Защита

— Повезло, что мы вовремя помирились. Иначе мне бы пришлось справляться без тебя, не так ли? — Действительно. — Гермиона… — Нет. На твоём месте я бы не стала продолжать эту фразу. — Я просто хотел поблагодарить тебя за то, что помогаешь мне. — Я ни капли тебе не верю, но ты ловко заглаживаешь вину. Рон усмехнулся, и они продолжили чистить картошку, которая валялась в раковине. Была среда, и настала очередь Рона принимать гостей. Гермиона пришла помочь ему с приготовлениями, в то время как Драко воспользовался возможностью, чтобы свалить и сделать, она понятия не имела что. Между ними поселилась какая-то странная неловкость с того самого утра, когда она проснулась совершенно одетая в постели и догадалась, что, должно быть, заснула на диване, а блондин перенёс её в постель. С тех пор они друг с другом почти не разговаривали, и даже не обменивались колкими комментариями. Они перешли в режим игнорирования, и Гермиона не понимала, почему так смутилась о того, что он уложил её в постель. В конце концов, для неё это не имело никакого значения. — Где Пэнс? — спросила шатенка. — Она ходит с Блейзом по магазинам. Их пригласили на крещение через две недели. К слову, я об этом не задумывался, но если они идут, то Драко, наверное, тоже. Я мог бы остаться с тобой в этот день. — Или я могу остаться одна. — Гермиона! — Что "Гермиона", меня достало то, что я не могу побыть в одиночестве. Я почти забыла какого это. — Я знаю... но из-за того, что происходит… С момента обнаружения пули в конверте Гермиона почти каждый день получала письма и домой, и на работу. Причастные к этому лица были явно хорошо информированы, потому что никому так и не удалось добраться до них. Два аврора просидели перед домом целый день и две полные ночи, и, как назло, ни одного письма не подбросили. Каждый раз, когда они шли пешком, Драко был настороже, силясь обнаружить кого-нибудь, кто мог бы устроить слежку, но у него ни разу не получилось заметить хоть что-нибудь подозрительное. Гарри и Рону тоже было поручено искать людей, которые за ними следили, но, очевидно, те оказывались умнее их всех вместе взятых, что в высшей степени злило Драко, Гарри и Рона. В свою очередь, после долгих поисков Рон наконец-то нашёл оружейный магазин, который продал пулю. К сожалению, его ждал неприятный сюрприз, так как он понял, что владелец лавки был под Конфундусом, наряду с заклятием забвения. Он не смог вспомнить человека, который купил пулю, и журнал, в который записывают всё проданное, не был заполнен за тот день, вероятно, из-за последствий заклятия. Группу авроров и их главу постигло огромное разочарование. — Иногда мне просто хочется упаковать вещи, взять отпуск и уехать очень далеко. — Каникулы с Малфоем, делов-то. — Уехать очень далеко без Малфоя, Рональд! — Не пойму, почему вы упорно не хотите поладить. Посмотри на нас с Пэнси. И кроме того мы все в хороших отношениях. Ты обожаешь Тео, смеёшься с Блезом, тебе нравится Дафна, а Пэнси стала одной из твоих лучших подруг. И Драко подружился со всеми. Почему между вами того же не произошло? — Почему бы тебе не спросить у него. — Ты прекрасно понимаешь, почему я спрашиваю именно тебя. Гермиона лишь пожала плечами. Ей не хотелось объясняться.… Появление Пэнси и Блейза спасло её от инквизиторского взгляда Рона, и она наблюдала, как Блейз приближается к ним с "улыбкой сплетника" на губах. Он радостно потёр руки, собираясь сесть на табурет. — Угадайте, что я узнала сегодня? — Пэнси дорогая, чему сегодня тебя научил Блейз? — спросил Рон — Ну… — Пэнс, замолчи! Я расскажу! Если бы я тебе ничего не рассказал, ты бы так и не узнала, так что дай мне слово! — Ты каждый раз сам роешь себе яму, — прокомментировала Пэнси. — Короче! Угадайте, что. В прошлую пятницу Луна пригласила Тео посмотреть вместе с ней на метеоритный дождь. И он согласился. И они ушли в поле недалеко от дома её отца и провели там большую часть ночи... и нет, я чувствую, что этот вопрос повис в воздухе, но нет, они не занимались любовью среди диких