Black Dog

Июль 1984 Странная это была жизнь — жизнь без Роберта. Бетти даже не пыталась искать с ним встреч. Он вернулся в Англию, а она занялась работой, которой, как оказалось, было очень много. Первые премьеры прошли просто потрясающе, но самое главное, если бы не Фредди, то она просто бы пропала, сомневаясь в себе и дальше. Нельзя было сказать, что отношения с Фредди наладились, но они точно перестали быть холодными, по крайней мере, со стороны Бетти. — Так в чём же дело? — всё не унимался Фредди. — Просто Роберт… Он ушёл, — Бетти снова заплакала, ощущая внутреннюю пустоту. Впервые за столько недель она смогла признаться в этом. — А я тебе говорил, что ты для него только поматросить и забросить. — Не думаю, что только поэтому я вернусь к тебе. — Ну, всё может быть. — Я так и не простила тебе всего, и моя обида сидит во мне слишком глубоко, — Бетти поникла. — Дорогуша, — Фредди поднял её лицо, — он просто ветреный красавчик, который тебя недостоин. — Но я люблю его. — А он тебя нет, — сделал вывод Фредди. Бетти не сразу ощутила внутреннее опустошение и не в тот же день поняла, что на самом деле случилось. Она не стала исправляться, доказывать Роберту обратное, надеяться, что он вернётся. Бетти знала, что этого не случится, потому что давно изучила Роберта вдоль и поперёк. Первое время она терялась в компаниях Фредди, а он ожидал, будто следующим её шагом станет примирение. Но у Бетти не было подобного плана, не возникало даже желания насолить Роберту, а потом пришло какое-то отупение, когда ничего не чувствуешь, ни о чём не думаешь, лишь только падаешь и падаешь дальше вниз, потому что просто нет смысла хоть за что-то цепляться. То была странная весна, но кое-что всё же не стояло на месте. Неудачи сменялись успехом, и казалось бы, всё вернулось на прежние рельсы. Всё, кроме одного — Роберта. Ночами Бетти думала о нём, иногда срывалась и употребляла кокаин, пусть каждый раз и обещала себе не делать этого. Бетти хотела всё забыть и пойти дальше, но пока у неё не получалось. Однажды она решила вернуться к Фредди — скорее от отчаяние, чем от великих чувств. Бетти возвратилась из Вены, когда застала Фредди в компании Барбары Валентайн и какого-то усатого мужика — и она была готова взять назад все свои слова, сказанные ему накануне. Бетти устроила скандал с битьём посуды, какого она не совершала с того дня, как застукала Фредди с Мэри. Фредди был напуган, хотел было задержать Бетти, но понимал, что теперь потерял её окончательно и бесповоротно. Бетти уехала в Париж по делам, где пробыла две недели, после чего, зная о её страсти к молодой поросли, ей приписали роман с каким-то начинающим музыкантом. У неё появилось стойкое ощущение, что пора завязать со всем этим. Сейчас же. Бетти решила, что теперь после каждого концерта будет возвращаться домой, чтобы больше времени проводить с Мэгги. Она стала ходить к психотерапевту, чтобы было легче избавиться от зависимости, пока ещё можно обойтись без медикаментов. — Ты теперь живёшь дома? — спросила Мэгги как-то утром. — Ну да, — Бетти улыбнулась. — Теперь есть ты и я… — А папа? — У него своя жизнь, которая мне неинтересна, — Мэгги хотела было возразить, но видя спокойное лицо матери, предпочла просто промолчать. Всё шло неплохо, кроме одного: Бетти просто умирала без Роберта. За последние годы она настолько сильно к нему привязалась, что боялась дышать без него. Это была пугающая форма зависимости, ужасная форма любви. Сейчас бы Диана сказала, что Бетти глупая, раз сохнет по мужчине, которому не нужна. Она и правда была ему не нужна. Роберт не звонил, не писал, не искал с ней встреч, не приехал на премьеру её шоу, забыл про день рождения. Наверняка его постель уже кто-то грел, пока Бетти пыталась бороться со своим одиночеством и пристрастиями. Он просто оставил её, не простив проявления слабости, ведь всегда видел в ней силу, а теперь просто разочаровался, явно перестав обожать, как раньше. И это больше всего убивало Бетти. — Вам надо двигаться дальше, — сказала доктор Стивенсон, выводя Бетти из какого-то оцепенения. Доктора Стивенсон нашёл Джимми, за что Бетти была ему очень благодарна. Доктор была молодой и очень деятельной женщиной, считавшей, что психоанализ способен творить чудеса даже в самых запущенных случаях. Чем-то она напоминала деловую Холли, к которой хотелось прислушиваться. Высокая, стройная, смуглая брюнетка, всегда в строгих брючных костюмах — доктор Стивенсон вполне могла помочь Бетти. Она уже поняла, в чём корень проблемы, и благодаря ей танцовщица уже два месяца ничего не употребляла, предпочитая даже не выпивать с музыкантами, несмотря на то, что они постоянно звали её в свои компании. — Да, но как? Роберт был смыслом всей моей жизни. Он был всем для меня. Я всё так же думаю, что от любви умирают, и уверена, что ничем хорошим это не кончится. Я виновата перед ним. Очень сильно. И я… — Вам надо увидеться с ним и просто закрыть дверь. И самое главное, стать уверенной в себе, потому что именно эта неуверенность — причина всех ваших проблем, Бетти. — У меня нет храбрости для этого. Я потеряла Фредди, потому что сбежала и не смогла смириться с тем, что в нашей среде верности не бывает. Я родила Мэгги, потому что боялась, что не смогу сделать это снова, встретив путного мужчину. И я потеряла Роберта… И всё потому, что он прав. Это я виновата, что у нас всё так криво пошло. — Бетти, это не совсем так. Просто встретьтесь с ним, — доктор Стивенсон улыбнулась. — Возможно, вы сами поймёте, что вместе вам не по пути. — Я люблю его, — выдохнула Бетти. — Я не дышать без него не могу. — Иногда этого мало. Вы сами прекрасно знаете, что для совместной жизни нужно что-то ещё. Бетти вытерла слёзы. Она и правда не знала, что делать. Может быть, и в самом деле стоило прервать эти три месяца молчания первой?

