Ради любви.

- И снова доброе утро, - Брюс стоял, облокотившись на подоконник. – Как прошла ночь? - С кошмарами, - Эрл потер запястья, с которых сняли наручники, и упал в свое кресло. – Как я вижу, у вас ночь была не лучше? Может, не стоит вам слушать ужастики на ночь? - Стоит. Но вначале, как вы и заказывали, - молодой человек пододвинул на столе чашку заваренного кофе и большое пирожное. – Это хотели? Если нет, то в холодильнике стоит тортик. - Какая любезность с вашей стороны, - Эрл усмехнулся. – Не составите мне компанию? - Боитесь, что там яд? – бровь чуть не затерялась в челке. - Будь там яд, то я был бы благодарен, так как сам себя убить я не смогу, слишком уж уважаю, несмотря на то, что произошло, - мужчина устало улыбнулся. – Не хотите, не буду настаивать. Я лишь проявил воспитание, которое мне присуще. - Простите, нервно начался день. С вашего позволения, я присоединюсь к вам, с детства люблю сладкое, но приходится ограничивать себя в этом небольшом удовольствии. - Понимаю. Да и еще статус мужчины, который не должен реагировать так на сладкое, - Эрл усмехнулся и с удовольствием попробовал торт. – Все же в нашем общении есть плюсы. - Помимо истории меня интересует, вы что-то хоть начали писать? - Вы действительно любопытны. Но на этот вопрос я предпочту промолчать пока что. - Хорошо, настаивать не буду. Так что же было дальше, когда вы отправились в командировку? – молодой человек положил локти на стол и выжидающе посмотрел на мужчину. - И нетерпеливый, - Эрл усмехнулся, но продолжил рассказ с того места, на котором остановился. *** Командировка была бальзамом на сердце. За четыре дня я увидел новые лица, те, которые совершенно не имели представления, что приключилось со мной. В их взгляде не было наигранного сочувствия, лишь интерес, проявляемый к тому, кто тут временно. Да и работа, в которую я погрузился с головой, способствовала излечению, пусть и специфическому. Но все хорошее, к чему так быстро привыкаешь, проходит, и настает время вернуться в свой привычный ад. Когда я шел к дому, то совершенно ни о чем не беспокоился, но сердце пропустило удар, когда я услышал на кухне мальчишеский голос. В голове появились мысли, что вот оно, сумасшествие, которое так запоздало. Осторожно я пошел на голос и увидел за столом Гвен, разговаривающую с мальчиком. Шок это то, что я испытал на тот момент. Мальчик был похож на нашего сына. Рост, фигура, цвет волос, даже голос. И все же я знал, что это не мой Майкл. «Гвен…» - я коснулся ее плеча и вздрогнул от счастливой улыбки, что озарила ее лицо. «Майкл сегодня решил провести время дома, я так рада. Сегодня мы все в сборе. Только вот наш сын стал чуть помладше выглядеть, словно время повернулось вспять. Или я так давно не видела его?» Я не мог ничего сказать, лишь стоял и хватал ртом воздух. В голове вертелись мысли, которые мешали прийти к нужному решению. Пересилив себя, я отвел мальчика в комнату Майкла и оставил там, а сам спустился к жене. «Дорогая, а где вы…» «На площадке, - Гвен даже не дождалась, пока я закончу фразу. – Он стоял среди ребят и громко говорил. Знаешь, я, как увидела его, решила отменить его поездку к другу и потащила его домой. Но ты знаешь, какой у нас сын шутник. Но такое я впервые от него услышала». «Что конкретно?» - я улыбался, но внутри все сжалось от страха. «Он кричал, что не мой сын и что совершенно не знает меня. Когда он это сказал в первый раз, то я удивилась и даже разозлилась. Что я за мать, которая не может узнать своего сына? Но потом вспомнила, что Майкл мог так пошутить, и просто улыбнулась. А тут уже мы нормально поговорили». «Ну, раз ты с ним уже наговорилась за день, то и я немного поболтаю», - я хотел узнать, что произошло на самом деле, и поднялся в детскую. Этот ребенок, и правда, был похож на Майкла, но