Глава 15
25 сентября 2015 г., 15:34
«В предыдущих главах:
Движимая целью убрать угрозу утечки опасной информации о запрещенных исследованиях "Семьи" Люциусом Блэком, Ада Вонг просит Криса о помощи. С ним она, наконец, взламывают флешку с украденными у Рэндала Смита данными и узнает имя ведущего ученого эксперимента, за которым и охотится Блэк. За ним она и пришла в его дом, но там ее ждала засада в лице группы оперативников Фрэнка Малкольма, который оказывается в сговоре с Крисом. Она согласилась на дальнейшее сотрудничество ради объединения против общего врага, они на пути в Вашингтон. Но конвой подвергается атаке сторонников Люциуса, среди которых оказался человек из прошлого Ады. Доктор Кроунфорд похищен, группа практически вся разгромлена.
Немного ранее Хелене пишет некто неизвестный, предлагающий свою помощь из благих целей. Он кидает координаты, по которым Ингрид смогла определить место нахождение судна Люциуса.
Леон Кеннеди оказался заражен, и последствия дают о себе знать все чаще. В попытке выявить корень проблемы, Пирс предлагает свою помощь. Вместе с Ингрид Ханниган и Хеленой они посещают Штаб, где в исследовательской лаборатории проникают в голову Ниванса, но что-то идет не так. Острый приступ снова дает о себе знать и только помощь внезапно пробудившегося пациента уберегла агента Кеннеди от врачебной ошибки и скоропостижной смерти.
Сейчас все герои собрались на одном огромном судне, движимые одной целью: остановить Люциуса Блэка и не дать тому завладеть столь опасными знаниями»
***
«Система защиты здесь впечатляет, но времени, чтобы обойти ее много не заняло. Вы сейчас движетесь по северо-восточному коридору на пути к подвальные камерам для заключения», — Пирс следил за трансляцией камер видео наблюдения через портативный компьютер. Сидя спиной под стенкой, возле одного из защищенных телекоммуникационных шкафов и держа устройство на коленях. Прокравшись под каменной кладкой элитных помещений с расставленными под потолками датчиками движения и камерами инфракрасного видения, он оказался здесь, в закрытой серверной комнате с многочисленными двухрамными стойками. Освещение здесь было приглушенным, ряды мигающих лампочек и яркий экран мини—ноутбука играли разноцветными бликами на насупленном от внимания лица Пирса, который испытывал легкий трепет по всему телу — на столько он волновался от взвалившегося на него груза ответственности за стольких людей. Сейчас он был их единственными глазами на огромном и незнакомом судне. Подвальные тоннели на самых низких уровнях, где единственным источником света были гудящие в тишине люминесцентные лампы, простирались сырыми лабиринтами под дорогими апартаментами, чей уровень интерьера равнялся элитным океанским лайнерам. Разобраться в извилистых коридорах было под силу только патрулирующим свои сектора охранникам с вмонтированным GPS—навигатором. — Ты уверен, что мы идем в верном направлении? — раздался сомнительный вопрос Хелены в динамике наушника Пирса. К нему присоединился голос Леона: — Мы встретили двух патрулирующих коридор охранников и не больше. Такое впечатление, что никто и не подозревает о проникновении. — Вряд ли здесь всему виной искусная работа группы Малкольма, — согласился с их подозрениями Ниванс, переключаясь от показателей одной камеры на другую. — Нет, в данный момент они в противоположной стороне. Сейчас посмотрю… Экран мини ноутбука разделился на четыре черно—белых окна разных трансляций из камер наблюдения. Пирс переключал каждую, чтобы увидеть возможную причину отсутствия охраны. Рябящие картинки показывали пустые коридоры, какие—то медицинские лаборатории с переходящими из угла в угол людьми в белой униформе; пару вооруженных наблюдателей на одном из своих постов. Парень переключал изображения одно за другим, пока на одном из них не увидел тела лежачих и едва живых охранников с торчащими из груди стрелами, и это был погрузочный склад неподалеку. — Я, кажется, понял причину такой «пустоты»… — пробормотал Ниванс в микрофон, перематывая запись на несколько минут назад и увидел целую экшен сцену в ускоренном обратном времени. Прищурив глаза в немом интересе, парень ударил пальцами по клавишам и воспроизвел отмотанный фрагмент. На черно-белом отрезке видео было показано, как очень знакомая ему женщина спустилась откуда—то сверху прямо на спину одного из вооруженных мужчин, таким