трав. — Этот вопрос не висит в воздухе, Блейз! И знаешь что, думаю, тебе стоит подать заявление в "Ведьмополитен". В рубрику о сплетнях. — Он не гей, его не возьмут. — Да пошла ты, Пэнси! — Может, тебе стоит притвориться? Проведи один-два вечера с Драко, пососись с ним несколько раз, и дело в шляпе. — С Драко? Ты совсем с ума сошла, что ли. Это было бы похоже на поцелуй с братом. Фу! Ужас какой. — Тогда с Поттером? — Конечно, нет! И потом, я не хочу выдавать себя за гея. Геи мягкие и изящные, моя жизнь потеряет всякий смысл, если я больше не смогу грязно обругивать девушек, выдавать непристойные шуточки и чесать яички. — Я не знаю, что сказать, настолько меня огорчило отсутствие интеллекта в твоём мозгу. — Не хочу затмевать тебя, Гермиона. — Карта лести не работает со мной, ты отлично это знаешь. — Точно, я и забыл, что этот маленький трюк прокатывает только с Пэнси. — Забини, если бы ты знал, как… — Да, я в курсе, как сильно ты меня бесишь. Это безумие, но с тех пор, как ты начала спать только с Уизли, у которого отсутствует юмор, ты стала ещё более обидчивой, чем раньше. — Эй, у меня побольше юмора, чем у Перси! — запротестовал Рон. — Меня не представилась возможность встретиться с ним. Я опираюсь на то, что знаю. — Ты уже виделся с ним, когда он ещё был в Хогвартсе. — Наверное, забыл с тех пор... звиняй. — О чём говорите? — раздался вдруг голос Драко, который только что прибыл. — О твоих подавленных чувствах к Грейнджер и её к тебе, — ответил Блейз. Он получил подзатыльник от шатенки, которая зашипела сквозь зубы и обозвала его идиотом. Что до Драко, он пожал плечами и открыл холодильник, словно у себя дома. Он достал бутылку сливочного пива, которую откупорил, и подошёл к креслу, не забыв удобно устроить ноги на столе. Он откинул голову назад и облегчённо вздохнул. — Я нашла себе платье для крещения Эворы Руквуд, — сказала Пэнси, устраиваясь рядом с ним. — Блейзу удалось убедить тебя не брать что-то слишком открытое? — Мне не нужен для этого Блейз, я умею держать себя в руках. И это я помогала ему выбрать костюм, который отлично подойдет к платью Дафны. — М-м-м. — Моё, кстати, идеально сочетается с Тео, раз уж мой парень не хочет идти со мной. — Я в такие дела не лезу, — воскликнул Рон. Пэнси отмахнулась от его замечания и снова повернулась к Драко. Он увидел блеск в её взгляде, и осознал, в какое русло она собирается направить разговор, что ему совсем не понравилось. Если бы только он не выполнял задание, связанное с Грейнджер! Он выпил бы огненного виски. — Да, так, к слову, если ты не заметил, у тебя нет сопровождающего. — И что? Пойду один. — Ты не можешь идти один! Знаешь, вероятно, Тео захочет привести Луну. Тогда ты можешь пойти со мной. — Зачем Тео приводить Луну? Я что-то пропустил или как? Поняв свою оплошность, брюнетка поднесла руку ко рту и покачала головой. — Забудь. Ты должен найти кого-то, кто пойдёт с тобой. — У меня осталось две недели. — Которые пролетят очень быстро. Почему бы тебе не пойти с Гермионой? Вот и всё. Если честно, он за много километров почуял, как она подводила к этому вопросу. Выдавать такие чудовищные предложения было в репертуаре Пэнси. — Зачем мне отвечать на этот вопрос? Я не пойду с Грейнджер, потому что вижу её настолько часто, что не хочу, чтобы она приходила, да и она сама не горит желанием. — Откуда ты знаешь, что она не хочет идти? — Почему Рон не пойдёт с тобой? Вот, думаю, у тебя есть ответ. — Да вы просто зануды! Драко с отсутствующим видом кивнул и сделал глоток пива. Пэнси и её бессмысленные идеи... в самом деле. Тео пришёл следующим, вскоре после Луны, что вызвало немало красноречивых взглядов и маленьких улыбок, которых блондинка, казалось, не замечала. Гермиона собиралась затащить её в угол, чтобы расспросить о подробностях той пресловутой ночи во время звездопада, но прибытие двух последних гостей помешало ей. Невилл не смог выбраться в эту среду, и поэтому оставались только Поттер-Уизли, которые только что вошли. Яростный взгляд Джинни упал на неё, едва она