Call Me Daddy

— Ну что, чувак, ты переспал с Холзи, время уже достаточно прошло, — подсаживается Хосок к растерянному другу в столовой учебного заведения. — Нет, я не хочу, просто отдам тебе деньги, — не поднимает глаза на собеседника Чонгук и нервно отпивает кофе. — Да ладно?! Ты сдаёшься? Ты чё? Она вроде не страшный экземпляр, ты никогда… — удивляется красноволосый. — Я никогда не залипал на мужские части тела, — бубнит в кружку Чонгук. — Не понял, — разглядывая друга говорит Хосок, прибывая в лёгком испуге. — Да я тоже, забей. Я спал всего два часа, что у нас за пара? — и как только Хосоку удаётся оставаться таким бодрым ведь тоже тусил в клубе всю ночь. — Финансы? — всё ещё в шоке говорит Хосок. Ему бы очень не хотелось, чтобы друг в голубые стороны подался. — Вот и славненько, там и посплю, — встаёт Чонгук, не желая продолжать диалог. И так башка болит. — Пф, словно это имело какое-то значение, ты бы спал, даже если бы физ-ра была, — подмечает Хосок, поспевая за другом. — О, Чонгук, — полетает к ним Холзи. — Пойдём сегодня куда-нибудь? Может Тэхёна позовёшь? — Кстати, о Тэхёне, он действительно очень красивый, я когда в кальянную пришёл чуть не кончил, — восхищается Хосок. Боже, лучше бы он этого не делал, потому что Чонгук блять возбудился сегодня утром из-за отчима. Это что вообще значит?! — Ты такой грязный, — морщит носик Холзи. — За то ты цветешь и пахнешь. — язвит Хосок. — Конечно пахну, у меня духи стоят дороже чем твоя печень. — Пф, да её бесплатно никто не заберёт, она пропита, — флегмантично взмахивает рукой в воздухе Чонгук. — Ах тыж, норм у меня печень, — замахивается Хосок кулаком, мило дуя щёчки округляя глаза, словно злится. — Так что?  — не унимается девушка и смотрит на Чонгука. — Я пас, — говорит Хосок. — У меня т… — Да тебя никто не спрашивал, солнце, — нагло перебивает парня Холзи милым голоском. — Я спать, думаю Тэхён тоже. Девушка с видом ребёнка, который увидел карусельки, светящимися глазами лепечет: — Чем же вы занимались всю ночь? — Неважно, — отмахивается Чон и заходит в аудиторию, оставив Хосока и Холзи в недоумении.

***

Чонгук не спеша подходит к холодильнику, чтобы чего- нибудь перекусить. Как только дверь, которую он почти открыл, кто-то закрывает резким движением руки, около головы Чонгука. Прохладный нос касается нежной кожи шеи со спины и крепкое тело припадает к нему. Даже стоящий колом огромный член упирается точно ему в зад и это нисколько не смущает, ведь кто это, Чонгуку очевидно и ему, как не странно, это нравится. — Я видел как ты на меня смотрел сегодня утром, — заводя руки под чонгукову футболку, шепчет томный и глубокий бас отчима, проводя руками чуть ниже пупка. Проходясь пальчиками по напрягшемуся прессу, резко переворачивает его к себе лицом, впечатывая в несчастный холодильник, который пошатнулся от силы толчка. У Чонгука абсолютно нет желания сил сопротивляться, он покорно подставляет шею под влажные поцелуи отчима, закрывая глаза от наслаждения и зарываясь руками в светлые волосы, бормоча что-то неуклюжее себе под нос. — Жадно, страстно. Тэхён проводит большим пальцем по нижней губе Чонгука, притягивает его за шею ближе к себе. Его губы в миллиметрах от губ младшего пронзительные огромные глаза напротив сводят с ума. Его нежные руки непозволительно трепетно поглаживают спину Чонгука. Он отдаётся порыву и движется к губам отчима… — Чон Чонгук! Немедленно выходите из аудитории! Чонгук, с прилипшим листочком к щеке, которая вся влажная от слюней, подрывается, оглядывает ошарашенные лица всех в помещении. Хосок тоже ничего не может сказать, а лишь хлопает глазками открывает и закрывает рот. — Живо! — кричит учитель, у которого глаза из орбит чуть не вылетают, а со рта скоро пойдёт пена бешенства.

***

— Что это было? — спрашивает Чонгук у Хосока и Холзи. — Ты стонал как сучка дешёвая, — беспринципно говорит девушка, скрещивая худенькие ручки на груди. — Да, чувак, что тебе снилось? — удивляется Хосок. Порывшись в памяти, Чонгук заливается краской, вспоминая хриплый голос Тэхёна и его прохладные тонкие пальчики на своей горячей коже. — Не знаю, не помню, — отмахивается Чонгук, точно прорисовывая в голове каждое дыхание своего отчима в затылок, и ощущая своё напряжение в штанах. — Предлагаю проветриться, сейчас окно будет (в смысле, большая перемена вместо пары), тебя херовит, братан. — Хосок ведёт в сторону выхода парня. — Да, я с вами, — следует за ними Холзи. — А ты то куда? Ошиваешься рядом с нами… — недоуменно смотрит на неё Хосок с лукавым прищуром, Чон в это время уставился на нее ожидая ответа. — Я? С вами в парк, мне тоже надо подышать. Ребяяят, у меня кроме вас тут никого нет, поэтому я не против вашей компании. — Ты? А мы? — удивляется наглости девчонки Хосок. — Вы тоже, — бесприципно отрезает Холзи. — Ха, Чон ты слышал это? Девушкам тут не местооо, — с насмешливым и доброжелательным голосом тянет Хосок, тыкая указательным пальчиком в лоб девушки. — Пф, угомони гормоны и пошлите, — отбрасывая руку Хосока говорит Холзи. — Чон сейчас загнётся, хотя… Чоняя, тебе, может в туалет надо, а не в парк. Мы там с Хосоком тебя подождём. Смотрит на состояние нового друга, и опускает глаза на пах, с долей усмешки. Чонгук сразу прикрывает эту зону руками. — Какая ты внимательная, — ворчит Чонгук с кислой миной. Хосок никогда не был против новых друзей, поэтому закинув руку развернул девушку к выходу оставляя напряжённого Чона позади и бросил ему: — Умойся хотя бы! Выглядишь как использованный презик. — Как оттраханная сучка, — смеётся с Хосоком девушка и дают пять друг другу. — Придурошные — буркнул Чон — орут на весь универ…

