Инь-ян

Проснувшись утром, Роджа я рядом не обнаружил. Однако льющаяся в ванной вода и веселое насвистывание заставили меня облегченно выдохнуть. Я понял, что сделал все правильно. Мы не возвращались к поднятой ночью теме, и вели себя как ни в чем ни бывало. День выдался солнечным, и после плотного завтрака мы приступили к работе. Сегодня он снова рисовал меня со спины. Я удобно устроился на лежанке, подперев голову рукой и неспешно листал журнал про автомобили, которые были моей страстью. Я настолько увлекся чтением, что не услышал, как Фредди тихонько подошел сзади. И потому вздрогнул, почувствовав прикосновение кисточки к спине. Я уронил журнал и хотел было обернуться, но Фредди настойчиво удержал меня за плечо: -Тшшшш… Не двигайся. Я хочу рисовать тебя не только на холсте… — прошептал он, осторожно выпрямляя мою руку и укладывая на лежанку полностью. Я опустил голову и замер. От прикосновений кисточки к спине по мне пробежали мурашки размером со слона. Фредди медленно водил своим инструментом по позвоночнику, обрисовал лопатки, плечи, поясницу. Эти прикосновения можно было бы сравнить… не знаю с чем. Мне не с чем было их сравнивать, ничего подобного я не испытывал. Они были приятны и приносили новые, не испытанные ранее ощущения. Я начал периодически легко вздрагивать, когда мягкая кисть касалась особо чувствительного места. Фредди спускался все ниже, тщательно обрисовал ямки над ягодицами и неожиданно провел кистью по копчику. Я вздрогнул от неожиданно мощной волны возбуждения, пробившей тело. А художник продолжал свою картину: подолгу щекотал каждую ягодицу, снова и снова проводя пушком по ложбинке, каждый раз опуская кисть все ниже. А меня все сильнее охватывало возбуждение. Я с удивлением обнаружил свой напрягающийся член. Чем ниже Фредди задевал ложбинку, тем сильнее мне хотелось отставить ногу, чтобы открыть ему доступ глубже. В итоге я не выдержал, и согнул ногу в колене. Чуткая ласка тут же юркнула изучать новое пространство. Прошлась мягкой полоской по промежности, пощекотала яички. Ровными, размашистыми мазками начала вырисовывать узоры на внутренней стороне бедер. Меня уже просто трясло от возбуждения. Член истекал смазкой и дергался на каждое прикосновение. Я не выдержал, застонал и перевернулся на спину. На Фредди я не смотрел, я просто отдался ему. Теперь кисть начала «рисовать» мою грудь, живот, тщательно выразила пупок и соски. Я даже не знал раньше, что они у меня настолько чувствительны. Еще немного поизучав меня, кисть наконец прикоснулась к торчащему колом члену. Я вздрогнул и застонал. Мягкая ласка стала «рисовать» ствол тщательно-каждую венку, каждую впадинку и выпуклость. Я дрожал и стонал, даже не в силах поверить, что бывают такие ощущения. -Фредди…- выдохнул я между стонами. — Я кончу сейчас… -Тогда я тебе помогу. Как только горячая и твердая ладонь обхватила мой член, я пару раз толкнулся в нее и брызнул фонтаном, перепачкав себе всю грудь. И замер, не решаясь открыть глаза. Но почувствовал дыхание Фредди на своей щеке. Он провел чистой рукой по моим волосам, легонько прикоснулся пальцем к уголку губ и тихо вышел из комнаты, давая мне время прийти в себя. Так начались наши отношения. Конечно, я очень бережно и осторожно подводил Роджера к искусству однополой любви. Он был очень зажат по началу, всего стеснялся, вздрагивал даже от легкого случайного моего прикосновения. Но я не спешил. Ненароком шлепал по крепкой попе, проходя мимо, отчего Родж становился пунцовым, обнимал его при встрече или прощаясь, долгим движением пальца стряхивал крошку с его щеки, заботливо раздевал его и укладывал спать, когда он приходил пьяненьким. И Роджер помалу поддавался. Он все меньше стеснялся объятий, стал даже порой чмокать меня в щеку, уходя. Пару раз будучи навеселе даже лез целоваться на полном