***

Роберт ушёл в никуда и знал это. Он не мог поступить иначе, прекрасно понимая, что если так будет и дальше продолжаться, то ничем хорошим это не закончится. Жизнь в Led Zeppelin многому его научила, и пусть Коул сейчас брюзжал, что он стал скучным и не таким прекрасным, как раньше, Роберту было на это плевать, потому что он жил настоящим, а не прошлым. Прошлое научило его тому, что всё можно легко потерять из-за наркотиков. Он видел, как умирала группа, как они с Джонси пытались взять всё в свои руки, но у них ничего не получалось, и всё рассыпалось само собой. Вот так же сейчас случилось с ним и Бетти. Он любил её, но всё стало слишком сложным и непонятным. Робби всегда хотел помочь ей, но она по обыкновению отвергала всякую его помощь, считая её лишней и оскорбляющей. Он продолжал стучаться в её двери, пытаясь понять и простить всё то, что она делала, а Бетти снова возвращалась к прежнему. Задел ли его тот факт, что у Бетти случилась пара выкидышей — да. Но свою утрату он переживал не так, как она. Роберт носил это в себе, утешаясь тем, что иногда так случается. И вот он узрел жуткую для себя картину. Робби и раньше видел, как Бетти нюхала тот же кокаин, ведь когда-то они вместе развлекались подобным образом. Но для него те времена прошли, а для неё явно ещё были в силе. Но сейчас Роберт не понимал причину её срыва, и это убивало его больше всего. Иногда он корил себя за то, что так и не воспользовался слабостью Элис Робинсон. Они встретились случайно, и Роберт просто предложил ей пообедать, чтобы сгладить часть плохого впечатления Элис после того, как он бросил её в Окленде ради Бетти. Элис много выпила — то ли намеренно, то ли просто так получилось. Роберт не смог понять, что у модели в голове. Он решил проводить её в отель, довёл до кровати и ушёл, чтобы найти Джимми. Чёрт, нужно было всё же трахнуть её — он хотя бы не так остро переживал из-за поступка Бетти. Тогда всё было бы проще. Но он был честным перед ней, а она просто пошла на поводу у своих слабостей. — Где же Бетти? — спросила как-то мать. Роберт посмотрел на неё, ощущая, что скоро его начнут раздражать подобные вопросы. — Я ушёл от неё. Не могу больше выносить её загулы. — Ты даже не дал ей ни единого шанса? — Я давал и не один, всё терпел, а теперь устал, — Роберт засунул руки в карманы брюк. — Она, конечно, не идеал, но ты всё же подумай. — Я всё уже решил. Вот так в жизни Роберта снова появилась Ширли. Чистой воды глупость. Этого не стоило даже начинать. Но Ширли была такой настойчивой, а ещё такой сочувствующей. Роберт был согласен с ней, что не нужен Бетти. Все сладкие слова Ширли совпадали с его мыслями. И вот так она принялась приходить к нему домой, но Робби не стал ей разрешать жить у него. Это было жуткое предательство по отношению к Бетти, даже Морин ткнула его носом в это, сказав, что иногда людям надо помогать, а не бросать их посреди шторма. Бетти бы так не поступила, вот что сказала Морин, когда засекла его с сестрой. Но должен ли он испытывать чувство вины, учитывая, что сам бросил Бетти? Получается, они сейчас вроде как и не в отношениях. Ширли ощущала: вот он, наступил — тот самый момент. Идиотка Бетти потеряла Роберта, потому что не смогла остановиться. Не смогла сказать «стоп» наркотикам и получила то, что заслужила. Ширли нисколько не было жаль Бетти; она решила: вот сейчас сможет прибрать к рукам Роберта, раз Бетти он не нужен. И она начала осуществлять план. Сначала решила забеременеть от Роберта, намеренно забыв про предохранение, обманывая его. Хочет он свою Френни, так получит её — у Ширли сомнений не было, — а там женится на ней, и тогда всё будет просто отлично. Про голубую мечту Роберта о девочке Френни Ширли узнала, когда тот, изрядно выпив, начал изливать ей душу. Роберт хотел детей от Бетти, а она, кажется, была уже ни на что не годна. Ширли, правда, молчала, ведь у самой было два выкидыша. И не надо никому знать, что она сделала это намеренно, потому что не хотела детей от Джона, а хотела их от Роберта, и потомство Морин никогда не было для