Black Dog

Рождество 1984 В это Рождество, как Мэгги казалось, она выпросила у Бетти милости — уговорила мать поехать в Гарден-Лодж. Это было на самом деле непросто, учитывая, что Бетти явно не собиралась сдаваться, но потом разрешила купить всем подарки на Рождество. Бетти привезла из Нью-Йорка множество коробочек, которые должны были разлететься по разным домам. Мэгги косо поглядывала на подарки, предназначенные для отправки в Дженнингс, и кажется, одного не хватало. Для Роберта. — А где подарок для дяди Роберта? — спросила Мэгги у Фло. Итальянка улыбнулась, даже и не зная, что сказать дальше. — Наверное, где-то в другом месте лежит. Ну, или мисс Бетти где-то встретится с ним и отдаст лично. Она тебе не говорила, что уедет после Рождества? — Да кто вообще работает в Рождество? — возмутилась Мэгги, но тут же осеклась. Фредди часто работал, а вот в Led Zeppelin это было не принято, все предпочитали проводить этот праздник со своими семьями. Бетти временами бывала дома, а временами её вообще не было в Англии. Дома у Фредди были обычные посиделки, но Бетти сразу же сказала, что никто не знает о её визите. Быть нежданным гостем — не самая лучшая идея, но Мэгги не спорила, а то вдруг Бетти передумает. А она запросто могла, тогда это Рождество, как и прошлые два, они проведут вдвоём, чего Мэгги никак не хотела. — Смотрите, кто приехал, — сказал Фиби, когда Мэгги первая вошла в гостиную. Она радостно отдала свои подарки, которые накануне с любовью выбирала для всех. Бетти стояла чуть поодаль, всё ещё не сняв лисью шубу, которую приобрела совсем недавно. Мэгги уже пошла всем раздавать подарки. Фредди стал спрашивать, одна ли она приехала. И только тогда, подав шубу Фиби, Бетти зашла в комнату. В последнее время Бетти не носила платья, а чаще всего надевала простые голубые джинсы и очень красивые блузки, а ещё длинные массивные серёжки и кольцо с дивной птицей. — Бетти, — охнула Джер, — как я рада тебя видеть! У Мэри с лица сползла улыбка. Она явно думала, что Бетти исчезла из жизни Фредди навсегда и теперь можно вздохнуть спокойно. Однако Мэгги спутала все карты. Фредди и Бетти не говорили полвечера. Мэгги всё крутилась рядом с ними, при этом пытаясь подслушать, о чём Бетти говорит с Джер. — Мы расстались, — Бетти отпила вина. — Но сегодня всё может измениться. Мэгги была рада этому, особенно когда Фредди позвал Бетти с собой и она последовала за ним. Хотелось верить, что именно сейчас они помирятся. Но у Бетти были свои планы, которыми делиться со всеми она не собиралась. Поставив бокал на столик, Бетти села на широкую белую кровать. Она стала крутить кольцо на пальце, словно так могла обрести больше спокойствия. У неё была заготовлена целая речь, но почему-то сейчас она не была уверена, что всё пойдет по намеченному плану. Фредди посмотрел на Бетти, явно надеясь, что его доводы окажутся крепче её мыслей. Каждый верил в своё и каждый строил свои далеко идущие планы. — Это тебе, — он протянул Бетти подвеску с ангелом. — Хотя я ничего не покупал специально. — А это тебе, — Бетти решила подарить зажигалку. — Спасибо. — Знаешь, я думал, что вот тут мы сможем начать всё сначала, — Фредди сел на пол, беря руки Бетти и прижимая их к губам. — Откинуть всё в сторону. — Ты уверен, что после всего можно дальше идти вместе? — в её голосе звучала резкость. — Я не люблю тебя больше. В этом вся беда. Я не могу без Роберта, понимаешь? Он весь смысл всей моей жизни. — Ты мне никогда такого не говорила, — грустно отметил Фредди. — Хотя однажды ты сказала, что не выдержишь, если я тебя разлюблю. — В то время я не знала, что он чувствует ко мне. Я боялась остаться одна, потому что, как верно всегда говорила моя мама, мне нужна любовь и чтобы меня любили в ответ, — Бетти грустно улыбнулась. — Я думала, что после того, как у Роберта умер сын, я не нужна ему больше. Но всё оказалось иначе. Я спасла его, а