В плену каменных стен

Слезы лились водопадом из глаз, а душу рвала на части боль. Она взрывалась внутри, будто атомная бомба, разнося все вокруг на мелкие кусочки. Убивая все живое и оставляя лишь пустоту. Томас не мог остановиться. Он не плакал ни разу за многие годы, после смерти семьи. Он ненавидел эти игры, их создателя и каждого человека, кто их смотрел. Ведь если не будет спроса, то не будет и этой публичной казни, верно? Томас всерьез подумывал взять Ньюта и бежать отсюда. Далеко и очень быстро. Уйти в леса, на границе с которыми, находится дистрикт двенадцать и по совместительству его дом. Но каждый план побега рушился с треском об различные преграды. Томас понимал, что ничего не сможет сделать и эта безысходность душила его. Будто большая черная змея, обвивающая его шею, не дающая и глотка воздуха. Это самое ужасное чувство. Обрести и тут же потерять. Он этого не хотел. Не хотел терять Ньюта, который за столь короткое время стал главным сокровищем его жизни. Не скоро, но Томас провалился с сон. Но даже там его не покидали мысли и страшные образы. Алби бубнил что-то типа слов поддержки, Минхо в трехсотый раз повторял Томасу план действий, чтобы выжить, но тот ничего не слушал. Он был далеко отсюда, в своих мыслях. Он лишь в такт Алби кивал головой и поддакивал. Вскоре тот обнял его на прощание и ушел. Они остались с Минхо наедине. — Томас соберись, ты должен выжить. Вернись сюда живым, приятель. Ты понял? — Он посмотрел в глаза парня, пытаясь найти ответ на свой вопрос. Томас немного взбодрился и кивнул. Он обнял наставника. — Удачи. Эдисон шагнул в прозрачный лифт, который должен был доставить его на поляну, где он и встретит свою смерть через несколько секунд, как он сам и полагал. Парень закрыл глаза и тут же почувствовал как лифт движется вверх. Только после его полной остановки он нашел в себе силы открыть их. Перед ним явилась небольшая поляна, посреди которой было что-то похожее на шалаш или ветхий дом с разными припасами, необходимыми для жизни. Поляна была обнесена огромными каменными стенами по кругу. С четырех сторон находились проходы, ведущие в темноту. Томас сразу начал искать Ньюта глазами. Их взгляды встретились, и тут же пошел отсчет, после которого начнется кровавое месиво.

3… 2… 1…

Завыл громкий звук сирены, свидетельствующий о начале голодных игр. Все трибуты ринулись с места. Многие побежали за припасами, очень рискуя, другие же сразу кинулись за огромные стены. Томас решил выбрать первую стратегию и рискнуть, так как понимал, что без оружия никаких шансов продержаться нет. Он побежал к близлежащему рюкзаку с припасами и уж было взял его в свои руки, как откуда не возьмись, вырисовался Галли и что есть силы толкнул Томаса на землю. — Вот ты и попался, сукин сын. Рассчитывал прожить хотя бы сутки? Что же, тогда не стоило раскрывать свой ротик и тявкать в мою сторону! Мерзавец успел раздобыть оружие и как догадался Томас, он объединился с другими трибутами и захватил дом с припасами. Поэтому он так смело разгуливал по полю, что стало ареной для публичных казней. В руках у него был острый и тяжелый на вид топорик. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Томас в этот момент сравнил его с поехавшим мясником, а становиться его жертвой ему совсем не хотелось. Эдисон попытался встать, но Галли прижал его к земле. — Прощайся с жизнью, утенок — сказал он, замахнувшись топором. Утенок. Как мило с его стороны — подумал Томас и с божьей помощью сумел увернуться от, казалось бы, неминуемой смерти. Он попытался сбросить Галли, который от неожиданности, на мгновение потерял контроль над ситуацией. Тут же завязалась потасовка. Сцепившись, они катались по земле, пытаясь нанести друг другу как можно больше вреда. Спустя несколько попыток Томасу удалось выбить злосчастный топорик из рук противника, и драка пошла на равных. Но Томас снова оказался прижатым к земле, а Галли сидел на нем сверху, крепко удерживая за запястья, оставляя на светлой коже парня синяки. Он буквально вдавил Томаса в землю, продолжая наносить удары свободной рукой. Первый удар пришелся в челюсть, из разбитой губы тут же хлестнула кровь, пачкая руки и одежду. Томасу было больно, чертовски больно. А удары сыпались градом. Тяжело пришлось и ребрам. Но желание жить мотивировало Эдисона вырвать руки из железной хватки парня. Не теряя ни секунды он ударил в ответ, вкладывая последние силы и ненависть к человеку, который