Место встречи изменить... можно!

Наступил вечер, до назначенного времени оставалось 5 с половиной часов, даже чуть больше. Добираться, до назначенного места, придётся пешком, это где-то два с половиной часа на своих двоих. Транспорт и близко не ходит к этой дыре, да и не один человек в здравом уме не отвезёт тебя в это Bogom забытое место. Алекс уже покинул город, как таковой, и вышел на сельскую дорогу, что проходила через лес, но не густой, наверное, по тому, что раньше это было парком. Сгнившие деревянные скамейки и разъедающиеся от ржавчины урны, показывали, что место заброшено уже не первый год, здесь даже можно было встретить какую-нибудь дикую тварь, но вряд ли по размерам больше обычной лисицы. Расслабляться всё равно было нельзя, кто знает, что ждёт его по пути? Наш droog Алекс прошёл уже добрую половину, а вот далее нужно было смотреть в оба, ведь если не схлопотать от кого-нибудь, то можно было наступить в капкан — их расставили, когда парк стал заброшенным. Если вы вдруг подумали, что за ловушкой, способной оставить тебя в лучшем случаи инвалидом, кто-то следит, то ошибаетесь. Ховен очнулся, но, казалось, лучше бы не делал этого — состояние было просто отвратительное. Он привязан к стулу, что стоял у самой стены, противоположной той, где находилась дверь, и явно не один час, учитывая, как ныло его тело, особенно руки, а в голове словно бултыхает манная каша. Спустя пару минут, музыкант стал приходить в норму и осознавать, что происходит вокруг. Он был в пустой закрытой комнате, которая, похоже что, является каким-то подвальным помещением, раз там нет окон. За дверью послышался шум, похожий на разговоры, но чётко что-то расслышать было просто не возможно. Стало ещё больше не по себе, но наш музыкант не из робкого десятка и судорожно начал думать, как ему выбраться. Поёрзав на стуле, в надежде, что связавший его человек криворукая жопоношка, который вообще впервые держал верёвку в руках, Ховен замечает, что люди, красящее данное помещение те ещё халтурщики, ведь краска лежит pizdetski неровно и создаёт мелкие острые края. При хорошем ударе обо всё это ремонтное недоразумение, можно сильно raz"yebat руку не то что до крови, а прям мяса. Это, конечно, всё плохо, но очень играет на руку Ховену, ведь он уже почти разорвал верёвку на запястьях. Немного поцарапал при этом руки, но пролито было ничтожное количество крови, буквально пара капель — не смертельно, жить будет. Освободив запястья, он принялся за верёвку, привязывающую его тело к спинке стула, после за ту, что сковывала ноги. Алекс почти вышел из этой адовой дыры, как вдруг, увидел вдалеке, у самого выхода пару силуэтов. Не подумайте, что он предвзят, но выглядели они не очень дружелюбно и кто, чёрт возьми, в здравом уме будет здесь находится, да ещё и в такое время?! Они явно поджидали кого-то и не с шибко благими намерениями, хотя бы учитывая, что один держал биту. Обойти их не удастся и некогда, да и всё равно Алекс не планировал. Их трое, но побеждают ведь не числом, а умением, а уж этого у Заводного предостаточно. М-да, пожалуй, это не та вещь, которой стоило бы гордиться, но да ладно. Элемент неожиданности — хорошее начало и весьма не сложное в данной обстановке. Заводной заметил, валяющиеся под его ногами, старые железные качели, да, которые обычно на цепочках висят, и его план незамедлительно начал приводится в действие. Один из наёмников сидел на упавшем, предположительно, от недавней грозы, дереве, справа от него стояли ещё двое, у того, что по середине была бита. "Хей, balvans!" — после этих слов, что донеслись справа, в самого крайнего были брошены качели, да так, что он больше не встал, а на лице ещё долго будет красоваться синяк от удара этой железкой. На Алекса тут же понёсся следующий, а зря, ведь Заводной мелочится не стал и, умело схватив, перекинул его, при чём именно