неё препятствием. Роберт явно хотел назвать ребёнка в честь бабушки, хотя, может быть, и нет. Позже Морин смеялась, уточнив, что Роберт хотел назвать ребёнка от Бетти в честь Франциски Данлер — женщины, которую он никогда не знал, но которая ему очень импонировала. Ширли смирилась с этим, ведь Роберт всегда был себе на уме, но с другой стороны, главное — подать всё под правильным соусом, чтобы он принял её желание за своё. Ширли действовала неспешно, но весьма эффективно. Бетти пусть и жила сейчас в Англии, но Роберт не хотел с ней общаться. С ней виделась лишь Кармен, когда ездила к Мэгги. Племянница приносила разные вести, вроде той, что Бетти остепенилась и сейчас была занята работой, собой и дочерью. Ширли всё это не нравилось, но она успела прощупать почву и понять, что обида в Роберте засела настолько сильно, что он ни в какую не хотел видеть Бетти. Это самое главное. Пресса всё так же искала полюбовника Бетти, и Ширли молила Бога, чтобы она его нашла. Тогда Роберт окончательно разочаруется в Бетти и всё будет хорошо. Чем быстрее он забудет её, тем будет лучше для всех. В тот вечер, когда всё изменилось, Ширли не осталась у Роберта. В доме сегодня хозяйничала Кармен, а отношения Ширли с племянницей в последнее время сильно испортились. Кармен выражала своё недовольство по поводу того, что тётя лезет туда, куда её не просят. Девушка выросла, и молчание перестало быть её стезёй. Ширли ушла, решив, что вернётся завтра вечером. Кармен мыла посуду, пока отец с кем-то разговаривал по телефону. Она услышала скрип гравия, поскольку все окна в доме были открыты. В Уэльс вместо дождей пришла жара. Кармен откинула в сторону полотенце. Кажется, это была машина Бетти. У неё до сих пор не было своей, пусть она и умела водить, а авто из конторы Кармен хорошо знала. — Пап, там, кажется, Бетти приехала, — сказала Кармен, когда Роберт зашёл на кухню. — Я же сказал ей… — Иди и поговори с ней, или я сейчас дам тебе подзатыльник, — голос Кармен звучал угрожающе. — Вот чёрт! — Роберт закатил глаза, удивляясь, откуда столько гонора у его пятнадцатилетней дочери. — Я тебя не этому учил. — Иди давай уже! — Кармен повысила голос. Роберт вышел на улицу. На ферму опустились лёгкие сумерки. Джоуи, водитель Бетти, уехал, оставив её с одной лишь небольшой сумкой. Бетти была одета в простые джинсы и чёрную блузку с жабо; на лице не было ни грамма макияжа, а на руках — ни одного украшения. Только спустя пару секунд Роберт понял: у Бетти заплаканные глаза. Она не казалась такой худой, как прежде, а лицо перестало быть измождённым, что она вечно прятала под слоем штукатурки, которую она всегда смывала посреди ночи, просыпаясь из-за этого, когда он спал после совместных упражнений. С минуту они просто смотрели друг на друга. Роберт боролся с желанием кинуться к Бетти и обнять её, но всё же обида крепко сидела в нём и ему хотелось сразу же отправить Бетти восвояси. Пусть хоть пешком идёт в город, он даже переживать по этому поводу не будет. Бетти первая сделала шаг к нему — Роберт не заметил, как она оказалась рядом и упала на колени, прижимаясь щекой к его руке. — Только не оставляй меня… Я прошу тебя, только не оставляй меня… Я умоляю тебя, — плакала Бетти. Её голос срывался, а тело сотрясалось в рыданиях. Это одновременно трогало и раздражало Роберта. Зачем так унижаться перед ним? Зачем так требовать его любви? Молить принять её обратно, когда она снова пустится во все тяжкие? Зачем ей всё это? — Я умоляю тебя, только не оставляй меня сейчас. Я как тот листок, что дрожит на ветру. Я не смогу без тебя. Робби… Только не оставляй меня… — Я прошу тебя — хватит! — он вырвал руку. Бетти опустила глаза, не глядя на Роберта. — Робби… — выдохнула она. — Пойдём в дом. Он помог ей подняться, но потом понял, что она настолько взволнована, что едва держится на ногах, отчего взял её на руки. Бетти доверчиво прижалась к нему, ощущая, как в нос ударил знакомый запах его кожи, который всегда волновал её. Роберт внес Бетти в дом — Кармен застала их в гостиной, надеясь, что всё будет