Call Me Daddy

Тэхён сидит за обеденным столом, слушая музыку в наушниках, потягивая горький кофе. Расслышав, сквозь любимую музыку исполнителя Conan Grаy, неистовую брань девушки, он с видом разочарованного человека, у которого отняли счастливые минуты уединения. Грустно смотрит в сторону гостиной вынимая наушники. — Нахал!!! Грубиян!!! — кричит девушка, натягивая узенькое платье на пышные груди. При этом совсем не стесняясь присутствия двух парней (совсем не заинтересованных в ней сейчас, ну это так, между прочим). Чонгук же стоит сложив руки на груди и оперевшись о стену, ждёт когда эта особа сама вышвырнется с его жилья, кивая головой в знак согласия. На прощание она элегантно плюёт тому в лицо и с громким хлопком двери исчезает на рассвете, оставив после себя тишину и лёгкий запах духов. — Хорошо хоть Ми не разбудила, а чего это она так тебя? — Ну, она спросила моё имя, я лишь предложил ей вместо этого отсосать мне, — жмёт, как ни в чем не бывало плечами, юноша, вытирая плевок с лица. — Странная, в туалете клуба, ей понравилось, а сейчас отказалась. — Дурачьё, — начинает смеяться Тэхён и подходить к парню, чтобы взъерошить ему волосы. Он уже поднимает руку, но Чонгук её перехватывает, смотря точно в игривые глаза Тэхёна. Он смотрит каким-то демонически-испепеляющим взглядом, от чего Тэхён даже немного ёжится. — Какое право ты имеешь, так меня называть и тянуться к моей голове, — он вызвает у отчима пафосную ухмылку этими словами. Чонгука правда бесит когда трогают его голову, вот готов Армагеддон устроить, трогай всё его тело, но не голову… — Я, твой отчим, малыш и старше, будь повежливее, — тихо говорит мужчина с нотками угрозы. Чонгук отбрасывает застывшую руку в сторону, уже готовясь ударить с кулака по прекрасному личику отчима. Чонгука очень злит когда его так называют и относятся к нему несерьёзно, в купе с покушением на его голову. Кто-то обнаглел, кого-то надо ставить на место. Чонгук готов к атаке. Однако Тэхён проворнее пасынка и опрокидывает его на пол одной рукой перехватывает довольно тонкие кисти, поднимая их над головой. Другой, аккуратно убирает пальчиком длинную чёлку Чонгука со лба, вырваться юноше совсем не удаётся из цепкой хватки Кима. — Гуки~~ я мил с тобой, только ради Ми. Но иногда ты меня ужасно бесишь, как сейчас например. Я вот что заметил, ты маменькин сынок и не имеешь своего слова, и голоса. Хотя тебе уже восемнадцать лет, вроде взрослый мужчина. Только подтявкиваешь иногда и дуешь свои милые щёчки, выпрашивая желаемое. Ах, ну и трахая девушек, обижая их и унижая. Ровняешь их гордость с землёй, смешиваешь их честь с грязью. Но Чонгук они ведь тоже чьи-то дети, их тоже дома ждут родные, у них в конце концов тоже есть чувства! Дурачок ты маленький! Споришь на них? А зачем? Ради удовлетворения чувства собственного достоинства, превознося себя выше…не рыпайся и слушай, иначе на твоих губах появится не эстетичная ранка, — Чонгук пытается вырываться, а Тэхён лишь проводит большим пальцем по его губе, задерживая на них взгляд и поднимая на глаза. — Сейчас эта девушка проявила себя дерзко, но только за ней захлопнулась дверь и из её симпатичных глазок пошли слёзы. И зачем? Вырасти уже наконец и приноси не только убытки своей семье, я говорю сейчас не о материальности, а о чести, то что ты делаешь — низко, но не круто. Почитай книгу о благородстве. Чонгук поражён быстрой смене настроения Тэхёна, его дерзостью и властностью. И он прав, ему удалось до него достучаться. Чонгуку становится даже немного стыдно за своё поведение. Он невольно засматривается на такого Тэхёна, с серьёзным взглядом и грубым голосом, руки Чонгука по-прежнему сцеплены над головой руками Тэхёна. Поза выглядит жутко неоднозначно с Тэхёном нависшим над Чонгуком. Он вдыхает аромат кофе и корицы, что исходит от его тела. На пару секунд впадая в какой-то транс. — Не лезь. не в своё. дело, — смахивает наваждение Чонгук и буквально выплевывает со злобой эти слова. Потому что, кто, собственно, любит чувство того, что ты не прав. Этим ещё и тычут тебя носом, словно котёнка в своё дерьмо. — Не указывай, что мне делать и мы проживём два месяца без Ми в покое и никто не пострадает. Договорились? — произносит старший. — Отпустишь может? — кряхтит под Тэхёном Чонгук. — А что если нет? — улыбается Тэ, свободной рукой проводя по груди к рёбрам, начиная их щекотать, пытаясь разбавить обстановку. — Ахаха, боже, что ты делаешь, я боюсь щекоток, — Чонгук кувыркается, пытаясь вырваться, чтобы это прекратилось. — Будешь хорошим мальчиком? — шепчет глубоким голосом Тэхён под ухом Чонгука, не переставая пытку щекоток. — Ахах, да-да. — Обещаешь? — продолжает перебирать ребра парню. — Да, я обещаю, — Тэхён останавливается, ослабевая хватку, но не слезает в бёдер Чонгука. — Раз уж на то пошло, могу я попросить и тебя быть хорошим и учтивым папочкой и не трахать мою мать, когда я за стеной? — У вас тонкие стены? — Увы, — произносит Чон, поправляя взъерошенные волосы и тяжело дышит. — Да слезь ты уже с меня — скидывает с себя