в место, где находился капкан, о чём наёмник тут же узнал на собственной шкуре, точнее ноге и доказал это ужасным рёвом, показывающим, что испытывает дикую боль. Третий подался в бегство, но за ним в полёт уже отправилась била и быстро догнала, — "Я сегодня на удивление меткий". Музыкант успешно освободился, но покинуть комнату пока не мог, ведь за дверью двое о чём-то беседовали, а он с увлечением подслушивал их, ну пытался. Ах! Это так беспардонно, нагло и просто некрасиво, но музыканту сейчас было откровенно poxui на манеры, нравственность и прочую подобную labudu. Всё утихло, на свой страх и риск, Ховен приоткрыл дверь — было чисто, но куда ему идти? Влево или вправо? Да и не плохо бы хоть чем-то вооружиться. Жаль ничего не было слышно из разговора, возможно, это бы ему сейчас помогло. Сделав пару глубоких вдохов, дабы успокоить бешеное сердцебиение и проглотить волнение, ведь избавиться от него сейчас было просто невозможно. Справа послышались шаги за угол вот-вот кто-то завернёт, поэтому Ховен метнулся влево и решил переждать за углом. Шаги пропали, похоже что этот человек должен сторожить дверь, что ж, надеюсь, он не захочет проверить наличие в ней заложника. Музыкант пошёл по длинному коридору. Oh shit, уже почти девять вечера, у Алекса осталось три часа, чтобы добраться в назначенное место вовремя. Даже думать не хочется, что случится, если он опоздает, кто знает, что они могут сделать с Ховеном или уже... хватит! Заводной отгонял подобные навязчивые мысли. Сейчас его путь лежит через старый посёлок, нет, не городского типа — обычный. Небольшое поселение, образовавшееся для работы на каком-то объекте; большое расстояние от города стало причиной его заброшенности, ведь обычно они образуются вблизи. Да, как видите, дорога у Алекса не из приятных, хотя здесь уже не так опасно, не считая домов, которые находятся в аварийном состоянии или уже обрушились, но шариться по ним Заводной всё равно не собирался. Опасность нападения всё ещё остаётся, [̼̓д̩̉а̸̲̂н̴̞̒н̞͆ы̸̜̕е̵͍͝ ̸̙͋б͎̂ы̛͚л̵̱͌и̴̠̚ ̵̱͆у̸̫̃д̫͋а̐͜л̴͔̋е̵̲̃н̵͚̄ы̛̮]̵̘͊ не глупые и, учитывая, столь неприятную встречу на выходе из парка, они, наверняка, расставили несколько групп наёмников на всём пути. Возникает вопрос "зачем"? Но на него Алекс не получит ответа; ничего кроме того, что Ховена похитили и ему нужно быть в определённом месте в нужное время, у него нет. Не пройдя спокойно и пару домов на него накинулись двое наёмников — близнецы, если быть точнее. Мальчишка и девчонка лет 16-17, на сантиметров 5 ниже Алекса; кареглазые брюнеты, которых вполне устраивает внешняя схожесть, да так, что у них не то что причёски одинаковы — волосы до плеч, забранные в хвост; даже телосложение схожее — стройное и не особо различимое. Одеты они были, в серые штаны, чёрную куртку, бутсы и кожаные перчатки. Подготовка у них явно была не слабая, ведь с первых же секунд dratsing девчонка смогла ударить ногой в живот, от чего Заводной отстранился и зашипел, злобно кидая взгляд, то на одного, то другого. Гляделки длились не долго, мальчишка побежал на Алекса, замахнувшись кулаком с кастетом, но Заводной успел схватить его и, подняв, перекинуть через себя, так, что тот отлетел в груду гнилых досок, которая раньше была чьим-то домом. Девчонка запрыгнула к Алексу на спину, тот только и успевал, что блокировать её удары, нацеленные в голову. Чуть наклонившись назад, благодаря притяжению, Алекс врезался спиной в забор, вот только её и при этом приложив ещё свою силу. Ограда была не лучшего состояния, из её торчал острый конец гвоздя, который девчонка почувствовала своей головой и вскрикнула. Алекс схватил её за руки и, чуть отойдя, кинул вперёд, но она сделала пару перекатов и быстро встала на ноги, — "Ой ebat мы акробаты, вас [̼̓д̩̉а̸̲̂н̴̞̒н̞͆ы̸̜̕е̵͍͝ ̸̙͋б͎̂ы̛͚л̵̱͌и̴̠̚ ̵̱͆у̸̫̃д̫͋а̐͜л̴͔̋е̵̲̃н̵͚̄ы̛̮]̵̘͊ из цирка