не позволяя девушке прикрывать его. Время в сознании розоволосой замедлилось до невозможного состояния. Последние шаги и вот она уже видит Хокаге. Зрачки женщины расширились от удивления, когда она увидела находящихся на небольшой поляне, ладони сжались в кулаки, губы превратились в тонкую полоску. Сенджу и не предполагала, что Наруто вытащил её невесть знает куда именно из-за этого. В голове санина сразу сложилась тысяча вариантов событий, но четкой единой картины происходящего у неё не было. - Наруто, потрудись объяснить, что всё это значит? – Цунаде так просто не собиралась верить увиденному и так же старалась не смотреть в глаза Учихи, в которых ещё не горел красным пламенем шаринган. - А что тут непонятного? Саске возвращается в Коноху вместе с Сакурой-чан и-и-и… их сыном, и его командой, - Узумаки пытался не выдать напряжения, что буквально сковало его тело. Парень говорил серьёзно и уверенно, без намека на шутку и юмор в целом. – Он будет на нашей стороне. - Вы думаете, что отступник деревни, преступник мирового масштаба, может так запросто вернуться? – санин злым взглядом сверлила брюнета. К такому повороту событий она, мягко сказать, была не готова. Однако очень часто ей приходилось принимать сложные решения за короткое время. Скорее всего, это тот самый случай. – В самом лучшем случае, я должна заключить его под стражу, чтобы проверить. А потом, спустя несколько лет, когда мы сможем убедиться, что… - Да какие несколько лет? – джинчурики взорвался подобно вулкану, который копил силы очень много веков, и вот час настал. – Саске нужен нам, чтобы выиграть, он такой же житель деревни, как и все остальные, он возвращается вместе с Сакурой-чан! Какой там проверить?! – блондин не мог удержать бурный поток слов. Он столько лет пытался вернуть друга домой, сдержать данное подруге обещание, он хотел теперь, видя всю ситуацию, чтобы его друзья были счастливы… вместе. Он был готов пожертвовать своим чувством, чтобы они жили нормальной жизнью, а тут дурацкие условия. Неужели бабулька не хочет верить ему?! - Не забывайся, - Сенджу стиснула зубы, прекрасно понимая состояние Наруто. Она хотела вери… верила ему. Верила и Сакуре, которая стояла немного позади Учихи. Женщина чувствовала свою вину перед ученицей. Она обещала, что защитит её, но не смогла это сделать. Из-за неё она попала в плен к преступникам. Теперь же Харуно, которая вроде недавно была маленькой, наивной девочкой, стоит перед ней с ребенком на руках. Своим ребенком. – Решение не зависит полностью от меня. Я должна буду сначала заключить Учиху и его команду под стражу, а потом поговорить со старейшинами и Каге о решении его дальнейшей судьбы. - Причём тут другие Каге и стариканы? – блондин срывался на крик. – Хокаге нашей деревни – ты! Только тебе это решать. Старейшины сидят в холодке и бездействуют, пока мы сражаемся и теряем своих людей. А вместе мы сможем быстрее прекратить эту войну! - Если ты ещё раз будешь на меня кричать, я размажу тебя по земле, - блондинка была готова выполнить угрозу сейчас же. – Как я понимаю, - женщина обратилась к Саске, - Сакуру с ребенком по-хорошему ты не отдашь? - Она может вернуться к вам в любую секунду, - брюнет сделал шаг в сторону, освобождая розоволосой дорогу к Хокаге. – Я не держу её. Все взоры обратились к матери с ребенком на руках, который уже недовольно ёрзал, вероятно от громкого голоса блондина. Девушка знала, что от неё все ожидают ответа. Сейчас надо было показать своё отношение к происходящему. Куноичи боялась смотреть на кого-то прямо, но краем глаза видела, что даже Саске искоса смотрит на неё. Как бы она не поступила, кого-то ей придётся обидеть, если так вообще можно выразиться. Если останется рядом с Учиха, то подорвет свое доверие в глазах Цунаде-сама, если уйдёт к Хокаге, то оборвет окончательно тонкую нить между собой и Саске. Ирьёнин боялась ошибиться, сделать больно кому-то из родных людей. В чёрных, казалось бы, ничего не выражающих глазах, она все же что-то