Ради любви.

В камере на двоих было непривычно тихо. Каждый занимался тем, что могло скрасить его пребывание. - Неужели твои прогулки отменились? – сосед по камере усмехнулся, заметив, что к его соседу так и не пришли. - Даже не знаю, что думать, - мужчина едва заметно улыбнулся и отложил в сторону книгу. С одной стороны, он ждал, что за ним придут в то же время, а с другой стороны, он понимал, что Брюсу требуется время, чтобы понять мотивы поступков рассказчика. - Чем ты там вообще занимаешься? Выбиваешь себе досрочку? - Наоборот, - Эрл растянулся на кровати. – Мне кажется, этот псевдо-журналист замешан в моем деле. Как-то его это коснулось, и он хочет разобраться в деталях. - Почему ты так его называешь? - У всех профессиональных репортеров есть мозоль сбоку на пальце. Они всегда вертят в руках ручку или карандаш. В каком либо кармане есть небольшой блокнот, чтобы сделать наброски, что взбредут ему в голову. У этого же человека нет этих привычек. Он любопытен, но осторожен. - Напомни, как его зовут? - Брюс Лейн. - Лейн, знакомая фамилия, - сосед прикрыл глаза. – Где же я встречал эту фамилию? - Неужели ты можешь что-то рассказать про него? – Эрл чуть приподнялся на кровати. - Могу, только вот тебе это зачем? - Он старается разгадать мои поступки по моему же рассказу, не понимая, что мне ничего не стоит его запутать. Но все же он что-то знает про меня. - Хочешь сказать, что тебе так же что-то нужно знать про него? - Да. То, что он сам мне не расскажет. - Ради интереса попробую что-то вспомнить. Фамилия Лейн достаточно давно на слуху, но только в определенных кругах. Сливках общества, если так можно сказать. Владельцы этой фамилии никогда не были замешаны в скандалах. Редко появлялись в многолюдных местах. - Семья – фантом? – Эрл окончательно сел за столом. - Да. Но они все же регулировали решения правительства. Первое значимое событие, которое донесли до обычных людей, произошло лет тридцать назад. Глава Лейнов не мог иметь детей, так что он усыновил одного мальчика, а через пять лет – еще одного. Второго звали Брюс. Глава семьи назвал их своими детьми и полностью передал им дела, когда каждый справил совершеннолетие. Первый сын был образцом для подражания, а вот второй… Пару раз он попадал в сводки новостей, но всегда выкручивался, не привлекая отца. - Может, этого не знали? - Нет. Я был очевидцем одного такого задержания. У парня хорошо подвешен язык, он умеет убедить собеседника в чем угодно. Я сам попался на эту удочку. - И из-за этого оказался здесь? - О, нет. Мне продолжать? – собеседник чуть нахмурился. - Прости. - Так вот. Отец прощал ему все эти выходки, так как Брюс сам со всеми проблемами разбирался. Также парень пробовал себя в разных амплуа. А вот дальше лишь слухи. Они тебя интересуют? - Слухи строятся на какой-то правде. - Тоже верно. В народе поговаривали, что Брюс связался с какой-то девушкой, у них родился ребенок, но глава Лейнов не позволил привести ее домой. Тогда Брюс стал навещать девушку, не вправе спорить с отцом. Поговаривают, что у этой девушки уже был ребенок от первого брака, и что именно из-за этого глава семьи запретил ее привести в дом. Но все же отец им помогал, когда пропал тот первый ребенок. - Пропал? – Эрл сглотнул. - В городе были два нашумевших дела о пропаже детей. Вот второй ребенок – это и был ее сын. Рассказать эту историю? - Нет, не стоит. Я ее слишком хорошо знаю… - мужчина вновь лег на кровать и закрыл глаза. «Так вот он зачем интересуется мной? Вот почему он так бурно отреагировал на мои мысли по поводу мальчика. Все правильно… это был его сын, хоть и приемный. Он за него переживал, а я его просто украл». - О чем задумался? - О том, что я подонок, - Эрл усмехнулся. - Не думаю. Каждый в жизни выживает так, как ему удобно. Если нас припечет, то мы пойдем по головам. Думаю, ты с этим согласен. Полностью. - Да. Если это единственный шанс сохранить привычный образ жизни, то поступок был правильный. На тот момент, - мужчина отвернулся к стене. Его собеседник