Думаешь, сможешь от меня избавиться?

***

 — Эм, девушка? — удивилась я.  — Именно. Я прокрутила в голове все моменты, когда Джефф хоть как-то упоминал Даркордского маньяка, и поняла, что он всегда говорил о нем в мужском роде. В тот день, что Вудс проник в наш дом, он кричал о том, что сам, по сравнению с психом из Даркорда, аленький цветочек. А теперь еще говорит мне такое.  — Так, Джефф, — возмутилась я. — Зачем ты выдумываешь? Мне ведь просто хочется знать, с чем имеет дело моя семья. Сложно нормально ответить?  — Ты совсем дура? — Джефф постучал пальцем по моему виску, и по телу пробежала дрожь. — Я говорю как есть, ее зовут Джейн.  — Тогда какого черта ты все время говорил о ней в мужском роде?! Джефф вздохнул.  — Мы с ним… с ней, давно знакомы. И знаешь ли, у нее был бзик на то, что из-за ее пола все считают ее недостаточно сильной и постоянно недооценивают, — Джефф нахмурился. — А я, вообще-то, уважаю личные принципы людей. Просто осталась привычка.  — Вы с ней что, раньше на пару людей убивали?!  — Можно и так сказать, — рассмеялся убийца. — Какое-то время мы вместе работали с горем пополам. Я нервно покусывала губы, слушая Джеффа, пока пес ластился об мои ноги.  — Псих из Даркорда — твоя подружка?! Я соскочила с места, напугав дворнягу, и стала нарезать круги.  — Мне она никогда не нравилась. Как я и сказал, она психованная, — ухмыльнулся Джефф. — Джейн хоть и идиотка, но умная. Сто процентов не поверила в мою смерть и планирует, как меня прибить.  — Охренеть, — выругалась я. — Хочешь сказать, она может наведаться к нам в город и устроить тут кровавое месиво на смену тебе?  — Это не в ее стиле, — протянул Вудс. — Но она чертовски злопамятная, так что, возможно, ее мишенью также является Итан и вся его семья, а учитывая пропажу Берты… скорее всего, так и есть. Ярость окутала меня своей пеленой, и я уже не отдавала отчет своим действиям. Я приблизилась к Джеффу и со всей силы влепила ему пощечину. Рука неистово заболела, а Вудс оскалился и хмуро посмотрел на меня.  — Ты что творишь?! — кричал он.  — Что я творю?! Ты меня обдурил! Знал, что эта чертова Джейн будет искать тебя, знал, что она хочет поочередно убить всех моих родных, но шантажировал меня их смертью! — мои глаза наполнились слезами. — Нахрена я помогаю тебе выжить, если в любом случае нам конец? Я пнула ногой пустой контейнер и попала им в собаку. Дворняга заскулила и отбежала в угол, ближе к Джеффу. Еще и псу навредила, сука! Я обессиленно упала на колени и зарыдала. Я ничего не могу изменить, я бесполезна. Все, что произойдет, будет лишь виной отца, которому насрать на меня и на Фиону. Вернуться в прошлое и заставить папу не возиться с заключенными невозможно. Даже если я сейчас убью Джеффа собственными руками, я ничего не изменю. Я ненавижу отца, ненавижу!  — Заткнись, — убийца толкнул меня в плечо. — Мы не на окраине города, чтобы так шуметь. Всхлипывая, я подняла голову и взглянула на Джеффа. Тот смотрел на меня с каким-то пренебрежением и страхом, ведь, правда, если сюда забредут люди — ему несдобровать.  — Ты использовал меня, — сквозь зубы бормотала я. — Воспользовался моей любовью к близким и страхом перед тобой. Ты еще более гнусная мразь, чем я предполагала. Джефф не стал ничего отрицать. Разумеется, я была его единственным шансом выжить, и никаких «шестерок» в городе у него нет. Я облажалась.  — Хватит ныть, — повторил Джефф, и на его лице заиграла усмешка. — Все не так плохо, как тебе кажется.  — Да ну? — я шмыгнула носом.  — Ага, слушай. Раз Джейн на свободе, то у меня есть два варианта, как от нее избавиться, — Вудс взял меня за подбородок, чтобы я не отводила глаз. — Я могу бегать от нее и трепать себе нервы, или могу просто убить. Я откинула руку убийцы от себя и посерьезнела.  — Какой вариант ты хочешь воплотить в жизнь?  — Я не люблю играть в догонялки, — выпалил Джефф. — Но я не смогу убить ее без твоей помощи. В горле встал ком. Я уже знала, каким будет мое решение, но все равно обдумывала ситуацию. Возможно, Джефф снова мне соврет, получит желаемое выздоровление и свалит нахрен из Мэйрона, как мы и договаривались, оставив мою семью на растерзание этой психопатки из Даркорда. Однако если он все же честен, то, в конце концов, угроза по имени Джефф избавит меня от гораздо более опасной угрозы по имени Джейн. Протерев глаза от слез, я протянула убийце руку.  — Заключим новую сделку? Джефф азартно улыбнулся.  — Несомненно, Эффи, — Вудс крепко сжал мою руку глядя прямо в глаза. — Вся в своего отца. Я проглотила это замечание и промолчала. Джефф прав, я поступаю в точности как отец. Хотя нет, есть одно различие — я делаю это на благо семье, а не против него.  — Обсудим детали, — холодно сказала я.  — Да нахер надо, — устало сказал Джефф. — Все и так ясно.  — Нет, обсудим! Парень снова вздохнул. Не смотря на то, что его жизнь тоже была в опасности, он не воспринимал ситуацию всерьез. Для Джеффа все это очередная игра, а моя семья — второстепенные герои, от смерти которых ничего не изменится. Но, нет, не в этот раз. Я так просто не сдамся.  — Я сделаю все для твоего выздоровления, буду прибегать по каждому зову, если потребуется. Ты в свою очередь обязан убить Джейн, даже если она не доберется до Мэйрона, — глаза Джеффа тут же округлились. — Если она не нагрянет с визитом, то ты сам найдешь ее и прикончишь. Джефф сидел с недовольным лицом, словно ребенок, у которого отобрали конфету. Не зря я затеяла обсуждение деталей.  — Ладно, — неохотно согласился Джефф. — Я давно мечтаю убить эту гадину, так что будь по-твоему.  — Никто из моей семьи не должен пострадать, — добавила я.  — Даже твой папаша? — интересовался Вудс.  — Ты думаешь, из-за его поступков я буду желать ему смерти?! — я опешила. — Я зла на него и вряд-ли смогу простить, но он должен быть цел и невредим.  — Ладно, я тебя понял. Поглаживая собаку, Джефф снова лег. Меня тут будто уже не было.  — И еще, — вспомнила я. — Скажи мне, пожалуйста, ее фамилию.

***

Я шла по тротуару и нервно курила. Моего хорошего настроения и след простыл, вся голова была забита некой Джейн Ричардсон и собакой, в которую я запульнула контейнер. Нашла за что себя винить, конечно… завтра принесу ей что-нибудь вкусненькое. У меня оставалось четыре часа до бала, а я вообще-то хотела нормально к нему подготовиться. Зайдя домой, я окликнула Фиону — тишина. Еще не вернулась, это мне на руку, но она явно скоро придет домой. Эмоционально вымотавшаяся я села на диван и оглядела гостиную: дорогущий телевизор, стол из красного дерева, французские шторы в пол мятного оттенка, диван, сделанный на заказ. Все это стоит огромных денег. Весь наш дом уставлен дорогими вещами, ведь отец твердил, что так практичнее. Но почему-то для него было нормой, спустя год с покупки кухонной утвари полностью сменить ее на новую. Так вот откуда брались эти деньги… грязные, кровавые. Почему мы никогда не задавались вопросом, как работая в маркетинге, отцу удается столько зарабатывать? Проще было просто наслаждаться тем, что имеешь и не париться. Я открыла поисковик и вбила туда имя подруги, или бывшей подруги Джеффа. Информации о ней в разы меньше, чем о том же Вудсе, но все же на первое время мне хватило ее, чтобы утолить интерес. Джейн Ричардсон посадили за множественные преступления. Разные источники говорят о том, что она убила собственную мать и младшего брата, а так же еще три человека в Мэддисоне и двух в Даркорде. По сравнению с Джеффом она еще совсем «зеленая» убийца, но кто знает, скольких они загубили вместе. Джейн поймали вначале прошлого