Темнота
10 июля 2021 г., 20:14
Возле театра сотрудники собрались почти одновременно. Самым эффектным появлением могла похвастаться Амелина: Оксана с царственным видом выбралась из ярко-красного кабриолета, заставив столпившихся на широких ступеньках мужчин восхищенно разинуть рты. Что и говорить, выглядела Оксана сногсшибательно: вызывающе-красное платье с летящей юбкой, туфли на головокружительном каблуке, а в качестве пикантного завершающего штриха — выразительно обтягивающие стройные ноги соблазнительные чулки. Пожалуй, единственным мужчиной, который не оценил такую красоту, оказался Данилов: он сразу как-то спал с лица и даже слегка позеленел, потирая шею рукой. Власова, глядя на него, судорожно кусала губы, пытаясь сдержать улыбку, а потом не выдержала и все-таки прыснула, удостоившись укоризненного взгляда напарника.
— Степ, может, тебе к психологу сходить? — с самым серьезным видом осведомилась Рита. — Интересно, а есть такая болезнь — чулочная фобия?
— Рит, ну хоть ты-то не издевайся! — возмутился Данилов и, с досадой махнув рукой, направился к гостеприимно распахнутым дверям театра.
— Да ладно, молчу я, молчу, — фыркнула Власова и поспешно протиснулась мимо толпы следом за ним. — Степ, ну ты что, обиделся, что ли? Степа!..
Историю с актрисой, которая чуть не задушила бедного опера, живописали друг другу все сотрудники, соревнуясь в красочности повествования. Некоторое время назад в ФЭС обратился один режиссер, у которого во время репетиций несколько раз едва не погибла ведущая актриса: сначала рухнула с внушительной высоты, сорвавшись с подрезанной веревки, потом чуть не умерла от отека Квинке, глотнув воды из своей бутылки… Мнительные артистки начали поговаривать о маньяке, естественно, нервы у всех были напряжены до предела, у жертвы неудачных покушений и подавно, так что когда ни о чем не подозревающий Данилов ввалился в гримерку к несостоявшейся жертве с намерением ее допросить, та не придумала ничего другого, кроме как защищаться подручными средствами. Единственным «подручным средством» в тот момент оказались именно чулки, которыми прима и решила удавить подозрительного типа, прорвавшегося сквозь охрану. Теперь капитан каждый раз вздрагивал при виде соблазнительных элементов женского гардероба, а сотрудники откровенно ржали у него за спиной, выдумывая самые дикие версии произошедшего, кто-то вообще предположил, что такую интересную травму капитан получил во время любовных игрищ с хорошенькой актрисулькой.
— Симпатичная машинка, — ревниво заметил Холодов, разглядывая красующийся на парковке кабриолет. — Что, очередной поклонник хочет выпендриться?
— Уймись, Андрюша, я его напрокат взяла, нужно же было как-то эффектно появиться, — томно прошептала Оксана, склонившись к уху коллеги.
— Ну да, наши люди в театр на такси не ездят, — пробурчал Холодов, но все же немного остыл. Посмотрел на часы, потом на маячившего в сторонке Круглова с огромным букетом в руках. — А где Галина Николаевна? Неужели опаздывает? На нее это не похоже.
— Да вон же она, — Амелина кивнула в сторону одного из такси, откуда как раз выходила полковник. Круглов сразу просиял и заулыбался, с видом победителя глядя на мужчин, жадно рассматривавших еще одну роскошную женщину ФЭС. С минимумом макияжа, небрежным низким пучком и в самом простом черном платье полковник все равно выглядела как голливудская звезда, только что сошедшая с журнальной обложки — так что у Круглова имелся хороший повод смотреть на окружающих свысока: сегодня эта женщина была его спутницей.
— Смотри-ка, как Николай Петрович сияет, — Оксана ощутимо ткнула Андрея острым локтем в бок. — Мне кажется, или между ними наконец что-то намечается?