образом, повалила на землю и пустила стрелу в стоявшего впереди противника. Видимо поднялся шум, так как в сторону Ады прошлась автоматная очередь, вынудив ее сорваться с места через перила помоста и спрыгнуть на один из стоявших внизу двухэтажных контейнеров. Новая автоматная очередь практически догнала ее, когда шпионка в беге надела лук на плечо и достала гарпун. Смена ракурса, и Ада уже в воздухе на тросе и лихо летит вниз, навстречу одному из стрелков. Оперативник оказался слишком медлительным. Шпионка сбила его с ног коленями в лицо, когда по инерции влетела в него, ухватившись руками за изогнутую раму кабины небольшой погрузочной машины, перед которой тот стоял. Под силой удара мужчина прогнулся спиной прямо на сидение и медленно сполз на пол. — Что там? — голос Леона резко оторвал завороженного зрелищем Пирса от просмотра. — Ада, кажется, зачистила вам путь где-то неподалеку, — безучастно ответил парень, продолжая наблюдение. — По крайне мере, она наделала шуму и достаточно привлекла к себе внимания… Одна из стрел взорвалась яркой вспышкой, выведя из строя последних оставшихся охранников, но самой шпионки в кадре уже не было. Она исчезла так же незаметно, как и появилась, от чего Ниванс в очередной раз поймал себя на мысли, что если Карла Радамес действительно была точной копией Ады Вонг, то ему и Крису никогда бы не удалось поймать ее. По крайне мере живой, в этом он был уверен. — Почему-то я даже не удивлена, — послышался голос уже Хелены с четкой ироничностью и Пирс сдержался, чтобы не ответить тем же. — Камера с заключенной прямо по курсу, я смогу взломать электронный замок. — Будем на связи. Покрутив головой от ноющей шеи, Ниванс потер ладонью затылок и свернул все благополучно блокирующиеся всплывшие оповещения о сигналах тревоги от охраны из самых разных углов «нулевого уровня». Подключенная к компьютеру флешка периодически мигала зеленым огоньком, демонстрируя активную работу установленной на ней вирусной программы, разрушающей всю структуру виртуальной защиты, что так громко гудела в попытках «переварить» враждебное проникновение в частную систему. Но Ингрид Ханниган заранее предупредила, что ее компьютерный вирус не остановит ни один фаервол, это ее «седьмая симфония», как она выразилась, торопливо и не менее бережно ложа переносной накопитель в его руку. Как бы высокомерно не звучало это утверждение из уст связной, но оно себя полностью оправдывала, что облегчала работу мало понимающему в этом что-то Нивансу. Пока вирус расчленял остатки защиты недоступных в данный момент областях центральной системы управления, он откинул голову назад, негромко приложившись затылком по металлической дверце телекоммуникационного шкафа стойки. Едва ощутимый удар отозвался в голове негромким мужским голосом, говорящим ему о важном. Очень важном… «Он сидел на старом стуле посреди небольшой комнаты, что в дальнейшем будет для него жилищем и новым, но временным пристанищем. Его спина выпрямлена, голова слегка приподнята, словно по команде „смирно!“, хотя слабый коленный сустав все еще отзывался тупой болью под фиксирующим наколенником. — Смысл в этой операции в том, чтобы все выглядело достоверно, — снова повторил возникший из-за спины Фрэнк Малкольм, держа в руках листы со свежими распечатками. Он повторял эту фразу снова и снова, любая импровизация была под жестким табу, и Пирс мог только предполагать, что может случиться, пойди все не по плану. Когда в его руках оказался один из листов, Ниванс увидел план-схему огромного судна и не смог воздержаться от вопроса. Один из них: почему распечатка является копией чьего-то рукописного рисунка? — О какой достоверности может идти речь с этим? — он тряхнул еще теплой распечаткой и положил ее на исцарапанный столовый стол перед собой. — У этого судна три этажа, три уровня, — начал мужчина издалека, присаживаясь напротив. Он проработал аналитиком в ФБР больше четырех лет, и сложные многоуровневые задачи были прямым смыслом его профессии, оставившей после себя отточенное аналитическое мышление. В отличии от Пирса. — И? Фреэнк взглянул на сидящего напротив Ниванса и продолжил, указывая указательным пальцем на листок: — В „День—Х“ твой мозговой блокиратор отключится самостоятельно, так что запоминай, прежде чем он активируется. Итак, мы проникаем на судно в хвостовой части, — его палец сделал круговое движение на нужном месте, — глушилка не позволит разглядеть его со спутников и определить количество охранников на палубах, как и свое местоположение, но с этим нам поможет приманка в лице доктора Кроунфорда, когда его схватят. — Эффект неожиданности сыграет нам на руку, — одобрительно кивнул парень, — но что если численное преимущество будет не на нашей стороне? Вполне логичный вопрос, на что последовал слишком неожиданный ответ: — У нас есть Марко и Эдди. Да, они живы, — вопросительный взгляд Пирса не остался незамеченным.