он взамен подарил мне сердце, как я и просила когда-то, потому что мне было мало просто возни с ним в постели. — Как давно всё это продолжается? Как давно ты мне изменяла с ним? Как давно ты сохнешь по нему? — вспылил Фредди. — Да практически с самого начала. С того дня, как он потащил меня в «The Bag O'Nails», где я учила его танцевать. Я не пустила его в свой дом и в свою постель в тот вечер. Но где-то в глубине души я любила его, не понимая этого, но всё-таки любила. Моя мама верила, что он моя судьба — так оно и оказалось. — Ты действительно веришь в этот бред? — Фредди растерянно провёл ладонью по волосам. — Роджер или Брайан тогда не врали о том, что я неровно дышу к Роберту. Тебе все об этом говорили, а ты думал, что я честная. Но я не была честной. Я спала с Робертом в одной постели, а иногда наши отношения заходили дальше, чем дружеский флирт. А потом я просто отдалась ему. Полностью. И я не могла больше остановиться, — Бетти подняла глаза на Фредди. — Бэтс… — Я выхожу за него замуж, хочешь ты этого или нет. Это случится не завтра, но всё же в один прекрасный день я стану его женой, — и тут страшная догадка, что новое кольцо на руке Бетти и есть обручальное, поразила Фредди. Он сжался, ощущая разочарование от предательства женщины, которая его всегда понимала. — Ради него я готова даже переехать в уэльскую глушь. — Это потому, что я… — И да и нет. Послушай, я не могу делить тебя с твоими дружками. Я не понимала раньше, когда ты постоянно таскал меня по разным заведениям и знакомил со своими своеобразными друзьями, что ответ лежит на поверхности. Да, мне было бы проще, если бы ты мне изменял с другими женщинами, хоть с целым табуном. Проблема ещё и в том, что ты всегда говорил, что семья и брак — это не для тебя. А я хотела этого, я и сейчас очень этого хочу. Но ради Мэгги я решила засунуть свои желания куда подальше, но это не значит, что я вернусь к тебе. Я завязала с наркотиками и не собираюсь больше к этому возвращаться, и хочу, чтобы и ты хотя бы ради Мэгги перестал тусоваться и трахаться со всеми подряд. В Нью-Йорке творятся страшные вещи, и я не желаю, чтобы ты однажды стал жертвой этого, — Бетти замолчала. — Но как изображать то, чего нет? — Фредди перестал на неё смотреть. — Ну, Мэри же удаётся это делать. И у меня получится. Я не собираюсь подстраиваться под эгоизм Мэгги, но и не хочу рушить её идеальные представления о семье, которой, собственно говоря, никогда не было. Пока. — Когда-то мы мечтали о другом… — обречённо напомнил Фредди. — Мы выросли, а наши чувства остались в прошлом. Так бывает, — Бетти пожала плечами. — Я переночую тут, но послезавтра уеду к Роберту. — Скажи, а он лучше меня? — тут впору было рассмеяться, но Бетти сдержала себя. Это так напомнило то первое утро, когда они с Робертом стали любовниками. — Тебе про размер его члена рассказать или про его способности? — Но что-то же тебя в нём зацепило. Он бабник, не умеет быть верным, с целым багажом прошлого и не самого лучшего. Почему? — Слушай, не в этом дело. Я не за это его люблю, — Бетти замолчала, подбирая слова. — Просто с ним я ощущаю себя не богиней, а обыкновенной женщиной со своими слабостями. Он действительно настоящий мужчина во всех смыслах этого слова. С ним всегда было как за каменной стеной, и я знаю, что мы дышим с ним одним и тем же воздухом. — Мне казалось, тебе надо совсем другое, — отметил Фредди. — Ты просто мало меня понимаешь. Ты-то сам когда мне собирался рассказать о том, как стал ходить по парням? И с Мэри ты расстался… — Бетти осеклась. — Я расстался с ней из-за тебя, потому что мы трахались с тобой по углам, и это не могло продолжаться вечно. Просто в один миг ради карьеры и других я решил рискнуть, и мне понравилось. Но я никогда не забывал, как любил тебя и как мне было хорошо и порой спокойно с тобой, — Фредди обречённо вздохнул. — Когда я тебя бросила, а было