utopia

Приоткрыв массивные двери и запуская младшую внутрь здания, оба парня кротко поцеловали ее в лоб и отправились на занятия. На самом деле Тэнэ сам не понял зачем сделал это, а после Эбэль смотрела на брата глазами полных ожидания и ему пришлось тоже чмокнуть ее. Парни шли, говорили о каких-то домашних проблемах, думали, что нужно купить из продуктов, да и вообще выглядели как замужняя пара. А у обоих в головах была пустота. У Кёнига от признания, а у Келлермана от принятия того факта, что он начал что-то испытывать к другу. «Другу» — ха-ха. Теперь даже ему это слово кажется совсем неуместным. Их беседа не затрагивала ни тему поцелуя в женской общаге, ни тему вчерашнего фильма. Тэнэ не сердился или что-то типа того. Он и сам понял, как непросто принять то, что при виде какого-то человека у тебя начинает биться сердце в миллион раз сильнее, вырабатывается куча гормонов и рой мух в животе. Или бабочек? «У него бабочки в животе» — звучит просто отвратительно, а «рой мух» — отчаянно. Никто не любит мух, они разносчики болезней и просто раздражают. Брюнет не думает, что Дэмон рад своим же собственный чувствам. Ему тяжело. И ему, и самому Тэнэ. Да, тот в кого он влюбился, что-то там признал, но его же фраза — «какого черта ты вообще родился» не сулит ничего хорошего. Вряд ли он сможет принять это и радоваться жизни, лишь смириться, каждый раз заталкивая все эмоции все дальше и дальше, чтобы осталась серая оболочка. Дэмонтаниэль не такой как Тэнэ — он очень простой, но в тоже время до безумия сложный. Пока Тэнэ размышлял, успевая одновременно и отвечать Келлерману, да еще и что-то рассказывал, они подошли к ларьку. Стандартный заказ: два американо и латте. Несколько минут ожидания, вперемешку с любопытством. Купюры на стойке и… Разочарование. — Дэм, что у тебя на стакане написано? — Выглядя как черная туча, вопросил брюнет, замедляя шаг и поворачивая голову к русому. Факт того, что помимо обычных рисунков на его стаканчике ничего нет немного пугал. Этот Мэтью казался странным и всезнающим. Доставал с самого начала семестра. Именно поэтому пустой стакан слишком сильно пугал. Что такого произошло? Кофе он делал столько же времени сколько и обычно, так же улыбался и смотрел придурочными глазами. — Мм… — Быстро сделав глоток, светловолосый прокрутил стакан в руках, затем нахмурился и осмотрел еще раз. — Ничего. — Разочаровано, но явно пытаясь это скрыть, ответил он, а Тэнэ грустно вздохнул, но Дэмон этого уже не увидел. — А у тебя? — Вопросил он, с любопытством поглядывая на кофе в руках парня. — Тоже. — Равнодушно ответил брюнет, скрывая свои эмоции. " — Странно это как-то… " — про себя сказал он, глядя на Академию, к которой приближались. — И вправду, странно. — Произнес русый, а Тэнэ застыл (не на месте, а в голове). Он что, сказал прошлую фразу вслух? Твою мать. Если бы у Келлермана были мозги — человеческие, а не куриные — он бы, возможно, задумался и понял, что вообще выкинул Кёниг. Но нет. Его это ни капли не смутило. Или так только кажется? Когда они уже собирались войти в здание, сзади подлетел Кица (было не понятно кто это, но так делает только Лавэнэ, ведь другие не испытывают своё бессмертие, которого у них нет). Быстро пихнув все еще теплый стаканчик с латте ему в руки, Тэнэ вошел в Академию, Дэмонтаниэль последовал за ним. Оба парня не хотели видеть белобрысого после его вчерашней выходки в общаге. Никто не сомневался, что это дело рук Кицы, ведь Лия вряд ли бы сама до такого додумалась, а этот, у которого мозги из (секса) ваты, мог бы. Да и их постоянные обжимания с шатенкой уже о чем-то говорили. Звонок прозвенел почти сразу после того, как троица вошла в класс. Почти никто не придал их присутствию какого-либо внимания, все однокурсники знали, что в странно-Академии — странные учащиеся. То с окон прыгают, то двери в класс выбивают. Смешно то, что это сделал лишь один Келлерман, а Тэнэ с Лавэнэ ведут себя как примерные