Solace

— Ты шутишь, — уверенно произнес Мардон и прищурился, рассматривая его лицо. — Ты не шутишь. Ты рехнулся? Мне выпал шанс спасти брата, а ты говоришь, что я должен смотреть, как он умирает? — Это не шанс спасти его, — попытался объяснить ему Барри, но его голос звучал неуверенно из-за того, что он сам не знал, что происходит и что все это значит. — Мы не в прошлом, мы— — Ты только что сам подтвердил, что мы в прошлом! — Мардон встряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения, и показал на газету. — Вот доказательства. Это что, шутка? — Это не прошлое, это... это все не по-настоящему! Мы не сможем изменить то, что уже произошло! Это так не работает! — Тогда как это работает? — оборвал его Мардон и шагнул к Барри; напуганный его яростью, Аллен попятился. — Что, мы застряли в моей голове? Я схожу с ума? Я только что видел, как мой брат в пустом городе зашел в этот магазин, — он ткнул пальцем в стеклянную витрину, — а теперь ты говоришь, что это день его смерти и я должен занять свое место в первом ряду? Ты ненормальный? — Его смерть уже произошла, мы это не изменим, — Барри застыл в двух шагах от него; ноздри Мардона раздувались от плохо контролируемой злости, пока он смотрел на Барри, будто бык на красную тряпку. — Для чего-то мы оказались здесь именно в этот день, я не знаю для чего. Позволь мне помочь. — Ты уже сделал достаточно со своим папашей! — взревел Мардон и со всей силы толкнул Барри в грудь; Аллен отступил на несколько шагов назад от удара и положил ладонь на грудную клетку, пытаясь отдышаться: без регенерации каждый удар и толчок его тело воспринимало так, словно оно было из бумаги. — Держись от меня подальше, я собираюсь спасти своего брата, и я убью тебя, если ты мне помешаешь! Не взглянув на Барри, он развернулся на месте и направился назад к магазину; забыв о боли и его ярости, Аллен бросился вслед за ним, стараясь, на всякий случай, держаться на шаг позади, чтобы успеть отпрыгнуть в сторону, если Мардон нападет на него снова. Но это не понадобилось. Едва Мардон потянул на себя дверцу и уверенно шагнул внутрь, и Барри юркнул за ним, чтобы не отстать от него и не потеряться, как вдруг он практически врезался в широкую спину Мардона. Напуганный, он отступил назад и уперся спиной в деревянную стену: дверь магазина исчезла. И причина, по которой Мардон застыл на месте, открылась Барри следом: это был не магазин. Они были на складе, который был Барри так хорошо и болезненно знаком. За приоткрытыми дверьми склада, на улице, сверкали вспышки яркого света, просачивающиеся сквозь старые, кривые доски; и по покосившимся углам уныло завывал ветер. — Что за... — пробормотал Мардон в растерянности. — Марк, — позвал его Барри тихо. Мардон, не отреагировав, бросился к приоткрытым дверям, навстречу вспышкам молний и ветру; помедлив, Барри последовал за ним, но без спешки: он и так знал, что увидит. Эта картина не раз преследовала его в кошмарах и не раз заставляла усомниться в себе и задать себе вопрос, на который он до сих пор не нашел ответа: Правильно ли он поступает? Если первый же человек, с которым он столкнулся, будучи Флэшем, в итоге поплатился за это жизнью, правильно ли он поступил? — Клайд, — пробормотал Мардон. Барри застыл рядом с ним. Он увидел Клайда Мардона в центре торнадо, созданного оранжевой вспышкой, бегающей по кругу; он помнил чувство страха, которое гнало его вперед, когда он думал о том, что будет, если он подведет Джо. Он помнил этот страх отчетливо, горчащий на языке; он и сейчас иногда ощущал его вкус. Торнадо замедлился. Барри увидел себя, упавшего на землю. — Клайд! — крикнул Мардон и бросился вперед. Барри не остановил его. В несколько секунд Марк преодолел разделявшее его от брата расстояние и практически напрыгнул на Клайда, чтобы обнаружить, что его тело прошло сквозь младшего Мардона так, как если бы Марк был призраком. — Нет... — пробормотал он, отступая назад и вставая перед братом. — Нет, Клайд... Клайд вытащил пистолет и навел его; Марк обернулся через плечо, чтобы увидеть Флэша, лежащего на земле у его ног; испуганного маленького мальчика в супергеройском костюме. Он повернулся назад к брату. — Не надо, — в панике пробормотал он, пытаясь поймать взгляд Клайда. — Послушай меня, Клайд, не надо, пойдем со мной... Ты слышишь? Не делай этого! Клайд! Послушай! Кл— Прогремел выстрел. Барри сморгнул слезы. Мардон медленно обернулся и увидел Джо с пистолетом, вытянутым в руке; Уэст