Я стану твоим желанием.

Если говорить честно, то я уже банально устал от всей этой игры. Так устал чувствовать себя одиноким, что вот-вот сойду с ума. Аманэ? Видимо, я слишком тороплюсь, но какова вероятность того, что он полюбит своего брата близнеца, как любовника и спутника своей жизни. Для него это, как минимум, ненормально, а ради здравого смысла так же будет рушить свою жизнь от безответной любви. Интересно, он хотя бы немного остыл к той девочке, после того, как он переспал со мной? Боже, на что я только надеюсь. Мне с каждым разом лишь просто хочется закрыть глаза своими руками и иногда смотреть на такой отвратительный мир через прощелки между пальцев. Настолько отвратительные чувства, как любовь, ещё доводится испытать. И нет, это чувство становится совершенно прекрасным, когда ты в самом деле чувствуешь нечто похожее и взаимное от человека, в которого влюблен. Но Аманэ — причина всех моих мучений. Желания быть только с ним, неспособность поменять партнера, мне словно при рождении сразу выгравировали на сердце имя собственного брата. Почему это не могла быть какая-нибудь девушка, как Сакура, а если и парень, то, как старший Минамото, Мицуба или тот же, о господи, Нацухико? Моя жизнь буквально расписана и все зависит только от одного.

Как же уже меня тошнит от всего этого.

Эта фраза настолько въелась в мою голову, что и на брата становится смотреть сложнее и сложнее. Стоит мне только посмотреть в его сторону или находиться в одном помещении, как во мне разрастается терновый куст, что скоро начнет тошнить иглами. Настолько отвратно, что ком подступает к горлу каждый раз, когда мне стоит помечтать о какой-то нежности с его стороны, словно мне этого так сильно не хватает. О боже, я чувствую себя маленькой девочкой, хотя совсем скоро мое совершеннолетие, сколько можно уже перед ним так сильно таять? Это надоедает. После того момента с оборвавшимся поцелуем я чувствовал себя по-настоящему подло, ведь выглядело так, будто это я играю с чувствами Аманэ, а не он с моими. Я не мог спать этой ночью, даже не мог повернуться на другой бок, чтоб снова полюбоваться его спящим лицом. Мои срывы, которые я так долго храню в себе, уже просто вырываются наружу и становится хуже. Может, пора все это в самом деле прекратить и отпустить его? Да, лучше уж я останусь один, чем буду бороться за сердце, которые не принадлежит мне. На следующее утро я еле как поднялся с кровати, хотя, почему еле как? Как только время стукнуло шесть утра, то я быстро подскочил, но настолько тихо, чтоб старший не проснулся. Мне стоит немного развлечься и, желательно, не приходить сегодня домой, разве что только под самую позднюю ночь. Одевшись поприличнее, ну, точнее, под собственную манеру: черная одежда для такой жаркой погоды? Да. Рубашка с коротким рукавом и расстегнутыми двумя верхними пуговицами, что можно было слегка разглядеть очертания ключиц. Брюки, ремень, обувь, кажется, для полного образа осталось только проколоть уши, но это уже когда-нибудь потом. Мне предстояла встреча с парнем, который якобы решил «поговорить» со мной о каких-то отношениях с девушкой. Интересно, с каких пор я стал советчиком? Сам страдаю от такой дичи, ещё кого-то поддерживаю. Но, когда ты выслушиваешь чужие проблемы и обговариваешь их, то ты и сам ищешь для себя выход из своих. Но, твою мать, почему этот парень оказался таким же влюбленным придурком, бегающий за девчонкой, что и мой брат. Такое ощущение, что все вокруг неё крутится. Преодолев себя, все-таки умудрился пойти к этому парню навстречу, уже усевшись в каком-то кафе, где обычно ошиваюсь, помешивая горячее кофе, чтоб немного отойти от сонного состояния. Напомню, что я почти не спал. — Извини, я немного опоздал. — Сказал это довольно бодрым голосом блондин с большими голубыми глазами и маленькими клыками, можно было сказать, словно он вылез из какой-то книги про вампиров, хотя, он больше напоминал мне щенка. — Как жестоко, Минамото-кун, ты заставил меня встать слишком рано, чтобы