видела. Видела, что и он тоже находится на грани, которую придется пересечь ей. Он не будет страдать, если она покинет его, но тогда ему нечего будет терять, кроме доверия и веры в него Наруто. Девушка сделала шаг вперед. Ей самой казалось, что сердце перестало биться. Ещё один шаг – дыхание напрочь исчезло. Третий шаг. Теперь она поравнялась с Саске, находясь в полушаге от него. Прошло десять секунд… двадцать… все ожидали от неё дальнейших действий, но куноичи застыла на месте. Решение далось ей очень трудно, но жалеть о чём-либо она не смела. Сакура, поборов себя, посмотрела в глаза наставницы. В карих глазах не было никакого упрека, презрения, обвинения в измене. Женщина просто приняла её решение как должное. Опустив глаза, девушка ощутила, как часть напряжения была скинута с сердца, так же она смогла почувствовать, что и Саске будто успокоился, или ей уже казалось всё от переизбытка разнообразных чувств. - Почему ты решил вернуться в Коноху? Какие цели преследуешь? – Цунаде продумывала свои дальнейшие действия, получая информацию и оттягивая время принятия окончательного решения. - Я хочу исправить ошибки, - спокойный голос брюнета вызывал некоторое недоверие, но едва заметные колебания чакры красноречиво говорили Карин о некотором его волнении. Вся остальная команда Така просто ожидала вынесения вердикта Хокаге, не вмешиваясь в разговор. - Чьи? – немного каверзный вопрос должен был хоть немного, но заставить Учиху показать истинные эмоции. - Свои и те, что допустил мой клан, - Саске спокойно, без лишнего промедления, ответил на вопрос. - И для этого ты готов сражаться против людей из своего же клана? – санин осторожно прощупывала почву, делая для себя определенные выводы. - Да, - невозмутимость брюнета немного бесила Сенджу. - Почему сейчас ты хочешь сражаться на стороне Альянса, а значит и нашей деревни? Деревни, которую ты сам же предал, - женщина с каждым ответом Саске всё более начинала склоняться к одному из решений ситуации. - Потому что сейчас мне есть кого защищать в Конохе, - Учиха проговорил фразу не называя имён, но надеялся, что те, кому он её адресовал, поняли его. Хокаге незаметно изнутри прикусила губу, взвешивая все «за» и «против». Вероятно, ей придется много потом выслушивать от старейшин о безалаберности и халатности, Каге тоже будут не в восторге. Совсем не в восторге. Цунаде предполагала, что более бурно будет негодовать Райкаге. Однако Наруто прав – именно она Хокаге Конохи и с её решением должны считаться остальные. - Я разрешаю вернуться тебе и твоей команде в Коноху, - многие из присутствующих слушали Принцессу с замиранием сердца. – Только потому, что верю Сакуре и потому, что Наруто не ошибается в людях. Я запрещаю тебе активировать шаринган в лагере, также вы должны быть постоянно у меня на виду. Ясно? Саске кивнул, давая ответ за всех. Хокаге, развернувшись, пошла в сторону лагеря. То, что она повернулась спиной к бывшему преступнику, - значило многое. Ниндзя уверенно последовали за санином. *** Сакура чувствовала себя редким товаром на рынке. Удивленные, испуганные, недоумевающие взгляды с ног до головы разглядывали группу шиноби, которую возглавляла Хокаге. Многие хмурились, показывая своё недовольство, но только делали это за спиной. Никто не мог понять, почему преступники так спокойно, не связанные идут через лагерь. Вслух никто ничего не высказывал. Лишь кое-где разносилось роптание. Цунаде знала, что теперь ей предстоит тяжелый разговор. Очень тяжелый. Женщине было необходимо морально подготовиться. Однако благодарные взгляды команды №7, когда она вынесла вердикт, удостоверили её в том, что она не ошиблась. Ей не хотелось снова терять людей, к которым она всё-таки невольно привязалась. Наруто не позволил бы ей убить Саске и потом, вероятнее всего, пошел бы за ним, пытаясь убедить в том, что понятно лишь ему одному; Сакура бы страдала из-за них обоих, не имея возможности отправиться вслед из-за сына. Цепочка могла бы потянуться ещё дальше, но Сенджу