перевел растерянный и практически напуганный взгляд на Флэша и увидел на его лице, не скрытом маской, такое же удивление, которое испытывал сам; а потом Марк повернулся к Клайду. Младший брат покачнулся. Марк попытался подхватить его, но Клайд прошел сквозь его руки так, словно старший Мардон и в самом деле был призраком. — Нет... — пробормотал он, опускаясь на колени на землю. — Нет... не может быть... Барри неслышно приблизился и остановился за его спиной. — Теперь ты понимаешь? — спросил он тихо; слезы покатились по его щекам, когда он моргнул, и Барри вытер их рукавом, резким жестом — он как будто бы пытался отгородиться от чужой боли, которую вынужден был видеть, и не мог. — Джо сделал то, что сделал бы любой родитель: он защищал своего ребенка. Если бы он не выстрелил, Клайд бы убил меня. А потом и Джо. Мардон не ответил. — Я никогда не хотел, чтобы он погиб, — добавил Барри. — Его смерть преследовала меня в кошмарах. Но Джо сделал то, что сделал бы ты сам, если бы на моем месте был Клайд. Марк поднял на него взгляд. Безжизненный и словно бы остекленевший; он прояснился, когда Мардон моргнул, фокусируя его, и скользнул по лицу Барри. — Это твоя вина, — тихо произнес он, уставившись на Аллена, и его глаза вдруг наполнились злыми слезами. — Я знаю, — тихо ответил Барри. Мардон отвернулся. Барри бросил на себя взгляд через плечо. С этой ночи прошло несколько лет, а он все еще ощущал себя как тот мальчишка с захватывающими суперспособностями, который надел на себя костюм и провозгласил себя надеждой города. Он чувствовал себя слабым. — Это все был твой план, — зло добавил Мардон, глядя на тело Клайда. — Ты заманил меня сюда и подстроил это все, чтобы еще раз потоптаться на моей боли. Я не знаю, как ты это сделал, но это неважно. Ты поплатишься за это. — Если бы я мог, я бы не дал ему умереть, — сказал Барри, — но единственное, что Джо сделал — это защищал меня. Ты бы сделал для него то же самое. Мардон заставил себя подняться на ноги и повернулся к Аллену, но не взглянул на него: его глаза не отрывались от бездыханного тела брата. — И что теперь? — спросил он. — Он мертв. Не должны мы выбраться отсюда или типа? — Нет, если это не все, — ответил Барри и перехватил настороженный взгляд Мардона с блестящими в глазах слезами злости и вины. — Мы не получили то, зачем пришли. — И зачем мы пришли? — Узнаем, когда откроем дверь в следующий раз, — ответил Барри, поворачиваясь назад к угрюмому, черному складу. По лицу Мардона, когда он проследил за взглядом Барри, отчетливо было видно, что ему не нравится этот план.

~ ~ ~

Но, когда они оба юркнули обратно в приоткрытую дверь склада, им в лица уже ударил прохладный ночной воздух, пронесшийся по пустой улице пустого города. Барри зябко передернул плечами и огляделся вокруг: ни в одном здании не горело ни одного огонька, отовсюду на них смотрели лишь пустые черные окна. Машина, на которой они приехали, исчезла; даже магазинчик теперь выглядел так же безлико, как и все остальные одно- и двухэтажные пристройки, тянущиеся вдоль небоскребов насколько хватало глаз. — И куда теперь? — спросил Мардон. Барри покрутился на месте, вглядываясь в окна и дорогу, освещенную неяркими фонарями, в надежде увидеть хотя бы один маленький знак. Он чувствовал себя неуютно, не зная, что ему делать; никогда прежде, с того момента, как он стал Флэшем, он не оказывался в ситуации, где ему даже некого было попросить о помощи — рядом всегда была хотя бы команда. И тут вдруг по пустой дороге пронеслась оранжевая вспышка. Оба Марк и Барри застыли, изумленно глядя в том направлении, где она исчезла; ветер, поднявшийся от скорости, с которой она промчалась, заставил их кожу покрыться гусиной кожей. — Ты сказал, здесь только мы, — произнес Мардон, поворачиваясь к нему. — Я так думал, — Барри неуверенно передернул плечами. — Может, это Уолли или Джесси... — Или это твоя скорость, — Мардон снова повернулся в ту сторону, где спидстер исчез. — Ты говорил, что уже однажды ловил свою скорость по всему городу точно так же. — Не так. Там она преследовала меня... в некотором роде. — Плевать, — возбужденно бросил Мардон и быстрым шагом двинулся вниз по улице. — Идем, надо его догнать и выбраться уже отсюда. — Но... Барри пришлось перейти на бег, чтобы догнать его. Не обращая никакого внимания на то, идет за ним Барри или нет, Мардон шел вдоль безликих домов и безлюдной дороги, сосредоточенно уставившись в одну точку перед