лишь пожал плечами, понимая, что затронул что-то, о чем его сосед не расскажет. *** - Вас не было целых два дня, - Эрл стоял на пороге кабинета, не заходя дальше, хоть охранник его и подталкивал. - Были неотложные дела, - Брюс даже не поднял головы от бумаг, лежавших на столе. - Неотложные дела журналиста? – мужчина позволил себе едва заметную улыбку человека, который знает небольшую тайну. - Допустим – да. - Что же. К сожалению, и у меня есть дела. - У вас? Здесь? – Брюс с удивленно посмотрел на собеседника. – Неужели вы променяете пару часов удобства из-за ваших дел? - К сожалению – променяю, - Эрл смотрел в глаза парню, играя на нервах. - И что же это за дела? – Брюс все еще разыгрывал удивление. - Незначительные. В голову пришла одна идея для книги. Знаете, не люблю отрываться от текста, когда Муза на моей стороне. - А я так надеялся на продолжение рассказа, что купил торт по указанию вашего отца, - молодой человек показал на стол, где стояло кондитерское изделие. - Кажется, отец настолько забыл меня, что совершенно не помнит мои вкусы, - Эрл грустно улыбнулся, а потом пояснил. – Я ненавижу все, что имеет масляный крем, с самого детства. - Да? Жалко. Тогда у меня есть иное предложение. Я пошлю кого-нибудь за тортом, а вы пока доделаете свои дела здесь. - У меня есть встречное предложение, - Эрл все же сел в кресло, показывая, что никуда не выйдет из этого кабинета в ближайшее время. - Я весь во внимании, - Брюс понимал, что с ним ведут игру, словно с маленьким ребенком. - Все просто. Расскажите о себе. Только правду, а не выдуманную историю. - Значит, вы так сильно обиделись, что я пропал на два дня? - Совершенно нет. Просто хочу узнать, слухи про вас правда или нет? И опережая ваш вопрос, отвечу. Я хочу услышать вашу версию, а потом поделюсь тем, что про вас рассказывают. - Бьете меня той же картой, что и я вас когда-то? Если кратко, то я был когда-то репортером небольшой газетенки. Писал заметки, которые никто и не читал. В какой-то момент мне захотелось вылезти вперед, чтобы достичь чего-то большего. Но, как всегда, более успешные ставят палки в колеса, и я сменил сферу деятельности. Знаете, я очень увлекающая личность. Мне хватает короткого периода времени, чтобы втянуться в новое занятие, но с той же скоростью я теряю интерес к новому занятию. - Получается, вы многие профессии попробовали? Что вам больше всего понравилось? - Журналистика, в которой мне не удается добиться видимых успехов, и оттого я не прекращаю ей интересоваться. А так же психология… - В которой вы так же профан, уж простите мне некорректное высказывание. - Я не вправе на вас обижаться, тем более, вы сказали правду, - молодой человек старался понять, какую игру с ним ведут, но опыта было мало. – А вы? - Что я? - Вы знаете психологию и применяете ее всегда. Даже сейчас. - Возможно, вы и правы. Знаете, когда преподаешь у студентов, приходится сталкиваться со многими проблемами. Тут психология как раз и помогает, заставляя их сосредоточиться на теме. - А вы сможете провести хоть одну лекцию? Только не говорите, что настроя нет. - Настрой важен, - Эрл сел в кресле чуть удобнее. – Но вот незадача, тот, кто хочет понять психологию, должен доверять преподавателю. Хоть чуть-чуть. Пока что вы к этому не готовы. - Искусно вы ушли от ответа. Мне придется смириться, временно. Кстати, а вот и торт несут. С вас продолжение истории. - Как пожелаете, - Эрл смотрел на Брюса с каплей иронии и жалости. Как бы ему ни хотелось рассказывать, но именно этот человек должен знать, что произошло дальше. *** Я приехал домой, где жена не находила себе места, пока не увидела меня и мальчика, что цеплялся за мою руку. Я смог его уговорить пару дней сыграть роль нашего сына. Сейчас я уже не помню, что я ему рассказал, но знаю точно, что мальчик согласился. Возможно, это я так хорошо умею убеждать, а может, он просто боялся меня. Уже мне это не удастся это выяснить. Так вот, за пару дней мне предстояло придумать, как бы отвести его назад, да и объяснить все