Глава 3
3 сентября 2013 г., 22:29
«Прежде чем забыть своё прошлое… попробуйте подружиться с его тенью…»
Лекция по экономике продолжалась всего полчаса, а половина учеников уже усыпала за столами на трибунах. Стрелки часов неумолимо медленно двигались на круглом циферблате, отсчитывая минуту за минутой, в то время как преподаватель продолжал разъяснять сложную заумную тему для грядущего модульного задания. Постукивая ручкой по раскрытому, но пустому конспекту, Рэйчел сидела, подперев голову рукой, бездонным взглядом рассматривая пространство перед собой и пропуская пролетающие фразы с незнакомыми терминами мимо ушей. Свою скуку она вовсе и не скрывала, ведь ей была привычна иная обстановка. Неожиданный толчок локтя вывел девушку из задумчивого состояния: — Эй, Бенкс, сегодня опять от твоих дуболомов бегать будем? — с тихим смешком поинтересовалась её соседка, следовательно, и лучшая подруга. Ехидно хмыкнув, та перевела взгляд на брюнетку и откинулась назад, потирая затекшую от неподвижности шею: — Сегодня же вечеринка в клубе, так что от охраны избавиться по любому нужно, — вздохнула Рэйчел, мысленно размышляя над планом побега. Как ни уверяла она своего отца, как ни доказывала ему свои права в силу совершеннолетия по всем меркам американского законодательства, но тот упрямо продолжал твердить о её безопасности и что без охраны она ходить не может. Но так было далеко не всегда. Лишь за последний год его как подменили. Старший Бенкс стал нервным, не покидал своего кабинета, не устраивал публичных конференций и оставлял офис лишь по крайней надобности. Рэйчел не понимала причину подобной мнительности, и считала это лишь очередным способом отца держать её на короткой цепи от себя. Никакой личной жизни… — Думаешь, клюнет на подмену дважды? — все так же насмешливо спросила Алекс, даже не думая о преподавателе, который вполне может услышать их. На самом деле она на это и рассчитывала, дабы был повод уйти с урока, когда он выгонит их за нарушение дисциплины. Этот способ всегда срабатывал раньше. Но на сегодняшний день многое изменилось. Второе октября стал черным днем для них обеих, в том числе и для всего правительства США. Алекс постоянно поддерживает подругу, утешает в моменты тоски и тягостных раздумий, хоть сама та ненавидит показывать кому-то слезы. Ведь для всех Рэйчел Бенкс была любимой дочуркой своего отца, занимавшего высокий пост в политике Соединенных Штатов. Дочуркой, которую он баловал получше себя самого, оказывал все внимание, дарил все свое свободное время, которого было не так уж и много. Так что золотая карта и регулярные походы в самые шумные клубы города не были чем-нибудь необычным для Рэйчел. Она была озорной, наглой, не знающей отказа ни в чем. Все знали, что если в университете проводят вечеринку, то без неё туда можно не идти. Однако мало кто подозревал, что подобным образом осиротевшая на одного родителя девушка просто пыталась вытеснить сжигающую изнутри фрустрацию. В психологии это, кажется, называется аннулированием. Да, именно так назвал это психотерапевт, к которому Рэйчел ходит на прием каждый вторник. Это один из видов психологической защиты, из-за которого человек пытается всеми силами уравновесить негативное чувство чем-то, что носит в себе позитивный характер. Другими словами, Рэйчел напивается до беспамятства, курит травку и прикупает запрещенные препараты у сомнительных знакомых в ночных клубах трижды в неделю с целью перебить негативные депрессивные мысли о смерти отца. Обычно люди после утраты родного человека впадают в эмоциональный шок с оцепенением и «окаменелостью» или беспокойством, плачем, нарушением сна на какой-то период времени. А затем они находят путь к возврату к полноценной жизни. В случае Рэйчел, то все