Мой Милый Сосед

      10:25       Чувствую, как кто-то несильно трясет меня за плечо, и, открыв глаза, вижу перед собой Тимура, протягивающего мне мой рюкзак.       — Телефон, — кивком показывает он.       Достаю мобильник, экран настойчиво показывает, что мне звонит Шишка. Нафига я ему сдался с утра пораньше?       — Алло, здорово! Че звонишь? — зевая, спрашиваю без особого интереса в голосе.       — Колян, ты на связи, ничего себе! Я думал, мне раз сто пятьсот тебя набрать придется, чтобы ты воскрес! — раздается голос из динамика.       — Христос Воскрес! У меня вообще-то дела. Чего тебе надо?       — Мы сегодня собираемся в «Гавань», и Ленка про тебя тут спрашивает, — многозначительно сообщает он. — Если ты пойдешь, можно, я у тебя до вечера пропишусь? Домой ехать влом.       — Не-е, Влад, у меня сегодня планы. Так что давайте без меня. И Ленке скажи, чтобы в следующий раз уточнила, нафига я ей. Я больше по роже за нее получать не собираюсь. Все, давай, — не дожидаясь его возмущений, я завершаю вызов.       Телефон тут же начинает вибрировать снова.       — Ну чего еще?! — рявкаю я на экран.       — Планы-хуяны, — ворчат оттуда, и смартфон отключается.       — Мудозвон, — бубню я себе под нос, откидываясь на спинку сиденья и протирая руками глаза, в попытке избавиться от остатков сонливости. Я почти физически ощущаю, что Тимур как-то загрузился. Кажется, сейчас он обрушит на меня миллион вопросов про Шишкина, Ленку и «Гавань». Но вместо этого он говорит:       — А расскажи мне что-нибудь о себе.       — Ага, может, ты мне еще и анкету дашь заполнить? Какой твой любимый цвет? Какая ты фея Винкс? — фыркаю я, но мне тут же становится неловко.       10:32       Он мне и об отце, и про армию, и еще много всего личного уже успел рассказать. Вместо извинений я снова кладу голову ему на плечо и немного неуверенно начинаю перечислять о себе то, что считаю нужным. Так-то я не особо мастер длинных историй, красиво могу только станцевать и пробить штрафной, в том числе и в лицо. Но вот я говорю ему, что рос без отца, но дядя Саша мне помогал, раздавая реальные и виртуальные пинки в школе. Мать работает бухгалтером на предприятии, Светка еще учится в десятом классе — в общем, банальные вещи. Я усмехаюсь над тем, какой же обычной жизнью я живу.       — Что с тобой? — спрашивает Тимур.       — Да просто забавно, чем я такой особенный, что тебя во мне так зацепило?       — Конечно же, это твой здоровый, сочный, великолепный, виртуозный, незабываемый юмор, — невозмутимо отвечает он мне.       — Ты имеешь в виду тот самый юмор, который я плохо контролирую, когда ты рядом?       — И не только я, — вздыхает Тимур.       — А. — До меня не сразу доходят его ревнивые намеки.       Видать, тяжело мне придется с этой восточной принцессой. Натянув глупую улыбку, я вскакиваю с места и опускаюсь перед ним на одно колено, протягивая руки в широком жесте:       — Тимур, мон амур! — громко объявляю я на весь вагон, и некоторые люди, посмеиваясь, оборачиваются в мою сторону.        Надеюсь, они увидят в этом не больше, чем просто очередной пьяный балаган.       — Я старый моряк и не знаю слов любви! Мой корабль заплывал не в одну гавань, я ходил в море со множеством шлюпок! — Тимур сидит красный, как омар, прикрыв глаза ладонью и не зная, куда себя деть от смущения, пока я продолжаю спектакль. — Но когда я увидел тебя, то сразу почувствовал себя утомленным путником, который в пучине бушующей бури узрел посреди океана нежный, хрупкий, беззащитный айсберг! И я, со всей свойственной мне дурью, на полных парусах мгновенно врезался в него! — заканчиваю я свой монолог под жидкие аплодисменты пассажиров.       — Ты старый дурак, вот ты кто! — ворчит он, пихая меня рюкзаком в грудь. — Пошли, сейчас вроде будет наша станция!       Когда мы вываливаемся из вагона, он внезапно дарит мне свою классически хитрую улыбку:       — И, между прочим, ты в меня пока еще не врезался.       10:50       Как только электричка отдаляется, мы переходим пути и начинаем спускаться с холма в сторону деревни. Тимур, хренов ты провокатор. Я пытаюсь успокоиться после его слов, которые рождают кучу разных неприличных мыслей. Мыслей с картинками, чтоб его! Пока мы идем по проселочной дороге, я рассказываю Тимуру, что бабушку зовут Мария Петровна, маму — Ольга, но для него просто тетя Оля, а Светку — как только ни зовут, можно просто «эй ты, мелкая». Но вообще она бывает адекватная, и я ее, конечно, люблю. Но только когда она молчит или готовит что-то вкусное. Еще я говорю, что дом бабушкин, но теперь она в нем живет только летом, потому что зимой ей уже тяжело убирать снег и ходить по делам, а мы можем помогать ей ежедневно только на каникулах. Зимой же бабушка живет в небольшой квартире недалеко от нас. Поэтому между собой наш деревенский дом мы называем дачей.       Чем ближе мы спускаемся к раскинувшейся вдоль реки деревне, тем сильнее солнце жарит мне спину. Днем на улице уже за двадцать. Не желая свариться вкрутую, я стягиваю худи, и Тимур довольно хлопает меня по животу, видя свою футболку:       — М-м-м, прибыло подразделение удовольствий.       Картинки в моей голове уже превращаются в видео, и я тут же замечаю:       — Ага, по твою душу, прошу заметить.       — Коля, ну ты же знаешь, кому я ее продал, — демонически улыбаясь, подмигивает Тимур.       — Тогда я возьму натурой. — Смачно шлепаю его по заднице, довольный своим подкатом.       — О, так наш бесстрашный капитан готов к покорению новых земель? — он уже открыто издевается надо мной.       Почти обиженно ворчу в ответ:       — Что-то я не припоминаю, чтобы айсберги умели говорить.       Вообще-то, если мыслить технически, такие земли я уже покорял и не раз. Очень часто мой секс с девушками включает анальное проникновение в обязательный пункт программы. Уж не знаю, почему я на этом слегка зациклен, но уломать ее на анал стало почти что видом спорта. Наверное, мне просто хочется чего-то более недоступного. Но с ним все по-другому. Первое — он парень, и у меня такое чувство, будто мы знакомы миллион лет. Второе… Я все время жажду его внимания. Мне нравится, как он заботлив со мной и при этом не задает слишком навязчивых вопросов. Мне нравится, когда он старается настроиться на мою волну, и я сам тоже пытаюсь уловить его настроение. С женским полом все наоборот — они буквально вешаются мне на шею, особенно когда я провожаю до дома очередную еле держащуюся на ногах девицу.       Пока мы идем вдоль дороги, я продолжаю размышлять над своим отношением к Тимуру и самому себе. Что-то определенно меняется внутри меня, я это чувствую. Наше ночное приключение было спонтанным порывом, но теперь я задумываюсь, а готов ли я продолжить? И вообще, какое мнение у Тимура на этот счет? Он тоже пытается разобраться в себе или он уже?… Я кидаю ему вопросительный взгляд, но он беззаботно смотрит вокруг, рассматривая скромные домики и сады по обеим сторонам от дороги.       Стараюсь не допускать даже мысли о том, что мой милый сосед уже мог быть с кем-то до меня. Ночью он вел себя весьма уверенно. Потому что это был именно я или потому что у него уже есть опыт однополых отношений? Его недвусмысленные намеки волнуют и одновременно выводят из себя, и я готов прямо здесь наброситься на него, сам не понимая, то ли чтобы побить, то ли трахнуть.