хорошо. — Принеси воды и успокоительного, — попросил Роберт у дочери. Робби перенёс Бетти в гостевую комнату. Он положил её на кровать и снял с неё лоферы. Бетти повернула к нему заплаканное лицо. Чёртовы женские слёзы! Нет, есть, конечно, индивидуумы, которые запросто могли устоять перед ними, но это явно было не про него. В душе шевельнулась прежняя нежность, но Роберт быстро её прогнал. Он решил уйти, значит, он уйдёт. И не останется. Кармен подала отцу стакан воды и успокоительное. Роберт протянул его Бетти — она тяжело сглотнула, понимая, что сейчас не отвертится. Он собрался уйти, и у неё сжалось сердце от его равнодушия. — Робби… — он остановился, по-прежнему держа руку на дверной ручке. — Нет, — отрезал он, уходя. Роберт знал, о чем Бетти просила его, и не собирался исполнять её прихоть. Она знала, что это значит. Конечно, всё поняла. И это разбило ей сердце. Наверное, доктор Стивенсон всё же права. Она должна была увидеться с Робертом лишь только для того, чтобы оставить всё в прошлом. И вправду, так больше не могло продолжаться. Нельзя мучиться из-за мужчины, которому она была не нужна. Бетти заплакала, ощущая, что таблетка притупляет часть эмоций. Она хотела было встать, пойти к Роберту, но осталась в спальне, и на неё свалился спасительный сон. Такой, какой обычно бывает при болезни: просыпаешься утром — и тебе уже намного лучше. Вот и сейчас она забылась до утра, надеясь, что потом станет проще уехать отсюда. Роберт же почти не спал. Его тревожило чувство вины. Да, он понимал: сейчас иначе уже не получится. Бетти вряд ли поймёт, если он в очередной раз спустит всё на тормозах. Нужно было радикально всё решать. Но он всё ещё любил её. Прошло столько месяцев, а его чувства к Бетти остались всё теми же, и как он ни старался, ему трудно было её забыть. Утром он первым пришёл на кухню и принялся варить кофе. Бетти спустилась чуть позже, а Кармен ещё спала. Бетти привела себя в порядок и не казалась такой потерянной, как накануне. — Я скоро уеду. — Не станешь даже завтракать? — спросил Роберт. — Нет, — Бетти поставила на стул сумку. — Что-нибудь съем по дороге. — Зачем ты приехала? — Роберт выключил газ. — Хотела увидеть тебя, — ответила она. — Ладно, мой психотерапевт сказал, что мне это надо, чтобы двигаться дальше. Странно, раньше, чтобы свободно жить, мне надо было признаться тебе в чувствах. А сейчас достаточно просто понять, что и правда некоторые вещи остаются в прошлом, а все эти красивые слова о том, чтобы вместе провести жизнь — всего лишь слова и ничего больше. — Зачем ты приехала? — снова повторил он. — Я же сказала: это моя терапия, — спокойно ответила она. — А вчера… — Я не была пьяная или под кайфом, — возразила Бетти. — Я уже пару месяцев ничего такого не делаю. — Я просил тебя тут не появляться, — Роберт хотел, чтобы Бетти ушла, и одновременно мечтал, чтобы она осталась с ним. — Я знаю, — Бетти взяла сумку. — Тогда зачем ты тут? — ещё раз задал вопрос Роберт. — Да чтобы понять: всё в прошлом, — голос Бетти прозвучал твердо. — И что я для тебя была всего лишь «поматросить и забросить». Но я не в обиде. Ты получил то, что хотел от меня. Это я не должна была впадать в такую зависимость от тебя. — Ты же знаешь, что это было не так. — Нет, Роберт, это выглядит именно так. Ладно, там Джоуи приехал. Спасибо, что позволил мне понять, что всё осталось позади этого дня. И да, вчера я говорила на эмоциях, просто вспомнила всё хорошее, что было между нами, пока ехала сюда. Друзьями мы уже не будем; красивое расставание, как со всеми другими женщинами — это не про меня. А теперь прощай. Бетти направилась к выходу, с трудом сдерживая поток слёз. Она решила держаться; потом, дома, она даст себе волю, но сейчас нельзя было сдаваться, иначе она снова свалится в ту же бездну, жалея себя и считая несчастной. — Пока, Кармен, — девушка стояла на лестнице и слышала, что сказала Бетти напоследок. Бетти вышла за дверь, шумно втягивая воздух, чтобы успокоить себя. Ещё пара шагов, и она спасена. Бетти шла, не оборачиваясь, ощущая, что теряет уверенность.