оказалось сложнее: время её «возврата» тянулось до сих пор, спустя полгода. Алекса Вуд вовсе не завидовала подруге, но довольно часто признавалась себе в мыслях, что хотела бы оказаться на её месте. Хотела до того дня, после которого все изменилось для неё. Для них обеих. Алекс помнила ту прямую трансляцию, во врем которой и прозвучал выстрел. Это был гром среди ясного неба. А потом белая полоса плавно сменилась черной. Теперь место отца заняла мать Рэйчел — Селена Бенкс. Строгая женщина, не терпящая, когда что-то идет не по её усмотрению. После смерти мужа она приобрела общие денежные средства, и теперь она лишь строит из себя убитую горем вдову, хотя на самом деле её не волновало ничего другого, кроме её репутации. И репутации семьи. Вуд не скрывала свою неприязнь к ней, даже когда та приставила к дочери загон слабо соображающих телохранителей, от которых они периодически сбегали. И сегодня они планировали сделать тоже. — Ну, следуя их логике — да, — лениво подтянулась всем телом Бенкс, незначительно вздернув нос. Их план был прост. Теперь они лишь ждали возможности воплотить его, так как это последняя пара, а за дверью уже ждет «бульдог в костюме-тройке». Она сама его так назвала, просто охарактеризовав по внешним признакам. Всему виной свисающий второй подбородок, выпирающая нижняя губа и просто огромный размер. Да и его умственные способности ему вполне соответствуют. Когда преподаватель в очередной раз взглянул на часы, он громко объявил об окончании лекции и покинул аудиторию, а сами студенты принялись активно собираться. Рэйчел так ничего не записала, о чем явно не волновалась, ведь практически сразу к ней подошел худощавый паренек и вручил написанные им конспект. Рэйчел одарила Макса лишь секундным взглядом, продолжив сбор вещей на столе, заодно забрав тетрадь с конспектом, который он писал всю лекцию за неё. И дураком быть не нужно, чтобы не заметить его робких движений и манипуляций с пальцами рук, выдающими явное волнения. Девушка прекрасно знала, что нравится ему, хоть и твердила ему постоянно то, что тот её никак не интересует. Но, казалось, он этого не слышал. Зато сейчас она впервые вспомнила о его существовании. — Ну что, Стайлс, ты готов? — со смешком спросила его Алекс, пока Бенкс снимала с себя брендовую голубую жилетку с капюшоном. — Вы уверенны, что он поведется на этот маскарад? — с сомнением протянул тот, беря протянутую вещицу. В группе и без того ходил слушок о его возможной нетрадиционной сексуальной ориентации, а тут еще и это. Но если бы он был в состоянии отказать Рэйчел, то сделал бы это еще на втором курсе, когда караулил ту у входа в учебное заведение с написанным за одну ночь рефератом по её теме. — Абсолютно! — младшая Бенкс едва успела прыснуть со смеху в поднесенный к губам кулачек, как только паренек предстал перед ними в женском трикотаже. Его худоба и волосы до плеч в сочетании с подобным предметом гардероба явно делали его похожим на представителя женского пола, по крайне мере со спины. — Расслабься, Макс, тебе идет. И эта рубашка отлично сочетается… — Алекс не сдержала смех, так что и Рэйчел практически сразу сорвалась на хохот. А вот сам Макс, похоже, их веселья не разделял, но все же выдавил из себя смешок в поддержку их веселому расположению. — Теперь ты точно пойдешь со мной в кино? — он явно хотел, чтобы эта фраза прозвучала ни как вопрос, но как обычно подобные мысли остались не озвученными. — Да точно, точно, Стайлз, иди уже, — едва ли не толчками Алекс вытолкнула забуксовавшего в ожидании ответа однокурсника в коридор, предварительно натянув ему капюшон чуть ли не на нос. Растянув губы в веселой, но лукавой улыбке, девушка взяла «подругу» за руку и обе бодрым шагом зашагали по коридору, наравне с