родителям. Гвен светилась счастьем и постоянно смотрела на мальчика, радуясь любому его движению. А я… Я был счастлив это просто наблюдать. Как бы мне хотелось вернуться именно в тот момент, когда мы все сидели на кухне и улыбались. На работе я просто летал, и никто не мог понять, почему, а спрашивать стеснялись. Мои же студенты остались довольны такой переменой, и все же я помнил об обязательствах. А также я боялся, что, пока меня нет, мальчик сбежит. Но он послушно ждал меня дома, даже был рад. Не знаю, почему он так поступил и почему он остался с нами. Я все еще надеюсь, что это было добровольно. Гвен настояла на том, чтобы перевести его на домашнее обучение, а я не возражал. Лишь сделал вид, что звоню в школу. Прошла неделя. Целая неделя. Мальчик лишь один раз подошел ко мне и спросил, когда мы поедем домой. Я не знал, что ответить, и задал самый глупый вопрос. Сможет ли он остаться еще на пару дней. Я готов был к отрицательному ответу, но он лишь кивнул и вернулся к себе. Именно в тот момент я осознал, что слишком привык к нему… Да и осознание того, что я готов был удержать его любыми способами, не прибавило мне настроения. После того разговора прошло еще несколько дней, и наступил день, который все изменил. В этот день я понял, как глубоко себя опустил. Как ни смешно, все началось с понедельника. Это я точно помню. Мне пришлось ехать на лекцию другой дорогой, как раз мимо безлюдного квартала. С утра там было так же пусто, как и вечером. Я ехал достаточно медленно и заметил на траве красную кепку. Она лежала на том же месте, что и в прошлый раз. Настроение у меня было хорошее, да и тревоги я не ощущал. Так что просто вышел из машины и подошел к кепке. Рассматривая ее, я увидел на изнанке небольшой ярлычок, на котором была написана моя фамилия и имя сына. Плохое настроение вернулось моментально, так как у сына никогда не было подобной вещи. Я мог бы и забыть, будь эта кепка самой обычной, но она была слишком яркой и запоминающейся. Пока я рассматривал находку, то почувствовал, как кто-то смотрит мне в спину. Я резко обернулся, но никого не увидел. Прежний страх вернулся обратно, и я попятился к машине, стараясь смотреть по сторонам. Но на улице не было никого, да и вокруг меня было достаточно свободного пространства, где не мог никто спрятаться. Лишь в машине, когда я заблокировал все двери, можно было выдохнуть. Я наклонился к заднему сиденью, чтобы положить находку туда, а когда разогнулся, то увидел около водительского сидения мужчину с бледной кожей. Не знаю, что мне не позволило заорать в тот момент. Возможно, чувство собственного достоинства. А человек постучал в мое окно, показывая, чтобы я опустил стекло. Я сделал это лишь тогда, когда поставил ногу на газ. «Да?» - я постарался улыбнуться собеседнику, но он не оценил моих попыток. «Что вы здесь искали?» - его голос был похож на наждачную бумагу. «Просто проезжал мимо. Ноги затекли, и мне пришлось выйти и размять их. Знаете, такое с водителями частенько случается», - мой голос чуть дрожал. «Мой вам совет: будьте осторожны. Недавно около этого дома нашли ребенка. Жители этого квартала стараются реже выходить на улицу». «А что произошло?» «Простите, но это не ваше дело. Если вы размяли ноги, то лучше уезжайте». Мне ничего не оставалось, только уехать. Этот мужчина смотрел вслед моей машине, пока я не скрылся за углом. Стыдно признаться, но лишь на территории нашего университета я смог чуть расслабиться, надеясь, что все окажется позади. Пока я читал лекции, дома тоже происходили некие события, о который я не имел понятия. Гвен объясняла мальчику какую-то задачу, и это у них переросло в игру с визгами и криками. Как раз в тот момент проходила мимо соседка. К сожалению, у наших соседей слишком хороший слух, и они слышат все то, что не нужно. Подумав, что моя жена окончательно сошла с ума, она позвонила в дверь… *** - Почему она так решила? – Брюс прервал мужчину на полуслове. - Когда мальчик остался у нас, она ходила радостная и всем говорила, что