***

— Иди за ней, — потребовала Кармен. — Зачем? — Роберт спокойно смотрел на дочь. — Иди уже за ней! Чёрт возьми, она тебя любит. Думаешь, она вчера просто так тебе всё это говорила? — Она снова променяет меня на гулянки, — отрезал Роберт. — В смысле? Она сейчас лечится. Бетти уже давно одумалась, но из-за тебя не приезжала сюда, — Кармен строго посмотрела на отца. — Давай уже иди за ней. Иди за ней, иначе потеряешь её навсегда. — Кармен!.. — но сопротивление Роберта быстро таяло. — Иди уже, пока она не уехала! Ты сам говорил, что она самая лучшая женщина на Земле. И ты готов её потерять? Роберт вышел на порог. Бетти уже почти дошла до машины. Джоуи почему-то остановился далеко от дома. Роберт сначала пошёл быстрым шагом, а потом побежал бегом. Бетти не успела открыть дверь машины. Роберт обнял её сзади и, взяв за руку, прижал её к губам. Бетти замерла на миг, не зная, что ей делать. У неё участилось сердцебиение, а дыхание практически остановилось, словно в лёгких не осталось ни капли кислорода. — Джоуи, приезжай через пару дней. — Нет, я завтра днём улетаю в Сан-Франциско, — глухо сказала Бетти — Тогда завтра рано утром, — приказал Роберт. Он резко развернул Бетти к себе, отвёл волосы от её лица и быстро поцеловал в губы, не давая ей опомниться, ощущая, как она уже начала упираться руками ему в грудь. Но её самообладание быстро дало трещину, и уже спустя миг её ладони сплелись у него на шее. — Нет, — спустя некоторое время сказала она. — Не оставляй меня… — Ты сказал в прошлый раз всё, что думал обо мне. И будет лучше… — Что вы там как маленькие! — громко крикнула Кармен высунулась, высунувшись из окна. Она щурилась от яркого летнего солнца. — Ну-ка давайте оба в дом, быстро! — С ней лучше сейчас не спорить, — посмеиваясь, сказал Роберт. — Пойдём, иначе она достанет деревянную мешалку и нам достанется на орехи. Бетти прикусила губу, ощущая некоторое смущение, но позволила Роберту взять себя за руку и увести в дом. Кармен уже накладывала завтрак, напевая что-то себе под нос. — Так-то лучше, — произнесла она, увидев, как пальцы отца сплелись с пальцами Бетти. — Вы два идиота. Жизнь вам подарила то, что не все могут пережить; то, что все ищут, но не могут найти. А вы надулись друг на друга как дети в песочнице и хотите всё это забыть. Не-а, не дождётесь. Я вам не дам этого сделать. — Кармен! — протянула Бетти. — А что — Кармен? Я уже лет с одиннадцати фантазирую на эту тему: вот бы Бетти стала моей мачехой, — девушка встала, уперев руки в боки. — Думаешь, я такая глупая? Я всё поняла ещё тогда, когда мы встречали Новый год у дяди Джимми. — Но мы… — Бетти посмотрела на Роберта, а тот пожал плечами. — Но между нами почти ничего не было. — Почти не считается, мама, — Кармен заулыбалась. — Прости за фамильярность. — Ничего, — уголки губ Бетти дрогнули. — Так что там на завтрак? — Ну, кофе и блины с творогом. — Это же самое лучше сочетание, — и Бетти с Кармен засмеялись. Роберт непонимающе посмотрел на своих любимых женщин. — Пап, ты что? Ты же сам всегда говорил это, когда Бетти сюда приезжала, особенно десять лет тому назад. — В тот день я грохнулась с лошади, — Бетти положила голову на плечо Кармен. — Вот, — протянула Кармен, — а ты ничего не помнишь. А мы с Бетти всё помним. Так, ладно, я потом к Паломино, а вы тут найдёте чем заняться. И без самодеятельности. Кармен спустя какое-то время оставила их наедине. Роберт прижался спиной к холодильнику, ощущая некоторую неловкость. Он внимательно смотрел на то, как Бетти спокойно пила кофе, предпочитая молчать. Никто из не знал, с чего начать. — Прежде чем мы с тобой поговорим, я хочу тебе кое-что показать, — Роберт взял платок Кармен, который она оставила в гостиной. Он завязал Бетти глаза и повел её куда-то — туда, где раньше находился зимний сад Морин. Сняв с Бетти платок, Роберт ожидал её реакцию, не зная, что же получит в ответ. Он переделал просторную комнату с большими окнами в танцевальный зал. Это было его подарок на день рождения Бетти, который он так и не подарил ей. — Что это? — Бетти слегка повернулась к Роберту. — Ну, мы же решили, что ты будешь здесь жить, а значит, тебе нужно место, где бы ты смогла завязываться морским узлом, выполняя все эти твои умопомрачительные упражнения. Вот я и обустроил его, чтобы облегчить тебе задачу, — просто сказал