остальными однокурсниками в сторону столовки. Здоровяк по кличке «бульдог» тут же навострил взгляд и двинулся следом, едва вспоминая соблюдать элементарную дистанцию. Лишь когда они скрылись из виду, Рэйчел выглянула в коридор и направилась прочь в противоположном направлении бесшумным бегом на носочках ботинок с каблуком, минуя вестибюль, а затем и порог университета. — Mission complete, — ехидно усмехнулась сама себе девушка, доставая из початой пачки очередную сигарету марки «Winston» с ментоловыми капсулами в фильтре. Одна такая негромко хрустнула под подушечками пальцев, прежде чем никотиновая палочка вспыхнула красным огоньком от зажженной зажигалки. Дни текли неумолимо долго. Нещадное время не желало замедляться ни на секунду, а ведь прошло уже полгода. Полгода она не может заснуть без помощи снотворных, ведь каждый раз, смыкая глаза, она видит дуло пистолета у своего виска. Звучит выстрел. Причем такой реальный, что вскакивая в своей постели в холодном поту, пальцы машинально ощупывают виски в поиске дырки от пули. Эти фрагменты повторяются снова и снова, с каждым разом они становятся все болеё правдоподобней. Однажды ей даже показалось, что за секунду до того самого выстрела она увидела лицо стрелка, но потом в памяти не всплывает ни малейшего намека на увиденное. Иногда ей действительно казалось, что она была там в тот момент. Не видела его в прямом эфире, а стояла там, на площади, слыша тот самый шум. «—… Мисс Бенкс, вы должны понять, что я пытаюсь помочь вам, но для этого вы должны раскрыться мне. Довериться. Мужчина потер заросший седой бородкой подбородок, откинувшись на своем кожаном кресле и внимательно смотря на девушку, что сидела напротив него. Но похоже она и не слушала его, находясь своими мыслями далеко отсюда. Не из-за собственного желания она тут. — Рэйчел? — снова позвал её психолог, на что „пациентка“ ответила лишь вопросительным взглядом. Питер Уэйн, так звали психолога, вымученно вздохнул, а затем перелистнул страницу своего рабочего блокнота, куда записывал свои наблюдения и некоторые пометки. Миссис Бенкс сама приняла решение отдать дочь на занятия с ним. Но так как сделано это было без взаимного согласия с самой девушкой, то и лечение не могло пройти без происшествий. Даже читая те самые записи, сразу становится ясно, что такой человек не привык сидеть на месте и потакать правилам. Явный протест личности против нынешней жизни, которую ей навязывают. Так что ничего удивительного, что девушка закрывается от него. Заметив хоть какой—то признак внимания к своей скромной персоне, он оживился: — Какие отношения у тебя в семье? Я так понимаю с матерью у вас не так все дружно как с отцом, — высказал он свою точку зрения, давая тем самым возможность для её подтверждение. Конечно же, он и сам прекрасно видел это явное напряжение в их отношениях. Рэйчел выждала приличную паузу, в упор глядя на него немного высокомерным взглядом, словно он лишь отнимает у неё драгоценное время. — Семья, как семья, — слегла дергано пожала она плечами, выдав свое раздражение. — Отца я вижу в основном по телеку, но на мой день рождения он обещал приехать. — Очень хорошо, — тут же подхватил доктор, намереваясь закрепить успех начатой беседы. — Значит, живешь ты в одном доме с матерью? — Да, — угрюмо усмехнулась Рэйчел, — она приобрела загородный особняк, огородилась охраной и прислугой, а мне сняла квартиру ближе к центру. Она не особо и возражала. Даже наоборот! Ну конечно, гораздо удобнее ублажать саму себя, с такими-то деньгами и личным массажистом бразильской физиономии. Доктор неловко прочистил горло, делая вид, что что-то записал в блокнот и снова поднял глаза: — Так что вы говорили о ваших снах? До этого её вид не показывал никакой заинтерисованности