ученики, не считая некоторых пропусков, которые Кёнигу теперь нужно замаливать, а Кице просто плевать. Взгляд сразу упал на Сансу, которая обворожительно (как считала только она) улыбалась Дэмону и с легкой ноткой презрения осмотрела брюнета. Переводя взгляд на Киру, Тэнэ легко и измученно улыбнулся. Русый, заметив блондинку, быстро отвел взгляд, глядя лишь на парту, за которой они сидят. Это не укрылось и от Кёнига, а в сердце потеплело. «Злорадство — наш хлеб». Скрывая собственную улыбку, опуская голову в пол, парень прошел к своей парте и уселся рядом с Келлерманом. Крициан по другую сторону от проклятого, скучающе оглядывая всех присутствующих. Подмигнув Лие, он вернул взгляд вещам перед собой и равнодушно пролистал тетрадь, открывая чистый лист. Пока все записывали конспект, блондин изредка делал какие-то пометки, поглядывая на шатенку, легко улыбался, когда она ловила его взгляд и рисовал на полях. Маленькие аккуратно выполненные рисуночки без какого-либо смысла. Он рисовал изящные глаза, цветы, каких-то монстров. В голове крутились некоторые мысли. Нужно позвонить Эбэль, не забыть купить ей горячий шоколад и билет в кино. Они с мелкой сдружились, что являлось чем-то очень странным. Лавэнэ не педофил (господи-боже), ему не нравится Келлерман-младшая в подобном плане, но она хороший, хоть и очень странный, друг. По началу она заставляла его докладывать обо всем, что происходит между ее братом и другом, угрожая сестрой. Потом это стало чем-то слишком привычным. Девочку никак не ограничивали в общении с кем-либо, не ограничивали ее личное время. Она спокойно может пойти погулять на весь день, лишь изредка нужно писать родителям и брату где она и все ли в порядке. Да, ее водили и забирали из школы, но все остальное время она могла делать все, что ей вздумается. Например, пойти в кино с восемнадцатилетним (слегка озабоченным) однокурсником своего брата, которого до этого шантажировала, а позже подружилась с ним. Кице нравилась Лия, она немного похожа по характеру и стилю мышления. Прикидываться богатой дурочкой перед другими — ее любимое занятие (Крициан же ведет себя слишком откровенно, хотя на самом деле не является таким отбитым). Эбэль помогала какими-то советами, хотя совсем не ясно откуда у мелкой девочки-подростка такие познания. Она тоже совсем не такая, какой кажется или хочет казаться. Несмотря на столь небольшой возраст, она знает много о взаимоотношениях людей и немного шарит в психологии. В отличие от своего старшего брата она очень наблюдательная и умеет делать правильные выводы. Мелкая первее всех узнала о чувствах Тэнэ, страхах Лавэнэ и тупости Дэмона. Она умеет поддерживать и утешать, и кажется… она лучшая подруга Крициана? В общем, Эбэль — это много знающий, мудрый и умный ребенок, который ведет себя совсем не так, как должна бы, если учитывать ее возраст. С ней приятно разговаривать, а у блондина таких людей — с которыми можно поговорить — всего два, и мелкая одна из них. * После нескольких пар, когда живот Тэнэ издал звук умирающего тюленя, было решено спуститься в столовую. Огромная порция для Кёнига, салат для Келлермана и что-то слишком сладкое, даже взгляда на это хватило бы, чтобы заработать диабет, для Кицы. Несмотря на то, что Тэнэ теперь нормально питается, у него часто из-за учебы не удается поесть вовремя и включается режим голодного, хотящего убить всех волка. Как только их задницы коснулись мягкого дивана, вокруг стола образовались три фигуры: Блондинка, шатенка и сладкая вата розоволосая. «Какая разница, все равно им сесть негде…» — Подумал Тэнэ, огромными глазами смотря на трех несчастных первокурсников, что тащили такой же красный диван, на котором сидит троица, к их столу. Чтобы пообедать вместе они принесли диван. Заставили кого-то принести диван. — Приятного аппетита! — Вскрикнула Санса, один раз хлопая в ладоши и садясь напротив Дэмонтаниэля. Он лишь скучающе посмотрел на ее, возвращая