пытался нанести вред Ньюту и теперь, без капли жалости избивает его. Послышался мерзкий хруст. Это был сломанный нос Галли, отчего тот упал на землю, отстранившись от Томаса. Последний тут же схватил рюкзак и кинулся за стену, оставляя Галли и его разбитый нос наедине. Все тело жутко болело, особенно ребра. Казалось, что от ударов они всем коллективом решили сломаться. Губа также была сильно разбита. Остальное, на столь ярком фоне боли в ребрах, было незаметно. Когда Томас вышел за стены то понял, что попал в лабиринт. Кругом были только высокие каменные плиты. Непонятно какие опасности могут тут ожидать. И как найти Ньюта еще более непонятно. Он решил пройти дальше, чтобы найти временное убежище, посмотреть, что у него в рюкзаке, да и просто немного отдохнуть. Эдисон нашел укромное местечко под покровом плюща, который спускался со стены, образуя непрозрачный занавес. Он начал разбирать рюкзак. Перечень вещей в нем очень радовал. Там нашлась прочная веревка, немного еды, три спички, а самое главное — остро заточенный охотничий нож. Немного поразмыслив над планом на ближайшее будущее, Томас решил двигаться дальше. Если ему повезет — он найдет воду. Если ему повезет вдвойне — он найдет Ньюта. Если ему не повезет вообще — его кто-нибудь убьет. Так и порешив, он отправился в дорогу. Двигаясь по лабиринту довольно длительное время парень понял, что не весь он состоит из однотипных каменных стен. Какая-то его часть напоминает лес, заросший зеленью, тут много деревьев, кустов и плюща. Стен не видно и вовсе. В другой части находится пустыня. Наверняка, в лабиринте множество таких зон с разными условиями, но Томасу удалось пройти только через две. Спустя мучительные несколько часов передвижения, он наконец сумел обнаружить воду. Это был небольшой водоем, окруженный каменными глыбами со всех сторон. За ними наверняка мог кто-то прятаться. Но делать было нечего, пить хотелось очень сильно и ему пришлось рискнуть. На удивление, никто не появился и стрелы не начали летать перед носом. Эдисон подошел к каменному берегу, наслаждаясь свежестью идущей от воды. Он жадно глотал каждую каплю так, будто она последняя. Умывшись и напившись досыта, парень уж было собрался уходить, как вдруг услышал чей-то крик. И нет бы развернуться и бежать куда подальше, Томас решил узнать, что происходит. Он пошел на звук. Кричал тоненький, но очень звонкий голос. На счастье брюнета, этот голос был ему незнаком, но паранойя, преследующая Томаса с самого начала игр, утверждала, что это может быть Ньют. Он отогнал от себя эти мысли, утешая себя тем, что вдоволь наслушался криков блондина в тот вечер и в любом случае узнал бы его голос. Подходя все ближе и ближе он в упор не видел кричащего. Зато увидел яму из которой доносились звуки. Томас решил поступить максимально глупо и подойти к ней. Он сам не понимал, что им движет. В ловушке оказался мальчик, на вид ему лет двенадцать или тринадцать, очень пухлого телосложения, со смешными кудрявыми волосами. Когда малец увидел Томаса, на его лице пронесся неподдельный и даже дикий ужас. — Прошу тебя, не убивай меня! — взмолился мальчик, видимо подумав, что Томас является автором ловушки. Он начал невнятно бормотать причины, по которым Эдисон не должен был этого делать, путая при этом все слова и буквы, от страха. А Томас задумался. Он понимал, что не может вот так взять и убить невинного человека. Тем более, такого юного и безобидного мальчишку. Но и просто уйти, оставив его тут, будет равносильно убийству. — Не бойся, я не обижу тебя. — Сказал Томас как можно мягче. — Подожди, я помогу тебе выбраться. В глазах пухлячка отразилось удивление. Будто он миллион только что выиграл. Хотя, ему повезло гораздо больше. Он выиграл жизнь. Будь на месте Томаса кто-то иной, парень бы тут не стоял. Пока Эдисон искал более удобную позицию, в кустах послышалось движение. Если бы не мгновенная реакция Томаса, было бы царство ему небесное. Доли секунды могли стоить парню жизни. Нож, брошенный неизвестным из кустов, пролетел в миллиметре от его горла. Томас, находящийся в состоянии шока осел на месте, а вот неизвестный не терял ни минуты. Он вновь атаковал, но на этот раз предпочел ближний бой. Эдисон тут же подскочил и встретил нападающего радушным ударом прямо в челюсть. Тем неизвестным оказался парень с яркими, рыжими волосами и, если память Эдисона всё же не пострадала, после нескольких не хилых ударов Галли