выслушать твои любовные проблемы? — актерски сыграв жертву, а потом посмеялся, подпирая свою щеку кулаком. Интересно, когда-нибудь я оставлю чайную ложечку в покое? Кажется, начинаю сильно нервничать, — Мы с тобой толком не общаемся. Точнее, совсем не общаемся. Так чего вдруг меня позвал для обсуждения своих личных проблем? — Ты сам на это согласился, не вини здесь только меня! — стоило немного выбесить, как он умудрился в эту же секунду повысить на меня голос. Если вспомнить, что я сделал с его другом, то его поведение ко мне в принципе можно было оправдать. — Это лишь потому, что ты брат-близнец Аманэ. Честно говоря, то такое поразило меня в самое сердце. Неужели он мне предложит сыграть своего брата, чтоб сделать плохо этой Ясиро? Довольно неплохая идея, но это так низко и подло, но если это ради собственного счастья, то можно и рискнуть. — Не мог бы ты узнать, что чувствует Семпай по отношению к Аманэ? Для меня это действительно важно. — Он настолько неловко и вежливо просил меня об этом, что мне стало тошно и я скривился в противной гримасе. Мало того, что я не переношу её всей душой, так ещё лично должен спросить, что она чувствует? — Нет. — Пожалуйста. — Я сказал нет. — Я не останусь в долгу! Коу настолько сильно пытался меня об этом попросить, что просто не отходит и на шаг, он даже подскочил изо стола, чтобы я посмотрел ему прямиком в глаза. Его настойчивость меня поражала, он мне напоминал кое-кого… Ах, да, точно. Но только не похоже, что его так просто сломать. Но я все ещё удивлен, что он попросил именно МЕНЯ о таком нелепом «желании», лучше уж это было о просьбе разочаровать девушку. — Ла-адно, но с условием, — наконец я оставил эту ложечку в покое, чтоб сложить руки на стол и опереться на них, дабы нагнуться к блондину с ухмылкой и с не самым добрым взглядом, он это явно заметил, что аж напрягся и посмотрел на меня так же холодно, как и его старший брат, даже в этот момент их можно было не различить. — Ты сделаешь абсолютно все, как только я попрошу, а когда это сделаю? Как только придёт время. Он кивнул и с этого момента наш разговор окончился на такой холодной ноте. Но вопросы у меня остаются до сих пор. Но, может, если я узнаю об этом лично, то мне станет проще принимать решения? Нужно попробовать. Весь оставшийся день мне приходилось плутать по городу вплоть до темноты, даже умудрился поговорить с какими-то парнями у бара, только вот из-за того, что они курили, то я немного, но все же пропах табаком. Как-то мне плевать, но надеюсь, что именно в этот день у Аманэ будет заложен нос и он ничего не почувствует. Только вот я заигрался. Настолько сильно не смог отказать новой компании сходить выпить в этот выходной день, что пришел домой с нетрезвой головой, но мог вполне это скрывать, нужно лишь напрячься. И как на зло чуть ли не у самого порога меня поджидал старший, который сложил свои руки на груди и нервно постукивая пальцем. Ох, черт, неужели меня снова будут отчитывать за приход не в самом лучшем состоянии? Я ведь так сильно не хотел его видеть. — Объяснишься? — голос прозвучал настолько холодно и грубо, что ещё немного и у меня бы побежали мурашки по коже. — За что? — С самого утра не обнаруживаю тебя в постели, да и вообще дома. Звонки отклоняешь. — Аманэ-Аманэ, с каких пор ты записался ко мне в мамочки? Я не маленький мальчик, который обязан каждый раз отчитываться перед тобой. Но стоило мне пройти мимо него, чтоб не слушать всю эту неприязнь, как меня вдруг хватают за шиворот, останавливая и приближая резко к себе. Такому я весьма удивился, с каких пор мой милый старший брат стал таким смелым? Неужели, стоило мне дать маленькую слабину, как надо мной уже начали владеть? Я и заметить не успел, как уже был прижат к стене. Он буквально нависал надо мной, смотрел холодно и пристально, что мне стало немного страшно. Страх — для меня новое чувство, поскольку нечто подобное можно увидеть редко, когда Аманэ становится слишком смелым. Это уже давно не похоже на игру. — От