собой. Барри поотстал от него: пешеходная дорожка была слишком узкой для двоих, а идти по дороге, пусть даже по абсолютно пустой, он не мог себя заставить; и поэтому, когда Мардон дошел до конца ряда магазинов и остановился, Барри второй раз за день едва не врезался в его спину и остановился, прежде чем выглянуть из-за него. Небоскребы неожиданно сменились невысокими домиками, раскинувшимися впереди, по бокам от все той же пустующей дороги, но теперь в одном из них горели огни на первом этаже. Мардон, помедлив несколько секунд, уверенно двинулся к этому дому; он пересек дорогу и поставил ногу на тротуар, когда вдруг заметил, что сделал это один. В недоумении он повернулся. Барри стоял на том же самом месте и неотрывно смотрел на дом. — Тебе приглашение нужно? — крикнул Мардон, раскинув руки. Барри моргнул. — Я туда не пойду. Мардон нахмурился, услышав его безжизненный голос. — Ты шутишь, что ли? — Это дом моего детства, — Барри снова моргнул, а потом вдруг вытер лицо рукавом рубашки. — И это ночь, когда моя мать умерла. Мардон сошел с тротуара. Язвительная реплика, которую он приготовил, чтобы высмеять Барри и заставить его идти, вдруг тяжело осела на его языке; он провел им по своим зубам, как будто пытаясь стереть ее. — Ты сам сказал, что мы здесь по какой-то причине, — сказал он вместо этого. — Значит нам нужно в этот дом. — Нет! — резко выпалил Барри. — Я не пойду туда. — Это может быть наш единственный шанс выбраться отсюда, — Мардон начал выходить из себя. — Нашел время жалеть себя! Я только что видел, как мой брат умер, потому что ты сказал, что мы должны увидеть его смерть! — Ты не понимаешь! — воскликнул Барри и впервые отвел взгляд от дома, повернувшись к Мардону. Из его глаз, когда он сорвался на крик, снова брызнули слезы. — Я уже видел, как она умирает, я даже возвращался в прошлое, чтобы спасти ее! Эта смерть, ее смерть, — он ткнул пальцем в дом, — изменила меня! — Ты думаешь, меня не изменила смерть Клайда? — вспылил Мардон. — Он убивал людей, — Барри сошел с тротуара и приблизился к нему на несколько шагов. — Джо убил его, чтобы защитить меня; если бы не Джо, его бы застрелил другой коп в другой день, потому что он был преступником. Моя мать не сделала ничего! Она умерла просто потому что она моя мать, а у меня выстроилась очередь из психопатов, пытающихся сломать мне жизнь! Мардон поджал губы. Лицо Барри блестело от слез; он вдруг из героя, спасающего жизни и сражающегося со злодеями, в одночасье превратился в маленького ребенка; и на секунду Мардон готов был поклясться, что он испытал что-то, похожее на сожаление. — Вон там, — продолжил Барри после короткой паузы и ткнул пальцем за спину Мардона; Марк повернулся, чтобы увидеть, на что он показывает, и увидел огненный всполох, вылетевший из дома и пронесшийся по пустой дороге, — эта вспышка — это я. Прямо сейчас я уношу маленького себя из дома, чтобы Эобард Тоун не убил меня до того, как я стал Флэшем. Вместо этого он убьет мою мать. Мардон перевел взгляд на дом. В зажженных окнах первого этажа теперь сверкали вспышки красного света. — Я видел ее смерть в кошмарах всю свою жизнь, — добавил Барри тихо. — И я не буду смотреть на это еще раз. И ты тоже не будешь смотреть на то, как она умирает. — Как тогда мы отсюда выберемся? — нетерпеливо спросил Мардон, снова поворачиваясь к нему; Барри перевел на него взгляд с еще стоящими в глазах слезами. — Этот дом наша единственная зацепка. — Может, и нет, — Барри решительно развернулся на месте, поджав губы и метнув на свой дом последний взгляд, полный отчаяния. — Я возвращаюсь в магазин. Ты можешь остаться здесь, если хочешь. — О, ты имеешь в виду, чтобы я не видел твои слабости, — саркастично отозвался Мардон, следуя за ним. — Ведь ты же единственный, кто терял близких в этой жизни, больше никому не понять эту боль. — Не смей, — Барри резко повернулся к нему. — Не смей думать, что ты понимаешь, что значит потерять мать. — Представь себе, понимаю, — процедил Марк. Барри сжал руки в кулаки. Заметив это, Мардон усмехнулся и перевел взгляд в горящие яростью глаза Барри. Он даже не думал, что мальчишка вообще умеет злиться. — Буду рад посмотреть, как ты попытаешься, — издевательски протянул он. Но Барри вернул себе контроль почти тут же. Он смерил Мардона взглядом с ног до головы и разжал руки, а потом развернулся, поднимаясь по улице; и Марк, помедлив, двинулся за ним. Его издевательски-веселое настроение будто водой смыли.