именно так, то я очень сильно страдала. Я оказалась на дне из-за этого, но танцы вытянули меня на свет, а ещё Роберт, — Бетти дотронулась до щеки Фредди. — Ты должен искать своё счастье, то, которое ближе всего тебе, а не хвататься за прошлое. Нам с тобой не пути, и ты давно это знаешь, оттого и боялся мне всё рассказать. — Я всё ещё надеюсь, что ты одумаешься. — Я собралась записывать пластинку и хочу, чтобы ты её спродюсировал, потому что доверяю твоему вкусу, — Бетти специально сменила тему. — Но я сама могу иногда писать песни. И сама хочу выбрать часть музыкантов. Хочу сделать упор на клавишные, при этом не забывать про гитары и использовать драм-машину. А ещё предлагаю дуэт. — Как бы я ни относился к тому, что вы делаете с Робертом, но надо отдать должное, он обнаружил в тебе скрытый талант, — отметил Фредди. — Даже я не смог этого сделать. Мы не вернёмся в прежние времена? — Нет, не вернёмся. Для всех будет выглядеть так, как было. Но на деле я всё так же буду с Робертом, — Бетти направилась к выходу. — Я знаю, что в последнее время ты перестал хотеть меня так, как раньше. И я знаю, что мы всё равно бы разошлись. Ты же знаешь: я люблю секс и люблю грубых мужчин, пусть Роберт и не такой, но с ним легко и просто. Пойдём к остальным. — А Роберт согласен ждать? — голос Фредди дрогнул в предвкушении: а вдруг надежда ещё есть. — Да, сколько будет нужно, — и Бетти вышла из комнаты. Только ради Мэгги Фредди был готов играть в то, что давно уже умерло, но ему всё это не нравилось. Бетти всё решила в одиночку и явно не собиралась отступать от своего плана.

***

Решение Бетти было крайне неожиданным, а может быть, во многом и неприятным. Роберт долго ощущал, как его ущемлённое эго болит, особенно в те дни, когда Бетти не было рядом с ним. Нет, она не отказывалась жить с ним, проводить с ним время, и даже не вернула кольцо, сказав, что они сделают это потом. Но Бетти чётко дала понять, что придётся и дальше скрываться и играть с прессой, не давая твёрдых ответов, а ещё Фредди сделает ей первую пластинку. Бетти всё решила сама, а ему нужно было всё это принять. И Роберт был зол, потому что она не стала с ним советоваться. Они поругались по дороге в Дженнингс так, что Роберт ушёл жить к Морин с детьми, оставив Бетти одну в своём доме. Пару дней он не мог смириться с тем, что она решила указать ему на своё место, словно он для неё ничего не значил. В этот раз Бетти не бесилась и не стремилась ответить ему тем же, но было ясно: своё решение она уже не изменит. Робби вернулся поздно вечером, когда Бетти загоняла домой Джуно, чтобы закрыть двери. Эта странная лондонская привычка всегда его забавляла, ведь здесь, по сути, ничего не стоило бояться. Вокруг них жили такие же фермеры, а сам городок был не особо близко, да и отношения с другими соседями у Робби были нормальные, потому что для них он был не сумасшедшей рок-звездой, а обычным человеком. Случались, правда, грабежи, но это было настолько редко, что все уже и забыли те времена. — Проходи, — сказала Бетти, широко открывая дверь. Роберт сразу же заключил Бетти в объятья, целуя в губы, ощущая, как она дрожит в его руках. Быстро закрыв дверь на замок, не желая перечить Бетти, он понес её наверх, стремясь как можно быстрее забыться в её тёплых и нежных объятьях. Он на ходу снял ботинки, наблюдая за тем, как она стягивает с себя кружевные трусики. Бетти толкнула его на кровать — Робби подтянулся к подушкам. Она быстро забралась на него, сразу начав расстегивать джинсы. — А как же прелюдия? — спросил он, убирая её волосы с шеи. — Иди ты к чёрту, — прошептала она, даже не собираясь снимать себя длинный вязаный жилет и белую рубашку. — Эй, осторожней, детка, — она прикусила его нижнюю губу в ответ. Пальцы Бетти были нетерпеливыми, а движения резкими, но Роберту нравилась такая дикость в ней. Её глаза в полумраке спальни горели, как у пантеры