вот поведение – другое. Даже если убрать это несоответствие, я не мог даже представить, хоть на минуту, что он мой пропавший сын. Поверьте, мне этого хотелось как никогда. «Привет», - я присел около кровати и посмотрел в глаза ребенку. «Привет», - его глаза были полны слез, и на каждый шорох он сжимался. Неужели настолько запуган? «Расскажи мне, что произошло?» - я смотрел на него снизу вверх, вызывая доверие. Обычно с сыном это помогало. И этот раз не стал исключением. Он сбивчиво рассказал, что играл на площадке с детьми, как подошла моя жена и назвала его Майклом. Ребенок пытался сказать, что его зовут иначе, но женщина так на него посмотрела, что он испугался. «Все будет хорошо. Я скоро отвезу тебя домой». После этих слов ребенок успокоился и даже улыбнулся мне. А вот я задумался. Вы, наверняка подумаете, что тут сложного: отвезти чужого ребенка обратно? А вот мне это не казалось таким легким. Гвен на кухне счастливо что-то напевала и готовила. Как только я вошел на кухню, она посмотрела на меня счастливым взглядом. Ее улыбка в который раз обдала теплом, которое разлилось по телу. Я так давно не испытывал такого чувства, наверное, с момента, когда Гвен призналась, что беременна, а я лишь обрадовался. К чему все эти отступления? Все просто, я пытаюсь передать вам свои чувства и теплоту, хоть это почти и невозможно. Но я отвлекся. Гвен радостно подскочила ко мне и весело стала рассказывать, как она счастлива, что вся семья в сборе. От ее планов на ближайшую неделю я терял дар речи, но вставить хоть слово – не мог. «Завтра мы поедем за город. Выедем рано утром, а позже – вернемся. Ты же так этого хотел, разве нет?» «Хотел», - я улыбался на автомате, а сам думал, как можно увести ребенка из дома. «Значит, я все сейчас приготовлю, и утром рано встанем». «Конечно. Ты пока готовься, а я съезжу за документами», - одна идея билась в голове, и мне нужно было ее воплотить в реальность. Все было просто. Пока Гвен возилась на кухне, я вынес заснувшего ребенка на руках к машине и выехал с участка. И вот тут возник момент, куда везти ребенка? А когда привезу, что мне скажут взволнованные родители? А ребенок все расскажет, и мне придется признаться, что Гвен сошла с ума. А если это произойдет, то кто-то расскажет ей о том, что сын погиб. Эта цепочка колотилась в голове, пока я ехал, не задумываясь о направлении. Случайно я оказался в районе, где останавливался автобус. И где-то здесь нашли тело Майкла. В голове вертелась мысль, что судьба недаром направила меня в этот квартал во второй раз. Я ехал осторожно по пустынным улицам, смотря по сторонам. Опять было липкое ощущение страха, в котором я не смел признаться даже самому себе. Пустота, хоть и вечер. В паре домов горит свет, но никого нет на улице и тишина. Как я уже и говорил, все дома в этом квартале были похожи и имели одинаковый участок перед домом, это еще больше запутывало. Я боялся заплутать в двух улицах. И все же я нашел один дом, который чуть отличался от остальных: черепица была чуть светлее. А может, это мне только показалось. С первого взгляда дом казался нежилым или необжитым, даже сейчас не могу объяснить, почему так подумал. Остановив машину, я продолжал смотреть на это здание с опаской, пытаясь понять, чем оно так привлекло мое внимание. Резкий звонок мобильного заставил меня вздрогнуть. Звонила Гвен. «Да?» - я ответил тихим голосом, так как на заднем сидении спал ребенок. «Ты где?» - в ее голосе чувствовались нотки паники. «По делам поехал. Скоро приеду. Что-то случилось?» - мне приходилось говорить уверенно, чтобы как-то ее успокоить. «Майкл пропал…» От этого заявления я вздрогнул, телефон едва не выскользнул из рук. На какой-то короткий момент я погрузился в пену отчаяния, которая захватила меня полгода назад. Все чувства, страхи