if we're together the desert becomes the sea

— Хён, — Чонгук сидит на краю дивана, нервно перебирая связку ключей, — ты уверен, что это хорошая идея? — Солнце, — Сокджин присаживается рядом и притягивает младшего в свои объятия, нежно прижимаясь губами к виску. — Это прекрасная идея. Нам не помешает отвлечься и развеяться. Конечно, есть огромный риск попасться, но посмотри на это с другой стороны. Ощущение адреналина в крови каждый раз, когда я буду целовать тебя, пока никто не видит. Нам обоим нужна эмоциональная встряска, учитывая какими напряжёнными были последние несколько недель. — Ты прав, хёни, — Чонгук трётся носом о шею старшего, вызывая лёгкую щекотку, и оставляет дорожку поцелуев от ключиц до уголка губ. — Просто... Я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности. Наши отношения дороже всего для меня. Я не хочу неоправданно ими рисковать. — Понимаю, детка, — Сокджин ласково целует младшего, бережно держа ладонями его лицо, как будто оно сделано из хрусталя и может разбиться от малейшего дуновения ветра. — Но я больше не хочу бояться всего и трястись, как банный лист, ожидая разоблачения. Я хочу наслаждаться тобой каждую секунду своей жизни. И если для этого надо выйти из зоны комфорта и рискнуть, то, что ж, я готов. Один вопрос: хочешь ли ты этого? Чонгук замирает на несколько секунд, пытаясь увидеть в глазах Сокджина хоть толику сомнений, но обнаруживает только чистую и искреннюю любовь. Улыбка младшего из робкой превращается в широкую, и он набрасывается на Сокджина, прижимая его к себе. — Хочу, Джини, — Чонгук хихикает, когда руки старшего проскальзывают под свободную домашнюю футболку и устраиваются на миниатюрной талии, пуская рой мурашек по коже. — Я последую за тобой куда угодно, хён. Ты тот человек, которому я доверяю больше, чем себе. Я, правда, очень сильно люблю тебя. — И я тебя, Чонгуки. Сокджин сверкает влюблённой улыбкой и втягивает Чонгука в жаркий глубокий поцелуй, перемещая руки на бёдра и скользя к восхитительной заднице, которую грех оставить без внимания. Впиваясь пальцами в ткань хлопковых штанов, старший прижимает тело Чонгука к себе, создавая необходимое трение в области зарождающегося возбуждения, которое захлёстывает с головой обоих парней. Младший шипит, когда губы Сокджина втягивают тонкую кожу на его плече и оставляют аккуратный засос. Чонгук двигает тазом проходясь своим пахом по вставшему члену старшего, выбивая из него громкие стоны, которые ловит своими губами, проникая вглубь языком и сплетаясь с языком старшего. Жар приливает к щекам, и дышать становится тяжелее, особенно когда даже невинные ласки вызывают бурю эмоций. — Хён, — Чонгук жарко выдыхает на ухо старшему, из-за чего тот утробно рычит, стягивает с младшего футболку, любуясь покрасневшей карамельной кожей, и накрывает губами затвердевший сосок, оттягивая чувствительную кожу. — Я... агхм... хочу тебя... Сокджин не даёт Чонгуку закончить и снимает с себя майку, впиваясь в его приоткрытый рот и прижимаясь своей оголённой кожей к пылающей огнём коже младшего, который шипит из-за соприкосновения, а после подхватывает Гука под бёдра, поднимается с кровати, и, не разрывая поцелуй, направляется прямо в спальню. Квартира постепенно наполняется долгожданными стонами и громкими шлепками, вперемешку с признаниями в любви. Соскучившись по близости, парни теряют голову в друг друге, отдаваясь в руки возбуждению и страсти, которые подпитываются бесконечной любовью. На мгновение всё вокруг замирает, когда тела сталкиваются в диком танце, ладони находят друг друга и переплетаются пальцы, а последний толчок сопровождается оглушающим всхлипом. Единение душ заканчивается нежным поцелуем, который превращается в счастливые улыбки, уставшие, но полные умиротворения. Послеоргазменная нега наполняет разморенные тела головокружительной лёгкостью, погружая парней в приятный сон.