во время охоты, и это заводило ещё больше. А когда он понял, насколько она возбуждена, это привело его в ещё больший восторг. С Бетти никогда не надо было совершать чудо, пытаясь настроить её на нужную волну. С ней всё было проще. Она хотела его всегда и в любую минуту, нужно было только намекнуть на то, что он сам был бы не прочь пуститься с ней во все тяжкие. И вот сейчас, положив руки на ее бёдра, гладя её упругие ягодицы, он чувствовал, как её плоть плотно обхватывает его. И когда наступила столь долгожданная разрядка, Роберт счастливо прикрыл глаза, ощущая спокойствие. — Ух ты… — прошептал Робби, когда Бетти упала на него. — Теперь, может, разденешься? — В доме холодно, — спокойно сказала она. — Верно, нужно просто затопить сильнее, — Роберт поднялся с постели. — Давай покажу. — Зачем? У меня есть ты и Олли. Оливер Примус теперь смотрел за фермой Роберта. После того, как Ширли развелась с Джоном, тот ушёл, сказав, что ему невыносимо жить рядом с бывшей женой, поэтому Роберт нашёл нового смотрителя — славного парня с рыжими кудрями и серыми глазами. — Ну, я же не вечный, — Роберт кинул пару поленьев в камин. — Роберт Энтони Плант, ты что, уже о смерти думаешь? — Бетти встала рядом с ним. Робби заметил, как один серый чулок спустился до середины икры. — Иногда ничего не стоит исключать, но я хочу знать, что с тобой всё будет хорошо, когда меня не будет рядом, и неважно, по какой причине, — она положила голову ему на плечо. — Я пропаду без тебя, — выдохнула Бетти. — Не пропадёшь. Ты у меня такая решительная, что я порой не успеваю за тобой. Ладно, если придётся потерпеть и дальше прятаться, то я согласен, — Роберт улыбнулся. — Мне не нравится, что ты выбрала его продюсером. — Ты будешь занят, а мне нужно работать. Пришло время, да и у меня накопилось немного песен, — Бетти сплела руки с его. — Я не хочу выезжать на твоей популярности и прошлой славе, потому что если с тобой что-то случится, то меня начнут обвинять в меркантильности. Я не хочу быть грёбаной Йоко Оно. — Хорошо, — согласился Роберт. — У нас дома есть что поесть? — Что, Морин тебя совсем не кормила? — Бетти засмеялась. — Она уехала с детьми к своим родителям, поэтому я и вернулся. — Я там рагу тушила, но мне кажется, передержала мясо, — Бетти потянула Роберта за собой. — Я рада, что ты вернулся. — Это же мой дом. Хотя, знаешь, когда я доживу до дня нашей свадьбы, то отпишу тебе полфермы. И всё будет честно, — Бетти удивлённо посмотрела на него. — Зачем? — Бетти нагнулась, чтобы подтянуть чулок. — Чтобы всё было поровну, Кошка. — У меня есть дом в Лондоне, который стоит немало, и ещё квартира в Мюнхене, — они спустились вниз. — Это твой дом, а если хочешь, чтобы он был ещё и моим, то давай я тут ремонт сделаю. — Ремонт? — Бетти уже принялась доставать тарелки и чашки. — Пахнет вкусно. — Лучше не задабривай меня, — Бетти села рядом с Робертом, поставив кастрюльку с рагу на стол. — Если плохо, то так и скажи. Так что там про ремонт? — Мне надо отдать дом тебе на разграбление? — она просто кивнула. — И не контролировать ничего? — Бетти улыбнулась. — А вдруг мне не понравится? — Ты же хочешь, чтобы дом был и моим? — Роберт сжал её руку. — Тогда дай мне всё тут поменять. Кстати, Рождество мы будем встречать не вместе. Я вместе с Мэгги поеду к Фредди, но потом мы можем встретиться. — Снять домик до окончания года где-нибудь в Дрейклоу, — предложил Роберт. —Только ты и я, полный холодильник еды… — мечтательно протянула Бетти. — Я согласна. — Посреди снегов в долине. У меня как раз одно место на примете. Кстати, это очень вкусно. — Ты мне льстишь. Я безрукая жена. Ничего не умею делать. Без тебя я тут просто пропаду. Вот в Лондоне — нет. — Ну, зато без тебя я пропаду в этом муравейнике, — Роберт потрепал Бетти по щеке. Она всё же решилась отведать собственноручно приготовленное рагу: — Знаешь, я не совсем безнадёжна.