серьезе, но я хотел чтобы наш первый раз был трезвым и ясным, дабы запомнить этот момент. Я терпеливо ждал, пока он сам дозреет. Как-то я лежал в ночи без сна, обдумывая планы на будущее, как вдруг приоткрылась дверь и в комнату скользнул силуэт Роджа. Он тихонько подкрался к моей кровати, думая наверняка, что я сплю, и осторожно лег рядом. Я не шевелился, боясь спугнуть его, наблюдая из-под прикрытых век. Он тихонько стал пододвигаться ближе и ближе, осторожно прижался носом к моему плечу и обнял рукой. Я повернул голову и наши глаза встретились. -Роджи? Ты чего не спишь? Что-то случилось? — шепотом спросил я. Он прижался сильнее, зарываясь носом в мои волосы. -Да, Фредди. Мне кажется я готов… готов попробовать. Я перевернулся на бок лицом к нему, прижал к себе, поглаживая по спине и ягодицам. Он был полностью обнажен, значит действительно знал, на что шел. Он стал водить пальцами по моему лицу, очерчивая скулы и касаясь губ. Я поймал ртом его палец и стал медленно посасывать, смотря прямо ему в глаза. Наблюдая, как в них поднимаются синие волны похоти. Родж резко вытащил пальцы и сам прижался губами в поцелуе. Он был долгим- сперва осторожным и нежным, все распаляясь, входя в страсть, в ход пошли языки. Я прижимал изящное тело все крепче к себе, затянул одну его ногу на себя и стал поглаживать его по бедрам, будто невзначай задевая промежность и покрытую легким пушком ложбинку меж ягодиц. Пару раз задержав там пальцы, я слегка давил на его анус, чувствуя, как он сжимает мои пальцы. Он был горячим и хотящим. Мой ствол упирался ему в бедро, и я покачивался вперед, пачкая смазкой кожу. Осторожно уложив Роджа на спину, я встал над ним на четвереньки и стал зацеловывать его тело. Посасывая и легонько прикусывая, задерживаясь на особенно чувствительных местах, я спускался все ниже, пока не ткнулся носом ему в пах. Шумно втянул его запах, задевая щекой напрягшийся член, собрал в ладонь подтянувшиеся яички и провел долгим движением языка по всему стволу. Родж сдавленно выдохнул, подаваясь навстречу. И я засосал его полностью. Причмокивая и постанывая, обливаясь слюной, я работал с его членом, чувствуя, как Родж весь дрожит, вцепившись пальцами мне в волосы, пыхтит и покачивается навстречу. Но мне не хотелось дать ему кончить просто так. Попутно я стал осторожно смазывать слюной сжатое колечко, помалу проталкивая внутрь пальцы. Родж не сопротивлялся, он доверился мне, я это чувствовал. Он просто парил где-то среди звезд, утопая в возбуждении и удовольствии. Почувствовав, что пальцы уже довольно свободно двигаются, я выпустил член изо рта, и потянулся за поцелуем. Впившись в мои губы, Родж терся членом о мой живот, выпрашивая продолжения. И я осторожно приставил головку к приоткрытому колечку. И двинулся вперед. Член неожиданно легко проскользнул. Родж дернулся, еще сильнее впиваясь в мой рот, и царапая мне спину. Я осторожно входил, стараясь причинить как можно меньше боли. Но Роджа она уже, похоже, не беспокоила и не пугала. Он сам стал покачиваться мне навстречу, насаживаясь на меня. Он закинул на меня ноги, будто стараясь раствориться во мне. И я начал двигаться. Сперва плавно, все ускоряясь, пока не сорвался в бешеную скачку. Родж вскрикивал, когда я отрывал губы от его рта, тут же тянулся за новым поцелуем, царапался и громко пыхтел-казалось он превратился в одну сплошную эрогенную зону. Я даже не ожидал от него такой похоти и страсти в первый раз. Мы растворились друг в друге. Роджер кончил от того, что я прижал животом его член. Я тут же излился следом и упал на не него, стараясь отдышаться и вернуться на землю. Он долго не выпускал меня из объятий, будто боялся, что я исчезну. Наконец я сам осторожно сполз с него и привлек к себе. Он свернулся влажным лохматым клубком в моих объятиях и мы разом провалились в сон.