— Ты лучше меня знаешь, что это приравнивает наши шансы в любом случае. — „Цепные псы“ Смита, откуда ты их знаешь? — в голосе послышался требовательный отголосок, а он сам подался вперед к Фрэнку, насев локтями на стол. Мужчина сохранил невозмутимость сосредоточенного лица, но его досадный вздох красноречиво намекнул о легком разочаровании в усомнившемся доверии к нему. Ведь они договорились — никаких секретов. — Они, прежде всего, наемники, мистер Ниванс. Были и остаются до сих пор, их верность измеряется в денежной валюте. В добавок их положение не отличается от твоего: без будущего, без имени, без денег, без связей и без работы — они пошли на это из отчаянного желания получить то, что можем дать Мы. В комнате повисло молчание, которое нарушил писк электронных часов на кисти Пирса, оповещающий о начале десятого часа ночи. Довольно поздно, но сейчас парня интересовал только один вопрос: — Мне Вы тоже можете это дать? — с некой мрачностью усмехнулся без всякого намека на улыбку и опустил покрасневшие от усталости глаза в пол. Слишком много осечек с доверием, чтобы поверить красивым россказням о новой жизни после смерти, этот оксюморон был слишком фантастичным, чтобы быть правдой. И Пирс не собирался в это верить, он пойдет на это только ради помощи поставить точку в этой слишком запутанной и затянувшейся истории. Фрэнк Малкольн это понимал, но вложил в свои слова столько понимания, что бывший солдат на мгновение усомнился. — Клянусь своей головой, Пирс, после этой миссии ты получишь шанс на новую жизнь, возможно даже в рядах с борцами против биотерроризма. А сейчас нам нужно обсудить детали… » Распахнув глаза от привлекающего внимания звука в гарнитуре, Пирс приложил палец к уху и принял вызов. — Что-то не так, — донесся голос Фрэнка в динамике, и Пирс услышал в его голосе тревожную сомнительность, которую ощутил и сам. — Кеннеди и Харпер на пути к камере с заложницей, — оповестил он, переводя взгляд на монитор компьютера, чтобы удостовериться в своем утверждении. — Я вижу коридоры лабораторного сектора, в чем дело? — Здесь охранник. И кровь — это не пулевое ранение, понимаешь? Ничего не понимающие Ниванс мигом забегал пальцами по клавиатуре, переключая камеры слежения между собой в поиске фигуры агента, чтобы увидеть это своими глазами. — Что ты хочешь этим сказать? Черт, я не могу найти тебя. Секунду. Пойдя по второму кругу, Пирс ощутил болезненный скрежет внутренней тревоги в груди, медленно закрадывающейся холодными пальцами в душу. Он снова спросил: — Где вы сейчас? — нет ответа. — Малкольм? Долгожданный ответ после продолжительного молчания только усугубил опасения своей растерянностью. — Черт возьми…***
Разделившись с Крисом и Эдисоном после неожиданного сюрприза, Фрэнк и Марко уверенно и неторопливо продвигались по запланированному маршруту прямиком к лабораторному корпусу, где и держали доктора Кроунфорда, если верить показаниям камер наблюдения. Прямо сейчас он ждал их в отведенной ему специально для работы лаборатории с личным спальным корпусом и всеми удобствами, и именно это и показалось опытному оперативнику подозрительным. Бывает такое чувство, когда интуиция в голове подсказывает неприятным шепотком о том, что что-то здесь не то, но невозможно понять, что именно. Патрулирующий охранник следил за порядком, стоя на одном из поворотов, после него им с Марко больше никто не попадался. Может это было лишь плодом слегка подкоптившихся после ЭМИ—гранаты мозгов, но выходя из коридора в большой вестибюль со стеклянными стенами, отделяющими коридорную часть непосредственно от сектора камер заключения, опасения тут же подтвердились. И дело было даже не в существенно расхождении положения локаций, а в распахнутых стеклянных дверях и оставленных на них размытый кровавых отпечатков чужой ладони. — Что за… Взгляд Малкольма