Амбиции алой принцессы

      В лесу стояла полная тишина, если не учитывать треск костра и редкие завывания монстров. Кьюбей следил за костром, а Лотрек перетирал травы, собранные Рафталией. Сама же девочка доедала последний кусок хлеба с бульоном. Наофуми улыбнулся ей и продолжил дальше готовить зелье.       Майн поставила последнюю палатку и уложила спальные мешки. Она вернулась к костру. Этот момент даже можно было бы назвать уютным, вот только Лотрек в свете огня казался куда зловещее обычного и портил всё впечатление.       — Рафталия, пора снова принимать лекарство, — Наофуми достал последний флакон с готовым зельем.       Уши Рафталии плотно прижались к голове при упоминании лекарства, но она всё равно послушно взяла флакон в руки. Девочка быстро влила в рот содержимое и прикрыла его ладонью, чтобы всё не выплюнуть.       — Какое горькое…       — Говорят, раз горькое, значит, полезное, — Наофуми погладил Рафталию за ухом и протянул ей горсть ягод, которые до этого собирал Кьюбей, — Только не ешь много.       — Спасибо, Наофуми-сама, — Рафталия уже собиралась съесть первую ягоду, как заметила выжидающие взгляды трёх шариков. Она кинула каждому по ягоде, а затем поела и сама.       Наофуми с улыбкой покачал головой и достал немного вяленого мяса из щита. По запаху стало ясно, что оно было не первой свежести.       — У меня есть старое мясо, можешь скормить его Юдзу.       Уши Рафталии вновь поднялись. Она быстро взяла вяленое мясо из рук Наофуми и, поделив его на несколько частей, начала бросать шарам.

***

      — Знаешь, я забыл спросить. Ты ведь ел это… — Наофуми повернулся к Кьюбею, сидящему по ту сторону костра и указал на вяленое мясо монстра-кролика, — Разве это не считается за каннибализм?       Человек-кролик оторвал свой взгляд от Рафталии и посмотрел на Наофуми.       — Это похоже на оскорбление.       Было непонятно, на самом ли деле Кьюбей обиделся из-за своего сравнения с монстром.       — Ой, извини! Просто у вас у обоих длинные кроличьи уши и… Я уже начал нести чушь, да? — Наофуми нервозно заёрзал на месте, а ведь это не свойственно рабовладельцам.       — Я просто пошутил, — сказал Кьюбей после недолгого молчания.       — А… Извини, не сразу понял, — Наофуми вновь посмотрел на человека-кролика, задержал взгляд на рабской печати, — Хотел бы я для вас сделать больше.       — Вы и так за один день сделали больше, чем обычный человек за месяц, Герой Щита-сама. И этого вполне достаточно, — вновь повисла тишина, пока Кьюбей кидал новые дрова в костёр. Для Майн это был шанс сесть поближе к Наофуми.       Но она отчаянно прикусила губу, когда Наофуми опять заговорил.       — Я ведь тебя когда-нибудь освобожу. Есть какие-нибудь планы на жизнь? Может, ты хочешь уехать в другую страну?       — Не вижу в этом особого смысла. Даже если в Шильтфридене и Шильтвельте на меня не будут охотиться, я всё равно останусь человеком второго сорта, — к удивлению Наофуми, при упоминании стран полулюдей Кьюбей даже немного воспрянул духом. Он поднял свою нерабочую руку, — Некоторые дефекты можно скрыть. Но что я сделаю со своей рукой? У рождённых с дефектом нет будущего — это поговорка из стран полулюдей.       — Разве это справедливо?! Дискриминация из-за ограниченности в возможностях недопустима!       Кьюбей просто на мгновение склонил голову на бок, не сводя глаз с Наофуми. Даже несмотря на отсутствие эмоций, он выглядел озадаченным.       — Извините, я забыл, что Герой Щита-сама из другого мира. Полулюди с дефектами не могут иметь детей. Вот что означает эта пословица.       — О… — удивлённо выдавил из себя Наофуми, открыв рот.       На секунду Майн захотелось пошутить и засунуть кусок хлеба в рот Наофуми, но она сдержала этот порыв. Сейчас явно неподходящий момент, и подобные действия могут испортить так старательно выстраиваемую связь с Героем.       — Понятно. Это что-то вроде генетической болезни? Но, так или иначе, ты ведь хочешь чем-то заниматься в будущем?       — Мне нравится работа в магазине… Она довольно спокойная, — Кьюбей вновь перевёл взгляд на Рафталию. Она сидела на траве, сажая монстров-шариков друг на друга, словно составляя тотем, — Но, думаю, это не лучшая идея.       — Нет ничего плохого в том, чтобы хотеть открыть небольшой бизнес. У меня когда-то был друг, так он открыл собственный бизнес… Может, когда-нибудь ты захочешь открыть бизнес для меня? Например, когда меня сделают герцогом? — Наофуми подошёл к Кьюбею и положил руку ему на плечо, — Но для этого пока слишком рано. Я даже ничего не знаю о твоём прошлом. Может, кто-нибудь хочет поговорить об этом?       Первым ответил Лотрек.       — Что вы хотите знать о нашем прошлом? Раньше мы жили бессмысленной и бесцельной жизнью. Но теперь у нашей жизни есть смысл — мы выполняем миссию Богини!       — П-понял. Лучше спросить у Кьюбея или Рафталии, — Наофуми махнул рукой на Лотрека и тот опустил голову… Обидевшись?       Майн прищурилась, глядя на Лотрека. Он вытащил кинжал и начал что-то вырезать из куска дерева.       Похоже, что и у сумасшедшего фанатика есть что-то вроде хобби.       — Мне нечего сказать о себе. Моя семья жила в Порт-Харпе — это скромная рыбацкая деревушка, — Кьюбей посмотрел на искры тлеющих углей, которые устремлялись ввысь к звёздам, — Люди обращали на меня внимание лишь из-за того, что меня назвали в честь одного из Героев Щита. Больше во мне ничего интересного нет.       Наофуми пару раз моргнул, а затем выдал:       — О! Так тебя зовут Кьюбей, а не Кюбей!       А есть какая-то разница? Майн ненадолго задумалась, но в конце концов пришла к выводу, что такая незначительная разница произношения в родном языке Наофуми может изменить смысл имени. Хотя, стоит ли зацикливаться на таких мелочах?       Герой Щита и человек-кролик ещё какое-то время соревновались в гляделках… И Наофуми моргнул первым. Опять. Может, ему хотя бы раз попытаться воспользоваться рабской печатью, чтобы победить?       — А что насчёт тебя, Рафталия?       — Я… Я жила с мамой, папой и Килом. Папы, мамы и Лифаны больше нет… — уши девочки снова опустились, — Я не знаю, что сейчас с Килом. Я просто хочу найти своего друга.       — Мы обязательно его найдём. Может, кого-то из них выкупил другой работорговец? Если поищем, то сможем их найти.       Майн уже хотела рассердиться на Рафталию за то, что своим тяжёлым прошлым вызвала сочувствие у Наофуми, но не смогла. Она просто представила, что было бы, если в один день её собственных родителей не стало. Мысль о внезапной потере родителей во время волны заставила Майн чувствовать себя крайне неуверенно и незащищённо. Она подтянула ноги к груди и обхватила их руками.       — Ты в порядке, Майн? — успокаивающий голос Наофуми медленно привёл девушку в себя. Молодой Герой встал с места и подошёл к ней, укрыв своим плащом.       — Извините, Наофуми-сама. Глядя на Рафталию, я вспомнила о собственных родителях. Известно же, что во время волн погибают многие люди и… — Майн закрыла глаза.       — Я думаю, что бабушка и дедушка Рафталии могли переехать в Порт-Харп в месте с другими беженцами Ктен Ло. Именно они шестьдесят лет назад превратили маленькую деревушку Харп в торговый порт, — вмешался в разговор Кьюбей.       — Этот народ когда-то завоевал последний Герой Щита, да? — спросил Наофуми, подбрасывая дрова в костёр.       — Не сколько захватил, сколько разрушил. Долгое время нация К’тен Ло была страной-отшельником, которая находилась вдалеке от основного континента. Она была самопровозглашенной. Из-за их силы, Герой Щита видел в них угрозу и приказал повиноваться. Но те отказались, поэтому их и уничтожили, — Кьюбей поправил дрова, брошенные Наофуми, — Это если говорить вкратце. На самом деле история там очень долгая, её рассказ может затянуться на многие часы.       — Что ж, у нас есть время. К тому же, мы сидим под открытым небом, у костра. Это очень располагает к длинным историям, — Наофуми поднял голову и посмотрел вверх, а затем просто пожал плечами, — Вы говорили, что последних Героев вызывали не так уж и давно. Мне интересно, что с ними случилось.       — Вы правы, последнее начало Волн и призыв Героев были не так уж и давно. Где-то шестьдесят лет назад. Никто доподлинно не знает, что провоцирует начало Волн… Но нам повезло, что последняя пришла только месяц назад… — из слов Кьюбея было непонятно, в чём же им так повезло, но, судя по всему, говорил он серьёзно, — Сейчас не помешала бы какая-нибудь музыка.       Не успел Кьюбей договорить последнюю фразу, как послышалась грустная мелодия. Майн обернулась и заметила Лотрека, который, отложив вырезку по дереву, начал насвистывать.       Это известная мелодия — «Песня Океана»* Леона Рихтера, одного из величайших музыкантов древнего королевства Германия. Он также был широко известен как основоположник классификации бардов, передавая магию через музыку.       Может, этот ящер и сумасшедший, но, по крайней мере, у него хороший музыкальный вкус.       Наофуми, кажется, тоже был очарован простым, но удивительно элегантным пением Лотрека.       — Шестьдесят лет назад, когда Медея уже была немолода, семь старых королевств Альбиона, Гибернии, Мидгарда, Тристейна, Германии, Ромалии, Галлии и орда диких зверей уже давно уступили место славному Мелромарку, блогородному Фобрею и почитаемому Шильтвельту. Волна тогда ударила вновь.       Свист Лотрека стал более энергичным и звонким. У него неплохо получалось не терять ритм при переходе фаз песни.       — Славный Мелромарк, земля храбрых рыцарей, источник веры, призвал Великого Героя Копья Макото Ито.       Майн заметила, как при упоминании имени бровь Наофуми в изумлении приподнялась. Неужели оно ему знакомо? Интригующе. Может, Наофуми знал последнего Героя Копья ещё до его призыва в своём мире?       — Благородный Фобрей, нация великих родословных и древней магии, призвал Храброго Героя Меча — Кадзуто Киригая.       Лицо Наофуми исказилось в ещё большем изумлении.       — Почитаемый Шильтвельт, детище первого Героя Щита, союз восьми племён, призвал честолюбивого Героя Щита Микаге Миками.       Майн вновь посмотрела на Наофуми, но в этот раз он сидел с абсолютно спокойным лицом.       — И, наконец, загадочный К’тен Ло, остров-отшельник в море тумана, позвал одного из величайших Героя с луком — Эмию Широ.       Брови Наофуми снова в удивлении поднялись. Удивительно, что ему были знакомы все имена Героев, кроме предыдущего Героя Щита.       Голова Рафталии внезапно упала на колени Наофуми. Она тут же подскочила на месте с красным и уставшим лицом.       — Извините! — несмотря на все усилия, веки девочки уже закрывались, а сама она качалась то влево, то вправо.       — Похоже, Рафталии уже давно пора ложиться спать. Думаю, и нам нужно отдохнуть, — Наофуми взъерошил волосы девочки. Он взял её за руку и повёл к её палатке, после чего уложил спать, — Не стоит ложиться так поздно. Тебе нужно отдыхать.       — Хорошо, спасибо, хозяин, — Рафталия яростно закивала головой, пытаясь держать глаза открытыми.       — Просто Наофуми, — Герой Щита в последний раз погладил Рафталию по голове, пока шарики забирались в её палатку.       — Герой Щита… Вы такой же добрый, как и в историях, — девочка обняла адовы порождения тьмы, как плюшевые игрушки, и закрыла глаза.       Несмотря на её слова, Рафталия выглядела печально. Может, она думала о своих родителях? Или о друге, который погиб в рабстве?       Наофуми вновь сел перед костром и посмотрел на всех.       — Это был тяжёлый день, вам тоже пора отдыхать. Я первым останусь на страже.       — Вы уверены, Герой Щита-сама? Если вы устали, то я могу вас подменить, — Кьюбей повернулся к Наофуми и посмотрел на него красными неморгающими глазами.       — Да, уверен. Сегодня вы много трудились и сражались, пока я просто ходил с щитом, — Наофуми небрежно махнул рукой.       Лотрек закончил свою мелодию и что-то проворчал. Майн внимательно следила за каждым его движением, пока тот не залез в спальный мешок. В нём ящер выглядел даже не так угрожающе, как обычно.       — Майн, тебе тоже стоит с ними отдохнуть, — Наофуми слегка похлопал её по плечу.       — Вы точно хотите, чтобы я отдыхала вместе с ними? Помните, что я всё ещё девушка, — Майн сняла капюшон и подмигнула Наофуми.       — И-извините, я не совсем то имел ввиду! — выкрикнул Наофуми, залившись краской.       — Всё в порядке, я просто шучу, — Майн склонила голову на плечо Наофуми и подмигнула ему снова. Она почувствовала, как Герой Щита вновь напрягся. Всё-таки, в Рафталии Наофуми видит лишь ребёнка, поэтому и ведёт себя с ней спокойно, но вот когда дело касается Майн, он становится более взволнованным, — Хотя… Я немного скучаю по тому времени, когда в отряде нас было только двое. Совсем немного…       — Да. Сегодня был сложный день, — Наофуми отвернулся от Майн, хотя она всё равно чувствовала, как он время от времени бросает на неё взгляд, — Сначала шпионы из Шильтвельта, потом покупка рабов, столько новой информации… Смерти людей.       Майн, как и Наофуми, вздрогнула от упоминания битвы в трущобах. Они молча смотрели на горящий костёр, каждый думая о своём.       Майн стало интересно, о чём же задумался Наофуми. О становлении Героем? Или о своём родном мире? И почему он так странно отреагировал на имена предыдущих Героев?       — Наофуми-сама, мне стало интересно…       — Майн, я подумал… — они заговорили практически одновременно. После секундного молчания напарники прервали зрительный контакт и вновь повернулись к костру.       — Наофуми-сама, давайте вы первый. Должно быть, вас ещё многое интересует.       — Хорошо. Возможно, мои слова для тебя прозвучат странно… Но мне интересно, как здесь обстоят дела с очками опыта. То есть, вы ведь упоминали, что они являются жизненной силой монстров, ведь так? Тогда почему бы их назвать не «очками опыта», а «жизненной силой»?       Майн на секунду задумалась над словами Наофуми и поняла, что он абсолютно прав. Несмотря на то, что Майн тренировалась на десять лет дольше своей сестры, Мелти всё равно её всегда побеждала. Всё из-за того, что у младшей уровень уже выше двадцатого. Майн победила свою сестру лишь однажды и то на уроке фехтования.       — Я хочу сказать, а что если ЕХР — это не просто очки опыта? — Наофуми задумчиво провёл рукой по подбородку, — Может, это можно расшифровать по-другому, что-то вроде "очков казни", а уровень на самом деле — сокращение от уровня насилия? И таким образом, Боевая формация, о которой говорили агенты, технически вносит свой вклад в казнь живого существа.       — Это очень хороший вопрос, — Майн является авантюристом всего неделю, поэтому ещё не хорошо изучила все тонкости. Но ей гипотеза Наофуми показалась очень даже реалистичной.       От этих мыслей у Майн разболелась голова. Она словно слышала громкий детский крик в своей голове. Очень странно…       Погодите, она и в самом деле слышала крик! И он точно раздавался не в её голове. Майн повернула голову в сторону Рафталии. Она так громко кричала, что могла просто своими воплями оглушить весь отряд.       Майн совсем забыла о том, что говорил им работорговец. Енотовидная мелочь ведь страдает от ночных кошмаров.       Со стороны кустов послышался тихий шорох. Неужели крик Рафталии привлёк диких монстров?       — Вы чего застыли, идиоты?! Приготовьтесь к сражению и успокойте уже того проклятого ребёнка! — Лотрек выскочил из своей палатки с двумя кинжалами в руках.       Кьюбей следом вышел из своей палатки с рапирой наготове.       Майн выругалась себе под нос, оголяя меч и доставая горящую ветку из костра. Она быстро рубила монстров, что стремились накинуться на неё. Неподалеку слышался голос Наофуми, он пытался успокоить Рафталию.