тебя пахнет сигаретами, ты куришь? Вот черт, улизнуть не удалось, но если скажу «нет», то он поверит мне? Тем более, как можно верить пьяному человеку? — А если и да, то, что ты мне сделаешь? Аманэ, ты меня ударишь за такой плохой поступок? — дав маленькую волю своему характеру, буквально приблизился к его лицу настолько, что губы могли вот-вот соприкоснуться. Касался его щеки ладонью, так и начиная злить своей наглой улыбкой, и тихой усмешкой. Стоит его только подтолкнуть к гневу, чтоб получить соответствующий удар по своему телу, ведь я уже настолько устал скрывать свои мысли и чувства, что готов на грубость. Да, как и следовало ожидать, он смотрел на меня с омерзением, хмурился и будто хотел отстраниться, а может и одарить самой больной пощечиной. Но может спустя секунду после моих слов, как он резко просто целует меня настолько грубо, крепко хватая за кисть руки, что на ней могли остаться синие отметены. Если бы такое происходило часто, то я бы мог свыкнуться, но сейчас мне настолько ужасно, что все свернулось внутри. Сердце сжало крепкой хваткой, из-за такого грубого поцелуя, что мое сердце отбивало несколько ударов в ушах, что я ничего не слышал. Даже собственных мыслей. Я начал задыхаться, пытался как-то сопротивляться, но не мог, со всем своим здравым рассудком просто не мог. Мое тело словно полностью ему подчинялось, стоило прикоснуться. Лучше бы он меня ударил, чем поступал настолько жесткого. Такое ощущение, будто он давным-давно раскусил все мои чувства и вчерашнее поведение. Порой мне кажется, что у Аманэ раздвоение личности, хотя это давно стало семейным. Жутко приятное ощущение этого головокружения, как становится трудно дышать, а тело буквально мякнет, лишь иногда подергиваются мышцы. Так и возбудиться недалеко, если не уже. Спустя несколько секунд, которые казались минутами, а то и часами, брат наконец медленно отстраняется от губ, так же тяжело дыша и разглядывая все мое лицо. Мне стало слишком неловко, у меня было ощущение, будто мы поменялись ролями во всех смыслах, хотя, я и не был против того, чтобы именно он владел всем моим состоянием. Но, черт, после этого он просто отпустил меня и банально ушел обратно в гостиную комнату. В этот момент ко мне резко вернулся не только здравый рассудок, так я ещё и умудрился протрезветь от такого. Мое лицо пылало от смущения, я уже молчу про свой накативший гнев. Как можно было настолько жесткого и безрассудно поступить? Хотя, если я снова смогу сотворять нечто подобное, то смогу ли увидеть больше его эмоций? Нервно сглатываю, ощущение опухших и немного искусанных губ, все так приятно щипало и взбудоражило. Становится с каждым разом не легко. Ведь если бы не я, то он бы отдавал такие поцелуи своей однокласснице? Нет, не стоит об этом думать. В эту ночь мне стало действительно холодно. Тем более, мне предстоит разговор с его возлюбленной, чтоб узнать о её чувствах. Как можно быть настолько отвратительным человеком, Аманэ, чтоб буквально отравить ядом своего собственного брата, что все мысли только о нём, вплоть от самых нежных и до самых страстных моментах. Но, если честно, то после нашего недолгого молчания и после того, как я сходил в душ, чтоб избавиться от неприятного запаха, старший будто стал больше внимательнее ко мне? Как бы сказать, он стал мне потом задавать слишком много вопросов, садиться ближе и мог предложить сесть к нему. Я почувствовал себя маленьким ребёнком. Я сидел на его коленях боком, обидчиво скрестив руки и прижавшись ухом к его груди, мое лицо снова пылало, а он только и умудрялся, что шариться в телефоне и ласково гладить меня по голове. Может, именно в этот момент, между нами, что-то поменялось? Но с каждым днём мне становилось хуже. Ощущение сильной влюбленности меня губило, плюсом я не понимал его поступков: он любит другую девушку, но, согласившись со мной на фальшивые отношения, умудряется сам проявлять инициативу.

Но, как же я в это слепо верил, ведь всегда следует разочарование и жуткая боль.