хотела прервать вереницу боли, потерь, смертей. В самом Учиха Хокаге не была уверена, но вот Наруто… Он разбирается в людях гораздо лучше других. Собрать совет Цунаде не успевала. Она знала, что скоро будет новая волна нападений, поэтому стоило предпринять меры. Санин решила, что Саске вместе с Наруто пойдёт в первую же битву, чтобы расставить всё по местам. Там и прояснится ситуация. Вряд ли шиноби в маске отпустил бы Саске, скорее всего, младший Учиха сбежал, прихватив с собой Сакуру и ребенка. По их действиям можно будет понять цели, которые они избрали. Дойдя до главного помещения в лагере, в котором временно обосновалась Хокаге, шиноби остановились. Сакура зажмурила глаза, пытаясь прогнать волнение. Вроде бы все самое страшное позади, но она снова волнуется перед встречей с товарищами. Девушке бы очень хотелось увидеть родителей, обнять их, сказать, что теперь всё будет хорошо, попросить прощения, но она знала, что здесь их не будет. Куноичи боялась, что её не примут, что она для всех стала чужой и, возможно, опасной, потому что долго находилась в плену у преступников. Зеленоглазка была очень благодарна Наруто за то, что он сделал для них, ей снова хотелось обнять его, чтобы он защитил её от всех. - Они там, - Цунаде кивнула в сторону здания, беря из рук ученицы ребенка, который уже сонно потирал глазки. – Иди. Розоволосая умеренным шагом вошла в помещение, слыша, что остальные проследовали за ней. Вероятно, на первом этаже находилась комната, где ниндзя могли отдыхать в перерывах между боями, потому что Сакура отчетливо слышала голоса, которые частенько сливались в общий гомон. Досчитав про себя до трех, Харуно открыла дверь и шагнула внутрь. Как только её заметили, голоса начали стихать. Ирьёнина знали многие, но большинство понятия не имело о причинах её отсутствия. Замолкали лишь потому, что видели, как куноичи беглым взглядом осматривает толпу, будто ища кого-то. Тишина установилась и из-за того, что позади девушки, рядом с Наруто, стоял Учиха. Сакура и опомниться не успела, как на неё кто-то налетел, крепко обнимая. Зажмурив глаза, розоволосая почувствовала такой знакомый цветочный запах. Девушка была уверена, что он останется с её подругой навсегда. Теперь не сомневаясь в личности человека, обнимавшего её, она также обняла в ответ. Ино пыталась со всей силы, что у неё была, обнять подругу, чтобы убедиться в том, что это правда она. Яманака просто поверить не могла в происходящее. Слёзы непроизвольно лились из глаз, хоть девушка и пыталась их сдерживать, но когда блондинка почувствовала, как кожа у виска так же намокла от слез подруги, бросила все попытки взять контроль над своими чувствами. К чёрту эти правила ниндзя, неустанно выполняя которые можно стать лишь орудием убийства. Сакура же тоже плакала, и сейчас Ино вообще не считала её из-за этого слабой. - Как ты? – голубоглазая знала, что вопрос звучит глупо в такой ситуации, но ей надо было убедиться, что с подругой хоть относительно все нормально, что она не сломалась. Девушка потеряла отца на этой проклятой войне и не была уверена, что сможет перенести ещё хоть одну смерть близкого человека. Подруга же была для неё сейчас отдушиной, той, которая вселяла надежду, была частью её счастливого детства. - Всё хорошо, Ино, всё хорошо, - Сакура еле заметно поглаживала светловолосую по спине. - А я совсем не знала, когда увижу тебя после… после… я совсем отчаялась, - Ино боялась говорить о своей беде. Боялась, что боль станет ещё сильнее. Девушку перестало волновать то, что происходит вокруг. Она больше не могла играть в сильного шиноби, которому чужды чувства. Да и из присутствующих мало кто мог обвинить куноичи в слабости. Она молода, а уже так же участвует в войне наравне с остальными, как и её сверстники. Шиноби переводили взгляд с девушек на Учиху, позади которого теперь можно было видеть Хокаге. Увидев главу, многие немного расслабились, но не теряли бдительности. - После чего? – розоволосая не знала, что могло произойти. В