каких-то пару часов назад, то парень был из пятого дистрикта. Физически силен и развит. Томасу никогда бы не удалось его победить. Силы слишком не равны. Противник превосходил его в разы. Но у брюнета было преимущество. У него был нож, в отличие от рыжего разбойника. В итоге он поплатился жизнью, за промах. Нож Томаса пронзил рыжего, воткнувшись в грудь, разорвав плоть, а изо рта потекла кровь. Он начал задыхаться и всхлипывать. В итоге упал на землю, а его взгляд застыл навсегда. У Томаса дрожали руки. Он не убивал никого, кроме оленей и птиц. Он смотрел на мертвого. Его кожа побледнела, лицо было испачкано в собственной крови. Волосы, такие грязные и спутанные, торчали в разные стороны. Эдисона вырвало. Но он смог быстро взять себя в руки, ибо сейчас раскисать было совсем не время. Во-первых, паренек в яме давал о себе знать, а во-вторых, есть шанс, что этот парень работал не один и скоро здесь появятся его соратники. Нужно было срочно убираться прочь. Он помог мальчику выбраться и они вдвоем двинулись в путь. — Большое спасибо. Если бы не ты… Боюсь представить. — Сказал вызволенный пленник. — Меня зовут Чак. А тебя как? — Томас — он мягко улыбнулся. Теперь, когда они объединились с Чаком, Томасу было гораздо проще. Чак оказался веселым и никогда неунывающим парнем. Вояка из него никакой, зато поднимал настроение. Томас проникся к нему только теплыми чувствами, напоминающими отцовскую любовь. Возможно, Томас узнал в нем своего брата Ричи, по которому безумно скучал. Но как бы Чак не старался каламбурить, на лице Томаса в основном оставались серьезность и обеспокоенность. Он не мог перестать думать о Ньюте. Как он сейчас? Где он? И жив ли вообще? От этих мыслей становилось горько. Томас подпрыгивал каждый раз, когда слышал выстрел, сообщающий о смерти. Подпрыгивал так, будто в него и стреляли. Однажды вечером, в спокойной и безопасной обстановке Чак спросил: — Том, что с тобой? Я ведь не дурак. Вижу, тебя что-то гложет и не думаю, что это страх смерти. Ты смог справиться с тем рыжим парнем, полез спасать меня. Ты точно не трус, — заявил Чак. — Так в чем же дело? — В том, что на этой арене для убийств находится любовь всей моей жизни. — Грустно сказал Томас. — Охх, сочувствую. Наверное, она красивая — в ответ на его слова, Томас лишь тихонько рассмеялся. — Очень. А теперь пора спать, завтра нас ждет тяжелый день. Спи спокойно Чак. Пока я рядом, ты в безопасности. Ночью пошёл сильный ливень. Томас смотрел на него из импровизированного укрытия и тонул в своих мыслях. А на заднем фоне мирно посапывал Чак. Вскоре на искусственном небе стали появляться портреты погибших трибутов. Томас смотрел с замиранием сердца, боясь увидеть там родное лицо. Но к счастью, такого не случилось. Ньют жив, а значит они обязательно встретятся. У Томаса появилась какая-то мимолетная, почти призрачная надежда. И это лучше, чем ничего. Следующий день игр проходил спокойно. Ребята старались незаметно передвигаться с места на место. Им повезло найти воду и съедобные ягоды. Чак оказался неплохим ботаником и прекрасно разбирался в растениях, что пошло им на руку. Тем не менее, Томасу казалось подозрительным, что все идет так хорошо. Выстрелов не слышно длительное время, тишина и умиротворение. Это явно затишье перед бурей. Парни прошли несколько секций лабиринта, ибо Томасу казалось, что сидеть на одном месте опасно. К тому же, хотелось изучить место обитания. Так он сказал Чаку, на самом же деле надеялся встретить Ньюта. Пустыня сменялась джунглями, джунгли каменными стенами. Были такие территории, где отчетливо было понятно, что парни находятся в лабиринте. Томас полагал, что раз есть лабиринт, должен быть и выход, но подтверждения своей теории найти, конечно же, не мог. После долгих блужданий по лабиринту они подустали, да и вода заканчивалась, но им повезло и долго искать водоем не пришлось. Они вышли к небольшому озеру, на котором уже бывал Томас. Никто не забывал про осторожность, ибо опасность могла поджидать где угодно. Сразу спускаться к воде они не стали, решив проверить территорию. Лучше погибнуть в честной битве, чем получить нож в спину. Осторожно двигаясь в нужном направлении, Томас вдруг услышал движение. Шаркающий звук. Такой, будто кто-то пытается осторожно спуститься к воде, боясь упасть. Они с Чаком обернулись одновременно и Томас не поверил своим глазам. По наклонной поверхности к воде спускался Ньют. Томас за километр