Жизнь по-новому

      Медленно открыв тяжелые глаза, Гарри подтянул к себе одеяло, сразу же пряча под ним замерзший почему-то нос и закутываясь поплотнее. Первая всплывшая в голове мысль о том, что пора бы уже бежать на первый урок или завтрак, если время позволит, была сразу же прервана острым приступом лени и мягкостью кровати. В комнате сегодня казалось слегка прохладнее обычного, а мутный после сна взгляд наткнулся открывшуюся, вероятно, ночью дверь шкафа. Кровать Драко уже была аккуратно заправлена, а, прислушавшись, мальчик услышал тихие звуки льющейся в душе воды за стеной. Широко зевнув и протерев глаза, мальчик все же не спеша опустил ноги в теплых шерстяных носках на темный ковер, вытягивая затекшие руки.       — Кто это у нас проснулся? Я, честно говоря, уже думал, что ты планируешь проспать весь день, — Драко, вышедший из тихо открывшейся двери и вытиравший махровым полотенцем свои слегка влажные волосы, довольно хмыкнул и прошел к своей кровати, на которой лежали аккуратно сложенные вещи.       — И ты решил побыть столь вежливым, что оставил меня досматривать свои сны, — Гарри ухмыльнулся, начав чистить зубы приятно пахнувшей мятой пастой. — Который час?       — Если поторопишься, еще успеешь попасть на завтрак, сегодня наконец объявят нового преподавателя по защите от темных искусств, — Малфой поднял бровь, через голову натягивая черную рубашку из матового бархата, которая на фоне его бледной кожи и светлых волос казалась какой-то слишком темной.       С момента уничтожения очередного крестража прошло уже больше месяца, в течение которого Гарри правда старался придумать способ, которым можно воспользоваться, чтобы достать остальные крестражи. В особенности чашу, хранившуюся сейчас в сейфе Беллатрисы Лестрейндж, достать которую казалось слишком нереально хотя бы потому что сама волшебница сидела сейчас в Азкабане. Впрочем, гоблинов никогда не смущали такие мелочи. Именно кубок стал точкой преткновения, поскольку все остальные нужные предметы при желании и небольшой доле удачи можно было спокойно достать без каких-либо проблем для себя.       Умывшись и почистив зубы, Гарри быстро надел первый же попавшийся под руку свитер и светлые потертые джинсы, ловя на себе неодобряющий взгляд Драко, который, несмотря на столь долгое общение, все еще открыто выражал презрение к подавляющему большинству маггловских вещей в гардеробе Поттера, даже если те выглядели вполне себе прилично.       После таинственной потери памяти Локонсом, что стало, вероятно, последствием встречи с Малфоем-старшим, директор, судя по всему, не особо спешил искать нового учителя, и около месяца преподаватели менялись едва ли не каждый день, из-за чего программа, стройно выстроенная изначально, превращалась в невнятную кашу из лекций и практик, имеющих между собой крайне мало общего. Сегодня наконец настал тот день, когда детям наконец объявили нового волшебника в преподавательском составе.

***

      — Поттер, ты как-то побледнел, — Драко, поправив ремешок сумки, вскинул глаза на своего соседа по парте, который, казалось, и правда выглядел не очень здорово.       — Я… Да, все в порядке, просто… — просто он все еще не свыкнулся с тем, что встречать оживших мертвецов — это нормально.       — Дорогие ученики, — услышав знакомый голос, Гарри тяжело сглотнул, медленно оборачиваясь на только что вошедшего в класс профессора, который появился на завтраке в Большом зале буквально полчаса назад. — Что ж, рад приветствовать вас всех на уроке. К сожалению, мой предыдущий коллега был вынужден покинуть свой пост, — по классу разнеслось несколько плохо скрываемых смешков. — Поэтому Альбус обратился ко мне за помощью. Многие из вас наверняка уже слышали мое имя на завтраке и тем не менее представлюсь еще раз, — мужчина подошел к центру класса, скрещивая руки на груди и облокачиваясь на учительский стол. — Меня зовут Ремус Люпин, — короткий вздох. — Я ваш новый преподаватель защиты от темных искусств. Надеюсь мы найдем общий язык.