какой-то степени она боялась ответа, но без него ничего понять. - Папа… па-па… он погиб, - голубоглазая прошептала это очень тихо. Как только до Сакуры дошел смысл слов, то она сильно вздрогнула, так, что плащ, которым её укрыл Саске, слетел на пол. – И Шикаку-сан тоже. Теперь зеленоглазка понимала, почему подруга сорвалась. Война отняла у неё родного человека, и у Шикамару тоже. Погибло много неизвестных ей шиноби, а она не выполняла свой долг медика. За это время она бы успела многих спасти, но не была там, где должна была быть. Крепче обняв подругу, розоволосая искала слова утешения, но сейчас они уже были бесполезны. - Я не знаю, как скажу это маме, - Ино притихла. Вероятно, слёз у неё уже не осталось. - Мы справимся. Справимся, обещаю. Мы обязаны выиграть войну ради тех, кто погиб, - Харуно понимала, что подругу нужно утешить, успокоить, иначе она не выдержит больше всего этого ужаса, хаоса, смертей. Они должны держаться друг за друга, поддерживать, потому что обе оказались не готовы к такому жестокому кровопролитию. - Мне хочется верить, хочется, Сакура, - Яманака одной рукой утирала слёзы. – Прости, что расклеилась, тебе же тоже было плохо, всем нам плохо. Да и не одна я тебя ждала и скучала, - светловолосая отошла в сторону, а Харуно быстро стала стирать мокрые дорожки со щёк. Недалеко от них стояли немного удивленные Сай, Хината, Шикамару, Тен-Тен, Ли и Киба. Художник неуверенно сделал шаг вперед, но розоволосая, опередив его, подошла быстрее и обняла. Парень все ещё не мог разобраться во всех чувствах и не понимал, что двигало его сокомандницей. Наруто показывал Саю какие-то знаки и с помощью выражения лица пытался что-то донести до него. Разобравшись в немом сообщении блондина, анбувец в ответ обнял Харуно. Вообще-то он сомневался, стоит ли это делать, ведь может нарваться на крупные неприятности в виде сокрушительного удара девушки. Однако зеленоглазая не предпринимала никаких попыток для избиения товарища, поэтому брюнет чуть сильнее прижал к себе подругу. Он тоже скучал по ней. Теперь, когда он видел воскрешенного брата, когда исчезла одна из печатей, парень легче осваивал человеческие чувства и эмоции. Сейчас с уверенностью мог сказать, что скучал по Сакуре. Без неё было слишком тихо, а рядом с Наруто он особенно остро чувствовал её отсутствие. Она, как и Наруто, стала его другом, старалась принять таким, какой он есть, и помогала заново осваивать разнообразный и непонятный для него мир, частенько отвешивая подзатыльники, чтобы доходило быстрее. Саске закрыл глаза. Ему совершенно не нравилась эта картина. Он не знал, что связывает этих двоих, а ещё память услужливо подкинула тот момент из прошлого, когда он сжёг её рисунок, на котором она нарисовала шиноби заменившего его в команде. Это был именно он. Учихе нестерпимо захотелось сжечь его с помощью Аматерасу, чтобы он больше не смел к ней прикасаться. Теперь, когда она согласилась остаться с ним, то негласно дала бывшему нукенину права обладания на себя. Все мосты сожжены. Саске понимал, что отныне даже силой будет удерживать её и Даичи возле себя. - Мы скучали, Сакура-чан, - до слуха обладателя шарингана донёсся тихий девичий голос. Открыв глаза, он увидел, что Сакуру теперь обнимает темноволосая девушка. - Всем собраться и быть наготове, - Хокаге, дождавшись окончания встречи ученицы с товарищами, обратилась к шиноби, отдавая Даичи матери. – Возможно, скоро снова будет нападение. Шикамару, пройди в мой кабинет, - отдала последнее распоряжение женщина и, развернувшись, жестом показала Така и Наруто также идти за ней. Сакуру же она отправила во временный госпиталь, где было несколько жилых комнат. Сенджу ещё не знала, какие последствия могли нести за собой роды, поэтому запретила Харуно приниматься за работу, тем более что некому будет следить за ребенком. *** Хокаге была права. Уже в полдень враг снова начал атаковать. Шиноби Альянса ещё до этого успели занять нужные позиции. Тяжелая, мрачная, казалось уже привычная