узнал бы эти непослушные, пшеничного цвета волосы, вечно торчавшие в разные стороны. — Том, что нам делать? — спросил Чак, немного запаниковав. А Эдисон, будто потеряв голову, выскочил из импровизированного убежища, со всех ног бросившись к нежданному гостю. — Томас, ты свихнулся?! — завопил мальчик, глядя на картину, что открылась перед ним. Чак ожидал увидеть что угодно. Будь то эпичная драка или что-то подобное. Но от увиденного пустая фляжка выпала из рук и с соответствующим звуком покатилась по камням, а рот автоматически открылся. Томас, подбежавший к блондину, смотрел на него с такой любовью во взгляде, что даже Чак, стоявший на достаточном расстоянии, это ощутил. После парни слились в поцелуе, явно позабыв о том, что они не одни, да еще и в смертельной опасности. — Так вот она, какая… Любовь всей его жизни, — прошептал удивлённый Чак. — Немного не так я ее представлял. В смысле его. Парни, тем временем, поднялись к Чаку. — Ньют, это Чак. Чак, это Ньют. — Коротко представил их Томас. — Быстро ты нашел мне замену, Томми — хихикнул Ньют, пожимая руку младшему. Тот с явным интересом и ноткой недоверия рассматривал нежданного гостя. Было непонятно, понравились они друг другу или нет, но темы для общения нашлись быстро. Вопросы посыпались на Ньюта градом. — Сколько тебе лет? С какого ты дистрикта? — допрашивал Чак. — Том, ему точно можно доверять? — Я верю ему как себе. — Твердо произнес Томас. — Неподалёку отсюда, я нашел прекрасное место, а главное — скрытое. Поэтому, наверное, я до сих пор жив — Ньют улыбнулся. — Там я отвечу на все твои вопросы, мелкий. Дальше парни двигались уже втроем, следуя за Ньютом. Они отправились в то самое скрытое место, где можно было провести ночь. Задался прекрасный вечер. Компания осмелилась развести костер. Теперь они сидели и жарили рыбу, которую наловил Ньют, известным только ему одному способом. Они разговаривали обо всем на свете. Расспрашивали друг у друга как им удалось выжить, где находили припасы и убили ли кого-то. Позже разговор ушел в другие тона. Парочка рассказала Чаку историю их знакомства, а он высказался как удивился, когда вместо девушки с черными волосами, красивыми глазами и большой грудью увидел Ньюта. С чего все дружно посмеялись. Спустя какое-то время диалог коснулся семьи. Томас предпочел промолчать, ибо для него это не самая приятная тема. Зато Чаку было, что рассказать. — Перед тем как я отправился на игры, мама дала мне это — Чак вынул из кармана маленькую деревянную фигурку, в виде человечка. — Она сказала, что я обязательно вернусь домой… Но это ведь не так. Я бы очень хотел увидеть ее снова. — Кристальные капли покатились по его щекам. Томасу было искренне жаль парня. Он впервые за вечер отлип от блондина и подошел к другу. — Хэй, Чак, может быть, ты вернешься домой. — Он взял того за руки и внимательно посмотрел в его глаза. — Не теряй надежду, слышишь меня? Судьба — очень непредсказуемая вещь. Ты еще можешь увидеть маму снова. — Эдисон заботливо обнял его. Они еще долго сидели так, говоря ни о чем. Спустя какое-то время Чак начал все меньше и меньше участвовать в разговоре и вскоре послышалось мирное сопение. А на душе Томаса было тяжело и горько. — Мне тоже жаль его, — подошел Ньют, и нежно обнял Томаса сзади. Брюнет повернулся и переключил все внимание на любимого. Глядя ему в глаза Томас понимал, что безумно скучал. Что разлука с ним еще раз погубит его. Пока Ньют рядом, Томасу хочется улыбаться, а в душе разливается что-то теплое, что греет изнутри. Его глаза, голос, прикосновения. Они действовали как легкий наркотик. Дурманили и вызывали зависимость. — Ты не представляешь, как я скучал по тебе, — Эдисон прижал к себе парня, чтобы почувствовать всем телом, что он тут, с ним. Жив и здоров. Ньют обнял его в ответ, с не меньшей любовью. — Томми… — прошептал Ньют, будто в бреду. Парни слились в поцелуе, не выпуская друг друга из объятий. Поцелуй получился медленным и нежным, словно старая грустная мелодия. — Ну, вы еще потрахайтесь… — послышались возмущения со стороны, а следом в них полетела непонятная тряпка. Парни переглянулись, а потом засмеялись. — Звучит как вызов, не правда ли, Ньютти? — Протянул Томас и ехидно ухмыльнулся. — Мальчики, идите спать, пожалуйста! — На что все вместе рассмеялись. Даже во сне Томас и Ньют не хотели отпускать друг друга. Они не разрывали объятий. Ведь оба понимали, что каждая минута может стать последней.