***

Не доезжая до деревни Дрейклоу, Бетти увидела дом из серо-розового камня. Блейкшолл, где находилась ферма Роберта, был уже позади, а значит, все тревоги и заботы можно было оставить там же. У дома стоял «ленд-ровер» Роберта — Бетти посигналила ему, чтобы он вышел встретить её. Робби был в джинсах и светлой рубашке, на которую был накинут свитер. Бетти вышла из машины, забрав лишь только небольшую сумку. Придерживая воротник шубы, она побежала к нему навстречу, словно ребёнок в предвкушении горы подарков. Подхватив Бетти, Робби втащил её в дом. Она сразу же принялась покрывать его лицо короткими поцелуями, утоляя жажду малыми дозами. Он скинул с неё шубу, упавшую тяжёлой массой на деревянный, слегка потёртый пол. Робби взял Бетти на руки. Спальня располагалась на чердаке, где была небольшая кровать, но им и этого вполне хватит. Поздним вечером на улице было уже совсем темно, а в комнате горела лишь одна лампа. Вчера начал валить снег, отчего все дороги замело, но Роберт был рад, что Бетти смогла приехать, и пусть домик был совсем не светлым, напротив, несколько мрачным, а погода лишь добавляла серых красок — всё равно им тут будет хорошо. Бетти стянула с себя свитер, оставшись в бархатных брюках и белой майке. Не самый лучший вид для того, чтобы соблазнять мужчину, но она знала, что Роберту не это нравится. Бетти стала неспешно раздеваться, слушая, как Роберт делает это в мягкой темноте комнаты. Она забралась на кровать, заправленную шерстяным пледом, сразу же ощутив его тепло. Роберт тут же накрыл её своим телом, и Бетти радостно приняла его в свои объятья. — Только не оставляй меня, — прошептал он, сжимая её лицо, как чашу. — Только не оставляй меня. — Робби, в чём дело? — их лбы соприкоснулись. — Я звонил тебе домой, и Мэгги… Она так радостно говорила о том, что вы с Фредди помирились… Словно это так и есть. — Но я не спала с ним, — ответила Бетти. — Я хочу только тебя. Мне больше никто не нужен. Ни для удовлетворения собственного эго, ни для решения внутренних проблем. Мне не нужны другие мужчины. Мне нужен только ты. Потому что я люблю тебя. Потому что только с тобой мне хорошо. — Значит, ты… — Глупый, это впечатлило только Мэгги, но Фредди знает, что сейчас на самом деле происходит. Я с тобой. Я всегда с тобой, что бы ни случилось дальше, потому что я только тебя ждала. Она поцеловала его сначала в губы, а потом в изгиб шеи, скользя руками от его щёк до талии. Робби позволил Бетти увлечь себя, отдаться на волю её ласк, которые всегда его изумляли и восхищали, приводя в неописуемый восторг и доставляя потрясающее блаженство. Откидываясь на подушки, Роберт закрыл глаза, считая до пятидесяти, чтобы потом перехватить инициативу у Бетти, но в голове, как всегда, шумела кровь, а контроль медленно таял. Лишь только спустя некоторое время, чувствуя, что скоро не выдержит, Робби положил Бетти на кровать, сразу же скользя губами всё ниже и ниже, добираясь до желаемой точки её тела. Когда ему всё надоело, он перевернул её на живот, заставляя принять нужную позу. Она доверяла ему даже сейчас, когда он не смотрел ей в глаза. Доверие — один из самых сложных столпов в близости. Многие боятся сказать о своих желаниях, а другие не могут сделать, и порой это пролегает между людьми, как разлом между континентальными плитами. И как бы мужчина и женщина ни были духовно близки, если для кого-то важен секс, а другой его боится, то крах будет просто неминуем. Но Роберт знал, что это не их случай. Бетти позволяла ему быть собой, не скрывая своих тайных желаний, при этом запросто могла прямолинейно попросить его обо всём, что ей хотелось. Когда твоя любовница феноменально гибкая, то фактически нет ничего невозможного и каждый раз близость может стать чем-то большим, чем просто снятие напряжения. Вот и сейчас, делая всё, что только приходило в голову, Бетти давала Роберту возможность почувствовать себя самым важным