отражал полную растерянность, а рука с пистолетом вытянулась в оборонительную позицию, ровно как и у молчаливого Марко, который приблизился к свежим следам с особым вниманием. — Я вижу тело охранника, — с непривычки его голос прозвучал хриплым басом, как тихий рык громоздкого медведя. Безэмоциональный взгляд указал в сторону лежачего к ним спиной тела, а когда Фрэнк подкрался к нему, он осторожно толкнул его ногой в бок, перевернув на спину. От увиденного мужчина переглянулся с подошедшим Марко, который несмотря на свою невозмутимость, тоже выглядел порядком удивленным. На лице убитого было запечатлена предсмертная агония, а веки вместе с глазными яблоками оказались разорванными и выдавленными, словно кто-то имел силу сделать это голыми руками. Засохшая кровь бардовыми каплями виднелась на шее и грудь, пропитав весь воротник серой формы. Рядом валялась разбитая электрическая дубинка. Картина выглядела слишком нечеловеческой, чтобы задуматься о Крисе или о той же Аде. — Как думаешь, что это может быть? — вопрос прозвучал напряженным шепотом и тревога в нем слишком была схожа со страхом. Так и есть, Фрэнк Малкольм никогда не был очевидцем массовых биологических заражений и не мог видеть всего того кошмара в живую, но он был наслышан об инфицированных живых мертвецах и их пристрастии к плоти живых людей. Он мог признать себе свой очевидный страх перед давящим на сознание напряжением, которое возрастало с каждой секундой и усиливалось от того же непонимания в стеклянных глазах Марко. Тогда Фреэнк отвернулся от трупа и отошел на пару шагов, чтобы попытаться связаться с единственным человеком, который мог бы прояснить ситуацию. Он знал, что Пирс уже на судне и занял свою позицию. К его облегчению Ниванс ответил, правда, не сразу: — Здесь охранник. И кровь — это не пулевое ранение, понимаешь? С этими словами до этого исправно работающие люминесцентные лампы неисправно замигали, а затем и вовсе отключились, на мгновение погрузив все вокруг в густую тьму. Как в эпизоде фильмов ужаса, когда герой неожиданно остается один на один с трупом в темноте, но у Фрэнка был с собой карманный фонарь, о котором он вовремя вспомнил. ‚Только этого не хватало…‘ — пронеслось в голове у напрягшегося всем телом мужчины, пока прибор освещения не оказался в его ладони. Вдавив кнопку с излишней силой, Малкольм с внутренним облегчением увидел все еще стоящего перед ним Марко, но резкий звук, схожий с хриплым рыком дикого зверя прямо за спиной, в темноте, не дали ему ответить Пирсу на другом конце связи. — Черт возьми… — только и смог процедить едва слышно мужчина, вскидывая пистолет, и резко обернулся назад. Внезапно в его сознании блеснул намек на ответ на вопрос, почему им по пути не попалось ни одного охранника, но нечто налетевшее на него из темноты оборвало его запоздалую разгадку.***
— Ты слышала? Вжавшаяся в холодную пластину угла стены Хелена оглянулась через плечо, отстав от Леона на несколько метров. Тишина кругом была гнетущей, как затишье перед бурей, и откуда ждать засады девушка не знала. Она шла следом за напарником, слыша, как пульсирует кровь в висках и оборачивалась каждый раз, как ощущала на себе чужой взгляд. И в этот раз чувство пробежавших по спине мурашек было особенно ощутимо. — Нет, — неуверенно ответила Харпер тихо, поглаживая пальцем курок своего служебного пистолета и облизнула пересохшие от соленой воды океана губы. Она не могла утверждать, но могла предполагать, что ей послышался странный скрежет, пока они шли вперед вдоль запертых на замки дверей с обеих сторон коридора. Если верить наводке Пирса, то где-то там, впереди, должен быть выход на прихожую часть к камерам содержания заключенных. И в одной из них должна была находиться дочь убитого сенатора. Но открывающиеся им белые стены с зашторенными стеклянными окнами закрытых изнутри помещений все отдаленней напоминали ледяные на ощупь стены подвальных коридоров ‚нулевого уровня‘, за которыми грохотали шумные волны океана. Все больше появлялось очертаний больничного крыла со стерильным воздухом, пропитанным хлором, белым кафельным полом и таких же светлых стен теплого оттенка слоновой кости. — Не похоже на тюремный блок, — с тем же замешательством обернулся мужчина к Хелена, когда за очередным поворотом они увидели отдаленные прозрачные двери из пуленепробиваемого стекла с мигающим кодовым