***

      Драко кинул быстрый взгляд на побелевшие костяшки Гарри, вцепившегося в правый угол парты, и, собрав свои учебники и начатый конспект, осторожно потряс мальчика за плечо.       — Поттер? Ты здесь остаешься жить или все же спустишься на землю, и мы пойдем на следующий урок?       — Я, — Гарри вздрогнул и заметил, как последний ученик вышел за приоткрытую дверь. — Я подойду позже.       — Как хочешь, — уговаривать Драко никогда не любил и не спешил заниматься этим, поэтому, повесив сумку на плечо, он вышел в коридор, сразу же натыкаясь на компанию из нескольких человек, плавно вливаясь в их только что начавшийся разговор.       — Гарри, — мальчик встал из-за парты, ловя на себе теплый взгляд Ремуса, внимательно изучавшего его побледневшее лицо. — Если тебе плохо, я могу позвать мадам Помфри, но все же сейчас тебе, наверное, стоит пойти на следующее занятие.       — Профессор, — Поттер встал из-за парты, едва не опрокинув стул и устанавливая зрительный контакт. — Я понимаю, что сейчас кое-что может показаться вам странным, но могу я попросить вас выслушать меня?       — Я боюсь, что сейчас не лучший момент для историй, Гарри, но если это действительно важно для тебя, можешь прийти сегодня после уроков, и я постараюсь помочь тебе по мере возможностей. — Люпин вновь улыбнулся, взмахнув волшебной палочкой и очищая доску от уже написанных на ней слов.       — Спасибо, профессор, — Гарри подхватил свои книжки, понимая, что у него осталось не так много времени, и быстро вышел из класса, случайно задев кого-то из входящих внутрь плечом, — Я приду.

***

      — …Из прошлого? Ты… — Гарри быстро кивал на встречные вопросы, стараясь пересказать свою вовсе не короткую историю как можно быстрее. Люпин непривычно хмурился и смотрел на мальчика в упор, улавливая местами сбивчивую нить повествования и стараясь удержать себя от перебивающих Поттера вопросов. Тот не сомневался ни секунды в том, что как только Римус приедет в школу, его нужно будет попытаться переманить на свою сторону, что, впрочем, сделать было не очень трудно, поскольку в отличие от тоже же Снейпа, профессор давно выбрал свою сторону, и единственным препятствием оставалась его преданность Дамблдору.       — Я знаю, что сейчас это все звучит очень сумбурно и странно, но вы должны мне поверить хотя бы сейчас. Я знаю о Сириусе, — мужчина отвел взгляд. — Знаю о том, что он сидит в Азкабане, знаю о вас. Я просто не хочу допустить того же, что случилось в прошлом. Прошу вас, не рассказывайте директору обо мне Я понимаю, это может показаться подозрительным, но пожалуйста, изучайте мои воспоминания или поите сывороткой правды — у меня и правда нет никаких отрицательных намерений. Профессор, я видел вашу… Смерть. Смерть вашей жены. Смерть своих друзей. Я не знаю, выжили ли Рон, Гермиона и остальные. Я не хочу допустить войны снова. Поверьте, мне не хочется становиться каким-то супер-героем волшебного мира: все, чего я хочу — это избавиться от оставшихся крестражей и Темного лорда, а после жить своей жизнью обычного волшебника или маггла — как пойдет. Возможно это все слишком быстро и неожиданно, но в следующем году мне нужна будет ваша помощь в том, чтобы сохранить жизнь крестному. Прошу вас, — Гарри выдохнул, ловя себя на нервно дрожащих пальцах, сломавших только что хрупкий карандаш, — все, чего я прошу — это не рассказывать Дамблдору.       — Гарри, спасибо, что рассказал мне. Это действительно… странно, — Люпин подошел чуть ближе. — Но все же прости мое недоверие, я вынужден проверить твои слова на практике. Придется потерпеть, — Поттер постарался не ставить барьер неприятному проникновению в свою голову, которое, правда, не длилось больше десяти секунд, после которых странные скребущие ощущения в голове резко пропали вместе с отошедшим профессором. — Гарри. Это серьезно, и, надеюсь, ты понимаешь, что играешь далеко не в детские игры и подвергаешь своих друзей опасности?       — Да. Однако я буду стараться, чтобы с Малфоем ничего не случилось, — Люпин удивленно поднял брови.       — Раз уж ты сказал… Почему ты решил выбрать для себя Слизерин? Почему не решил остаться с Роном и Гермионой? Я не осуждаю тебя, однако…       — Наверное так просто получилось, поскольку я решил сам делать выбор за свою судьбу. Может это было необдуманно, но сейчас все равно поздно что-то менять. Но я рад, что я в том месте, где я сейчас, и не планирую ничего менять, по крайней мере пока.       — Хорошо, Гарри, я думаю, тебе стоит идти. Уже поздно. Хотя я не до конца понимаю, что ты планируешь, но можешь рассчитывать хотя бы на мое молчание. Не обещаю, что смогу постоянно помогать.       — Спасибо, профессор, — Гарри не смог удержать себя от того, чтобы, немного подумав, подойти и обнять Люпина, чувствуя теплые руки на своих плечах. — Я рад, что вы живы. И буду рад, если получится освободить крестного, — сверху послышался грустный смешок.       — Сириус… Только подумать, мы не виделись уже столько времени, я даже не думал, что получится вновь встретиться с ним.       — До свидания, — Гарри тихо закрыл за собой дверь, чувствуя какое-то теплое облегчение где-то в районе грудной клетке, которое мгновенно испарилось, стоило только повернуться лицом к коридору и наткнуться на чужие широко открытые каштановые глаза напротив. Черт!       — Гермиона! — чужой голос, раздавшийся из-за угла, заставил Поттера нервно убрать уже поднятую вверх палочку. Девочка молча смотрела прямо на него, не отводя тяжелого взгляда. Она стояла близко от двери и наверняка… Сколько она уже услышала? — Долго будешь еще стоять? Мы тебя вообще ждем, — обернувшись, Гарри увидел несколько гриффиндорцев, многие из которых болтали друг с другом, а Рон, вышедший слегка вперед и кинувший удивленный взгляд на Гарри, обратился к девочке. Дрожь в пальцах уже начинала становится привычкой — Гарри не успеет стереть память всем. Кто-то убежит.       — Там был Гарри, — Гермиона прижала к себе осторожно сложенный свиток, наверняка, дополнительное задание или домашняя работа, которую та собиралась отдать профессору после ужина. — Думаю, загляну попозже.       — Ну и пошли тогда, — Рон кивнул головой в сторону лестницы, и Гермиона, закусив нижнюю губу, словно сдерживая себя от того, чтобы сказать что-то Гарри, побежала следом за компанией, оставляя мальчика одного посреди слабо освещенного вечернего коридора.