ступила в комнату, и повисла тяжёлая тишина. Очевидно, вечер снова скатится в задницу… Рядом с Джинни Гарри выглядел паршиво. Огромная печаль воцарилась в его глазах и она усилилась, когда он увидел, что Рон положил руку на плечо Гермионы. — Гермиона, мне нужно с тобой поговорить! — ледяным голосом произнесла Джинни. Шатенка собралась ответить ей отрицательно, но почувствовала, что, если она это сделает, Джинни не станет стесняться и скажет то, что хочет, перед всеми. И в этом случае вечер наверняка пройдет не лучшим образом. Нехотя она последовала за рыжей в ванную и тут же скрестила руки в оборонительной позе. — Что за игру ты ведёшь? — набросилась Джинни. — Не понимаю, о чём ты. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я говорю. — Абсолютно нет. — Не держи меня за дуру. Почему ты помирилась с Роном, но не с Гарри? — Не знала, что господину нужен посыльный. Если у него есть что мне сказать, пусть приходит и сделает это лично. — О, пожалуйста, Гермиона. Ты отказываешься даже смотреть на него. Ты хоть понимаешь, что он чувствует? — Понимал ли он, что чувствовала я, когда он сделал со мной… — Да перестань всё сводить к этому! Сводить к себе. С каких это пор ты стала мелочной эгоистичной дрянью? Я думала, что Гарри твой лучший друг. — Я делаю, что хочу. Отвали от меня. И я запрещаю тебе называть меня дрянью. Она повернулась, чтобы уйти, но услышала, как рыжеволосая вытащила палочку. Вздохнув, она повернулась и тоже достала свою. — Что ты собираешься сделать со мной, Джинни? Пытаешься напасть, потому что я не поступаю так, как ты от меня ждешь? Ну, давай, нашли на меня свой летучемышиный сглаз. Тебе не удастся даже добраться до меня. — Я не хочу нападать на тебя. Только чтобы ты меня выслушала. — Я не желаю тебя слушать. — И всё же тебе придётся. Ты ведёшь себя как худшая идиотка. И я знаю, что ты это понимаешь. Ты больше не разговариваешь с Гарри, хотя знаешь, что он прав. Ты больше не разговариваешь со мной, а я не имею никакого отношения ко всей этой истории. Ты хочешь играть в упрямство, да пожалуйста. Но я предупреждаю тебя, Гермиона, когда ты придешь плакать, потому что пожалеешь, будет уже поздно! Не забывай об этом! — Ладно, ты закончила? Наконец она вышла из комнаты, не дав Джинни времени ответить, и вернулась в гостиную, где всё ещё стояла тишина, и обратилась к друзьям. — Я останусь только потому, что не зря помогала Рону всё подготовить. Но предупреждаю, что на следующей неделе либо они, либо я. Лицо Гарри исказилось ещё немного, и ему пришлось изо всех сил сдерживать слёзы. Джинни тем временем бросила на Гермиону брезгливый взгляд. — Продолжай разыгрывать драму, это же так по-умному! То, чего Гермиона думала избежать, всё-таки сбылось. Во время ужина никто не осмеливался произнести ни слова, и Блейз изо всех сил старался хоть немного поднять настроение. Гарри ковырялся в своей тарелке, вообще ничего не съев, а Джинни непрестанно бросала на Гермиону злобные взгляды. Все чувствовали, что она сдерживается, чтобы не запустить салфеткой ей в лицо и быстро уйти. Какое-то коллективное облегчение возникло, когда Пэнси прикончила свой десерт, и Гарри встал, чтобы уйти. Гермиона сделала то же самое, и Драко, который обязан следовать за ней, тоже поднялся. Прощание было довольно холодным, и никто не решился задать вопрос, что делать в следующую среду.

***

— Маленькая стерва! — взорвалась Гермиона, когда они вышли из камина. — Ты говоришь это из-за приступа гнева, Грейнджер. — Вовсе нет. Она вообще ничего не знает. Всегда стоит на стороне Гарри, даже не пытаясь узнать, что думают другие. — Обсудим это ещё раз, когда ты с ним снова заговоришь. Возможно, она не совсем ошиблась. — Вот и посмотрим, Малфой. И должна предупредить тебя, что на следующей неделе, если они пойдут, я и шагу не ступлю. Он пожал плечами и отправил её спать, всё ещё бормочущую про Джинни. Драко повернулся к Живоглоту, который смотрел на него, наклонив голову. — Твоя хозяйка большую часть времени совершенно чокнутая. Ты в курсе?

