Тени Метрополиса

Мегамозг собирался в безумной спешке, громко шлепая босыми ногами по полу и гремя оборудованием. Лабораторное эхо тут же превращало эти невинные звуки в ужасающий грохот. Осоловело моргающий Прислужник выбрел на шум и теперь сонно потирал аквариум огромной ладонью, пытаясь вспомнить: кто он, где и зачем. Встревоженные роботы то и дело попадались изобретателю под ноги. Словом, все это грозило затянуться до бесконечности… А дело было вот в чем. Позавчера Метромэн поведал сопернику свою печальную историю и тот вернулся домой одновременно растерянным и обнадеженным. В глубокой задумчивости он какое-то время бродил по лаборатории мешая роботам и Приспешнику, после чего уснул, неловко свернувшись в кресле, где его едва нашли под ворохом чертежей. На следующий день преступного гения охватило чрезвычайное оживление. Он словно одержимый метался по лаборатории, принимая участие буквально во всем. Поражая своего единственного соратника, Мегамозг затеял генеральную уборку, перебрал и кое-где подправил старые проекты. Но начать что-то всерьез у него не хватило запала. К полудню изобретатель начал искоса поглядывать на дремлющий экран телевизора. Вот-вот должен бы начаться выпуск новостей с Роксаной Риччи. Взглянуть бы на нее хоть одним глазком, хоть так… Видя метания Босса Прислужник на мгновение погрустнел, но тут же бодро взмахнул плавниками. Нужно ковать железо пока горячо! И маленький пришелец с поразительной ловкостью возникнув между телеэкраном и лучшим другом начал в красках описывать новый заказ для «М&М». В общем-то он и не надеялся что Босс поведется на его игру, но изобретатель был рад вырваться из цепких пут воспоминаний. Что такое «М&М»? Все очень просто. «Ремонтная мастерская Мегамозг и Миньон» - единственная прибыльная идея бывшего злого гения. В случае Грозы Метрополиса злодейство оказалось крайне невыгодным занятием, он слишком любил портить нервы Метромэну, чтобы отвлекаться на такие прозаические вещи как ограбления и финансовые махинации. И вообще это было как-то очень скучно. А оборудование и материалы все равно нужно где-то брать, вот и появился маленький, но абсолютно легальный бизнес. Всеми делами заведовал Прислужник, ремонтом занимались роботы. Все было отлично за вычетом того что изобретатель в этом не участвовал - слишком много времени проводил в муниципальной тюрьме. Итак, в дальнем углу лаборатории за высокой яркой ширмой, раскрашенной с подачи Прислужника, кипела работа. Перемигиваясь сигнальными лампочками, роботы возвращали в первоначальное состояние стиральные машины, микроволновки и пылесосы. А посреди всего этого царственно возвышался разобранный диджейский пульт. Единственный на памяти Мегамозга заказ подобного рода. Всю свою жизнь злой гений конструировал оружие. Из всего. Единственным шагом в сторону был невидимый автомобиль, а потом не было то времени, то желания. Проекты пылились, идеи не находили выхода, изобретатель не развивался. Диджейский пульт откровенно демонстрировал переплетение цветных проводов. Это был вызов. И Мегамозг принял его. Под восхищенным взглядом Прислужника, бывший злодей послал робота за своими личными инструментами и углубился в электронные внутренности «пациента». К вечеру, когда пульт вновь начал работать, а роботы разложили готовые заказы по ящикам, изобретателя потянуло на усовершенствования. Он с удовольствием демонстрировал слегка потускневшие навыки и давно заброшенные идеи в его голове наполнялись жизнью. Наконец его осенило как превзойти примитивную человеческую технологию. О, какой сложный инструмент он мог бы создать! Работа затянулась до середины ночи. Изобретатель и его помощник, на ходу перекусывая бутербродами, и подшучивая друг над другом, создавали нечто грандиозное. Наконец обоих сморил сон. Прислужник засыпал счастливым – наконец-то Босс вернулся в норму. И вот теперь подхватившись ни свет ни заря Мегамозг неизвестно почему носился по лаборатории с удочкой наперевес. Прислужник