***

      — Нам нужно что-то придумать, Наофуми-сама, — Майн провела рукой по одежде. Гнилая кровь монстров уже начала сохнуть на её броне. А о волосах можно и не говорить…       Во рту чувствовался отвратительный привкус. Майн поняла, что вновь бессознательно укусила себя за палец в перчатке, а та была вся в крови. Девушка несколько раз сплюнула на траву под ногами и с отвращением вытащила язык. Майн сняла проклятую перчатку и попыталась выжать её.       Наофуми сидел рядом с Рафталией и гладил её по голове, пытаясь успокоить. Девочка выглядела абсолютно подавленной. Её глаза опухли от слёз, а губы плотно сжались. Рафталия даже боялась посмотреть остальным в глаза, она просто бегло извинилась за то, что натворила.       Отлично! Эта девочка явно заслужила муки раскаяния за содеянное! Ей просто ещё повезло, что на эти крики не сбежались монстры посильнее.       — Я бы посоветовал вам отправить мелкую обратно к тому толстому ублюдку! — Лотрек скрестил окровавленные руки на груди, ещё сильнее пачкая свою одежду.       — Я знаю, что вчерашняя ночь была очень неприятной, но, пожалуйста, не заставляй Рафталию чувствовать себя ещё хуже. Она не виновата, что ей снятся кошмары, — хоть Наофуми и говорил бодро, но и на его лице виднелись усталость и последствия недосыпа.       Лотрек насмешливо фыркнул и направился в сторону трупов монстров.       Наофуми протянул хромающему Кьюбею бутылёк с лечебным зельем. В отличие от ящера, он неслабо пострадал от нападения.       — Мне ужасно жаль, что я ничего не сделал и не предупредил вас о состоянии Рафталии, Герой Щита-сама, — Кьюбей посмотрел на уснувшую девочку. — Лотрек был немного груб, но всё же он верно сказал. Без нормального сна наши раны будут долго заживать, тут даже зелья не помогут.       Майн уже хотела воспользоваться возможностью и предложить всем вернуться в столицу, чтобы отдохнуть в гостинице, но вспомнив о скудных запасах монет, тут же передумала.       Хм… А ведь отец подруги Майн предлагал Наофуми компенсацию за несправедливый суд. Может, стоит обратиться к лорду Ночесу?       — Нет, это не твоя вина, Кьюбей. Но нам и правда нужно с этим что-то делать. Мы не можем спать в лесу, когда кругом столько монстров. Может, здесь облизости есть какая-нибудь деревушка? — после слов Наофуми Майн вспомнила, что у них есть карта местности.       — Наофуми-сама, давайте посмотрим по карте, — Майн достала из кармана плаща сложенный пергамент и все тут же подошли к ней.       — Мы двигались по королевскому тракту, а потом свернули здесь, около безымянной реки, — Кьюбей провёл пальцем по карте и указал на лес, — Должно быть, сейчас мы находимся здесь. И если мы продолжим путь по этому лесу, то придём в небольшую деревню под названием Лютия. Обычно населённые пункты защищают заклинаниями ограждения, так что от слабых монстров это защищает. Мы сможем отдохнуть там.       — Маленькая деревня… Надеюсь, там нас фанатики Церкви не найдут, — Наофуми кивнул и повернулся к Майн, — А ты что думаешь об этом?       Да откуда ей, принцессе славного Мелромарка, знать, как глухие деревушки защищаются от монстров? Но, увы, сейчас она обычная простолюдинка по имени Майн, и поэтому всё должна об этом знать. Придётся согласиться с Кьюбеем.       — Да, он прав, Наофуми-сама. У моей деревни тоже была такого рода защита, поэтому мы и без гвардейцев с авантюристами могли защищаться.       — Хорошо! Тогда сходим в эту деревню. Может, сможем найти нам ночлег и нормально поспать. А теперь давайте поможем Лотреку с монстрами. Их можно будет попытаться продать, — зевнув, Наофуми пошёл в сторону трупов.

***

      Деревня Лютия, как и ожидалось от названия, оказалась вполне маленькая и даже жалкая. Она состоит из кучки деревянных лачуг. Гостиница — единственное здание, которое имеет больше одного этажа. Всё выглядит довольно бедно, да и запах соответствующий.       Майн оглянулась и заметила, что Наофуми смотрит куда-то в сторону от деревни. Повернув голову в ту же сторону, она услышала вдалеке приближающийся топот. Где-то ехала карета с филориалами.       Сначала они увидели на длинной шее маленькую голову, затем показалось и пухлое тело жёлтого филориала. Он тащил за собой повозку с бочками.       Стоило филориалу подъехать к местному магазину, как сонливость Наофуми словно рукой сняло.       — Ого! У вас есть чокобо! А я могу где-нибудь покататься на них?       Чокобо? Так называют филориалов в мире Наофуми? Но это не столь важно, ведь…       Неужели Наофуми оказался филориальным фетишистом?! Прямо как мать и сестра Малти!       