***

— Ну что, ребят, как ваши дела? — Чонгук плюхается на скамейку рядом с одногруппницей и здоровается со всеми присутствующими. — Все мы знаем, что было бы лучше, если бы не сессия, — бурчит рыжеволосая девушка — Мин Черён — и отпивает баббл ти, довольно жмурясь, когда яблочный шарик лопается на языке и смешивается со вкусом манго. — Кстати, что-то наш сонсэнним задерживается. — Может в пробку попал, — лениво отвечает Кимбл и громко зевает. — Слушайте, я жрать хочу, как скотина. Может у кого-нибудь есть еда с собой? — Не верьте ему! — выкрикивает Чонду. — Он сожрал целую пиццу перед выходом! Ещё и у меня несколько кусочков стащил, мудак! — Ужас, как в тебя столько влазит, — фыркает Джиён и заливается смехом, когда Чо начинает оправдываться. Чонгук со счастливой улыбкой наблюдает за перепалкой одногруппников и наслаждается летним вечером, который он, наконец-то, собирается провести не за зубрёжкой и очередной программой, а в весёлой компании вместе с любимым человеком. Кстати о нём! Старший действительно должен был уже приехать, но, видимо, их утренняя шалость не прошла без следа, из-за чего мужчине пришлось прятать роспись засосов под тональным кремом. Чонгук краснеет от нахлынувших воспоминаний и потирает щёки, чувствуя, как нетерпение наполняет всё его тело. Он снова и снова прокручивает в голове, как нужно себя вести, но моментально всё забывает, когда на горизонте появляется машина старшего. — Смотрите, сонсэнним! — Ванши поднимается с место и направляется к парковке, а за ним гуськом следуют оставшиеся ребята. Чонгук отстаёт на несколько шагов, чтобы дать себе время подготовиться и настроиться, но это даётся с трудом, особенно когда дверь машины открывается и появляется он. Сердце пропускает удар, когда младший видит Сокджина с уложенной чёлкой, которая открывает вид на широкий лоб, в очках с тонкой оправой и лёгким слоем макияжа, освежающим тон лица и придавая ему здоровый блеск. Взгляд Чонгука непроизвольно скользит вниз, о чём он тут же жалеет, когда видит широкий вырез майки, из которого выглядывают крылья ключиц и часть груди. Но окончательно младшего добивают плотные узкие джинсы, которые обхватывают ноги старшего, как вторая кожа, из-за чего становится видна каждая мышца, напрягающаяся при ходьбе. Чонгук шипит и проклинает Сокджина, понимая, зачем тому понадобилось так много времени. Видимо, мужчина решил как следует помучить младшего и выбрал весьма оригинальный и жестокий способ. Чонгук фыркает и ускоряет шаг, чуть ли не врезаясь в спину Кирин, которая, приоткрыв рот, не могла отвести взгляд от преподавателя, вызывая у Чонгука едкое чувство ревности. — Добрый вечер, ребят! — Сокджин кланяется, параллельно ища глазами младшего, и расплывается в улыбке, когда замечает надутые щёки и острый взгляд, от которого мужчину бросает в дрожь. — Итак! Предлагаю сначала оплатить вход, а потом уже разобраться, на какие же аттракционы пойдём. Толпа студентов поддерживает преподавателя громкими аплодисментами, вызывая у мужчины довольную улыбку. Подождав ещё пару минут, пока все опоздавшие соберутся, группа направляется ко входу в парк, где расположены кассовые палатки. Чонгук замедляет шаг, чтобы поравняться с Сокджином, который подмигивает ему и едва ощутимо сцепляет мизинцы, буквально на секунду, но этого хватает, чтобы выбить из головы младшего неприятные мысли и остатки ревности. — Чонгуки, — шепчет старший, пока остальные ребята заняты покупкой билетов, — я люблю тебя. — И я тебя, хён, — Чонгук краснеет из-за внезапного