для всех атмосфера, непосильным грузом давила на плечи. Многие были просто измотаны и не только физически, но и морально, духовно. Смерти близких, друзей подрывали веру в победу. Искореженные, обожженные тела, что невозможно было узнать личности пострадавшего, въедались в память страшным кошмаром. Многие умирали до того, как успевала прийти помощь, некоторые перерезали себе горло, чтобы не корчиться в муках. Саске не мог поверить, что война – это острая необходимость. Не мог поверить, что сам был в числе нападавших, убивающих, что также рушил чьи-то жизни, калечил судьбы. Вот почему Итачи, ребенком увидевший войну, такой дорогой ценой пытался избежать её. После войн, многочисленных сражений, на земле остаются незаживающие шрамы, как упрёк всему живому. Человеческая природа очень сложна и полна противоречий. Это Учиха знал по себе. Многое зависит от пути, который ты изберёшь, но ещё больше зависит от того, с кем ты будешь идти. Итачи пришлось нести груз в одиночку, он не требовал признания, а хотел мира для людей, хотел спокойствия, которого у него самого не было. Брат для сохранения его жизни переступил через себя, убил родителей. Родители. Отец признал его лишь незадолго до своей смерти, а мама всегда была рядом с ним и постоянно поддерживала. Для Саске мама навсегда останется образцом материнской любви, образцом идеальной жены. Её тепла так не хватало рано осиротевшему мальчику. Сейчас у него самого есть сын. Теперь он и мысли не допускал о том, что Даичи не его ребёнок. Но каким он будет для него отцом? Саске не хотел вести себя так же, как и Фугаку. Его отец уважал силу, потенциал, заложенный в шиноби, а не личность. В том, что Сакура будет хорошей матерью, брюнет уже убедился, но вот как насчет хорошего отца? Сможет ли он побороть себя? Со временем потомок великого клана понял, что до жестокости, насилия, опускаются лишь слабые, малодушные люди. Чтобы быть за справедливость, идти по правильному пути, нужно постоянно бороться с самим собой. Каждый раз находить силы, чтобы встать с колен и подняться на ступень выше, а не упасть в пропасть. Наруто смог остаться верным себе и своему пути. Более того смог поднять других, вселил веру в свои силы, надежду в счастливое будущее. В детстве Саске считал его хвастливым болваном, неспособным действовать, а теперь Узумаки для всех является образцом стойкости и неиссякаемой энергии. Даже сейчас блондин стоял с немного прищуренными глазами, уверенно смотря вперёд. Учиха знал, что теперь Тоби и Мадара будут атаковать в полную силу, чтобы довести свой план до конца. Их же задача помешать им. «Око Луны» не должно поглотить мир. В своем сокоманднике брюнет был уверен, зная, что командная работа всегда была у них на высоте. Узумаки сейчас думал почти о том же. Несмотря на смертельную опасность, что грозила всему миру шиноби, он был на удивление спокоен. Саске и Сакура снова рядом, а уж он постарается сделать всё возможное и невозможное для победы над врагом. - Наруто-кун, - голос Хинаты, стоявшей рядом, был на удивление твёрдым и уверенным, что джинчурики тут же повернулся к подруге, - я прошу тебя, не рискуй зря. - А-а-а, Хината, - блондин нервно начал чесать затылок, - да всё нормально… - Ты не понимаешь, Наруто-кун, - девушка с болью смотрела в любимые голубые глаза. – Тебе ни в коем случае нельзя умирать. Ты наша надежда. И… я не вынесу ещё одной смерти близкого человека. - Ладно, но я не могу стоять в стороне, когда все мои друзья сражаются, - шиноби шагнул к девушке и положил руку на плечо. – Ты ведь это хорошо понимаешь. - Но… но… я не вынесу, - Хьюга начала мотать головой из стороны в сторону, словно стараясь избавиться от наваждения, - если с тобой что-то случиться, Наруто-кун, то я… - брюнетка замолчала на некоторое время. – Я люблю тебя, Наруто-кун. Прошу, будь осторожнее, - девушка на долю секунды прижалась к губам любимого человека, а потом быстро убежала, занимая свою позицию, оставляя ошарашенного парня наедине со своими мыслями.