даже не догадывался что у них такое есть. Удочки безотчетно вызывали в нем неприятные ассоциации. На ходу бросив заспанному другу невразумительное «пока», Мегамозг пулей сорвался с места. Оглушительный рев мотора был последним звуком который услышал Прислужник прежде чем заснул, прислонившись к косяку. Бывший злодей целеустремленно петлял по улицам Метрополиса, дорога вела его за город. Вид у изобретателя был еще тот: красные глаза, криво надетый помятый плащ и странное решительно-раздраженное настроение. Мегамозг ехал отдыхать. И не просто так, а со своим злейшим врагом. С самой большой занозой в заднице, которою он встречал за всю свою жизнь. Ну ничего встряска полезна. Рыбалка, от и до, была идеей Метромэна – большого поклонника здорового образа жизни. Злой гений не разбирался в таких варварских видах отдыха, впрочем, и в отдыхе цивилизованном тоже. Все как-то не до того было: то крал Роксану, то ввергал Метрополис в панику, то получал на орехи от Метромэна… В общем не будем о плохом. Нет ничего особенно сложного в том чтобы поймать рыбу с помощью палки с крючком и этой… как ее… ниточкой. Смутное беспокойство шевелилось на дне сознания злого гения и он стремился затолкать мерзкое чувство еще глубже. Метромэн всегда превосходил его… В целях повышения боевого духа Мегамозг принялся подсчитывать. Вот он признанный герой Метрополиса, гениальный изобретатель и просто душка. А что напротив? Неудачник, загубивший блестящую карьеру, ради дурацкой мечты, живущий вдали от города. Одинок, официально мертв, из общества только мать(иногда, по телефону). Изобретатель ощутил как глаза опаляет стыдом. Вот они легенды Метрополиса – взрослые состоявшиеся люди – одинокие, несчастные неудачники. Впервые равные хоть в чем-то. Миниатюрное здание старой школы трогательно смотрелось в розовой дымке занимающегося восхода, эдакий пряничный домик. Метромэн с комфортом расположился на крыльце, попивая утренний чай из сахарно белой чашечки. Вид он имел подозрительно цветущий, хоть сейчас на передовицу. На встрепанного гения он никак не отреагировал, только подозрительно хрюкнул в чашку, прежде чем протянуть руку для приветствия. Прохладные запахи зелени и росистой травы окутывали дремлющий пейзаж, редкие птицы перекликались в легкой серебристой дымке. Мегамозг от греха подальше отключил невидимость автомобиля, чтобы не искать его ощупью, не забыть бы придумать что-нибудь на такой случай. Теперь его вечный соперник имел возможность полюбоваться хищными изгибами маслянисто-черного «железного скакуна». Бывший герой восхищенно оглядел то что находилось на границе между транспортным средством и произведением искусства, но промолчал. Забросив пухлую спортивную сумку в багажник, он обосновался на переднем сидении с такой непринужденностью, словно всегда ездил на машинах супер-злодеев. Мегамозг безуспешно пытался поправить костюм, впивавшийся то там то сям, но потерпел фиаско. Смирившись, он сел за руль и тут же почувствовал себя личным водителем рок-звезды. Мерзкое чувство если честно. Тем временем бывший герой взялся руководить поездкой, доводя Мегамозга до белого каления. Когда поток советов иссяк, и злой гений почти пришел в гармонию с собой и вселенной, Метромэн хозяйским жестом включил магнитолу, и принялся подпевать радио. Мир окрасился алым, гнев клокоча поднимался вверх по горлу, распирал грудь и вдруг… Словно кто-то щелкнул выключателем. Злость исчезла, унеся с собой остальные эмоции, цвета поблекли, звуки затаились. Мысли погрузились в вязкую муть безразличия. - Эй, мы проехали поворот. – Раздраженно и явно не в первый раз произнес какой-то голос. Мегамозг обвел обладателя голоса ничего не выражающим рыбьим взглядом и сомнамбулически притормозил у обочины. - А? – Уточнил злой гений. И бывший герой с беспокойством вгляделся в его побледневшее лицо. - Ты приболел что ли? – Участливо спросил он. – Сказал бы сразу, рыбалку можно и отложить. Давай я тебя домой доправлю, только