— Амелина, сплетничать вообще неприлично, а уж о начальстве тем более, — наставительно произнес Холодов, подхватив ее под руку. — И вообще, пойдем скорей отсюда, пока ты меня всего костями не исколола…
Оксана возмущенно приоткрыла рот, но сказать ничего не успела — Холодов уверенно потащил ее к дверям, ворча, что из-за ее неприличного любопытства они точно пропустят начало спектакля.
***
Уже сидя за столиком в небольшом уютном ресторане, Галина, рассеянно что-то отвечая Круглову, запоздало подумала, что зря согласилась «посидеть где-нибудь в тихом месте». И шикарный букет, и эти посиделки, но особенно — восхищенные, тягуче-внимательные долгие взгляды — все это более чем явно намекало на продолжение. Полковник невольно повела плечами, как-то разом ощутив себя голой — такое неловкое, неестественное, даже давящее чувство вызывали взгляды Круглова. Вдруг стало душно и зябко одновременно, а еще почему-то вспомнилось, как работала под прикрытием с Майским — Сергей тогда тоже смотрел на нее таким непривычным восторженно-зачарованным взглядом, но тогда оказалось неожиданно приятно и даже несколько волнующе снова вспомнить, что она не только непрошибаемый полковник, но и женщина тоже… Что и говорить, вспомнить пришлось по полной программе, когда Майский в качестве отвлекающего маневра полез к ней целоваться — и в глубине души, с долей смущения и растерянности, полковник признавала, что ей понравилось. Все-таки не зря женщины так его обожают — Сережа способен вскружить голову практически любой… Она, к счастью, уже не в том возрасте, когда можно броситься в омут с головой без оглядки — именно поэтому, что бы там ни думал Круглов, сегодня она поедет ночевать к себе домой. Придумать бы еще благовидный предлог, чтобы сбежать с этого нелепого свидания… — Галь… — начал майор и даже, осмелев, накрыл ладонью ее руку. «Ну вот, начинается», — нервно усмехнулась полковник. Впрочем, на что она вообще рассчитывала, согласившись на ужин? Думала, что они мило побеседуют и разойдутся по домам как школьники после похода в кино? Нет, она определенно разучилась общаться с мужчинами! — Галь, у тебя телефон звонит, — хмуро закончил майор, резко убирая руку. Только сейчас, вынырнув из размышлений, полковник услышала, что ее телефон и в самом деле разрывается. — Извини, — бросила торопливо, схватив мобильный и выходя из зала. — Да. Майский, ты? Что случилось?.. Так, давай спокойно… Температура какая? Понятно. Жаропонижающие давал? Ясно. А вот это правильно, никакого интернета, там знаешь что насоветовать могут! Да не нервничай ты так… Я сейчас приеду. — Что случилось? Только закончив разговор, Галина заметила стоявшего в паре шагов Круглова. — Майский звонил, у Аринки температура, хотел посоветоваться… — А он что, к врачу обратиться не мог? — довольно резко перебил Николай Петрович. — Ты, кажется, забыл, что я тоже врач, — по губам Галины скользнула быстрая усмешка. — Он «Скорую» вызвал больше часа назад, но никто до сих пор не приехал. Вот что, Коль, — решительно закончила полковник, — раз уж мы здесь недалеко, я съезжу, посмотрю, что там, заодно Майского успокою, а то наш папаша весь на нервах, — добавила с улыбкой. — Галь… Круглов хмуро наблюдал, как она взяла сумку, не пересчитывая, бросила на стол деньги. — Я не могу отказать, когда кому-то требуется моя помощь, — твердо произнесла Галина, моментально превращаясь в привычную железно-непоколебимую полковника Рогозину. — Понимаю. Клятва Гиппократа, — невесело хмыкнул майор. — Извини, — уже на ходу бросила полковник, вызывая такси. Дверь ресторана приглушенно хлопнула. Круглов обвел взглядом пустынный зал и тяжело опустился на стул, глядя на нетронутый ужин. Роскошные бордовые розы так и остались забытыми в вазе.***