внимание салату, к которому еще и не притронулся. Девушку это не порадовало, возможно, на ее лице промелькнула толика грусти, но быстро скинув ее, девушка вновь улыбнулась уже более натянуто, нежели счастливо, как было до этого — И вам… — Тихо пробормотал Тэнэ, который до этого надеялся, что получится спокойно поесть, а не выслушивать чью-то болтовню. Кёниг любит ночь. Кёниг любит тишину. И Кёниг не любит Сансу. Слишком легкомысленная, шумная, раздражающая и упертая. Она просто не нравится брюнету (и вовсе не из-за Дэмона. Конечно нет) Лия села напротив блондина, а Кира напротив Тэнэ. Скорее всего, это все было продумано. Все ели, и лишь Лия сидела в телефоне, хотя и не жаловалась. — Нет, он слишком уж сладкий. — Выдохнул Лавэнэ, облокачиваясь на спинку дивана. Шатенка, оторвав глаза от экрана мобильника, с прищуром посмотрела на парня. Она сразу поняла, что это своего рода предложение и молча встала, отправляясь к стойке с столовыми приборами. Вернувшись к столу с вилкой, она молча приступила к десерту, а на лице Кицы появилась широкая и немного ехидная улыбка. «Совет от Эбэль №1: Если не знаешь, как начать общение с человеком — предложи ему еду» * В столовой было привычно шумно. Все уже поели и просто сидели и разговаривали. Вся компания что-то обсуждал, и лишь Тэнэ не хотел принимать в этом участия, просто слушал, думая и наблюдая. Такое поведение стало вполне нормальным для него и однокурсники привыкли к этому. Все время он чувствовал прожигающий взгляд девушки напротив. Кира разглядывала его, думая, что делает это незаметно. На самом же деле Тэнэ все знал и видел, но специально старался смотреть в одну точку, чтобы не смутить розоволосую, и чтобы она не думала, что парень пытается ее как-то избегать. Кира мила, добра и с ней интересно разговаривать, но Кёниг никогда бы не думал о ней, как о ком-то большем чем просто подруга. Санса открыто пялилась на Дэмона, и это уже видели все. Тот не обращал на нее никакого внимания и, видимо, девушку это злило. Стараясь максимально не показать своего недовольства, она продолжала натянуто улыбаться и фальшиво смеяться. Но всякому терпению приходит конец. Когда блондинка в очередной раз пыталась пофлиртовать с русым, а тот сделал вид, что не понимает, ее это вывело. — Дэмонтаниэль, ты же помнишь, что сегодня премьера? — Немного неуверенно вопросила она. Тэнэ заметил, как напрягся светловолосый после этого вопроса. Наверное, любой другой человек и вовсе бы этого не заметил, но Кёниг, что постоянно наблюдал и изучал, с легкостью может определить, что именно испытывает Келлерман. Да, может это немного сталкерство. Но все влюбленные делают глупости, правда? — Помню. — Максимально холодно ответил Дэм, а по спине побежали мурашки, от этого тона. Кровь мгновенно прилила к щекам брюнета, пока в голове крутились неприличные картинки со звуком этого голоса. Девушка вздрогнула, когда русый мельком посмотрел на нее из-по белый прядей, спадающий на лицо. Он откинулся назад на спинку дивана, потирая переносицу. — Так., — продолжила она, не отрывая глаз от парня, пока остальные с любопытством наблюдали за этой картиной. — Ты пойдешь со мной? — В ее голосе звучала отчаянность и надежда. Блондинка опустила глаза в стол, не выдерживая напористого, но пустого взгляда Келлермана. — Я не знаю, — ответил русый, а Тэнэ показалось что его сердце рухнуло куда-то вниз. Еще, кажется, что в столовой стало заметно тише. — Скорее всего, я буду занят этим вечером. — Произнес он, а с лица Сансы понемногу начала спадать и так натянутая улыбка. Больше всего Дэмон не любил разочаровывать. Да, он оскорблял, унижал, бил, но разочаровывать людей — терпеть не мог. Смотреть на это постепенно угасающее лицо — невозможно. Поэтому судорожно перебирая в голове все варианты дальнейших событий, русый продолжил: — Но постараюсь перенести планы. Внутри Тэнэ что-то сломалось, а блондинка вновь засветилась. Брюнет перевел взгляд