Роберт. — Кстати, с днём рождения. — Робби… Я… не должна быть здесь. Я всё ломаю. Я сломала свои отношения с Фредди, я сломала его жизнь с Мэри ради своей чёртовой мести. Я испортила твой брак. И самое ужасное — я виновата в том, что мы с тобой потеряли двоих детей. — Нет, это не совсем так, — Роберт прижал Бетти к себе, целуя её в макушку. — Это не совсем так. Девочка моя, ты зря себя коришь там, где не надо. Да, то, что ты не могла расстаться с наркотиками, портило твоё здоровье, но остальное — это не твоя вина. — Но я… — она всхлипнула. — Я люблю тебя. — Я знаю, — он крепко обнял её. — Я хотел, чтобы ты очнулась, но ещё больше мне хотелось никогда не переживать те страхи, которые были со мной долгие годы. — Я знаю, — выдохнула Бетти. — Просто мне стало страшно. Страшно, что ты меня променяешь на кого-то ещё. Когда я увидела тебя и ту девчонку, у меня земля ушла из-под ног. Так вот в чём было дело! Роберт провёл ладонью по спине Бетти и поцеловал в висок. Он всё никак не мог понять, зачем же вообще рядом с ним Бетти понадобилось употреблять наркотики. И вот она, причина. — У меня с ней ничего не было, — признался он. Бетти знала, что, скорее всего, это правда, но всё равно она не была уверена в Роберте. — Пойдём. Он подхватил её на руки и понёс в свою спальню. Роберт томился по Бетти, страдал, вспоминая, как его пальцы скользили по её спине, как её дыхание опаляло его, а член был окутан её женским естеством. Разве это удалось ему повторить хоть с кем-то ещё? Нет. Робби осторожно опустил Бетти на кровать. — Прежде чем ты уложишь меня в койку и сделаешь всё то, что придёт тебе в голову, я хочу знать, кто здесь был? Сколько их было? — Бетти приложила палец к губам Роберта, тем самым не позволяя себя поцеловать. Она бросила взгляд на дверцу шкафа, где висел шёлковый халат Ширли, стараясь не поддаваться ревности. — Я… — Роберт сел рядом с ней. — Это была Ширли. Я не понимаю, как так получилось. И я чувствую себя виноватым перед тобой. — Робби… — Бетти обнял его за плечо. — Посмотри на меня. — Зачем? — Посмотри на меня, — их взгляды встретились. — Я знаю, что ты не идеал. Я знаю, что я далеко не та, что должна быть с тобой. Я ужасная мать и ещё более ужасная спутница жизни. Но мы друг друга стоим во всём. Мы с тобой одна плоть и кровь. Сделаны из одного теста и выточены одним и тем же тесаком. Это не значит, что сейчас я лягу с тобой в постель. И вообще, тебе придётся подождать, когда я буду морально готова к этому. — Бэтс… — Нет, Роберт, если ты думаешь, что честно мне сознаешься, что все три месяца кувырклася с Ширли, а я после этого брошусь в твои объятья, то ты меня плохо знаешь, — Бетти встала, глядя на Роберта. — Я завтра уеду в Сан-Франциско и вернусь через девять дней. А потом я привезу сюда часть своих вещей. — Подожди, это ещё не всё, — Робби вскочил с кровати. — Идём. Ширли это выводило из себя, она не раз спрашивала у него разрешения убрать всё из ванной комнаты, но Робби ждал. Странно, но он особо ни на что не надеялся, но почему-то был уверен, что Бетти вернётся. В глубине души это жило в нём — мысль, что они всё же будут вместе. И пусть он многим твердил, что ушёл от Бетти — он знал, что исполнял данное ей обещание: «Если однажды я уйду от тебя, громко хлопнув дверью, то всё равно вернусь». Вот и сейчас это было именно так. — Ты… — она развернулась к нему. — Но ты… — Вообще-то я уже начал морально готовиться к тому, что со мной будет жить женщина. Причём не просто какая-то там, а именно Женщина с большой буквы, а ей надо как следует быт обустроить, — Бетти заулыбалась в ответ. Роберт знал её привычки. Он видел, как по вечерам Бетти мазала лицо каким-нибудь маслом, а потом смывала его нежным мылом, а после у неё был свой ритуал из целого комплекса трёх или четырёх баночек — Роберт не успел запомнить все их этикетки. Он видел, что во всех домах Бетти ванная комната забита разными красивыми баночками. С собой у неё всегда был дорожный чемодан, вернее, даже не один, который она брала в зависимости от страны и погодных условий. Наверное, поэтому Бетти в свои тридцать три выглядела лет на семь моложе, и Ширли сильно проигрывала на её фоне. Роберт ещё в Японии купил Бетти шёлковый халат-кимоно, а потом вспомнил, что порой в доме бывает не очень тепло, и нашёл стёганый халат из ярко-синего атласа с пышной