и был прикован к собственным маникюра, теперь же её взгляд устремился на мужчину, округленный от неожиданности. Откуда, лишь крутился вопрос в голове, прежде чем она резко поднялась с кресла, намереваясь закончить разговор. — Думаю на сегодня достаточно. — Куда же вы, мисс Бенкс? — с неискренней улыбкой полюбопытствовал доктор, смотря на неё теперь так, как никогда до этого не смотрел. С лукавой насмешкой и явным намерением сделать что-то. Что-то плохое. Девушка попятилась к дверям спиной, но когда осознала, что двери наглухо закрыты, растерянно обернулась к ним, снова дернув ручку. — Мисс Бенкс, мы еще не закончили. Она снова дернула ручку, но, казалось, шаткие деревянные двери даже не пошатнулись. — Выпустите меня! — крикнула девушка, яростно дернув ледяную дверную ручку, но та даже не скрипнула под толчком плеча. Услышав шаги прямо за спиной, она неожиданно осознала, что уж больно громкими они были, как для мужских ботинок. Больше схожи на звук каблуков… Она хотела обернуться, но чья та рука уперлась ей в плечо, не давая это сделать. — Ты должна довериться мне… — прозвучавший голос был вовсе не таким, каким был минуту назад. Он изменился. Рука все еще не давала повернуть голову, увидеть лицо. — Что тебе снилось, Рэйчел? Кто был тот человек? Голос стал требовательным, исчезла всякая забота и располагающая теплота. — Я не помню! — Не лги мне! Ты знаешь то, что мне нужно, кто это был?! — Я не знаю! — истерично воскликнула она, а затем ощутила укол в шею. Долго думать не нужно было, что именно. — Доверься мне! Потому что время вышло…» …Когда девушка резко очнулась, она обнаружила, что кто-то ее энергично трясет за плечо. Выпученные от страха глаза уставились на сидевшую рядом Алексу, вытащившую даже один из наушников из уха. Дыхание было слишком учащенным и сбивчивым, чтобы сказать что-то внятное. — Рэйчел, Господи, да что с тобой?! Голос Вуд был достаточным подтверждением того, что это не сон. Она уже проклинала привычку засыпать в транспорте, особенно в вагоне метро. Совсем не по—королевски, как она привыкла, но подруга смогла уломать её на это, чтобы обязательно повстречать двух их однокурсников, чьи папаши также любят проявлять излишнюю заботу. — Что? — буркнула Бенкс, делая вид, что недовольна столь резким пробуждением, хотя на самом деле, была рада избавиться от навязчивых видений. Она и не заметила, что заснула. — Сейчас наша остановка, так что поднимай-ка свой утянутый джинсами зад и подходи к двери, — в шутку посоветовала Алекс, поднимаясь со своего сидения, чтобы пройти к выходу из вагона. Рэйчел сделала пару дежурных вдохов, собираясь с силами, а затем рывком поднялась на ноги и приблизилась ближе к подруге. Предусмотрительно прихватившись за поручень над головой. Теперь она лишь надеялась, что выпивка и пару качественных таблеток смогут помочь ей расслабиться и получить удовольствие от вечера. Нельзя же постоянно думать о всякой небылице! Прежняя жизнь сейчас, а то, что было раньше уже осталось за бортом. «Это что-то из твоего прошлого, не дает тебе покоя в настоящем» Когда двери открылись, Алекса взяла подругу за локоть и вышла наружу. Рэйчел шагнула следом и тут же помахала рукой двум парням, что подпирали колонну у лестницы наверх. Заметив девчонок, они заметно оживились. У одного из них красовалась уже открытая бутылка пива, а второй видимо решил поберечь себя для «большого дела». На это самое дело Рэйчел и рассчитывала, потому на лице промелькнула предвкушающая усмешка. Макс, как звали его, тут же приобнял её за талию, притянув к себе, чтобы поцеловать. — Опять будите заливать про пробки? — насмешливо изрек Рон, обращаясь к Алекс. — Приличный девушки всегда опаздывают, Дрейк, — закатила глаза девушка, позволив парню чмокнуть себя