замком. Агенту Харпер это тоже показалось странным. Леон остановился у электронного замка и сразу подметил датчик, схожий со сканером. Хелен внимательно следила за тем, как его рука потянулась к стеклянной пластинке в углублении стены, но затем резко опустилась. — Система что, распознает отпечатки? — спросил она. — Нет, венозный рисунок, я видел такие. Она не откроется, даже если приложить отрезанный палец охранника к двери. — Даже не хочу спрашивать, откуда тебе это известно. — Тебе действительно не стоит это знать, — утвердительно кивнул агент Кеннеди и приложил указательный палец к кнопке на гарнитуре в ухе. — Пирс, здесь замок. Можешь открыть? — Дерьмо, что происходит?.. — донеслась тихая брань в сопровождении громких щелчков клавиш клавиатуры, и Леон осознал, что проблема намного глубже. По той растерянности, что прозвучала. — Какие-то проблемы? Не понимая причины происходящей заминки, мужчина оглянулся через плечо, в темные глубины длинного коридора, конец которых не был виден из-за отсутствия там освещения. Не понял, напрягся он, нахмурив брови от осознания того, что они только что пришли оттуда и никаких неполадок со светом там не было. Мигающие лампы предостерегающе моргнули пару раз, сопровождая каждую попытку снова зажечься негромким треском электричества. Эффект подпитывала налегающая поверх этого тишина, в которой можно было расслышать даже сердцебиение напарника. — Система только что выкинула меня из сети! — снова подал голос Пирс в динамике гарнитуры, подогревая внутреннюю тревогу. — Что это значит? — Я не могу открыть двери, но послушайте! Здесь что—то… Свет над головой резко погас, как и голос напарника оборвался, оставив вместо себя лишь шум помех. Сколько бы Леон не перегружал устройство, чтобы наладить связь на линии, но неизменный скрежет оставался неизменным, словно некто активировал полную глушилку электро и радио сигналов. — Хелена? — Я здесь, — отозвалась напарница из темноты, а затем ее рука коснулась его локтя, подтверждая это. Тонкие пальцы дрожали в отличии от ее по прежнему твердого голоса. Кеннеди накрыл ее ладонь своею, дабы напомнить себе, что он не один в этой пугающей неизвестности. Его напарница все еще стояла рядом с ним и точно так же не знала, что им делать. На этом судне они были отрезаны от внешнего мира, находясь полностью в чужой власти, но никто из них не собирался сдаваться так просто. — Замок был электрическим, — тихо напомнила девушка, отступая спиной назад с протянутой свободной рукой, чтобы нащупать ту самую дверь, — может, он открылся? — У нас никогда не бывает все просто. У этого замка автономное питание как раз на такие случаи. Нужно двигаться по стенке вперед. — Предлагаешь делать это вслепую? Леон мог поклясться, что услышал в ее вопросе негодующее недоумение. — Стоять на месте тоже не лучшая идея, поверь мне. …Темнота угнетала, поглощала в себя все звуки и мысли, в то время, как они оба шли в прямом направлении, держась за руки, с приготовленными пистолетами и периодически касаясь пальцами ледяной стеклянной поверхности прозрачной стены запертого сектора. Так они хотя бы знали, в каком направлении идут. — Ни черта не вижу, — прошипел едва слышно агент Кеннеди, похлопав по карманам и мысленно упрекнув себя за столь откровенную оплошность. Именно для таких вот случаев при себе имеют экстренное средство освещения, о котором он так вовремя вспомнил. Тридцатимиллиметровый патрон вспыхнул зеленым светом, вырвав из непроницаемой темноты тусклые фрагменты бесконечного коридора, теперь было видно хоть что-то. Они шли вперед и прислушивались к окружению, и ничего. Даже шума разразившейся грозы снаружи слышно не было, будто они снова оказались в подземном комплексе глубоко под землей. Чтобы проникнуть по ту сторону требовался обходной путь, и он нашелся довольно быстро: вентиляционной крышка стояла прислоненной к бетонной стенке прямо возле открытого прохода в шахту как по классике жанра. Леон переглянулся с Хеленой и та неуверенно кивнула, прекрасно помня свой страх перед узким пространством в столь жуткой атмосфере. Но в данный момент это был единственный вариант, других не предусмотрено, потому она обогнула напарника и взяла из его рук горящий патрон. — Давай я пойду первым, — настоял мужчина, просев рядом с ней на корточки для оценки ширины шахты. Но представшее их виду зрелище заставило обоих всерьез