в её жизни, стирая из памяти всех других мужчин. Поцеловав Бетти в лопатку, Роберт упал рядом с женщиной, которую боялся потерять. Она повернула к нему голову. Дотронувшись до влажных кудрей, Бетти потянулась к Роберту, быстро целуя его в губы и принимая более удобную позу. — Знаешь, на миг мне показалось, что я тебя потерял. Проиграл девчонке, о которой обещал заботиться, — Роберт закинул руку за голову. — Знаешь, даже если ты будешь последней скотиной и я однажды выставлю тебя за дверь, то всё равно верну обратно, — она довольно прикрыла глаза. Робби накрыл их обоих махровым покрывалом. — Почему? — Потому что ты мой и больше ничей. Так и передай всем своим бабам. Я тебя просто так не отдам. Роберт знал, что все обещания, что Бетти давала ему в ту первую ночь в Мангейме, когда она была не против его одноразовых измен, постепенно превратились в пыль. Робби не строил иллюзий насчёт того, что Бетти будет так же, как Морин, молча всё терпеть. Скорее, она станет поступать как Кат, что он уже видел. Роберт старался особо не давать Бетти повода, но никогда не считал, сколько раз за последние несколько лет изменял ей. Робби не вёл счёт своим победам, но пытался сдерживать сиюминутные порывы. Самым лучшим способом сделать это было представить, что он лишится именно той восхитительной близости, что у них была всегда. Робби не хотел это терять. Утром Бетти застала Роберта за завтраком. Кухня тут была очень маленькая, как и в домах прошлого века, но они оба быстро разобрались с тем, что нужно делать. Кофе был ароматным, а бисквит с размороженной клубникой и творожным кремом стал предметом спора о том, сколько кругов придётся пробежать вокруг дома. — Нет, мой дорогой, так больше уже не получится. Нельзя думать, что всё можно делать как в двадцать лет, — Бетти оперлась о кухонный стол. — Решила взяться за моё здоровье? — повёл бровью Роберт. — Ну да. Сделаю у тебя дома ремонт, заставлю тебя нормально заниматься спортом, а не время от времени. И вообще, я люблю спортивных мужчин. — Я гоняю в футбол, ещё иногда развлекаюсь в теннис и сквош. По-моему, уже достаточно. А секс — тоже спорт, — он притянул её к себе, отчего она села к нему на коленку. — Но выйти из дома сегодня не помешает. — И что ты мне покажешь? — спросила Бетти, ощущая теплую ладонь Роберта на своём бедре. — Нечто прекрасное и нечто странное. Интересное можно найти не только в Испании или на Востоке, — Роберт взял кружку с кофе. — Давай, а то придётся бегать сто кругов вокруг дома. — Ну, я бы не прочь пробежаться. Но я тут видела лыжи, а я совсем не умею кататься. — Знаешь, мне дались только коньки, и то я их осваивал снежной зимой, когда девчонка, которая мне нравилась, постоянно таскалась на каток. Кажется, это было единственное развлечение в тот год, — Роберт сделал глоток кофе. — А девчонка-то тебе дала? — подколола его Бетти. — Имей совесть! Мне тогда было лет шесть, а ей чуть больше, — Бетти обняла Роберта за шею. — Наверное, её имя было одним из первых, которые я ножом выскоблил на изголовье своей кровати. — Подожди, — Бетти нашла свою сумку и, порывшись в ней, достала небольшую синюю коробочку. — С Рождеством! Это было массивное серебряное кольцо с раухтопазом. — Я бы мог сказать: дорогая, я дарю тебе этот мир, — Бетти прижалась губами к его тёплой коже на шее. — Но я же знаю, что на подобную лапшу ведутся все те, кто надеется выйти за меня замуж, пусть я им это и не обещал. Там, на каминной полке, лежит коробочка. — Бетти быстро открыла её. — Это ведь типичный испанский подарок — кулон в форме ракушки, — восторженно сказала она. — Я думал, что лучше поймать Пако де Лусию, но он оказался неуловимым. Его автограф был бы ценнее всего на свете. Роберт повез Бетти к туннельному комплексу Дрейклоу. Однажды он забрёл сюда во время своих душевных терзаний, желая заглушить боль утраты, и провёл тут один из осенних дней, впервые не выпивая за