в щеку, однако тот слегка промазал. — Брось эту дрянь! Мы собирались развлечься, а не просто набухаться в хлам, как вы любите. — Одно другому не мешает, — отозвалась Рэйчел, обнимая друга за шею. Так и есть, любимая дочурка покойного сенатора всегда любила провести ночь под громкую музыку и заливать в себя дорогие коктейли за счет материнской выплаты на карманные расходы. Только мать и не подозревает, на что уходят эти деньги. — Кстати, принцесса, как и обещал, — шепнул Макс, уводя Рэйчел под руку. Парень достал небольшой пакет, содержимое которого не могло вызвать сомнений, чем спровоцировал довольную улыбку на губах девушки и просьбу поторопиться двум остальных приятелей. Подобные мероприятия проводились нечасто, что и объяснила их важность для представителей высшего общества. «Южный рай», как именовался клуб, имел репутацию сборища «черной аристократии», собственно говор так называли их местные копы, кто получал отдельное поощрение за свое молчание. Некоторым людям хватало и пару лишних сотен банкнот американской валюты, чтобы послать свои принципы подальше за горизонт современного мира. Так что повстречать здесь некоторых представителей закона было неудивительно. — Сегодня я напьюсь! — проревел Рон в меру своей эмоциональной натуры, как только переступил порог заведения. — Чтобы тебя опять в туалете нашли в обнимку с унитазом?! Не дождешься, кретин! — рассмеялась Бенкс, осматривая обстановку. Что поделать, в подобной обстановке невольно скидываешь маску образцовой дочурки и студентки третьего курса одного из самых престижных университетов штата, и становишься тем, кем никогда не давали. Вечер шел к двенадцатому часу, так что и людей, соответственно, было довольно много, что уж говорить об их количестве на танцполах и сцене в центре зала. Шумная музыка была слышна даже на улице. В начале рассвета «новой империи» для бизнеса многих компаний в 2010—ом, «Южный рай» смог удержаться на плаву лишь благодаря смены хозяина, сделавшего его таким, каким он и является сейчас. А был он центральной точкой во всем городе. Когда музыка сменилась, Рон и Алекс наконец поднялись со столика, где они все устроились, и ушли на танцпол, откуда вернулась Рэйчел с Максом. Будто смена караула. К тому времени на их столик уже успели принести кальян, который уже успела распробовать удалившаяся парочка. Но парень явно планировал исполнить запланированный список обязательных в этот вечер мероприятий, за одним из них он покосился в сторону людной барной стойки. — Что скажешь, принцесса, хочешь опрокинуть в себя рюмку другую напитка грешников? — со смехом поинтересовался парень, выдохнув в воздух ароматные клубни дыма после очередной затяжки кальяном. Бенкс одобрительно улыбнулась, ведь сегодня можно все. — Если обещаешь не воспользоваться моим уязвимым положением, — рассмеялась девушка, помешивая трубочкой коктейль в высоком стакане. Лицо Макса изобразило краткое раздумье, плавно перетекшее в наигранную разочарованность. — Значит, интрига вечера утеряна, — заключил он, улыбнувшись. — Обидно. — Отгребись, — дружески усмехнулась Рэйчел, толкнув того в плечо, так как он стоял препятствием на пути к стойке. Там как раз один знатно веселый клиент заказал меню для крупной компании, состоящей из двадцати рюмок с «золотой» текилой. Длинный строй довольно быстро сократилась, когда к ним подошли Алекс с Роном. Краткие паузы на закуску ненадолго отдаляли от того состояния, когда рамки благоразумия стираются и риск на отвратительное самочувствие на утро приближается. Не сказать, что дочурка ныне покойного сенатора вела неподобающий своему статусу образ жизни, но и назвать подобное поведение пристойным тоже можно было с трудом. Речь шла о маске примерной ученицы для преподавателей