OoO

Гермиона была в самом разгаре составления отчета для Святого Мунго, когда в дверь её кабинета постучали. Она рассеянно дала разрешение войти, и секретарша зашла. Её взгляд сразу же переместился на Драко, которому она улыбнулась, выпятив грудь, но тот даже не взглянул на неё. Улыбка увяла, и она шагнула к письменному столу Гермионы, на который положила небольшой свёрток. — Что это? — Не знаю, кто-то только что занёс его в приемную для тебя. Наверное, это подарок. Представь себе, Гермиона, у тебя наверняка есть тайный поклонник, это слишком м-и-и-ило. — Кто его оставил? — спросил Драко, вставая и подходя. — Не знаю. — Как это вы не знаете? — Я ходила в уборную, а когда вернулась, на стойке приёмной лежала посылка с этой запиской. Она бросила бумажку в сторону Драко, который поймал её. На ней было просто написано "для Гермионы" рядом с небольшим красным сердечком. Он обменялся коротким взглядом с шатенкой, и та взялась за пакет, который осторожно открыла. Мэри, жадно ожидавшая увидеть, что этот поклонник подарил Гермионе, издала пронзительный вопль, который заставил Драко желать надрать ей зад. В маленьком свёртке лежал пропитанный кровью кинжал. Гермиона протянула руку, чтобы взять его, но Драко резко остановил её. — Нет! Грейнджер, не трогай. Он пробежался глазами по кабинету и увидел ножницы, которые схватил и кинул на кинжал. Раздалось шипение, и прямо на глазах ножницы стали таять, словно попали в кислоту и в конце концов расплавились. Секретарша испустила короткий визг и выбежала из комнаты, оставив Драко и Гермиону наедине. Брюнетка сильно побледнела. Она уставилась на посылку отстранённым взглядом и, казалось, была не совсем в порядке. — Грейнджер? —… — Грейнджер… Она рывком встала и заперлась в туалете. Драко слегка удивлённо посмотрел на закрытую дверь. Гермиона полна сюрпризов. Почему она вдруг настолько расстроилась? По его меркам, она проторчала там бесконечное количество времени, а когда вернулась в кабинет, он не мог не заметить её красные глаза. Она рухнула на середину кресла и обхватила голову руками. — Всё нормально, Грейнджер? — Этот кинжал... — прошептала она далеким голосом, — он напоминает мне... Беллатрису... и её нож, когда… Ей не нужно было продолжать фразу, он помнил тот вечер во всех подробностях. Он тянулся целую вечность. И её крики... она вспомнила о кинжале, но его больше всего поразили крики, вопли боли, которые она издавала и которые он никогда не сможет забыть. Ему месяцами снились кошмары, и он прекрасно понимал, что она подавлена. Ему хотелось успокоить и утешить её, но он подозревал, что это ей не понравится, поэтому просто положил руку на плечо и слегка сжал её. — Хочешь домой? — У меня есть работа. — В твоём состоянии? Ты не справишься с ней, как подобает. Давай, я приготовлю тебе чашку вкусного какао и позову Рона, чтобы он составил тебе компанию, пока я отнесу эту штуку в Министерство, сойдёт? Гермиона кивнула и фыркнула, прежде чем встать. Она собрала свои вещи и схватила за руку блондина, который трансгрессировал её к себе. Он оставил её кутаться в плед, прижимая к себе Живоглота. Драко принес ей чашку дымящегося горячего какао с несколькими маленькими шоколадными печеньями, которые он нашел в шкафу. — Спасибо, — выдохнула она. — Ерунда, Грейнджер. — Нет... спасибо... за то, что не дал мне прикоснуться к этому кинжалу... я не подумала, что он может… — Рефлексы аврора. — Но как ты догадался. — Я ни о чём не догадывался. Просто предосторожность. Если бы с ножницами ничего не случилось, я бы наложил на него пару заклятий.