задуматься и хорошенько пересмотреть приоритеты: стены прохода местами были покрыты паутиной, это еще пол беды, а вот свежие кровавые следы ладоней, что так отвратительно поблескивали под ярким огнем всерьез насторожил. — Ты, кажется, хотел идти первым? — припомнила пришедшая в себя девушка слова бравого напарника, обводя округленными глазами представшую перед ними картину с темным бесконечным в глубине. Она туда не сунется, ни под каким предлогом. — Это то, о чем я… Резкий крик прямо за спиной мигом привел опытного в таких ситуациях Леона в чувства, пальцы сжали рукоятку снятого с предохранителя пистолета за долю секунды, развернулся в момент подъема он так же быстро, но… Нечто тяжелое неуклюже втаранилось в него всем телом, напрочь столкнув с ног. Мужчина громко охнул, приземлившись на твердый ледяной пол спиной, выронил патрон и неизвестный напавший так и остался невидимым. Но подрагивающий зелёный свет выдал их виду босые ноги и нечто напоминающее больничные штаны с кровавыми пятнами. Леон как раз успел опомниться и навести на того пистолет, как он рванул на замешкавшуюся Хелену, когда она выпрямилась, но не успела ничего сделать. Краткие выстрелы и он взревел, лишь одна пуля попала в него, пробив плечо — на бледной коже тут же выступила яркая алая кровь, но существо и не думало отвлекаться. Харпер оказалась вжатой в стену и его руки сомкнулись на ее шее в желании задушить, именно задушить, не укусить, не вцепиться в глотку и вырвать мясо. А когда та в попытках освободиться схватила того за простреленной плечо и вдавила большим пальцем место сквозной раны, то его рев стал еще громче. Стало ясно, что ему дико больно. Мертвецы не чувствуют боль. Эта мысль возникла в голове агента Кеннеди за те же мгновения, за которые все это произошло и он снова открыл огонь. После второй попавшей пули напавший свалился на пол, а ведь пришелся он даже не в голову, а туда, куда рана смертельна лишь для живых — в шею, по траектории не задевающей мозг, но разрывающие артерию шеи для скоропостижной смерти. Он умер от кровотечения, даже не от пули в голову. В воздухе повисло молчание, в котором слышался лишь хлюп вытекающей крови. — Это не мертвец, — негромко прохрипел Леон, держа бездыханное тело на мушке. Но, вопреки его опасениям, то больше не шевельнулось. — Тогда что это? Укатившийся по полу патрон всё так же горел ярким светом. Подобрав его, мужчина приблизился к телу, чтобы рассмотреть его. Это был человек, оголенный по пояс, в больничных штанах голубого цвета. Его лицо, вернее губы было перемазано кровью, но никаких следов гноения тела не было. Зато на его шее виднелся яркий след от шприца, а на выбритом для операции голове виднелись отметки от давнего хирургического вмешательства. — Я видел что-то подобное одиннадцать лет назад, в Испании, — припомнил агент Кеннеди, тут же подумав о паразитах плаги или чего-то подобного. — Думаешь, здесь утечка какого-то вируса? Снова. Немного подумав, мужчина отрицательно покачал головой: — Мне кажется, их появление неслучайно. Весь корпус опечатали, охрану убрали, а этих выпустили на охоту за нами. Извращенная систему защиты, — с неприязнью скривил он губу, снова приседая на корточки перед проходом в шахту. Выход оказался прямо по курсу, всего-то проползти десять метров вперед и выбить и без того приоткрытую крышку. Она слетела после первого удара ребром ладони. Вылезая наружу, Леон помог сделать тоже и напарнице, пока осматривался. Осматривался и замер. Это не то место, куда они шли с самого начала. Это больше напоминало стерильные помещение врачебного кабинета, только интерьер выглядел крайне странно: выставленные в ряд кушетки с разложенными на столиках возле каждого хирургическими инструментами. Видимо именно здесь и изготовили этих странных… Людей. И выпустили точно цепных псов на нарушителей. А развешанные по лайтбоксам снимки черепной коробки намекали о влиянии химических препаратов на мозговую активность подопытных, и судя по показателям, их влияние оказывает огромный эффект на всю нервную систему в целом. Попросту отключают функции отделов мозга, отвечающие за эмоции, страх, за себя или кого-то другого, счастье. И раздражают такие, как ярость, злость, агрессия, неуправляемость… Подопытные будут готовы разорвать любого попавшегося под руку человека, и Леон понимает, что Пирс покинул их совсем не вовремя.