университета, которой её считают все мало знакомые с ней люди. Весь своеобразный характер служили причиной частых конфликтов с матерью, для которой важнее всего была репутация семьи и собственного имени. Нет, она любила свою дочь, и иногда показывала это даже самой мелочной, но все же материнской заботой. После смерти отца, мать взяла все под свой контроль: контролировала денежные сбережения, появлялась в самых разных телевизионных передачах, делясь своим горем при публике. Но не таким уж и горьким было её состояние. Даже сослать дочь в престижный университет не было деянием от чистого сердца, как считала сама Рэйчел, но лишь в глубине души. В слух она об этом даже не заикалась. — Попробуй вот этот! Бенкс обернулась и увидела придвинутый Алексой бокал с цветным коктейлем, который, судя по росписям состава в меню, содержал хорошую долю коньяка и ликера. Поистине нечто новое. — Ты думаешь это как-то поможет скрасить вечер? — насмешливо полюбопытствовала девушка, беря в руки протянутый подругой бокал, украшенный лаймом и листьями мяты. — Я думаю, что так наше завтрашнее утро будет менее… дискомфортным. Третий раз «неожиданная простуда» не прокатит, так что и ты не увлекайся. — Ой, Бенкс, не будь занудой, — поморщила носик Алекс и прильнула к своему бокалу с таким же коктейлем. Ощущение горячего ликера был поистине прекрасно, мысленно призналась Рэйчел, но предпочла не дать подруге пожать лавры собственной правоты. Но, похоже, идея смешивать текилу и ликер оказалась не самой лучшей. В какой—то момент земля едва не ушла из-под ног, заставив её придержаться за деревянную поверхность стойки, чтобы не упасть. Странное ощущение она никогда прежде не испытывала, потому и отложила полупустой стакан от себя в сторону. Алекс все это время была увлечена наблюдением за мальчиками, пока не перевела улыбающийся взгляд на подругу. Резкое изменение на лице подруги не осталось ею незамеченным. — Эй, ты в порядке? — нахмурилась она, положив руку на плечо девушки, словно опасалась, что та и вправду потеряет равновесие. — Ты побледнела. — Да, — она попыталась изобразить улыбку. — Просто текила ударила в голову. Я сейчас вернусь. Прежде чем Вуд успела что-то ответить, Рэйчел уже схватила клатч и устремилась в сторону коридора, что вел к двери дамской комнаты. Потирая пульсирующие виски, девушка практически влетела в свободную кабинку, едва успев при этом закрыть за собой дверь. Громко подняв крышку, она резко обрушила содержимое желудка в унитаз. Так отвратительно ей не бывало даже после самых шумных вечеринок. Горло будто раздирали наждачной бумагой. Не могло же так снести с одного коктейля, подумала она, садясь на закрытую крышку, чтобы хоть как-то вернуть четкость окружающему миру. Никогда раньше алкоголь не вызывало подобного эффекта… От резкого стука в двери кабинки девушка вздрогнула и болезненно сморщила лицо от его громкости. Кажется, ударили кулаком, но она сейчас была не в том состоянии, чтобы это заметить. — Алекс, я в порядке, иди в зал! — процедила она, подтирая губы тыльной стороной ладони. Зрение никак не желало приходить в норму. Пришедший не переставал настойчиво тарабанить по шаткой двери, грозя просто непросто выломать её. — Я же сказала, иди в зал, я сейчас вернусь к вам! — громко повторила Бенкс и звуки тот час же прекратились. Наступила резкая тишина, можно было даже расслышать гремящую музыку из зала. Девушка опустила крышку и уселась на край, упиревшись локтями в коленки. Она ожидала, когда странные симптомы утихнут, что стоило одной минуты глубокой дыхательной гимнастики. Глубокий вдох и медленный выдох, кровь снова насыщается кислородом. Спустя еще минуту, Рэйчел смогла снова поднять себя на ноги, но настроение заметно ухудшилось. Теперь ей хотелось только