признания и пропускает момент, когда Сокджин покупает билет не только себе, но и ему. — Ты что?! — Тихо! — старший засовывает карточку в задний карман джинсов младшего, и пока никто не видит, сжимает кончиками пальцев аппетитную половинку, из-за Чонгук взвизгивает и покрывается красными пятнами от смущения, когда привлекает всеобщее внимание. — Чон, ты в порядке? — спрашивает Джиён, недоуменно уставившись на замершего парня. — Он просто ударился об угол стола, — отвечает Сокджин, переключая внимание на себя, и заботливо похлопывает младшего по плечу. — Будь аккуратнее, Чонгуки. — Простите, сонсэнним, — Чонгук проклинает старшего, который лыбится довольным мартовским котом и потирает пульсирующую филейную часть. — Ну что, билеты есть, можем начинать веселиться. Сокджин хлопает в ладоши — и толпа студентов срывается с места с восторженными писками, разбегаясь в разные стороны к аттракционам. Старший вспоминает свои студенческие годы, когда был таким же ребёнком с горящими глазами, жаждущими приключений и новых ощущений, и смеётся, когда видит, как Чонгук запрыгивает на спину Вуна и возглавляет колону, направляющуюся прямо к американским горкам. — Не отставайте, сонсэнним, — выкрикивает Кирин и хватает за руку визжащих девочек, убегая в сторону карусели. Сокджин лишь мягко улыбается и присаживается на скамейку, наслаждаясь тем, как солнечные лучи ласкают кожу. Лёгкий ветерок приятно холодит, а шум детей совсем не раздражает, а лишь наоборот вызывает умиление и состояние некой эйфории. Мужчина откидывается на спинку и наблюдает за тем, как девушки таранят друг друга на бамперных машинках, хохоча во весь голос, когда их откидывает назад; как парочка ребят взяли в аренду плед, расстелили его на специальной парковой лужайке и, захватив несколько рожков с мороженым и ведёрко со льдом, играют в карты; как Чонгук откидывает голову от сильного смеха и хватается за живот, опираясь на локоть одного из парней, а потом запрыгивает в кабинку, пристёгивая ремень безопасности и проверяя его несколько раз. Сокджин счастливо жмурится и устраивается по-удобнее, собираясь немного подремать, как бы иронично это не звучало. Мужчина прикрывает глаза и расслабляется, чувствуя, как сладостная нега наполняет его тело. На некоторое время он проваливается в поверхностный сон, но тут на его плечи резко приземляются чьи-то руки, и Сокджин, взвизгивая, подскакивает с места. — Какого чёрта?! — старший тяжело дышит, держась за сердце, и собирается сказать пару ласковых, когда замечает согнувшегося пополам от смеха Чонгука. — Ты идиот?! Я так испугался... — Прости, хён, — младший захлёбывается смехом, из-за чего на его глазах выступают слёзы и появляется икота. — Ты просто выглядел таким расслабленным, и я не смог удержаться. Сокджин фыркает, смотрит по сторонам, подмечая, что все студенты из группы при делах и на них никто не обращает внимания, и тащит Чонгука в комнату страха. — Хён? — младший смущенно смотрит на спину старшего, который лавирует между посетителями и в мгновение ока покупает два билетика, пропуская Чонгука вперёд. — Куда мы? — Цыц, — Сокджин хлопает младшего по заднице, из-за чего тот всхлипывает и сразу же закрывает ладонью рот, вызывая у мужчины смешок. — Интересно. Чонгук чувствует, как краснеют кончики ушей и горят щёки. Сокджин, как назло, победно ухмыляется и берёт младшего за руку, утаскивая вглубь комнаты. Пробравшись сквозь чучела, зомби и окровавленные манекены, Сокджин ощупывает стену, пока не натыкается на ручку двери, за которой