последние несколько недель. Под одним из холмов в Вустершире, в двадцати милях от Бирмингема, скрывался целый лабиринт туннелей; когда-то во время Второй мировой здесь располагался секретный авиационный завод. После войны именно здесь было решено оборудовать бункер для правительства, откуда оно могло бы управлять страной в случае ядерной войны, которую все обещали, но она всё не начиналась. Удалённость и защищённость делали Дрейклоу идеальным местом для размещения в нём стратегически важного авиационного завода. По той же причине это место позднее выбрали в качестве бункера. Склон холма вокруг входа был лишён растительности, и отсюда хорошо были видны нагромождения песчаника, которые и сделали подземелье практически неуязвимым для немецких бомб. Внутри сеть запутанных коридоров могла ввести в заблуждение кого угодно, поэтому без проводника тут было никак нельзя. Заплатили десятку фунтов местному смотрителю, и он провёл Роберта и Бетти по части комнат. Тут уже давно всё начало ветшать, но кажется, правительству просто не было дела до всего этого, поэтому внутри бункер сразу же начинал вгонять в депрессию. — Жуткое место, — сказала Бетти, когда они вышли на улицу, вдыхая свежий воздух. — Не самое романтичное место для свиданий, — согласился Роберт. — Поехали куда-нибудь обедать. Прекрасное я покажу тебе потом. Надо же нам развлекаться чем-то ещё следующие пять дней. — Ну, мы можем просто валяться в постели и заниматься любовью, — Бетти нехорошо заулыбалась. — Женщина, я же не железный. Может быть, лет пятнадцать назад я мог как кролик этим заниматься, а сейчас… — А сейчас ты за качество, а не за количество, — закончила за него Бетти. — Да, и я не обижаюсь. Природа так уж сделала, что женщина испытывает оргазм много раз, а мужчина — как получится. Я тут статью читала. Оказывается, у меня сейчас сексуальный рассвет, потому что я всё про себя знаю и всё умею, а у тебя… — Закат, что ли? — он взял её под локоть. — Дурак, ты Роберт Плант, — она засунула руки в карманы его дублёнки. — А для тебя пришло то время, когда количество переходит в качество. — Всё, поехали, моя трещётка. Ночью получишь за всё! — Бетти лишь только рассмеялась в ответ, не сказав, что у неё в машине целый арсенал всяких разных штучек, которыми она была не прочь побаловаться. Роберт повёз Бетти в «The Kingsford Public House», находящийся недалеко от Дрейклоу, где подавали изумительного петуха в вине. В пабе хватало людей, и стоило им двоим зайти, как показалось, что все взгляды сейчас обращены только на них. Бетти сразу же стала прятаться в воротник шубы, а все люди смотрели на Роберта, явно узнавая его, но проявляя чисто английскую сдержанность. — Что будешь? — спросил Роберт, сжимая холодные руки Бетти. — Что и себе закажешь, — ответила она, положив голову ему на плечо, словно испугавшийся ребёнок. — Тогда сидр, петуха в вине и картофель, — попросил Робби. — Ну и пусть они все смотрят. Я тут с самой красивой женщиной сижу, и им об этом только мечтать. Тем более меня в этих краях все знают и не относятся ко мне как к дикой рок-звезде. — Как твоя пластинка? — Бетти решила сменить тему. — Ну, я думаю, что ещё недели четыре и всё доделаю. В любом случая дата релиза уже определена, да и вопрос с туром решён, — Роберт откинулся на спинку деревянной скамьи. — Знаешь, мне жутко не нравится то, что ты делаешь, но тебе виднее, — она подняла на него глаза. — Танцевать не будешь? — Может быть, — Бетти не стала врать или льстить. Порой честность лучше всего на свете. После очень плотного обеда они решили чуть прогуляться, и только когда на город опустились сумерки, двинулись в своё убежище. Стоило двери за ними захлопнуться, как они накинулись друг на друга, оторвавшись только пару часов спустя. Жалела ли Бетти, что вынудила Роберта согласиться на такую ситуацию? Нет, сейчас им было просто хорошо вместе. Собственно говоря, это и было самое главное.