на Киру, слегка улыбаясь. Он уже понял, что розоволосая тоже достаточно проницательная и неплохо разбирается в людях. Было достаточно просто понять, что Кёнигу Дэм не безразличен — нужно лишь понаблюдать. Девушка ответила такой же улыбкой, а брюнет прикрыл глаза, стараясь не ослепнуть от того самодовольства, что искрило от блондинки. * Говорят, что чем больше ты чего-то ждешь, тем медленней течет время, оттягивая момент. Кажется, что у Тэнэ все наоборот. Он категорически не хотел, чтобы наступили злополучные семь вечера. Хотелось вернуться в тот вечер в общаге в момент поцелуя и остаться там. Навечно. Дэмон принимал душ, а брюнет играл в приставку. Мысли были заняты совсем не игрой, из-за чего он проигрывал на самом первом уровне, который в другие дни мог запросто пройти даже закрытыми глазами. Когда в очередной раз на экране появилась огромная табличка «Wasted», парень психанул, отбросил джойстик в сторону и, запрокидывая голову, положил ее на край дивана. Совершенно не хотелось думать и признавать то, что он чертовски сильно ревнует. Дэм пойдет на свидание с Сансой. С этим симпатичным легкомысленным чудовищем. Порой казалось, будто Эбэль гораздо сознательнее (и умней) блондинки. И это совсем не связано с цветом ее волос. Парень удрученно усмехнулся, когда задумался над тем, что будет, когда (если) Санса и Дэмонтаниэль начнут встречаться. Будут много времени проводить вместе, ходить за руки, целоваться, заниматься… заниматься домашним заданием. Именно. Тэнэ не хотел и думать о «том-самом», представляя парочку вместе. Санса ему совершенно не подходит. Она все еще кажется ребенком, а не молодой девушкой, учащейся на врача. Теперь, когда эта ревность начала превращаться в злость, он понял насколько ревнует. Шумно выдыхая, парень поднялся с пола на ноги и поплелся на кухню. Стакан холодной воды немного остудил его, но не настолько, чтобы так просто отпустить Дэмона к Сансе. Она же совсем безответственная. А вдруг что-то произойдет? Этот придурок бывает слишком тупым и медлительным, а блондинка не успеет сообразить. Ладно, что может произойти в кинотеатре? Пожар? В любом случае, если Дэм пойдет, то Тэнэ убьет его по приходу (вряд ли, но возможно). Брюнет, оперившись на край столешницы, тяжело дышал, пытаясь привести дурацкое сердце в порядок. Его так сильно это все бесит. Хочется кричать и все громить. Руки сводит от желания разбить пару тарелок. Ему нужно выплеснуть все скопившуюся боль и злобу. Когда парень жил с отцом, тот почти каждый вечер собственноручно выбивал из него всю тьму, оставляя лишь зияющую пустоту. Но сейчас в мире, где чуть ли не каждый человек пытается помочь тебе и заботиться, быть монстром — очень тяжело, пусть и очень хочется. В голове была буря. Тэнэ не выдержал и рванул с кухни. Резко открывая дверь, пролетая мимо недоуменного (и полуголого) Дэмонтаниэля, даже не смотря в ту сторону, чтобы не наделать еще больше глупостей, брюнет плюхнулся на кровать, заставляя ее жалобно скрипеть. Его не волновало ни то, что это кровать русого, а не его, ни то, что проклятый находится прямо здесь и наблюдает за его истерикой. Дэм волновался. Нет, он очень сильно волновался. Кёниг никогда не вел себя так. Он всегда был более-менее сдержанным и никогда не превращался в истеричку. Подумав пару секунд, русый натянул на себя простую белую футболку с черным треугольником и сел на край кровати. Темноволосый лежал лицом в подушку и громко дышал. Когда Келлерман неуверенно положил ладонь на плечо парня, тот вздрогнул, но руку не скинул. Стараясь не задумываться, что происходит, светловолосый аккуратно вопросил: — Тэнэ, что случилось? — Он решил, что думать о том, как странно это прозвучало — не стоит. — Отвянь. — Просто ответил брюнет, чуть дергая плечом, но все еще особо не стараясь скинуть руку русого, а тот продолжал держать ее, неосознанно поглаживая. — Не строй из себя мученицу и скажи в чем проблема. — Спокойным голосом