прячется маленькая комнатка, в которой не то что два человека не поместятся, но и одному разгуляться сложно. Мужчина заходит первым и подаёт руку Чонгуку, притягивая его к себе и захлопывая дверь. — Ну и что мы здесь делаем? — шепчет младший, положив подбородок на плечо старшего и обхватив руками его талию. — И как ты вообще нашёл это место? — Подрабатывал здесь пару раз, пока был студентом, — Сокджин понижает голос, выдыхая горячий воздух прямо на ухо младшего, из-за чего тот вздрагивает и прижимается своими бёдрами к его. — А здесь мы потому что кто-то очень плохо себя вёл. — Чёрт, — Чонгук покрывается мурашками и прикусывает губу, чувствуя острое возбуждение. — Ты... хочешь наказать меня? — Блять. Сокджин рычит и впивается в губы Чонгука поцелуем, сразу же проникая языком в горячий влажный рот. Младший протяжно стонет, впиваясь пальцами в напряженные руки мужчины, пока ладони Сокджина скользят вниз к заднице, сжимая её несколько раз, и останавливаются на аппетитных бёдрах, которые одним своим видом сводят с ума. Старший на секунду разрывает поцелуй, наслаждаясь видом тяжело дышащего Чонгука, и подхватывает младшего на руки, заставляя оплести ногами свою талию и скрестить лодыжки. Чонгук всхлипывает, когда его пах проезжается по пряжке ремня старшего, надавливая на чувствительную плоть. — Ты с ума сошёл, — томно выдыхает младший, когда ладонь Сокджина задирает его майку, засовывая полы за воротник, чтобы открыть доступ к телу. — Будто ты против, — усмехается старший и оставляет поцелуй над пупком, нежно прикусывая кожу, из-за чего член Чонгука начинает пульсировать. Младший не успевает ответить, потому что губы Сокджина накрывают затвердевшую горошину соска и мягко всасывают кожу, из-за чего Чонгук не может сдержать вскрика и начинается извиваться в руках старшего, хныкая и прося большего. Мужчина дразнит языком чувствительный комочек и переключается на второй сосок, чувствуя дрожь в теле младшего. Сокджин отрывается от груди с громким чпоком и, разрывая языком натянувшуюся ниточку слюны, вжимает младшего в стену, начиная плавно двигать бёдрами так, чтобы их члены максимально соприкасались. Причёска младшего выглядит растрёпанной, а сам Чонгук задыхается от нехватки воздуха и накатывающих волн возбуждения, которые затапливают разум с каждым новым толчком. Ладони Сокджина бережно скользят по подтянутому телу, ласково обводя рёбра и снова добираясь до бешено вздымающейся груди. Голова младшего мечется из стороны в сторону, а нижняя губа начинает кровоточить из-за того, как сильно тот впивается в неё зубами. Мужчина ускоряет движения бёдрами, из-за чего трение и давление становится невыносимо идеальным, и Чонгук запрокидывает голову, случайно ударяясь ею об стену. Губы Сокджина находят губы младшего, втягивая его в развязный поцелуй, пока пальцы старшего играются с горошиной соска и резко скручивают её, вынуждая Чонгука укусить старшего, чтобы подавить громкий вскрик. — Я... сейчас кон..чу... Чонгук рвано выдыхает, чувствуя, как пульсирует низ живота, а головка члена хлюпает от большого количества предъэкулянта и неприятно липнет к коже. Младший закрывает глаза, когда напряжение достигает апогея, и сжимает талию Сокджина сильнее, не давая ему возможности отстраниться. Старший смаргивает пелену и начинает сбиваться с ритма, чувствуя, как его собственный член становится невыносимо тяжелым, а пульсация приносит боль вкупе с удовольствием. Спустя несколько особенно резких и сильных движений тазом слышится громкий вскрик Чонгука, который