… — Я дура. — Не неси чепухи. — Это горькая правда. — Ты так говоришь только потому, что не в себе. — Если ты хочешь… Она всё ещё выглядела потрясённой, и Драко поспешил послать Патронус к Рону. Тот прибыл не менее чем через четверть часа в сопровождении Пэнси и Луны. Блондинка подошла и обняла Гермиону, пока Драко быстро объяснял Рону, что произошло. — Луна, отвлеки меня, пожалуйста. — Хочешь, я расскажу тебе об экспедиции, которую устраивает папа? Он снова попробует поймать морщерогого кизляка. — Ты не хочешь рассказать нам ничего другого? — вмешалась Пэнси, усаживаясь рядом с ней. — Конечно. Что, например? — Не знаю. Может быть, как ты оказалась под звёздами с Тео. — О... ты знаешь об этом. Кто тебе сказал? — Пташка напела. — Да ну? Откуда она могла знать? — Нам всё равно, Луна. Рассказывай! Зачем ты его пригласила? Он тебе нравится? — Пэнси, отстань от неё. — Я не пристаю к ней, всего-навсего хочу знать, нравится ли ей Тео. — Это не твоё дело. — Луна? — спросила Пэнси, хлопая ресницами. — Он мне нравится. Я считаю, что он недостаточно улыбается. Иногда мне кажется, что он грустит, и я хочу, чтобы он перестал. Ты знаешь, почему он печален? — Не думаю, что это так. Тео просто серьёзный, застенчивый и немного интровертный человек. Он всегда был таким. — И всё же, глядя на звезды, он улыбался. А потом он сказал, что счастлив быть здесь. Пэнси издала восторженное "ох-х-х-х-х", а сама Гермиона не могла не улыбнуться. Луна казалась влюблённой в брюнета, и она очень надеялась, что сможет что-то предпринять. — Он возьмёт меня кататься на лошади в эти выходные, — продолжала блондинка. — Я никогда не ездила верхом, но это должно быть похоже на поездку на фестрале, нет? Я не знаю, многие ли забирались на фестралов. Я делала это только раз. Когда мы ворвались в отдел тайн на пятом курсе. — Лошадь не летает, — заметила Гермиона. — Да, но я закрою глаза, и это будет похоже на полет.

***

Когда Драко закончил с главой авроров и вернулся к Гермионе, он убедился, что шатенке стало намного лучше. Вместе с Роном, Луной и Пэнси они устроились на полу и играли в настолку. Очевидно, Рон выигрывал, что было совершенно не по душе Пэнси, которая, как плохой, но уважающий себя игрок, начинала проявлять к нему неприязнь. Драко только надеялся, что это не закончится так, как в прошлый раз, когда Рону пришлось отправиться в Святое Мунго, чтобы вытащить пешку, которую Пэнси умудрилась воткнуть ему в нос. — Почему ты снова ходишь? — У меня выпала двойная шестёрка. — И что? Это не даёт тебе права переигрывать. — Конечно, даёт. В правилах это есть, котёнок. — Неправда. — Правда. Скажи же, Гермиона, когда выпадает двойная шестёрка, мы переигрываем. — Как бы то ни было, я устала. Не хочу больше играть, — воскликнула Пэнси. — Чем старше, тем хуже… — Заткнись, Драко! Пэнси и Гермиона закончили готовить еду для всех, провозившись с блюдом Рона подольше, и они провели вечер у шатенки уже вернувшей здоровый цвет лица. Драко задумывался, действительно ли она чувствует себя хорошо в окружении друзей или это всего лишь фасад, а на самом деле она всё ещё думала о том проклятом кинжале и пытках, которым подверглась много лет назад. Когда Пэнси, Рон и Луна наконец ушли, он долго смотрел на неё, пока она не почувствовала себя неловко. — Что такое? — Знаешь, Гарри был очень взволнован... я никогда прехже не видел его таким. — Зачем ты мне это говоришь? — Потому что мне кажется, что ты должна знать. Он думает о тебе и переживает. И после того, что произошло сегодня, я думаю, ясно, что это не простой шутник, который хотел поиздеваться над тобой. Ты не можешь это игнорировать. Разумеется, она уже не могла отрицать, что слегка недооценила масштаб ситуации. Но чтобы признаться перед Малфоем, была ещё пропасть, которую ей, несомненно, не хотелось преодолевать. Тем не менее, она в неоплатном долгу перед Малфоем. Если бы его там не было, чтобы остановить её, она, несомненно, дотронулась бы до кинжала, и кто знает, что могло бы с ней случиться... возможно, она лежала бы сейчас в Святом Мунго... а может, даже хуже… Наконец блондин сел рядом с ней, и они некоторое время хранили молчание. Потом, сама не зная почему, Гермиона начала говорить. Она говорила о том ужасном дне, который не сможет забыть. Те болезненные воспоминания, которые она зарывала глубоко внутри себя и которые иногда вырывались наружу, крича о помощи. Так было и сегодня, волна захлестнула её, когда она увидела этот кинжал, в некоторой степени похожий на тот, которым пользовалась Беллатриса. Её снова притащили в бывшую усадьбу Малфоев. Она снова услышала истерические слова