юбкой и глубоким декольте. Ему хотелось, чтобы живя с ним, у Бетти не возникало желания вернуться в Лондон к своему налаженному быту. Но то, как она посмотрела на него, не оставляло сомнений в том, что Бетти готова свить с ним гнездо здесь, в Дженнигсе. — Это всё, конечно, мелочи… — Я пока не буду жить с тобой в полном смысле этого слова. Мне надо будет хоть иногда бывать дома. Но всё-таки… Я думаю, что очень скоро мы всё расскажем Мэгги. И Фло должна будет покинуть нас следующим летом. — Бэтс… — Что? — она дотронулась до его щеки. — Да, всё хорошо. Лучше пойдём займёмся обедом. — Вот это хорошее предложение. — Только сначала выдай мне сменную одежду, а то потом мне будет не в чем ехать домой, — попросила Бетти. — Надо посмотреть что-нибудь у Кармен. Вы всё равно носите чуть ли не один размер. Когда Кармен вернулась, она застала отца и Бетти на кухне. Они о чём-то спорили и при этом смеялись. Девушка постояла на пороге, любуясь ими и не желая прерывать всю эту любовную идиллию. Она ушла в гостиную и включила телевизор, решив, что взрослые сами во всём разберутся. День прошёл спокойно. Кармен рассказывала, как всё устроено в доме, пусть Бетти и отнекивалась, что пока не собирается тут жить. Но девушка видела танцовщицу чуть ли не насквозь, угадывая почти все её планы. Вообще Кармен хотелось, чтобы Бетти поменяла некоторые порядки в Дженнингсе, а она запросто могла это сделать, но пока придётся довольствоваться малым. Кармен легла спать поздно. Она всё смотрела ночное чёрно-белое кино, наслаждаясь игрой актёров прошлых лет. Внезапно она услышала, как кто-то вошёл в дом с улицы. Дверь была не закрыта из-за Джуно, нового пса Роберта. Кармен поняла, что это была тётка. Недавно она подобным образом застала её. Та кралась посреди ночи, чтобы оказаться в постели отца. Стоило бы рассказать всё Бетти. Кармен быстро поднялась с дивана, пока Ширли приводила себя в порядок на кухне. Бетти спала в гостевой комнате, наотрез отказавшись ночевать с Робертом, хотя Кармен уже не была маленькой и понимала, чем на досуге занимаются взрослые. Она сама пробовала испытать подобные эмоции, бегая за своим преподавателем по танцам в школе. Спросила об этом у Бетти, и та ей сказала, что всегда надо думать о последствиях, и не дай Бог у отца случится инфаркт, если он станет дедом раньше сорока. Бетти ещё не спала, читая книгу. В комнате горел только ночник, но кажется, женщине хватало света. — Бетти, — Кармен прикрыла за собой дверь. — Там Ширли пришла. — И?.. — Она… — А! — протянула Бетти. — Пойдём разбираться. А ты чего не спишь? Или с матерью никакой свободы, а с отцом — делай что хочешь? — Кармен ничего не сказала в ответ. Ширли увидела на лестнице женский силуэт в шёлковой сорочке почти до пола — чёрное кружево на груди вздымалось в такт дыхания, тёмное облако волос лежало на плечах. В полумраке трудно было сказать, кто это, но, уловив в воздухе мужской аромат, Ширли всё поняла. Она знала, что только Бетти пользуется мужским парфюмом, явно считая это интересным моментом для своих любовников. — Что ты тут делаешь? — спросила Ширли. — Приехала к Роберту, — спокойно сказала Бетти. — А вот что тут делаешь ты? — А мы с ним состоим в отношениях, — Бетти негромко рассмеялась. — В отношениях с Робертом состою я, а ты так, способ перекантоваться, — отсмеявшись, ответила Бетти. — Он тебя бросил, — выпалила Ширли. — Ну, сегодня ночью он шептал мне на ухо, как меня любит и как хочет, — Бетти сделала шаг к Ширли. Кармен внимательно наблюдала за всем происходящим. Бетти, конечно, врала, но знала, как ущемить самолюбие Ширли. — А теперь давай иди отсюда. — Он ещё будет моим! — Слушай, не я сказала Роберту: выбирай — твои фанатки или я. Мои слабости легче простить, чем твоё предательство, боль от которого в нём засела прочно и на долгие годы. Потому что я всегда верила в него, что бы он ни делал, а ты хотела, чтобы он сидел у твоей ноги как комнатная собачка. Ты думаешь, что после всего Роберт будет твоим? Он мой мужчина. Прошло десять лет, а он всё так же думает обо мне, а ты всё бегаешь за ним. — Ты сильно ошибаешься, полагая, что его можно держать за член всю оставшуюся жизнь, — Ширли развернулась, собираясь уйти. — Ты сильно ошибаешься, если тебе кажется, будто ему от меня нужен только секс, — сказала вдогонку Бетти. Ширли ушла, а Бетти отправилась