***

Сказать что герой нашей «сказки» выглядит подавленно, разбито, устало — сказать ровным счетом ничего. Он чуть ли не доползает до своего убежища, где Тэхён, в аирпотсах, мило виляет попкой в трусах от Calvin Klein около плиты, припевая незаурядный мотив какой-то попсы. Запах разносится невероятный и судя по всему, это было ничто иное как токкпоки. А Чонгук любит токпокки. Стараясь не смотреть на полуобнаженного отчима он решается двинуться на соблазнительный запах. — Тэхён, какого хуйца ты вечно дома торчишь? — говорит пасынок, а Тэхён всё равно стоит к нему спиной, не слыша ничего. И только когда Чонгук нагло вытаскивает наушник с уха, старший обращает внимание. — О привет, сладусь, проходи. Я подогрел вкусняшку, попробуй. Это в качестве извинения за грубость, просто… Тэхён что-то лепечет о поведении Чонгука и о том, что на самом деле, он не привык так вести себя с младшими. В общем, он извиняется, а Чонгук находится в прострации. Он разглядывает старшего не понимая как можно быть таким красивым. Ох, если вы знаете способ, как не залипнуть на раздетого Тэхёна (да и на одетого), то подскажите его Чону, ибо тот не справляется. «Господи, что за глаза? Тело, голос… Мать, на кого ты меня оставляешь» хнычет в мыслях младший. Тэхён полминуты уже стоит с ложкой токкпокинки. — Нууу? — ждёт когда странный паренёк попробует. Он как завороженный принимает ложку губами с его рук, закрывает глаза от наслаждения. — Очень вкусно, — младший смотрит на его губки. А Что за шейка, родинки, ключицы? Нет, вы видели эти ключицы, да это не законно. В суд. Поэтому сам не ведает что говорит, — ты очень красивый… — Я знаю, ты это уже говорил, — закатывает глаза и снисходительно улыбается, от чего у черноволосого в душе раздаётся лёгкий «тук-тук» Чонгук смахивает наваждение и как-то торопливо произносит: — Я пойду, потом с Ми поем. Чон уже разворачивается, но крепкая рука Тэ останавливает его, схватив за запястье и разворачивает к себе лицом. (Да-да этот тот самый момент, который в дорамах крутят миллион раз в замедленной съёмке) — Стой, что-то случилось? Ты сам не свой ходишь, — интересуется Тэхён и всё что хочется Чонгуку сейчас это либо испариться, либо прижать его к этому грёбанному холодильнику. — Я? Эмм, отпусти, потом поговорим. Да и оденься ты уже, не на пляже. — Ты обиделся, что я тогда налетел на тебя? Правда прости, просто ты вел себя как подонок, а ты вроде… — Нет, Тэ, просто у меня как и среднестатистического человека иногда пропадает настроение, я устал и хочу спать опусти меня, — чуть ли не хнычет парень, но Тэ подхватывает его на руки как малыша, от чего тот начинает смеяться, — что ты делаешь? — Я несу уставшего ребёнка в кроватку, — весело отвечает Тэхён и боже, как же Чонгуку классно в его руках. — Ахаха, да я сам могу. — Я же твой папочка, мне хочется поухаживать за тобой, — наиграно хмурит брови Тэхён для убедительности, но после заразительно улыбается. — Мне в душ надо, — сквозь слёзы смеха кричит Чон, обвивая шею отца одной рукой прижимаясь и, боясь упасть, другой указывая в сторону ванной, заглядывая в его счастливое лицо. — Есть сэр, но сначала, надо всё это снять, — Тэхён всё равно сворачивает в комнату Гука. Он открывает ногой дверь, держа крепче Чонгука. Внезапно Чон вспоминает свой сон, сжимается до размера изюминки и сразу притихает. Тэхён опускает его на кровать и начинает снимать с него пальто. — Ну что ты со мной как с маленьким, прекрати, — исподлобья смотрит Чонгук и говорит смущённо, словно, дикий оленёнок, но поддаётся каждому действию со стороны старшего. — Это называется, проявление заботы, — объясняет Тэхён. — Ты практикуешь на мне то, что прочитал в книге «благородный мужчина и как стать папочкой» — и неважно, что он не знал, существует такая книга или нет, читал её Тэхён или так же как и Чон не знает о ней. — Закрепляю, — «боже этот взгляд и почему он остановился и смотрит на меня, проникновенно, так, я накручиваю, сам вылупился на него как дурачок» Чон откашливается. — Тогда мистер благородный мужчина, несите меня в ванную!