вернуться домой, запереться в комнате и скрыться от всего мира под теплым одеялом. И проспать к черту все завтрашние пары. «Да, именно так и сделаю. К черту, они поймут» Подняв с пола клатч, девушка открыла замок и выглянула из двери кабинки, ожидая увидеть подругу. Но к собственному удивлению никого не было. Вроде бы никто не выходил, подозрительно нахмурилась она, подходя к раковине, над которым красовалось огромное зеркало во всю длину стены. Краткий осмотр своего внешнего вида дал неутешительные результаты, и даже тоник для лица не смог бы скрыть появившиеся круги под глазами и слегка побледневшеё лицо. — Обалдеть коктейль попробовала, — выдохнула Рэйчел, сдунув опавшую челку на глаза. Упершись руками на мраморную тумбу, она опустила глаза в раковину и после недолгих раздумий, включила воду. Ладони словно горели, холодная вода в кране показалась ледяной. В близких кругах всем известно, что Рэйчел Бенкс может дать фору любому с питьем спиртных напитков без закуски. Уж богатый денежный счет позволял разгуляться по богатому в выборе меню. Так что же сейчас могло дать такой сбой, спрашивала она саму себя, глядя в свое отражение. Ясно же, что дело не в спиртном… Неожиданный скрип открывающийся кабинки заставил девушку отвлечься от раздумий и поднять глаза на зеркало, чтобы увидеть происходящее за своей спиной. В отражении на неё смотрела пара глаз, явно не привычная для женской уборной, так как принадлежала она мужчине. А именно того самого бармена. Но что-то при виде него её встревожило, причем так, что вопрос о его присутствии в подобном месте возник не сразу. Он стоял возле двери, перекрывая выход, но взгляд её был прикован к пистолету с привинченным глушителем в его руках. По спине прошелся холодок, а желудок сжался в ком, когда в голове пронеслось шокирующеё осознание происходящего: он не тот, за кого себя выдает… — Кто вы? — не осознанно она озвучила единственный вопрос, возникший в голове. Инстинктивно она отступила назад, но укрыться было негде. Отступать некуда, позади тумба. В ответ молчание. Послышался щелчок затвора предохранителя, Рэйчел лишь зажмурилась в ожидании выстрела от человека, чей ледяной взгляд и бесчувственное выражение лица не заставляли усомниться в его намерениях. Но прозвучавший хлопок тихого выстрела не дал ощущения смертельной раны или горящей боли от пули. На секунду Бенкс даже решила, что от шока просто не ощутила стекающей крови, словно отключилась. Ужас сменился любопытством. Девушка приоткрыла глаза и увидела, что мужчина склонил голову на грудь, где медленно растекалось красное пятно. Его рот приоткрылся, из груди вырвался надрывной выдох пробитого легкого, прежде чем он бессильно рухнул на колено, а затем и на пол. За его спиной стояла женщина с азиатскими чертами лица, одетая в нарядное платье с кроваво—красными узорами на черной ткани. Из-под откровенного разреза можно было заметить кожаный ремень кобуры, сливающийся с цветом наряда, а само оружие из него находилось во все еще вытянутой руке азиатки. На лице никаких эмоция, ни страха, ни отвращения. Ничего того, что отражалось в округленных от ужаса глазах Рэйчел. — Тебя отравили, но ты приняла слишком малую дозу для полной потери сознания, — первое, что произнесла неизвестная, опустив пистолет. Вполне уместных для подобной ситуации объяснений не последовало. Шокированная девушка не могла произнести ни слова, лишь всхлипнула, когда женщина в черном схватила её за руку и буквально потащила за собой, как безвольную куклу. Земля под ногами грозила раствориться, а голова тяжелела с каждым шагом. Девушка и сама не поняла, почему не может произнести ни слова или хотя бы оказаться сопротивление. Возможно, причиной тому был шок. И наличие оружия у похитительницы. «И