сын ее только радует. А так как мальчика никто не видел, то они решили, что Гвен полностью сошла с ума, и лишь жалостливо ей улыбались, стараясь не обидеть. Теперь я могу продолжить? – Эрл едва сдержал холодные нотки в голосе. Он терпеть не мог, когда его перебивают. - Да, простите. *** Так вот, эта соседка позвонила в дверь и улыбнулась Гвен, которая открыла дверь. «Дорогая, я услышала крики и решила узнать, у тебя все в порядке?» - голос женщины был чуть слишком приторным, но моя жена приняла все за чистую монету. «Простите, что мы такие громкие. Я объясняла Майклу, как правильно решать задачу, а вот когда это все превратилось в сумасшедшую игру, я так и не поняла». «С Майклом?» «Да. Он очень способный. Ох, что же я вас держу на пороге? Могу ли я предложить вам чаю?» - Гвен сделала большую ошибку, так как соседка согласилась. Я себя винил лишь в том, что приехал поздно, так как объезжал тот квартал. На одном столбе на заправке я увидел фотографию мальчика, который был у меня дома. Естественно, что его родители стали искать ребенка, но тогда меня удивило то, что они начали искать его так поздно. До меня дошло, что стоит отвезти ребенка срочно домой, и все равно что моей жене может стать только хуже. С заправки я поехал на полной скорости домой, где застал картину полного разгрома. Соседка стояла на втором этаже и кричала на мою жену, одной рукой удерживая мальчика, пытавшегося вырваться. Увидев меня, она выдохнула. «Что он у вас делает? - ее голос был ледяным. – Этот ребенок пропал неделю назад. Неужели вы его похитили? Почему ваша жена утверждает, что это ваш сын?» «Он остановился у нас на пару дней, - я старался придумать правдоподобную ложь, но все же понимал, что это гиблое дело. – Как вы попали в дом?» «Гвен предложила выпить чаю. Потом выбежал этот мальчишка. Я иду сейчас в полицию и рассказываю все. Пусть они разбираются, кто прав», - женщина развернулась и направилась к выходу, таща за собой мальчика, который упирался всеми силами. Гвен рванулась следом, но я ее поймал. Она что-то лепетала, а я лишь считал, сколько шагов оставалось соседке до двери. На меня были направлены две пары умоляющих глаз, я понимал, что полиция расскажет жене правду о сыне. И то, что ее сердце этого не выдержит – я тоже понимал. Скажете, маленькие кусочки, да? Но они срослись в большой ком. И я сделал глупость. В пару шагов догнав соседку, а ударил ее по голове первым, что попалось мне под руку. Пути назад уже не было, я попал в собственную ловушку. До этого момента я мог бы и выкрутиться, списав все на состояние жены, а теперь я своими руками отрезал путь к спасению. Мальчик и Гвен прижались ко мне, дрожа так одинаково. «Дорогой, это была самозащита. Она хотела отобрать у нас сына. Да?» В ответ я смог лишь кивнуть. Моя жизнь рушилась как карточный домик. Кто же знал, что я сам во всем виноват? *** - Думаю, я логично остановился. Да и вы, Брюс, так внимательно меня слушали, что оставили чашку кофе так и нетронутой, - мужчина перевел дыхание и откинулся на спинку кресла. - Меня поразило то, что ребенок так быстро к вам привязался. - А вы что-то знаете об этом ребенке? Простите, что задаю такой вопрос, но я, и правда, беспокоюсь о нем. Все же пару недель он был с нами, и я стал считать его вторым сыном. - С ним все в порядке. И если быть честным, то он хотел бы вернуться к вам. Если я помню ваше дело правильно, то он почти ревел, когда понял, в чем вас обвиняют. - А мой отец обыграл это так, словно я запугал ребенка. Что же, я рад, что с мальчиком все в порядке, - мужчина внимательно смотрел на Брюса, который крутил чашку в руках. - За ним слишком плохо смотрели в семье, мать была озабочена другим, так что даже не сразу поняли, что ребенка нет дома. - Так вот почему так поздно появились объявления… - Остальное я расскажу вам после вашего рассказа, - Брюс встал из-за стола и нажал на кнопку. - До встречи, - Эрл же плавно поднялся из кресла и молча подошел к дверям, где на него надели наручники подошедшие охранники.