Майский, растрепанный и раскрасневшийся, метался по кухне, чуть не задевая мебель. Когда Галя появилась на пороге, вопросительно уставился на нее, кажется, приготовившись к самому худшему. — Сереж, да не паникуй ты так, ничего страшного, это всего лишь ангина. — Полковник вырвала из блокнота листок, что-то написала четким, аккуратным, совсем не врачебным почерком. — Вот, купи по списку, тут жаропонижающее, спреи, леденцы… — Галь, спасибо тебе огромное! — горячо выпалил Сергей, схватив бумажку. — Я тогда прямо сейчас в аптеку сгоняю, я мигом… Галя мягко улыбнулась, успокаивающе коснулась плеча. — Не торопись. Купи все, что нужно. А я пока с Ариной посижу. — Спасибо! — уже из коридора крикнул Майский, торопливо обуваясь. Галя вновь улыбнулась и вернулась в детскую, остановившись на пороге, чтобы не разбудить только что заснувшую Аришку. И тут громко хлопнула входная дверь, послышался капризный женский голосок: — Сереж, почему у тебя дверь нараспашку? Серж! Полковник вышла в коридор, увидев у двери фигуристую хорошенькую брюнетку в окружении множества чемоданов. Девушка тоже заметила гостью, но спросить ничего не успела — в квартиру влетел запыхавшийся Майский. Сходу чмокнул брюнетку в щеку, отодвинул к стене самый большой чемодан. — Солнышко, а ты чего не позвонила, я б тебя встретил, — пропыхтел, с трудом протиснувшись мимо багажа. Потом очнулся и вспомнил о церемониях. — Познакомься, это Галя… полковник Рогозина, начальница моя. Галь, это Женя, моя… — Очень приятно, — кивнула Галина, не дожидаясь, когда Майский определится со статусом его Жени. — А мне Серж много про вас рассказывал, — прощебетала Женя. — Вот как? — полковник иронично приподняла бровь. Майский покаянно прижал руку к сердцу. — Только хорошее, Галь, честное слово! Галина скупо улыбнулась, взглянула на часы. — Ладно, Сереж, я пойду, поздно уже. Если что, сразу звони, в любое время, не стесняйся. — Хорошо, Галь. И спасибо тебе еще раз, я прям не знаю, что бы мы без тебя делали! Рогозина, кажется, начала сердиться. — Сереж, ну перестань, а то мне уже неловко! Я всего лишь диагноз поставила, ничего сверхъестественного не сделала. И вообще, считай, что я не тебе помогла, а Арине, хотя это так и есть. Когда за гостьей закрылась дверь, Женя удивленно уставилась на Сергея. — А она что, разве врач? Ты же говорил, она полковник! Майский широко улыбнулся, обнимая ее за плечи. — Она врач, Женька, и еще какой! От бога, я бы сказал. И вообще удивительная женщина. Представляешь… Уже на кухне, слушая, с каким почти детским восторгом Сергей рассказывает о Рогозиной, Евгения наконец поняла, что ее так напрягло при знакомстве. Когда Майский с уважением и даже восхищением высказывался о своей начальнице, Женя представляла себе суровую тетку-полковника хорошо за шестьдесят — и никак не ожидала увидеть перед собой элегантную, сдержанно-обаятельную женщину, не лишенную строгой, величественной красоты. Майский, конечно, предпочитает совсем других, да и эта полковник совсем не похожа на женщину, готовую закрутить интрижку со своим подчиненным, но осадок, что называется, остался. А если добавить то, с каким блеском в глазах о ней говорил Сергей…***
На лестничной клетке не горел свет. Это само по себе было странно, потому что позавчера, возвращаясь поздно вечером со службы, Галина видела, как меняют лампочки на нескольких этажах — так что за это время перегореть они никак не могли. И тем не менее, свет на ее этаже и на еще двух — снизу и сверху — почему-то не горел. Едва не споткнувшись в темноте, полковник вполголоса чертыхнулась, нашаривая в сумке мобильный, и не уловила шорох, раздавшийся совсем рядом. Только в самый последний момент, почувствовав что-то, дернулась, пытаясь вывернуться, но чьи-то совершенно стальные руки стиснули намертво. А потом лица коснулось что-то мягкое, пахнущее чем-то смутно знакомым, сладковатым, и резкая темнота накрыла сознание.