и опасения – вернулись, пока до меня не дошло, что все это – повтор. «Пропал?» - я переспросил. «Ты отвел его в свою комнату и поехал по делам, - ее голос стал дрожать еще сильнее. – Я решила подняться к нему и никого не обнаружила в комнате. Совершенно никого. Окно закрыто на задвижку. Я заглянула под кровать, в шкаф. Я проверила весь дом… Дорогой, неужели с ним что-то случилось?» «Успокойся, - я не знал, что сказать. С одной стороны, надо было сказать правду, а с другой стороны, я боялся того, что может произойти после этого. – Он со мной, мы просто решили прокатиться и поговорить». «Могли бы и предупредить, а то я так перепугалась. Приезжайте домой». Я бросил трубку на соседнее сиденье машины и посмотрел на ребенка, который беззаботно спал. Его не заботило то, что происходило в моей голове, а лучше бы он смотрел на меня. Я не оправдываю себя, но хочу объяснить, что именно я чувствовал в тот момент. В голове было множество ненужных мыслей, которые сбивали с толку. Я слишком любил Гвен, чтобы ее расстроить. Но сейчас я могу точно сказать, что кроме чувства любви был инстинкт самосохранения. Если вы еще не поняли, я эгоист. Всегда им был и буду, тут уж ничего не изменить. И мысль о том, что я раскрою все правду Гвен, была мне мучительна, так как это означало ее полное сумасшествие. А это, в свою очередь, влияло на ее отношение. Гвен, насколько я ее знал, зациклилась бы на себе и проблеме, стала бы сходить с ума намного быстрее и заметнее. Не было бы больше той поддержки, к которой я привык за столько лет. Скажете, в чем заключался мой эгоизм? В том, что, думая об этом, я развернул машину и поехал домой, так и не отвезя ребенка к родителям. Оправдания на тот момент быстро возникали в моей голове, что чуть-чуть облегчало груз на моей душе. Проезжая мимо того дома, я на лужайке увидел что-то красного цвета, но не остановился, так как мальчик начал просыпаться. *** - Хотите сказать, что сознательно оставили чужого ребенка у себя? – Брюс удивленно приподнял бровь. - Именно это я и хочу донести до вас. Я сознательно отвез его обратно, рассудив, что раз к вечеру никто не всполошился, то за ним плохо смотрели или он был не нужен. А раз так, то Гвен могла стать хорошей матерью. - Интересные отговорки. - В вашем голосе слышится презрение. Что ж, я вполне его заслужил. Да и не то, чтобы это отговорки. Я лишь объяснил ход моих мыслей на тот момент. Потом я одумался, но это было лишь потом, - Эрл вздохнул и провел по лбу рукой. – Я устал. Но если вы хотите, то я продолжу рассказ. - Не имею никакого права заставлять уставшего человека рассказывать дальше, - молодой человек хмыкнул. Его взгляд скользнул в окно. – Мне и самому нужно привести мысли в порядок, так как картинка, что образовалась в моей голове, стала не совпадать с тем, что вы рассказываете. Пока что это незначительно, но я смог это успеть заметить. - И в чем же она не совпадает? – Эрл чуть вздернул подбородок. - В некоторых деталях. Но пока не буду рассказывать, так как могу сбить вас с повествования. - Что же, я не вправе вам указывать, - Эрл усмехнулся. – Вы также не расскажете, от чего именно умерла Гвен? - В конце рассказа я подробно все объясню, - голос молодого человека звенел. - Да? Добить хотите? – Эрл зевнул. – Я не против. Это будет лучше, чем просто так сидеть в четырех стенах. - Я вызвал охрану, и вас проводят до камеры. - Вы очень любезны. В какой-то момент их взгляды пересеклись, но начальник тюрьмы зашел вовремя. Оставшись один, Брюс прислонил лоб к холодному стеклу. - Слишком уж вы непонятны, Эрл. По медицинскому освидетельствованию вы вменяемы, но рассказываете о себе так, словно давно сошли с ума. Нет ни логики, ни смысла. А может… надо дослушать? Посмотрим, как пойдет дальше… Жаль, что мальчик до сих пор вас вспоминает…