Тэхёна на пол, приподнимаясь. — Ты всё слышал? — звучит как разочарованное утверждение, нежели вопрос. — Бога ради прости, мне никто не… Тэхёну неловко. — Спасибо за понимание. — К-кофе? — неуверенно предлагает Тэ, который все ещё не может отбросить мысль, что Чон слышал все взрослые утехи. — Пожалуй, пойду спать. — отрезает юноша. Чонгук действительно очень устал, ему бы хотелось о многом подумать и хоть чуть-чуть поспать. Пары никто не отменял. Например, что это такое тут произошло. Смена настроения из хороший папа в злой и снова хороший, произошла слишком внезапно и быстро. А ещё Тэхёна, похоже, волнует тема о девушках, он уже второй раз пытается ему объяснить, что нужно быть лучше, на второй раз получается доходчивее чем в первый. Чонгук задумывается об этом и даёт себе обещание впредь действительно становиться лучше. А ещё Чонгука, который раз посещает мысль, что Тэхён безбожно красив… но пока он так же настырно выкидывает это из головы, ведь эта заноза в заднице всё-таки раздражает Чонгука, почти всем своим существом. Такой сильный мужчина, с такой милой внешностью, не может не бесить. Парням всё же удалось поспать пару часиков перед тем, как Ми начала будить их. Тэхёна поцелуем, а Чонгука пинком с кровати. — МИ, хватит меня будить я и сам прекрасно справлюсь!!! — ругается Чонгук. — Песни эти, ректору будешь рассказывать, который мне звонил с универа. Не поднимешься, водой оболью, как маленький ей богу, — ворчит мать и уходит на кухню. — Через 5 минут не будешь, пиняй на себя. — Два мозгоправа в доме, перебор… — лохматый, с заспанными глазами, несчастный юноша плетётся в ванную. И о боги, случайно натыкаться на Тэхёна, который, к слову, обёрнут в маленькое белое полотенце на бёдрах. Игривые капли воды плавно стекают по изгибам и шеи, ключицы, накаченной, смуглой груди, прячась в дорожке волос внизу накаченного прекрасного пресса, где выделяются косые мышцы. Чонгук сглатывает вязкую слюну, невольно заглядываясь на эту сексуальную, как говорят в народе, блядскую дорожку и немного подвисает. Пока Тэхён стоит как вкопанный и ждёт, когда этот чудила проснётся. — Парень, очнись, ты завис не на самом приличном месте, — с усмешкой в голосе говорит Тэхён. — М? — отводя какой-то странный взгляд на глаза отчима. — Доброе утро, говорю, — улыбается отчим, вытирая волосы полотенцем, что было закинуто на его плечи. — Ага, точно, дай пройти, встал тут как статуя. — А ты зашёл полюбоваться, — язвит Тэхён. — Безусловно, — слегка отпихивая нахала, заходит в душ охлаждаясь водой. После всех процедур он спускается вниз на кухню, где его ждёт его любимая тайская яичница. А Тэхён уже оделся и делает кофе. — Все будут? — спрашивает Тэхён не отрываясь от дела. — Да, спасибо  — отвечает Ми и за Чона, доставая фрукты с холодильника и нарезая их, находясь спиной к парням. Лёгкая суматоха взрослых, раздражает невыспавшегося парня. Тем не менее его взгляд невольно падает на упругую задницу Тэ. «Да чёрт бы его побрал, с его обворожительностью.» Красной строкой бежит во взгляде Чонгука. Он залипает на красивые кисти рук отчима. Залипает на перекатывающие мышцы на лопатках, когда тот достаёт молоко из холодильника. На поясницу и две милые ямочки там, когда футболка нещадно задирается и господибожемой, какая всё-таки невероятная задница у Кима. — Тебе с молоком? — спрашиват Тэхён у Чонгука. Чонгука, который в нокауте. Ничего не видит и не слышит. — М? — а младший в другом измерении, потеряно смотрит на Тэхёна. Словно ему вставили другие глаза и он видит его каким-то внезеным, его хочется трахать и трахать, даже имя дрочное «Тэ-хён» ееебать… — Парень, просыпайся уже, — хмурит брови отчим. — Да, Ми же сказала, я буду кофе… — Блин, с молоком? — Без сахара, — откровенно, смотря на ключицы и сексуально длинную шею, как-то протяжно-задумчиво и невпопад говорит Чон. В ответ следует тяжёлый вздох. Он приближает своё лицо так близко, что их носы чуть не коснулись. Однако Чон не отодвигает головы, а лишь облизывает свои, внезапно пересохшие губы, едва ли не касаясь чужих. — Что ты делаешь? — осведомился Чон. — Возможно, ты оглох, но я спрашиваю тебя, кофе с молоком или нет? — не грубо, достаточно мягко с лёгкой ухмылкой произносит отчим, смотря точно в глаза напротив. Чон снова подвисает. — Б-без сахара, — с хрипотцой в голосе отвечает парень, отключенный от этого мира. — Тэхён! Не доставай моего мальчика, — включается в разговор Ми. Тэхён отстраняется и становится как-то пусто и холодно. (Неужели он такой горячий, Чонгук?) — Он спит с открытыми глазами, я лишь пытаюсь его разбудить, — разводит руками Тэ, на беспочвенный наезд. — Я лишь вижу его напуганное лицо. — Возможно, я с утра слишком страшный? Второй раз за это утро так шокирован. Всё же Тэхён добился вразумительного ответа от парня, который все утро молчал, что ему совсем не свойственно. Для взрослых, он реально спал с открытыми глазами. А на самом же деле он ахуевал от того, что у него встал на отчима. … — Хосок, кажется у меня появилась проблема… — Какая? — Тэхён, моя проблема.