он пытается заглушить ладонью. Тело младшего повисает на крепких руках Сокджина, который кончает вслед за младшим, утыкаясь лбом в его плечо, и тяжело дышит, чувствуя дрожь в руках и ногах. Чонгук хныкает, когда мужчина помогает расцепить затёкшие ноги и поставить на землю, придерживая за талию, чтобы тот не свалился. — Хён, — младший загнанно дышит и вздрагивает, когда ткань боксёров начинает намокать. — Может у тебя есть салфетки? — Нам повезло, что есть, детка, — Сокджин трясущейся рукой лезет в задний карман джинсов и достаёт небольшую упаковку влажных салфеток. — Я позабочусь о тебе. Чонгук устало опирается на несчастную стену и помогает старшему стянуть с себя джинсы, чтобы убрать весь беспорядок, который они навели. Закончив с младшим, Сокджин вытирает себя и складывает грязные салфетки в пустую упаковку, чтобы не оставлять улик. — Ты в порядке? — старший бережно проводит ладонью по раскрасневшейся щеке и поправляет растрёпанные волосы. — Как себя чувствуешь? — Всё хорошо, — Чонгук мягко и расслабленно улыбается, нежно целуя уголок губ старшего. — Правда, кушать теперь хочется. — Большой ребёнок, — Сокджин хихикает и притягивает Чонгука к себе, крепко обнимая. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, хён, — младший довольно жмурится и несколько раз прижимается губами к пульсирующей жилке на шее. — Спасибо за наказание. Мне очень понравилось. Сокджин хохочет уже в голос и берёт Чонгука за руку, открывая дверь и выбираясь наружу. Прикрыв дверь холстом ткани, мужчина ведёт младшего за собой к запасному выходу, выбрасывая салфетки в мусорку рядом с восковой фигурой ведьмы на метле. — Знаешь, всё немного пошло не по плану, — шепчет Сокджин, когда они выходят из комнаты страха и оказываются в тени большого дерева, скрывающего их от лишних глаз. — Я думал довести тебя, но не дать кончить и уйти. — Боже, а вот это действительно ужасно, — Чонгук надувает щёки и бьёт старшего кулаком в плечо, умилительно складывая руки на груди. — Ты, правда, хотел поступить так со мной? — Хотел, но... — Сокджин притягивает младшего к себе, бережно сжимая ладонями узкую талию, и горячо шепчет на ухо: — Я не смог отказать себе в удовольствии видеть то, как сладко ты кончаешь. — О, господи, я тебя ненавижу, — щёки Чонгука вспыхивают румянцем, и он смущённо хихикается, пряча лицо. Сокджин не может сдержать широкую улыбку, чувствуя, как его снова затапливает приливом любви и нежности, и крадёт ещё один поцелуй с опухших губ Чонгука. Младший хочет углубить поцелуй, но мужчина резко отталкивает его, немного оттаскивая в сторону. — Сонсэнним! Спустя секунду из-за поворота показываются несколько взволнованных студентов. — Боже, вот вы где! Всё в порядке?! Вы пропали, и мы так сильно испугались! — обеспокоенно тараторит Кирин, переминаясь с ноги на ногу, а потом переводит взгляд вбок. — Ой, Чонгуки, ты тоже тут... — Эм, да... — Чонгук смущенно трёт шею и пытается незаметно поправить съехавшую футболку. — А почему вы такие взъерошенные? И красные? — из-за спины девушки появляется Риук, который пристально осматривает парней. — Чем вы занимались? Повисает напряженная тишина. Сокджин пытается придумать хоть одно нормальное оправдание, но в голове лишь пустота. Мужчина переводит беспомощный взгляд на Чонгука, который находится в таком же ступоре, и чувствует, как сердце уходит в пятки. — Комната страха! — неожиданно выкрикивает Чонгук, пугая этим Сокджина. — Мы были в комнате страха... Сонсэнним, могу ли я рассказать? Понимаю, это стыдно... Но