пожирательницы, почувствовала, как нож вонзился в её плоть. Она снова страдала, поражённая многочисленными Круциатусами, которые обрушивались на неё, заставляя вопить, разрывая голосовые связки. Драко не знал, что сказать. Он видел, что она затерялась в воспоминаниях, которые причиняли ей боль, и не знал, как сделать так, чтобы ей стало хоть немного лучше. Но, возможно, её просто нужно выслушать. Выслушать то, что лежало у неё на душе… И это помогло, когда она закончила говорить, она повернулась к нему и произнесла только одно слово, прежде чем уйти в свою комнату: «Спасибо.» На следующее утро он понял ещё до того, как увидел, что её голова будет в ужасном состоянии. Большую часть ночи он слушал, как ей снятся кошмары. Он раздумывал пойти к ней, но не решился. Драко сомневался, что она оценит это. И, как он и предсказывал, её голова была больше похожа на голову зомби, чем на ту, что бывает у хорошо выспавшегося человека. Но тут он снова сдержался предложить ей не ходить на работу и остаться дома. Он подозревал, что она, должно быть, уже запаниковала при мысли о том, чтобы наверстать упущенное прошлым днём, поэтому он не стал бы подавать ей идею, которая заставила бы её внезапно слечь с сердечным приступом. Можно было подумать, что, повзрослев, она перестанет быть такой стервой, но, видимо, он слишком многого просил.

OoO

— Гарри, вставай, Гарри. — Оставь меня. — Давай, вставай! — Не-е-ет, я взял выходной не для того, чтобы рано вставать. — Нет, ты взял выходной, потому что сегодня примеряешь костюмы. А чтобы успеть на примерку, надо встать, мистер Поттер. — Я не хочу идти и примерять эти чёртовы костюмы. — Что происходит, Гарри? — спросила Джинни более мягким голосом, садясь на кровать. Он поднял на неё глаза, и она взяла его за руку, увидев отразившуюся в них печаль. — Поговори со мной, Гарри. — А что, если... если я не помирюсь с ней до свадьбы? И если она не придёт… — Дорогой... я знаю, что ты злишься на меня за вчерашнее. Мне жаль, что я спровоцировала эту... ссору с Гермионой, но… — Дело не в этом, Джин. Я не вынесу, если её не будет на нашей свадьбе. Она нужна мне. Она моя лучшая подруга. Мне не нужна другая свидетельница, кроме неё. — Я знаю, Гарри. Но я уверена, что ты найдешь способ всё с ней уладить. И... я постараюсь больше не вмешиваться, так как, по-видимому, я только ухудшаю ситуацию. — Мне жаль, что я так сказал. — Не извиняйся, что сказал то, что думал. У нас с Гермионой взрывные характеры. Я была уверена, что наша беседа выльется во... во что-то грандиозное. — Что сделано, то сделано... — вздохнул он. — Есть ещё что-то! — Как ты можешь так хорошо меня знать? — Я будущая миссис Поттер. — Вчера Гермиона получила кинжал, пропитанный кровью и смесью магловской кислоты с ядом василиска. Если бы не Драко, она наверняка лежала бы сейчас в больнице. Она хотела дотронуться до него, и он вовремя её остановил. И меня сводит с ума осознание того, что на неё нападает какой-то бешеный псих. — Ты мне ничего не говорил. — Это случилось вчера после полудня. Рон остался с Гермионой, пока Драко относил кинжал в отдел. Мы провели вторую половину дня, изучая и анализируя вещество. Смешать магловское вещество и волшебное... тот, кто это делает, больной. В общем, мы провели над этим весь день, а когда я, наконец, закончил с работой и отправился в Нору, Молли подсунула мне все эти тарелки, наполненные свадебными пирожными, гадая, какое из них мне больше понравится. Я был не в настроении, но заставил себя не обижать её, а когда мы вернулись, я просто хотел лечь спать, и, что я пытаюсь донести, я просто забыл рассказать тебе об этом. — Ничего. Я не виню тебя. Я могу... я могу отменить примерку, если хочешь. — Нет. Я встану, и мы пойдем. — Ты уверен? — Определённо, Джин, — сказал он, наконец поднимаясь. Он тут же пошёл принимать душ, и через час они отправились в магловский Лондон, в маленький магазинчик, где Джинни влюбилась в свадебные костюмы. Когда они шли бок о бок по улице, рыжая скользнула своей рукой к руке будущего мужа и ласково сжала её. — Я сделаю всё, чтобы она пришла. Обещаю.