Да, они пушистые, их можно обнимать, греясь о тепло пуха. Филориалы готовы своими когтями убить любого монстра, лишь бы защитить хозяина. Но они же и едят очень много и всюду потом гадят!       Нет. Они ни капли не милые! Совсем!       — Наофуми-сама, нам стоит пойти в гостиницу и отдохнуть, — голос Кьюбея вырвал Героя Щита из фантазий о филориалах. Кашлянув в кулак, он отвернулся от птицы и направился прямиком к двери гостиницы.       Майн быстро последовала за Наофуми. Не успели они переступить через порог грязного заведения, как из угла раздалось ленивое приветствие. Внутри всё выглядело ужасно, точно так же, как и снаружи. Но хотя бы здесь чисто и нет помёта филориалов — уже радует.       — Посетители в столь ранний час? И к тому же авантюристы? — за стойкой раздался голос владельца заведения. Хозяин гостиницы выглядел как типичный торговец с выпуклым животом. Что его отличало от Дейдрека? Разве только то, что у этого мужчины были длинные каштановые волосы и бородка, напоминающая куст.       Майн подняла голову и посмотрела на полку позади мужчины. На ней стояла святая икона церкви Четырёх. Очень интересно.       — Наофуми-сама, посмотрите на полку позади трактирщика. Круг с крестом посередине — это священный символ церкви Четырёх Героев. Думаю, мы можем ему доверять, — прошептала Майн на ухо Герою.       Наофуми слегка кивнул головой и подошёл к барному столу.       — Прошлой ночью мы обосновали лагерь в местном лесу, но на нас напали монстры, поэтому мы плохо выспались.       — Понятно. Хотя монстры здесь не очень сильные, — по-прежнему безымянный трактирщик кивнул головой. Он поставил деревянную кружку и погладил волосы Рафталии, — Это ваша дочь? Вы выглядите слишком молодо для отца.       — Нет, мы просто путешествовуем вместе. Рафталия потеряла своих родителей во время последней Волны, — Кьюбей подошёл к столу и выдвинул себе стул.       — Прошу прощения, — бородатый мужчина нахмурился. Он налил густую белую жидкость в кружку и поставил её перед Рафталией. — Возьми. Бобовое молоко очень полезно для растущего организма.       — Спасибо, — Рафталия наклонила голову и начала делать маленькие глотки из кружки.       — Во время Волн происходит много плохого, — мужчина вновь посмотрел на Наофуми и протянул ему руку, — Меня зовут Лад, сокращение от Ладус. Я владелец этой гостиницы.       — А мы авантюристы, что вызвались пойти против Волны, — Наофуми крепко пожал руку Лада, — Мы вчера плохо выспались. Могли бы мы снять пару комнат? У нас ещё осталось немного монет. А может, вы хотите мяса монстров? После того нападения у нас его много.       — Деньги, конечно, вещь хорошая, но и мясо в деревне нужно. А если у вас есть мясо высокоуровневых монстров, то это вообще замечательно. Наши охотники обычно ловят только слабых, — Лад одобрительно кивнул на предложение Наофуми, — Свежее мясо всегда нужно. Можете отдать крупную дичь в лавку за углом. Наши охотники лучше справятся с разделкой. То, что вы могли бы выкинуть, мы можем использовать.       — Правда?       — Да. Авантюристы обычно используют мясо, кожу и мех, а остальное выкидывают. А ведь из некоторых костей можно сделать украшения и просто полезные в быту вещи. Внутренности же можно использовать в качестве компанентов зелий.       — Интересно, а ведь я раньше об этом и не думал, — договорив, Наофуми поставил сумку на стол и начала доставать куски мяса, завёрнутые в листья. — Оно годится?       Всё-таки, покупка сумки оказалась хорошей идеей. Если Наофуми не будет доставать вещи из своего инвентаря, то никто не догадается, что он Герой Щита.       Трактирщик осторожно развернул куски мяса и слегка кивнул.       — Да вы только что заработали как минимум три ночи проживания, да ещё и с бесплатным питанием. Однако, мясо на деньги я разменять не смогу.       — Нам будет достаточно лишь пары комнат для отдыха. Мы ненадолго остановимся здесь. И… Хотел кое о чём предупредить. Рафталия страдает от ночных кошмаров, поэтому может кричать.       — Хм… Не думаю, что она кому-нибудь помешает, — трактирщик почесал бороду, — Но если сюда заедут знатные гости, то вам придётся покинуть эту гостиницу. Но не думаю, что это хоть когда-нибудь случится, так что чувствуйте себя как дома.       — Спасибо, что разрешили у вас остаться, — Наофуми вновь пожал руку трактирщика.       Перспектива спать в этом месте не очень радовала Майн, но теперь, хотя бы, у них есть крыша над головой. К тому же, сейчас самое главное — успеть завоевать место в сердце Наофуми, пока это не сделала Рафталия.