мы же все свои! — Эм, — Сокджин нервно чешет затылок, не понимаю, о чём вообще идёт речь. — Ну конечно... — Спасибо! — Чонгук хлопает в ладоши, привлекая внимание. — Ри, помнишь я оставил вас после американских горок, чтобы найти сонсэннима? — младший дожидается, пока одногруппник кивнёт, и продолжает: — Так вот, я нашёл его! Он сидел на лавочке и гипнотизировал взглядом вывеску с комнатой страха. Как оказалось, сонсэнним очень хотел побывать там, но боялся идти один, поэтому я решил составить ему компанию! — Ладно, но это не объясняет ваш внешний вид, — мямлит Кирин, ревностно переводя взгляд с преподавателя на Чонгука. — Не перебивай, я ещё не закончил, — фыркает младший и хмурится, замечая, как Кирин буквально раздевает взглядом его парня. — Мы выглядим так, потому что бежали через всю комнату. Просто... Правда, сонсэнним, простите, но я должен открыть эту страшную тайну... Понимаете, когда мы только зашли, всё было хорошо. Никаких ужасающих и пугающих вещей, банальные и примитивные страшилки, но потом... Прямо перед нами выскочил человек, полностью облитый кровью, с кишками навыворот, и пронзительно закричал. И вот в этот момент... Сонсэнним так сильно испугался, что рванул с места, при этом схватил меня и потащил за собой. И Вы так сильно визжали, сонсэнним. Клянусь, Вы почти перешли на ультразвук. Правда, простите, что приходится это говорить, но больше я с Вами в комнату страха не пойду. Сокджин с открытым ртом смотрит на притворно возмущающегося Чонгука и хочет зацеловать его прямо здесь и сейчас. Он даже додуматься до такого не смог бы, но, кажется, остальные ребят поверили в эту историю, потому что спустя считанные секунды Риук заливается смехом и его поддерживают остальные студенты, вынуждая Сокджина покраснеть и спрятать лицо в ладонях. — О боже мой! — девочки хватаются за животы, присаживаясь на корточки от хихиканий, пока парни задыхаются от нехватки воздуха из-за неконтролируемого смеха. — Всё в порядке, сонсэнним? — Кирин обеспокоенно подходит к преподавателю и нежно поглаживает плечо, а после злобно смотрит. — Как вам не стыдно насмехаться над страхами человека?! — Выдохни, Кир, — расслабленно говорит Кимбл, который до этого момента молчал. — Мы попросили объяснить, нам всё рассказали. Сонсэнним, если мы как-то Вас задели, то простите пожалуйста, мы, правда, не со зла. — Всё в порядке, ребят, — Сокджин мягко улыбается и сам начинает смеяться. — Это был очень травмирующий опыт, поэтому больше в такие комнаты я не ногой. Но... Надеюсь, это всё останется между нами. Вы же знаете, преподаватели — те ещё сплетники. Если узнают об этом, то жизни спокойной не дадут и будут подкалывать на каждому шагу, чего мне бы очень хотелось избежать. — Конечно, сонсэнним, — Кирин активно машет головой и ласково проводит ладонью по плечу преподавателя, вынуждая Сокджина неловко поморщиться и избежать повторного касания. — Это останется только между нами. — Давайте возвращаться, потому что мой телефон разрывается от гневных и обеспокоенных сообщений, — перебивает всех Риук и, схватив за руку Кирин и Кимбла, направляется в сторону парковой лужайки, где собралась остальная группа. Чонгук сдавленно выдыхает и становится рядом с Сокджином, чувствуя, как по тыльной стороне ладони нежно проводят кончиками пальцев. Младший улыбается, принимая благодарность, и бежит вперёд, чтобы с громким кличем запрыгнуть на спину одногруппнику. Сокджин чувствует, как страх наконец-то отступает, и вдыхает полной грудью с одной лишь мыслью: "Пронесло..."