к Роберту. Ей надо было выпустить пар, чтобы спокойно заснуть. Сняв сорочку, она пробралась к нему в постель и прижалась к его спине, целуя мочку уха, а рукой шаря ниже пояса. Роберт что-то промычал в ответ, явно не сразу сообразив, что от него сейчас хотят. Он чисто инстинктивно развернулся к Бетти, придавив телом к кровати. Она поцеловала его, не давая возможности опомниться и возразить. — Ты же сказала… — Да мало ли, что я сказала! Трахни меня, — попросила она. — Я так соскучилась по тебе. — Моя милая испанка, а ты потом не упрекнёшь меня в том, что я не прошёл твою проверку? — Я вся горю, и если ты не сделаешь это сейчас, то я за себя не ручаюсь. Просунув между ними руку, Робби ощутил её влажную щель. Когда она вообще успела так возбудиться? — Ты чем там занималась до этого? — поинтересовался он, распаляя её ещё больше. — Читала «Историю О» Полин Реанж, — задыхаясь, ответила Бетти. — Нет, я на такие вещи не подписываюсь, — одним рывком он оказался в ней. — Знаю твою страсть к грубости, но не в мою смену. — Я всего лишь фантазировала, — Бетти впилась пальцами в его плечи. — Лучше помолчи, — её губы закрыли его рот. — С тобой всё прекрасно. Некоторое время спустя Роберт прижимал Бетти к себе, думая, что дело вовсе не в том, что её возбудила история, где мужчина свою девушку сдавал напрокат всяким извращенцам. Нет, дело было в чём-то ином, и Роберт не мог понять, что стряслось с Бетти. Впрочем, неважно. Главное, что Бетти ему отдалась, и теперь всё у них будет хорошо. — Надо было вести себя как-то потише, — сказал Роберт и закурил, ощущая полное умиротворение. — В смысле? Ты себя с Морин тихо вёл? — Конечно, она всегда опасалась, что не дай Бог, нас услышат дети. С Ширли-то мы встречались в других местах, обычно во втором доме, — он выпустил клуб дыма. — Просто я так давно не спал с тобой, что забыл: в доме есть Кармен. Роберта увлекло всё это, и он даже не заметил, как снова Бетти смогла стереть все заботы. Она умела опутывать его своим телом так, что не оставалось никаких мыслей. Да, он понимал, почему она утром отказала ему. Наверное, только идиотка после признания об измене согласится отдаться своему мужчине. В их случае прежнее доверие осталось, в других — оно подорвано. Но всё же сейчас что-то заставило Бетти передумать, и он был бесконечно рад этому. — Роберт Энтони Плант, твоей дочери почти шестнадцать. Она уже взрослая девушка, которую интересует секс, и она спрашивала меня об этом, — Бетти заглянула в его глаза. — И что ты ей рассказала? — Так я тебе и скажу, — Бетти уронила голову на подушку. — Иначе её тайна перестанет быть тайной. А у нас с Кармен доверительные отношения. Но если ты будешь видеть в ней ребёнка и дальше, то станешь дедом лет в тридцать восемь. — Нет, я не хочу быть дедом так рано, — Роберт тихо засмеялся. — Я ещё пару детишек могу завести, а не внуков. — Тогда веди себя иначе и говори с ней о личном. Не превращай ваши отношения в то, чем они стали у нас с отцом. И вообще, Ширли сейчас приходила. — Так ты поэтому пришла ко мне — потому что хотела доказать, что лучше неё? — Бетти ничего не ответила. — Так вот оно в чём дело, — он тихо рассмеялся. — Тебе не нужно это делать. — Если бы я хотела, то проделала бы с тобой такое, что ты вообще говорить больше не смог. Просто мне надо был выпустить пар, а секс — это безотказный способ. Но я читала ту книгу, — она поцеловала его в грудь. Рано утром, когда солнце только начало подниматься над фермой, Бетти тихо ходила по спальне Роберта, собираясь в дорогу. Он открыл глаза и увидел её стройные ноги, обтянутые джинсами. — Ты уже уезжаешь? — спросил он. — Да, — она нагнулась к нему, чтобы поцеловать в губы. — Я скоро вернусь. Люблю тебя. — Я тебя тоже, — он улыбнулся. — Когда приедешь домой, проведи пару дней с Мэгги и возвращайся ко мне. — Конечно, — Бетти ещё раз поцеловала его в губы. — Меня не надо провожать, — Роберт снова откинулся на подушку, проваливаясь в сон. Он знал, что Кармен уколет его за то, что Бетти так и не сдержала обещание, решив провести с ним ночь. Бетти знала, что теперь у них всё будет хорошо. Скоро выйдет их пластинка, потом они снимут пару видео, а после смогут всё рассказать Мэгги. Теперь всё хорошо. И она счастлива. Доктор Стивенсон была неправа в том, что эта история осталось в прошлом. У них всё ещё впереди.