резко резанувшее по сознанию чувство мимолетного дежа-вю… Откуда?..» Едва поспевая перебирать ногами вслед за женщиной, Рэйчел удалось сфокусировать глаза на ее фигуре, чтобы снова оглядеть ту с ног до головы. Это не помогло. Азиатка больше не проронила ни слова, лишь тянула её за собой, замедляясь на каждом повороте и укрывая пистолет с глушителем от глаз. Случайно попадавшихся на пути любителей выкурить травку, так как внимания на странную парочку не было вовсе. Но когда из-за угла показалось двое вооруженных мужчин, одетых в форму охранников, женщина открыла по ним огонь, стоило им лишь показать хоть какую—то заинтересованность к их персонам. Когда струя крови окрашивала серые стены служебного коридора, только тогда Рэйчел мигом протрезвела. Запах крови едва не вызывал новый рвотный позыв. Но азиатка лишь еще крепче ухватила её за кисть и дернула онемевшую от шока девушку за собой, веля ей поторопиться все тем же холодным, беспристрастным тонном. Бенкс даже предположить не могла, кем были эти люди, и кем является эта неизвестная ей женщина. Однако судя по её навыкам, это были либо спецслужбы, либо нечто иное. По крайне мере задерживать вооруженных псевдоработников она уж точно не собиралась. Её движения были отточены до автоматизма, уж подобные вещи Рэйчел подмечала сразу же. Наконец перед ними показалась служебная дверь черного входа и только сейчас Бенкс очнулась от оцепенения и попыталась вырвать руку из крепкой хватки. — Пусти меня сейчас же! — потребовала Бенкс, пытаясь остановиться, но неизвестная лишь крепче ухватила ту за локоть и пнула тяжелые двери коленом, так что те с грохотом ударились о стену здания снаружи. — Ты хочешь жить? Тогда прекрати истерику и садись в машину! — процедила азиатка, угрожающе взглянув ей прямо в глаза. И не увидела там ни единого намека на страх. — Иначе план тех парней придет в исполнение, и тогда я тебе не позавидую! Долго думать не пришлось — девушка лишь послушно последовала следом, искренне боясь спровоцировать своим непослушанием радикальнее меры. Снаружи их ждала припаркованная машина, одиноко оставленная в темной в практически не освященном переулке. Единственным источников света была голая лампочка над дверями служебного входа. Женщина открыла двери и усадила внутрь Рэйчел, после чего поспешила на место водителя, обойдя машину. Её взгляд покосился в сторону дверей, в ожидании поспевающих по их следу вооруженных людей. Как только двери автомобиля захлопнулись, в проеме показалось еще несколько стрелков, но неизвестная уже рывком провернула ключ в зажигании и в сопровождении визгом шин рванула прочь из переулка. Вслед им послышались хлопки выстрелов и лязг впивающихся в металл пуль. Происходящеё никак не унималось в голове младшей Бенкс, а в глазах темнело с каждой секундой. — Кто эти люди? И кто ты такая, черт возьми?! — вскрикнула Бенкс, инстинктивно вцепившись в подлокотник двери, словно пытаясь укрыться от опасности. Она была уверена, что кем бы ни были те ребята в форме охраны, и были ли это вообще работники клуба, а этой дамочке доверять тоже не стоит. Тем более вешаться на шею в знак признательности за спасение. Еще неизвестно, какие у нее самой на нее планы. Азиатка не отрывала взгляда от дороги. — Их послали схватить тебя, но, похоже, позабыли уточнить, в каком состоянии доставить. Слова едва доходили до её слуха. — Ты из хороших ребят?.. — снова спросила девушка на тон тише, постепенно угасая. Мигающие огни в окне расплывались в её глазах. — Нет, но я с ними знакома, — она, наконец, удостоила себя взглянуть на неё, но глаза дочери покойного сенатора уже были практически закрытыми. Последний обрывок фразы она услышала как во сне: — Тебе придется довериться мне, Рэйчел… «Потому что время вышло…»