***

      — И сколько, думаешь, она услышала? — Драко подтянул к себе колени, обхватив их руками, и аккуратно заправил часть челки за левое ухо. — Почему ты просто не лишил ее памяти?       — Там было несколько человек: Рон, Нэвилл, Дин… Похоже они просто шли с ужина, а Гермиона решила отдать Люпину какую-то свою работу и, вероятно, не захотела нас прерывать, но потом она услышала наш разговор. Это моя, конечно, вина, надо было сразу поставить заглушающее заклинание…       — Но ты до этого, естественно, не додумался, верно? — Драко закатил глаза, и в этот раз Гарри согласился с ним — это и впрямь было глупо. Люпин изначально не мог даже подозревать, что его разговор с простым учеником может выйти таким… своеобразным.       — В общем и целом, — Гарри ходил по комнате туда и обратно, периодически глядя на свое отражение в зеркале. — Сейчас все равно поздно думать о том, что прошло, но я не могу просто оставить эту ситуацию как есть. Герми не будет просто так болтать направо и налево, если понимает, что лучше этого не делать, но все же…       — И что ты собираешься делать?       — В идеале поймать ее где-нибудь и стереть память, но…       — Но? — Малфой прищурил глаза, слегка наклонив голову вправо.       — Если она и правда слышала все, то… Гермиона просто не такой человек, которому стоит недоверять. По крайней мере такой она была в прошлой жизни, но вряд ли какие-то события здесь сильно ее изменили. История все равно рано или поздно повторяется. Она все равно подружилась с Роном, Люпин все равно приехал преподавать в Хогвартс, Сириус все равно сбежит из тюрьмы, Темный лорд…       — Все равно воскреснет, — Гарри лишь коротко кивнул в ответ на чужое дополнение. — Что случится потом, Поттер? Когда Он вернется, магический мир никогда не будет таким же.       — Глупо, но — Поттер улыбнулся своему отражению в зеркале, сразу же оборачиваясь к собеседнику. — Я буду надеяться на удачу. И на то, что на моей стороне будут люди, которые смогут мне помочь. Прости уж, что я тебя насильно записал в список людей, но у тебя все еще есть возможность выйти из этой авантюры. Боюсь дальше будет чуть опаснее, чем ночные прогулки в заброшенные дома.       Драко промолчал, как бы невзначай отвлекшись на свои волосы. Гарри не мог не понять его — Малфой вряд ли хочет выбирать между Поттером и своей семьей, своим отцом, который естественно ждет от сына определенной модели поведения, шаг от которой Драко уже совершил. За первым таким шагом не всегда следует второй, но избежать третьего уже никогда не получится.       — Поттер, что ты хочешь делать после всего этого? Чем бы не закончился наш путь, он все равно закончится.       — Внезапно решил поговорить о планах после школы? — Гарри улыбнулся, не чувствуя, впрочем, в вопросе той беззаботности и легкости, которую в него вкладывали мальчишки на ранних курсах. Поттер уже привык к тому, что редко, но подобные разговоры случаются. Драко редко был готов открыться кому бы то ни было, но всегда есть исключения, — Не знаю. В прошлом я хотел быть аврором и, знаешь, даже почти пришел к этой цели. Но сейчас, думая обо всем этом, я понимаю, что во мне вовсе нет этой уверенности в своем решении. Конечно, еще рано загадывать на будущее, но сейчас я бы просто…       Внезапно перед лицом Гарри вспыхнули несколько ярко-красных искорок, образующих собой маленькую бумажку, на которой до боли знакомым почти каллиграфическим почерком было выведено: «Давай встретимся завтра в библиотеке после ужина. Гермиона.»