попросил проклятый, откинувшись на локти назад. Тэнэ хотелось его ударить да посильнее. Почему он просто не может собраться и уйти к своей (не своей) Сансе? Не доставать, не выводить и не провоцировать. — Нет никаких проблем. Иди собирайся, а то опоздаешь. — Буркнул темноволосый, сильно жмурясь и переворачиваясь на бок, чтобы быть спиной к русому, как бы говоря, что разговор окончен. Дэмонтаниэля почему-то это поведение лишь веселило. Только вчера Кёниг так же выводил его. — А может я хочу опоздать. — Игриво (и очень раздражающе) протянул Дэмон, мысленно усмехаясь над своим поведением. Он ведь никогда не был таким. Это в стиле Кицы, но не Келлермана. И вот это пугало. Симпатия вызывает такие изменения в человеке? Симпатия — нет. Влюбленность? Возможно. Брюнет напряженно замер. А затем, придавая себе максимального безразличия, произнес: — Твое дело. А теперь отстань. — Он вновь перевернулся на живот, а русый недовольно надулся. Спустя некоторое время, которое они провели в молчании, Тэнэ все еще лежал на животе, обнимая подушку, а Дэмонтаниэль смотрел на его спину. Со стороны это выглядело странно, так, будто он какой-то фетишист, на самом же деле парень обдумывал свое странное поведение и наличие каких-то странных чувств и эмоций. От нечего делать проклятый начал бездумно тыкать в плечо темноволосого пальцем. Тот лишь завороженно с долей недоумения, лежал, пытаясь не придавать этому никакого значения. Так продолжалось несколько минут, прежде чем Кёнигу это окончательно не надоело, и он измученно вопросил: — Что ты делаешь? — Дернув плечом, в надежде убрать раздражающую руку. Дэм шумно и немного отчаянно выдохнул, падая спиной назад (на ноги брюнета). — Мне скучно. — Протянул русый, складывая руки на животе, вперив взгляд в потолок. — Отвянь и вали к Сансе. — Уже с ноткой злости прошипел Тэнэ и задергал ногами, а попытке согнать друга. — Я не хочу к Сансе. — Моментально выпалил Дэмон, не задумавшись о том, что это прозвучало так, будто он отчитывается перед своим… другом. Да, перед своим другом. Эти слова заинтересовали Кенига, и он удивленно перевернулся на спину, смотря на русого. — С чего бы это? — Равнодушно вопросил брюнет, испытывая странный коктейль эмоций, но никак не выражая их. — Она глупая, прилипчивая, заносчивая, скучная, пытается выделиться, оставаясь такой же серой, как и все. — Перечислил проклятый, вставая с ног парня, пока на лице брюнета появлялось искреннее, ничем не прикрытое, удивление. Вот это поворот. Приподнявшись на локтях, Тэнэ едко и немного ехидно спросил: — Так чего же ты идешь с ней? — В его глазах промелькнул огонек азарта. Если Дэм затеял эту странную игру, тогда Кёниг изменит ее правила и выиграет. В упертости ему не занимать. — О, она так мила ко мне. — Как ни в чем не бывало ответил светловолосый, не отрывая глаз от друга и невинно улыбаясь. Что сейчас происходит, не понимает никто из них, но прекращать это тоже никто не собирается. — Да? — Наигранно удивился брюнет, пока в голове не было ни единой мысли о том, что сейчас твориться. — Так что же ты еще здесь делаешь? — Более глубоким и тихим голосом вопросил он. — Здесь гораздо интереснее… — Практически шепотом произнес русый, приближаясь к парню. Он не осознавал своих действий, как и Тэнэ, думать не хочется. Между их лицами оставалось буквально пару дюймов, а взгляды бегали от глаз к губам. Атмосфера стала максимально странной, какой до этого никогда не была. Они одни в комнате. Сидят на кровати, шепчут друг другу какую-то чушь. Находятся непозволительно близко, бесстыдно заглядываясь на губы. Когда их отношения приобрели этот голубоватый оттенок? Хах, наверное, так было с самого начала, когда при первой встрече голый Дэм прижал брюнета к полу в кладовой. Неловко тогда вышло. — И что же здесь такого… — Почти беззвучно произнес брюнет, надеясь не услышать ответа. И не услышал. Они слились в невыносимо медленном, но невероятно сладком поцелуе.