года, дочь убитого ею мужчины вызвала полицию, сидя в чулане. Получается, в тюрьме она провела, по меньшей мере, полтора года. Представляю, в каком гневе она сейчас находится. На одном из сайтов я нашла ее фотографию четырехлетней давности. Обычная молодая девушка с черными прямыми волосами, серыми глазами и довольно мягкими чертами лица. На фото она улыбалась и точно была счастлива, казалось бы, обычный человек. Новую фотографию найти было трудно, но у меня получилось разыскать одну. Джейн стала другим человеком. Потухшие безжизненные глаза, бледная кожа, измотанный вид и… шрам на лице, означающий улыбку. Увидев это, я тут же прикоснулась рукой к своей щеке, на которой Джефф однажды оставил порез. Рана была не такой глубокой, как казалось при разрезании моей плоти, поэтому на месте пореза осталась лишь еле видная белая полоска. Я оцепенела. Джефф говорил, что они работали вместе с Джейн с горем пополам… он что, принуждал ее к этому? Неужели она была всего лишь жертвой, которая при неизвестных мне обстоятельствах осталась жива? Вся картина постепенно складывалась словно пазл, у Джейн Ричардсон есть веские причины ненавидеть Вудса и желать ему смерти, и в другой ситуации я бы поклонилась ей и не стала мешать, но что-то подсказывает мне, что Джейн не просто обиженная жертва. Джефф называет ее психом, таким, каким не является даже он сам. Что же не так с этой Джейн…

***

Мы с Фионой носились по дому как угорелые. Несмотря на то, что мы начали собираться за два часа до выхода, времени не хватало. Громко играла музыка, поднимая мне настроение, пока я пыталась отыскать свои туфли. Сто лет их не надевала! На самом деле музыки было недостаточно, чтобы стереть из моей памяти недавно полученную информацию от Джеффа и полностью погрузиться в суматоху сборов, но все равно было легче. Наконец-то, мы закончили. Я осмотрела себя в зеркале и улыбнулась. Волосы я оставила распущенными, а передние пряди заколола сзади, сделала легкий макияж, нацепила золотую цепочку с подвеской в форме луны. Фиона собрала волосы в пышный пучок и закрепила его заколкой. Если сравнивать нас сейчас, то хоть наши лица и одинаковые, Фиона выглядела гораздо старше меня. Складывалось ощущение, что она бизнес-леди, которая идет на вечернюю деловую встречу в шикарный ресторан. А я — просто выпускница. Зато охренеть какая красивая.  — Так, я взяла с собой помаду, тональник, пудру, — перечисляла Фиона. — Возьми с собой расческу, ко мне в сумочку не помещается. Я, недоумевая, посмотрела на сестру и рассмеялась.  — Фиона, у тебя волосы собраны! А у меня залакированы, если расчешемся, будем ходить с гривой льва на голове вместо волос.  — Реально, чего это я. Просто сильно нервничаю, — призналась Фиона.  — Мы идем на бал, чтобы расслабиться, не так ли? Хватит переживать! Фиона напряженно выдохнула и стала обуваться. Моя надежда расслабиться на балу была очень манящей и сладостной, поэтому я боялась, что что-то пойдет не так. Мне правда очень хочется хотя бы один вечер провести спокойно. Уже через пятнадцать минут мы вышли из дома, где нас ждали наши кавалеры.  — Ты сногсшибательно выглядишь, Фиона, — Рик в черном смокинге, бабочке и идеально уложенными волосами протянул руку моей сестре.  — То же самое можно сказать и о тебе, — ответила Фиона и накрыла его губы поцелуем. Я смотрела на высокого Лиама в черном костюме, на его идеально завязанный галстук, на немного небрежно собранные в пучок волосы и свисающие прядки на лбу. По моей коже прошлась мелкая приятная дрожь, когда Лиам взял мою руку и поцеловал.  — Здравствуй, Эффи, — произнес он.  — И тебе привет, — я улыбнулась. Его рука была очень теплой, и мне хотелось идти за ним куда угодно. А его одеколон, с тонкими цитрусовыми нотками и умеренной тяжестью был просто восхитителен. Мое настроение сразу взлетело до небес благодаря его присутствию.  — Ты прекрасна, малиновый цвет тебе к лицу, — улыбнулся он. — Не зря потратила целый день на выбор платья.  — А то, — ухмыльнулась я. — Осталось только не натереть мозолей на этих высоченных каблуках. Лиам провел меня к своей машине, в то время как Фиона и Рик уже уехали. В салоне пахло чем-то сладким, будто пять минут назад кто-то варил здесь карамель. Я вдохнула аромат и повернулась к Лиаму.  — Очень приятный запах, — отметила я. — Это освежитель воздуха? Лиаму польстило мое замечание, но он ничего не сказав потянулся на заднее сидение, взял небольшую коробочку и протянул мне. Я удивленно оглядела ее, затем открыла и выпучила глаза.  — Яблоки в карамели? Где ты их нашел посреди осени? — засмеялась я. — Они еще и дольками, черт возьми!  — Ну, ты же говорила, что обожаешь их, но тебе не нравится, что большая часть яблока остается без карамели, — ухмыльнулся Лиам. — Вот я и решил приготовить идеальный вариант этого лакомства.  — Ты сам их приготовил?! — я взяла одну дольку, откусила и закатила глаза от удовольствия. — Это так вкусно, господи. Лиам, ты волшебник. Все это было похоже на первое свидание. Мы едем на бал в его машине, смотрим на чудесный красно-фиолетовый закат, а я сижу и ем яблоки в карамели, которые он сам для меня приготовил! Отбросив все плохие мысли, я решила наслаждаться этим моментом.  — Ты запомнил это, кошмар, — с набитым ртом проговорила я. — Если ты запомнил все, что я тебе вчера рассказала, то мне стыдно. А я, вообще-то, запомнила все!  — Если ты про историю из восьмого класса, когда упала в мусорную кучу по пути в школу и сидела так все уроки, не зная, что от тебя несло как от мусоровоза, то не бойся, я ничего не помню, — Лиам залился хохотом. — А если ты имела в виду прокисший йогурт в столовой, от которого у тебя скрутило живот прямо посреди урока…  — Заткнись, Лиам! — смеясь, я толкнула его в бок. — Я поняла, ты очень внимательно слушал мои рассказы.  — А ты, разве, нет? — Лиам приподнял брови.  — Как-нибудь я постараюсь испечь для тебя печенье с арахисовой пастой, будем кушать их, запивая какао и смотреть «Остров проклятых». Лиам просто сиял от счастья, слыша это, но старался уже так яро не улыбаться. Чего он выкобенивается, я все равно знаю, что его это радует. Длинные тонкие пальцы Лиама мягко сжимали руль, а на безымянном пальце красовался массивный серебряный перстень. Я легонько дотронулась до него и провела пальцем.  — Очень красивая вещь, — прошептала я.  — Семейная реликвия, — ответил он.  — Да? И сколько поколений его уже носят? — спросила я с нескрываемым интересом. Лиам посмотрел на меня с усмешкой и снова вернул свой взгляд на дорогу. Я осталась в полном непонимании. Заметив это, Лиам рассмеялся.  — Я шучу. Сестра подарила как-то на день рождение, у нее было такое же.  — Тц, — я закатила глаза. — Я то, думала, может этому кольцу лет двести.  — А может и так, она их в антикварной лавке купила.  — Не помню, чтобы ты упоминал свою сестру, — нахмурилась я. Лиам на секунду изменился в лице, на нем появилась грусть и капля отчаяния.  — Ее больше нет, — тихо сказал он и сразу вернул улыбку. — Зато, у меня навсегда осталась ее частичка. Лиам помахал рукой с серебряным перстнем и вернул ее на руль. Да уж, мне стоит быть осторожнее с вопросами, чтобы не нарываться на подводные камни, которые могут причинить ему боль. Он старался не задавать каверзных вопросов касающихся семьи и смертей, но я, правда, не нарочно.  — Извини, — я виновато потупила взгляд. — Перстень чудесный.  — У нас обоих есть такие темы, которые мы обязательно обсудим. В какую-нибудь особо слезливую минутку откровений, — язвительно сказал Лиам.  — Да, — немного беспокойно ответила я. — Обязательно.