учти, водить я не умею, так что твоя машинка немного полетает. - Как не умеешь? – невпопад спросил изобретатель, потихоньку выныривая из мутных вод оцепенения. - Ну сверх-сила не всегда удобная штука. – Пояснил бывший герой. – Так что, куда лететь? - Никуда. – Отрезал злой гений, окончательно вернувшийся в чувство. – Со мной все нормально. Так где там твой поворот? После этого выяснилось, что чудо техники, любимое детище бывшего Ужаса Метрополиса, задуманное как автомобиль внедорожник, позорно буксует на скверной грунтовке. Зверь-машина застряла и на возмущение хозяина отзывалась лишь безрезультатным низким гулом. Спустя десять минут Мегамозг махнул рукой и позволил сопернику легким движением извлечь автомобиль из песка. Поддавшись бравурному настроению, Метромэн пронес его еще пару десятков метров. Но бывший злодей почему-то такой способ передвижения не оценил. Возмущался и несолидно грозил кулаком из кабины. На этом приключения закончились и они добрались до озера. У водоема было какое-то заковыристое название на языке аборигенов, но его никто не помнил. Озеро и озеро, иногда с большой буквы. И вообще, главное, что оно было красивое. Если бы Мегамозг был поэтом, непременно сказал бы гораздо больше слов, но все усилия его великолепного разума были направлены на создание разнородных гаджетов и только. А вот Метромэн был поэтом, хотя об этом пока никто не знал, поэтому он молчал, стараясь вобрать в себя всю красоту этого дикого места. Хорошо что какой-то умник запретил здесь любые постройки, иначе любоваться было бы уже нечем. Не оправдавший надежд хозяина автомобиль загнали в кусты и бывший герой уверенно направился вдоль высокого обрывистого берега огибая заросли тёрна постепенно спускаясь к воде по каким-то звериным тропкам. Мегамозг опасливо пробирался следом. Следов человеческого присутствия почему-то не попадалось. Вода была как ртуть - огромный котлован, заполненный текучим зеркалом. Резные тени деревьев, шепот камышовых метелок, узкие стрелки рогоза и запах земли. Почти не выбиравшийся за город изобретатель ощущал, что оказался в ином незнакомом мире. И пока злой гений вертел головой, Метромэн готовил место по всем правилам суровой рыболовной науки. Мегамозг упорно делал вид что «он тоже отлично разбирается во всей этой ерунде». Не состоявшийся Мьюзикмэн не вмешивался. Леска путалась, наживка уползала, изобретатель шипел ругательства себе под нос. Но подпорченная горе-автомобилем репутация не позволяла сдаться так легко. Видимо бывший герой Метрополиса это понимал. Он ловко забросил удочки и, сев на замшелое бревно, стал ждать. Терпение Мегамозга закончилось раньше, чем у рыб появился аппетит. Безнадежно отложив мохнатую путаницу лёсы, он негромко обратился к вынужденному товарищу. Это была просьба о помощи. Слова выталкивались из горла тяжело, словно камни. Холодное склизкое почти забытое чувство свивало кольца около сердца. Мегамозг ожидал насмешек. Это было так давно и они были совсем детьми, но… Прошлое это не та вещь, которую можно просто отставить в сторонку когда понадобится. Метромэн ободряюще улыбнулся. - У всех сначала так. – Сказал он и подвинулся, уступая старому сопернику вторую удочку. Путаницу же он с позволения владельца утащил к себе на колени, явно не считая ситуацию безнадежной. Рыбалка занятие для людей особого склада. Ты приходишь, скрупулезно готовишься, а потом ждешь, ждешь, ждешь… Мегамозг наблюдал за тем как плавно покачивается поплавок в плену по-летнему теплых волн. Озеро текло куда-то влево, а берег уплывал в даль, покачиваясь словно лодка… Когда бывший злодей уснул, Метромэн счел за лучшее не беспокоить его. Он неторопливо вдыхал в себя этот день, это место… Но в веренице спокойных мыслей одна настойчиво требовала внимания. Как сжался бывший злодей прося о помощи, словно пощечины ожидал. Из-за такой ерунды… И чья это спрашивается вина? « Я бросил город который любил меня, я разорвал все связи, какими бы крепкими они ни были, а теперь