украли?" — хотя доля правды в этом была. Сбоку подбежал мальчишка и ударил Заводного по лицу, около левого глаза. Хорошо, что не в сам орган зрения и без кастета, он его, видимо, выронил при падении. Алекс тут же ответил ударом ногой в бок, да так, что тот полетел на сестру, сбив её с ног, — "Kapets вы дикие, вас в зоопарк надо", — уже у каждого участника dratsing была не слабая отдышка. Опираясь, дрожащими от усталости, руками, девчонка всё же поднялась и, чуть шатнувшись на первых шагах, побежала на Алекса для ещё одного удара, но тот схватил её за запястья и, прокрутив, кинул на брата, который только что поднялся. "Хватит уже, это не стоит того. Не знаю, что [̼̓д̩̉а̸̲̂н̴̞̒н̞͆ы̸̜̕е̵͍͝ ̸̙͋б͎̂ы̛͚л̵̱͌и̴̠̚ ̵̱͆у̸̫̃д̫͋а̐͜л̴͔̋е̵̲̃н̵͚̄ы̛̮]̵̘͊ вам про меня наговорили, но уверен, что в их словах мало правды. — Сил подняться у них уже не было, Алекс развернулся и начал уходить, но, остановился и, повернув к ним голову, серьёзным тоном сказал, — Мой вам совет: уходите пока можете. Пока вы им не сильно нужны". — Надеюсь, так они и поступят. Пройдя коридор, Ховен аккуратно глянул за угол, к его счастью, там было пусто, лишь классическая гитара бежевого оттенка. Она одиноко стояла у двери, что располагалась по середине прохода из этого коридора в, предположительно другой, но от туда шёл свет, отличающийся от того, что здесь. Может там выход? Ховен тихими шагами, но максимально быстрыми подошёл к гитаре, нет ну а что, нужно же ему хоть какое-то оружие. За дверью послышался шум, музыкант прислонился к ней, в надежде, хоть что-то расслышать, — "Да, именно так. Я сказал ему придти на то место, хах! Он думает, что там и держат этого музыкантишку". — Повезло, эта дверь, впринципе отличалась внешним видом, но ещё и была тоньше, а, учитывая чувствительный слух Ховена, расслышать что-либо за ней, уже не составляло труда. Другой голос начал: — Отлично, когда Алекс придёт, его будет ждать сюрприз. Если он, конечно, вообще дойдёт. В парк были отправлены такие себе — так, для разминки, пусть думает, что это всё. А вот в тот заброшенный посёлок... — Вы отправили близнецов? — Да, но, даже победив их, одному Алексу с этой засадой не справится. Ховен ужаснулся, вот что им надо, они хотят прикончить Алекса. Его Алекса! Это был глава [̼̓д̩̉а̸̲̂н̴̞̒н̞͆ы̸̜̕е̵͍͝ ̸̙͋б͎̂ы̛͚л̵̱͌и̴̠̚ ̵̱͆у̸̫̃д̫͋а̐͜л̴͔̋е̵̲̃н̵͚̄ы̛̮]̵̘͊ и тот самый парень, что передавал сообщение Заводному тогда на крыше. Музыкант отстранился и собирался бежать, но дверь внезапно открылась, — "Что за", — он не успел закончить, его прервал Ховен, ударив в живот, после схватил за волосы и вмазал лбом в стену — он не скоро очнётся. — Вот ведь проблема! Придётся тебя решить. — Я сам себе и Хьюстон и проблема! — Ох, blya от слов этих двоих Ховен разозлился не на шутку. Когда тот подбежал, дабы схватить музыканта, ему по лицу был нанесён удар той самой гитарой, — "Думал, я буду колебаться сука!" — последнее, что увидел этот человек, перед тем, как отключится, замахивающегося на него Ховена. Гитара, на удивление, оказалось прочной, даже трещин не было, лишь кровь стекала по левому боку. До назначенного времени оставалось примерно полтора часа. По сути, ещё ничего не началось, Алекс ведь ещё не добрался до нужного места, но он уже валился с ног от усталости. Заводной вдруг остановился — невольно вспомнил Ховена, ведь практически всегда грезы его были наполнены лишь музыкантом. Кроме того времени, когда они вместе, ведь тогда всё внимание Алекс отдаёт лишь ему и не летает в облаках. Ну, старается, уж больно он мечтательный. По его щекам невольно потекли слёзы, смешиваясь с засохшей на них кровью, — "Да почему?! Suka почему?! — он прекрасно знает причину, а точнее то, что ей является он сам. Смысла кричать и ругаться уже просто нет, нужно идти дальше, мой droog. — Не важно..." — тебе всё равно никто не ответит. — "..." — Бог не слышит тебя.