***

Стряхнув пепел с сигареты, Роберт снова затянулся. Он снарядил целый поднос с завтраком, неожиданно вспомнив, как редко они занимались такими киношными вещами. Робби потушил сигарету и поставил на поднос банку сардин в масле. Не особо романтично, но он давно понял: Бетти не из тех женщин, что ждёт действия точь в точь как в кино. — Не самая лучшая затея — завтракать в постели, — Роберт поставил поднос на кровать. — Но тут так тепло. — Ух ты, сардины! — Бетти сразу же взяла банку. — Помню, как мы с тетей Джулией всегда покупали банку и съедали втихаря. — Я так и не познакомился с ней. — Она странная и очень циничная. Хотя не стоит её осуждать, ведь её муж рано умер, а после у неё была вереница любовников, и дети не поняли этого, — Бетти вздохнула. — Дядя Джордж был потрясающим человеком, порой мне казалось, что он мой отец. Но в Италии его машина слетела с дороги, и врачи ничего не смогли сделать. — Ты поэтому пролила так много слёз, когда мы с Морин врезались в дерево? — Роберт налил ей кофе. — Отчасти. Я просто тогда была влюблена в тебя и не понимала этого. — Так что там тётя Джулия? — Роберт вернул разговор в нужное ему русло. — Ну, она резкий человек. Живет сейчас в Берлине, занимается фотографией. Может быть, однажды мы с ней встретимся. Мама всегда меня опекала, а вот она разрешала мне абсолютно всё. Правда, друг друга они с мамой не любили. Творческая ревность, в общем. Ну, это как ты и Дэвид Ковердейл. — А при чём тут он? — Ну, не я же его вечно шпыняю в прессе. Ну да, он тебя копирует. Но всё же он — это не ты, — Бетти отломила себе хлеба. — Так, куда мы сегодня поедем? А то нынче Новый Год и нужно сварганить ужин. — Сегодня будет красивое место. Все предыдущие дни они в основном бродили по окрестностям, ужинали или обедали в разных пабах, дурачились как дети, а потом очень долго занимались сексом, словно у двух любовников закончатся каникулы и увидятся они только через полгода. Боденхемский дендрарий пусть и был занесён снегом, но там было великолепное озеро, которое Роберту очень хотелось показать Бетти. Это место отличалось красивыми пейзажами, которые весьма оживляло щебетание облюбовавших высокие деревья птиц; также тут был собственный ресторан, но под Новый Год, судя по всему, в него уже было просто не попасть. Впрочем, никто и не расстраивался, ведь Роберт и Бетти решили провести последний день этого непростого года вдвоём в доме, подальше от суеты и чужих глаз. Прогуливаясь по дендрарию в тёплое время года, проезжая мимо красивых цветочных плантаций, многочисленных растений и зелёных лугов, можно было понаблюдать за тем, как пасутся сельскохозяйственные животные, но сейчас всё замерло в ожидании весны. Только озеро, скованное тонким льдом, изумляло больше всего. — Знаешь, я ещё столько всего могу тут показать тебе. — У нас с тобой вся жизнь впереди, — Бетти улыбнулась, беря Роберта за руку. — Я знаю, — он поцеловал её в висок. Провожая старый год, они оба верили, что нет ничего нерешаемого и они смогут всё преодолеть. В любом случае они оптимистично смотрели в будущее, ощущая, что всё плохое уже осталось позади, а всё самое хорошее ещё так и не настигло их. Включив пейджер лишь только после полуночи, Бетти увидела сообщение от Мэгги. У дочери всё было хорошо и она желала матери счастья. Значит, и правда, дальше всё будет только лучше. Бетти и Роберт отправились по домам не вместе, но им не было от этого грустно. Они оба понимали, что каждый должен на время вернуться к своей жизни, зная, что у них впереди ещё тысячи дней, которые они проведут вместе. Не доехав дома, Бетти нашла телефонную будку и, закинув моменту, набрала номер Роберта. Он поднял трубку не сразу, но она не злилась за это на него. — Я не сказала тебе, как люблю тебя, — начала Бетти. — Кошка, я знаю это, — Роберт тихо засмеялся. — Я не сказал тебе, чтобы ты навсегда осталась со мной. — Нет, ты говорил это, — она стала наматывать провод на палец. — Тогда до скорой встречи? — Да, до скорой встречи, — Бетти только сейчас поняла, что улыбается как счастливая дурочка. Если им придётся прятаться и дальше, то пусть так и будет. Это не портит их отношения. Нет, это не их случай. Бетти знала: просто ещё время не пришло. Что ж, надо возвращаться к обычной жизни. Через пару дней она точно засядет в студии, чтобы выразить всё то, что сейчас у неё на душе. — Ты вернулась, — Мэгги обняла маму, стоило ей войти в дом. — Ну куда я денусь? — Бетти поцеловала её в лоб. — Жаль, что приходится работать в Рождество. — Знаешь, я тоже тебя очень люблю. Просто иногда я буду сбегать от всего мира, и никогда не спрашивай меня меня, куда я пропала, — Бетти улыбнулась. — Новая подвеска? — взгляд Мэгги упал на платиновую ракушку, висящую на витой цепочке. — Ага, поклонник подарил, — Бетти отпустила дочь. — Я пойду спать, а то долго вела машину. — Хорошо. Мэгги не стала больше задавать вопросов, пусть в голове их и роились сотни. Странно, Бетти пропала на пять дней, а вернулась такая счастливая. Может быть, это всё потому, что они с Фредди помирились или дело совсем в другом?