тащу в свою жизнь человека который меня боится …» размышлял мужчина. « Давно пора начать замечать что-то кроме своего отражения». Убаюкивая голодную совесть, он поудобнее устроил спящего изобретателя и позволил своим мыслям растворится в шепоте листьев. Когда злой гений проснулся солнце застыло на середине небосклона, словно приколоченное гвоздями. У светила был обеденный перерыв, да и сам изобретатель не отказался бы. Метромэн сидел рядом, подобравшись словно кот. Он смотрел в одну точку и в перекрестье его взгляда подрагивал поплавок. Мегамозг расслышал слабое бормотание: -Рано… рано… еще чуть-чуть… - С каждым словом глаза бывшего героя все ярче вспыхивали азартным блеском. Он потихоньку вытащил удочку из развилки, стараясь не натягивать леску, и, как только поплавок ушел под воду, резко дернул удочку на себя. Рыбина показалась над водой и тут же ринулась на глубину, сражаясь за собственную жизнь. Высунув кончик языка от старания, Метромэн медленно, метр за метром, подтягивал добычу поближе к берегу. Когда до берега оставалось совсем немного, он перехватил леску одной рукой, подтягивая натянувшуюся, словно струна, привязь жертвы. Его глаза приобрели пугающе сосредоточенное выражение… И в этот момент пойманная рыба рванулась изо всех сил и с громким плеском сорвалась с крючка. Только круги остались танцевать на воде. Метромэн удивленно моргнул и вдруг раскатисто расхохотался. - Вот чертовка! – Восхищенно воскликнул он оборачиваясь к изобретателю. Тот отмер, обнаружив, что сдерживал дыхание все это время. - Ты не использовал свои способности. – Изумленно сообщил Мегамозг. – Совсем. Метромэн широко улыбнулся и хитро предложил: - Хочешь попробовать побыть человеком? Злой гений кивнул прежде чем мысль окончательно оформилась в его голове. А потом. Потом было много чего. Был крючок, намертво застрявший в прибрежной коряге и оставшийся там навечно, он стоил Мегамозгу мокрых сапог и очередного удара по самолюбию. Была первая пойманная рыба, которая выскочила из рук и резво ускакала домой. И был смех. Много смеха. Первые каркающие звуки вырвавшиеся из горла изобретателя дали обоим понять как давно он искренне не смеялся. Было легко. Слепящее солнце, теплая вода, первые желтые огоньки в кронах и свобода. Как мало нужно было для счастья - получить карасем по носу, только и всего. Похоже, этот был тот же самый воинственный карась. И груз воспоминаний, пусть ненадолго, перестал давить на плечи. Они стали просто людьми напрочь позабывшими о прошлом и будущем, сбывшемся и невозможном. Они жили сейчас, именно в это мгновенье. Голод, настойчиво стучащийся в заднюю стенку черепа, напрочь разрушил всю лирику и легенды Метрополиса взялись за ревизию припасов. На двоих насчитывалось два бутерброда с сыром, термос чая початый пакет тянучек и черствый пончик. Куда все это исчезло в следующие три минуты не заметил бы даже самый внимательный зритель. Да сытой расслабленности, конечно же, было далеко, но рыб решили пощадить. Хотя валяющийся повсюду хворост действовал искушающе. Поднаторевший в древнем искусстве рыбной ловли Мегамозг затеял с бывшим героем спор на последнюю тянучку, которая нашлась в захламленном бардачке. Спор был прост и знаком всем мальчишкам от шести и до восьмидесяти, и звучал так «Кто больше?». Но обитатели озера наотрез отказались связываться со спорщиками и к подозрительному берегу не приближались. Рыбу прикормили бутербродными крошками – на будущее, и уехали. На обратной дороге Метромэн снова принялся фамильярничать со злодейским радио. И, вскинувшийся было, изобретатель вынужден был смириться с этим как с неизбежным злом. Голос у наглеца действительно был хорош, хоть он и перевирал слова большинства песен. Посвежевшие и самую чуточку «другие» они тепло попрощались, новую встречу назначили в будущую субботу. Оставив позади «пряничный домик» Метромэна (ассоциация оказалась очень стойкой), изобретатель неторопливо возвращался в город. Ему было о чем подумать.